Манящая тьма

      Огромный валун, загораживающий вход в каменную пещеру покорно сдвинулся, когда подле него предстала фигура рослой подтянутой девушки в короткой черной юкате на запах с разрезами по бокам подола. Уверенным шагом она прошла в открывшийся коридор. Узкая дорожка из поросших мхом ступенек вела глубоко вниз. Девушка знала, ее ждут. Причем уже давно. — Занятно. Малышка стала совсем взрослой.       В самом низу подземелья, в просторной зале, что была погружена во тьму и освещалась лишь парой факелов в подставках, на троне, словно король всей тьмы восседал Учиха Мадара. Седина еще не успела тронуть его косматые волосы, красные доспехи на теле были скорее привычной деталью, нежели необходимым аттрибутом. — Ты дошла до самой сути. Рад приветствовать у себя в гостях.       Тон мужчины был полон торжествующего пафоса. — Скажи, ты знал все с самого начала? С того самого появления во сне маленькой девочки?       Голос Сарады был холоден. Но оба понимали, они рады встрече. — Тогда. И еще раньше. Фактически, мы познакомились еще задолго до твоего рождения. Не скажу, что наделен даром предвидения, но знал, что все будет именно так. Ты послушная малышка, Сарада. — А это?       Девушка резко вскинула голову, впиваясь взглядом в мужчину. Незримый импульс, посланный ей разошелся по зале, в разы усиливая пламя факелов. Мягкое освещение озарило помещение, загоняя остатки тени по дальним углам. — Это ты тоже предвидел?       Алые глаза с черным рисунком цветка были полны отчаяния. — Кто? — Боруто.       На секунду Мадаре показалось, что он заметил подступающие слезы в глазах девушки. Возможно, это был лишь отблеск от огня, потому что уже в следующую секунду от них не было и следа. — И как это было?       Учиха словно упивался сложившейся ситуацией. Он словно паук долгие годы плел сеть из убеждений, взглядов и мировоззрений в голове юной девушки. Взращивал ее для себя, как отборную добычу. Бережно окутывал полотном из получившейся паутины и мариновал до сегодняшнего дня. До момента, когда она окажется полностью готова и подчинена ему. Хотя, подчинение это не то слово, которое бы его устроило. Скорее ему представлялось полное единение взглядов и помыслов. — Нет смысла злиться и винить меня, Сарада. Решение было твоим. — Ты вел меня по этому пути с самого детства и не оставил мне выбора.       Хотелось добавить еще многое. О том, как в то время, пока все дети жили весело и беззаботно, Сарада размышляла о том, не съехала ли с катушек. Как большую часть сознательной жизни голос в голове шептал ей об убийствах друзей и знакомых. О том, как все хорошее высмеивалось, а плохое поощрялось. Останавливал тот факт, что она сама не особо и противилась. Ее раздирали противоречия. С одной стороны во всей дряни, случившейся с ее головой хотелось обвинить Мадару, но другая ее сторона вставала в защиту, полностью разделяя взгляды этого человека. Она знала его слишком хорошо. Это, как бы парадоксально не звучало, и мешало ей здраво оценить ситуацию. — Да. Но дорогу сюда я тебе не подсказывал.       Мадара был прав. Путь к этой пещере Сарада искала сама на задворках подсознания. Пришлось даже прибегнуть к некоторым запретным кореньям, позаимствованным из арсенала Мицуки. После того, как она вернулась из своего последнего путешествия, Мадара больше не давал о себе знать. Спустя время она начала даже испытывать тоску по нему. Решив, что теперь мужчина ждет от нее ответных действий и заручившись появившимися во время путешествия идеями она начала действовать. Отчетливо, это была первая встреча, когда она добралась до него сама, не взывая, не прося помощи. При этом отчетливо чувствовалось, что встреча проходит не на ее территории.       Обагрив свой путь кровью. — Теперь я готова? Я сделала то, к чему ты подталкивал меня все время. Теперь расскажи, для чего все это было. — Долгое время я был наблюдателем. Знаешь, это весьма забавно, — уклончиво отвечал Мадара, закидывая ногу на ногу. — Ты говорил, что знал отца. С ним было так же? — Саске… Занятный и многообещающий экземпляр. Впрочем, как я уже говорил, он разочаровал меня.       Мадара принялся вспоминать.       Он считал путь Саске интересным и заслуживающим уважения. Несогласие выразилось в его заблуждениях. Стать великим злом, против которого сплотится весь остальной мир, быть ночным кошмаром для всех шиноби, заставляя тем самым подчиниться и отказаться от войны друг с другом. Упиваться своей силой и вседозволенностью. Стать мученником-грешником во благо. По мнению Мадары это было глупо и не дальновидно. Его желание после войны уйти в тень и оттуда поддерживать деревню. Незримо, тайно, стыдясь прошлого. Эти решения злили великого предка. — Впрочем, я и сам допустил множество ошибок. Главный урок, который я из этого вынес: никто не вправе обладать или наделять себя бесконечной силой и властью. Находясь в эйфории от своего могущества легко просмотреть очень важные детали.       Вспоминать о предательстве Зетсу, осознавать себя пешкой в игре злобной богини и ее выродка все еще было больно. Следующее, что он помнил после своей смерти — это пустота. После появились обрывки прошлого. Они душили, крутили, появлялись в случайном порядке. По началу сводили с ума. Потом картина стала упорядочиваться и давать поводы для размышлений. Времени хватило, чтобы осознать ошибки Вечного Цукиеми.       Все это время Сарада слушала внимательно, впитывая каждое слово. После убийства Боруто она начала жалеть о случившемся и стала терять то уважение, что начала испытывать к Мадаре. Сейчас все снова менялось. Ее снова насаживали на крючок. Как будто рыбешку, которая уже почти сорвалась, пронзили еще сильнее, лишая последних попыток выбраться.       Мадара умел расставлять сети. Умел манипулировать. А маленькая девочка напрасно утратила бдительность перед монстром из детских страшилок. Удобная кукла на шарнирах, дерни за веревочку — поклонится. Дерни за другую — начнет танцевать. Годами Мадара завязывал на ней эти веревочки и знал действие каждой. — И как должен быть устроен мир? — Сарада была полностью вовлечена в поток мысли, что до нее доносился.       Довольный должным уровнем внимания, Учиха начинает рассказ. Фактически всю свою жизнь он крутил этот вопрос в своей голове. Взвешивал каждый момент. В отличии от Хаширамы, который еще в детстве придумал красивую сказку и пытался ее воплотить в жизнь. Также наивно и коряво без особых деталей и руководствуясь одним лишь «хочу». Потребовалось много лет, но теперь картина казалось ему предельно ясной. — Пока существуют шиноби, будет продолжаться вражда. — Но… — Сарада была растеряна от такого ответа. — Мы так устроены. С детства учится воевать, убивать. Ненавидим друг друга. О каком мире можно говорить? Дети будут умирать, оставаться без матерей, получать жуткие увечья. После сами будут становиться озлобленными монстрами, машинами для убийств. Эта фабрика смерти не остановится. — Тогда какой смысл? Устроить геноцид? В чем отличие от методов Кагуи? — девушке все еще была не ясна суть разговора. — Я нашел выход. Он прост и сложен одновременно. Чакра могла принести благо, но мы стали использовать ее для войны. Утопией было бы предложить уничтожить военные знания шиноби, оставив право пользоваться чакрой. Поэтому, нужно искоренить все упоминания о техниках и знаниях что появились за нашу историю. Это будет не просто. Множества смертей не избежать. Хокаге заблуждались, создавая совет старейшин и корень. Но ошибался и Саске. Его заблуждения были схожи с моими. Никто не может считать себя богом и перенимать на себя всю власть.       Далее Мадара принялся вдумчиво расписывать устройство мира, который хотел создать. Начиная со способа разрушения былых догм и постулатов, заканчивая тем, какие должности будут входить в управление новым порядком, их функционал и обязанности.       Сарада всецело погружалась в повествование. Ее глаза начинали загораться восторгом. Хотелось помочь, воплотить все услышанное. — Мне бы хотелось помочь. Но как… Без тебя ничего не выйдет. Есть ли вариант… — А вот мы и подошли к самому интересному. Но хочу, чтобы ты сама озвучила эту мысль. — Есть ли способ вернуть тебя к жизни?       Довольная улыбка расползлась по худощавому лицу мужчины. Был начат новый рассказ. — То есть, с самого начала нужна была я. Но как? Как возможно было предвидеть то, что в молодости ты скажешь мне именно те нужные слова. В конце концов, откуда уверенность, что я таки убью Боруто и получу Мангеке именно с нужными тебе способностями. Как я поняла, они не типичны, как и то, что я смогла продемонстрировать их почти сразу. — В тебе я не сомневался ни дня, моя малышка.       В глазах Мадары явно читались глубокие чувства к девушке. Впервые за все время их знакомства, Сарада увидела это.

***

      Иногда случается так, что всю жизнь обстоятельства сталкивают тебя с каким-то человеком. Не важно каким способом. Так или иначе, он появляется в твоей жизни, твоих мыслях. Шутка ли что встретившись и объединившись эти люди способны на великие свершения.       Багряный закат. Солнце прятало свои лучи в сгущающихся облаках. Воздух был заполнен запахом гари, повсюду летали черные хлопья — следы пожара. Серый дым застилал все вокруг. Еще пару часов назад вся Коноха была в огне. На пепелище деревни стояла Сарада. В руке была плотно зажата рукоять серого гунбая, окропленного кровью, а в глазах горел Мангеке с причудливым рисунком цветка.       Однажды, деревня погубила весь ее клан, оставив в живых лишь отца. История повторилась. Саске вновь стал единственным выжившим, на этот раз в Конохе и по причине своего отсутствия. Долг клана Учиха был выплачен.       Наступала ночь. В ее предверии большое количество глаз закрылось навсегда. Взамен этого человек, давно покинувший этот мир вновь раскрыл свои. Отражавшаяся в его глазах луна окрасилась в алый. Учиха Мадара снова был жив.       Две фигуры степенно шли в даль к горизонту. За своими спинами они оставили многое.       В растекающейся луже крови лежал сорванный алый мак.