Strike the match

Кап. Кап. Левый глаз лениво приоткрылся, чтобы увидеть, как на тонкую подушку, набитую гусиным пухом, падают тяжелые капли дождя. Искренне послав неуместную влагу в неизведанные дали, мужчина перевернулся на неудобном диване и постарался поймать ускользающий сон. Кап. Кап. Плюх! Огромная капля упала точно на кончик острого прямого носа, который незамедлительно поморщился, а окончательно разбуженный человек мученически застонал, поднимаясь на ноги и хмурясь из-за затекшей от неудобной позы спины. День явно не задался. Драко не любил зиму. Зимой было холодно, а тонкое синтепоновое одеяло совершенно не справлялось с английскими морозами. Драко не любил лето. Летом было чересчур душно, а окна на чердаке не открывались, заставляя его тихо изнывать от жары. Драко не любил весну. После тихой зимы щебетание птиц, копошащихся под крышей, было сравнимо со звуком истязания сотен грешников. Но больше остальных времен года Драко не любил осень. И вовсе не из-за удивительно дождливого сентября, какой выдался в этом году, а потому, что ему снова придется видеть Его. Драко коротко прорычал и взъерошил и без того торчащие во все стороны волосы, будто навязчивые мысли сидели между ними, а не глубоко под коробком черепа. Схватив со стула с вечера приготовленные брюки и чистую серую рубашку, он, как был - в «спальных» джинсах и футболке с каким-то абстрактным рисунком - зашагал вниз по лестницам, где на первом этаже располагались душевые. «Лишь бы не встретить, лишь бы пробежать, лишь бы у него вообще выходной был. Господи Иисусе, Мария, Иосиф, дедушка Абракас на небесах - кто угодно, помогите мне, прошу», – мысленно молился он, ненавидя себя за это вдвойне сильнее, чем обычно. Драко шел по темному коридору, и тихое шарканье его тапочек раздавалось на несколько метров вокруг. До начала занятий оставалось еще около полутора часов, и надежда, что его персональное наваждение еще не прибыло на свое рабочее место, все крепла. Он даже перестал вздрагивать и торопливо оглядываться от каждого шороха; вместо этого он горделиво выпрямил спину, расправил плечи и так, как ни одна звезда еще не шагала по красной ковровой дорожке, дефилировал в сторону душевых. Мысли, однако, витали далеко от этих коридоров. Как и каждый раз, когда Драко спускался на первые этажи, чтобы принять душ, в голове всплывала последняя сцена в родном поместье. …– Что значит «не хочу»?! – взревел Люциус, звонко опуская пузатый коньячный бокал на палисандровый стол, отчего по хрусталю молнией пробежала длинная трещина. – В политику все хотят, не выдумывай! – Это моя жизнь, отец, – также горячо отвечал Драко, упираясь ладонями в многострадальный стол. – И я хочу совершенно иного! – Да-а-а? – насмешливо протянул Малфой-старший, издевательски скривив губы и прищурившись. – И чего же ты хочешь? – Я хочу преподавать, – решительно выпалил тогда еще мальчишка, порывисто взмахнув платиновыми волосами, будто убеждая самого себя. – Буду учить детей. – Ты, должно быть, умом тронулся, – пожал плечами родовитый лорд, поднимая резную трубку какого-то древнейшего на вид телефона и бросив взгляд на притихшую поодаль жену. – Родная, напомни мне номер мистера Забини, я договорюсь о приеме. – Отец! – вскрикнул единственный отпрыск Люциуса и Нарциссы Малфоев, шокировано открывая и закрывая рот. Наконец, взяв себя в руки, Драко вскинулся и рванул к двери, у которой его настиг тихий шепот матери. – Любимый, не стоит звонить в Мунго. Это ведь всего лишь блажь. Вот приедет завтра Астория, а после помолвки эти мысли и вовсе пропадут. Драко вздрогнул. Помолвка, свадьба. Его жизнь была наперед расписана властолюбивым отцом. С его же мнением в этом доме считаться отказывались. – О, спасибо, матушка, что напомнила, – тихим, не предвещающим ничего хорошего голосом заговорил он, скалясь как-то сумасшедше и кидая взгляд на выжидающих предков. Видит бог, он не хотел делать этого вот так, но… – Не будет никакой помолвки, – прошипел Драко сквозь сжатые зубы, игнорируя схватившегося за сердце после этих слов отца. – Я гей!.. Тем же днем его выгнали из поместья, как было сказано, «в наказание», хотя это, несомненно, пошло ему на пользу. Поступил он на бюджет по специальной программе, гарантирующей ему работу в определенном учреждении в течение строго оговоренного времени; благодаря упорству и пытливому уму, учился Драко на стипендию и вместе со школьной подругой, Панси, снимал двухкомнатную квартирку на окраине города. Гей и лесбиянка потрясающе уживались вместе, не лезли друг другу в личную жизнь и вообще доказывали всем и вся в своем педагогическом университете, что дружба между девушкой и парнем действительно существует. – Малфой, лови! – будто сквозь вату донеслось до задумавшегося Драко, а следующее, что он почувствовал, как в спину ему прилетело что-то слишком тяжелое, чтобы устоять на ногах. Комично взмахнув руками, из которых, разумеется, рассыпалась вся приготовленная одежда, Драко рухнул на пол, зашипев от боли, пронзившей колено. – Драко! – послышался обеспокоенный возглас почти мальчишеского голоса. Такого знакомого. Такого любимого. – Боже, Малфой, ну что же ты такой неуклюжий, – вздохнул вандал, становясь рядом с распластавшимся Драко и протягивая ему руку помощи. – Для тебя я - профессор Малфой, Поттер, – прошипел он, но руку не отверг, позволяя себя поднять. На самом деле, он просто не мог отказать себе в удовольствии коснуться смуглой грубой кожи широкой ладони, на которой отчетливо ощущалась пара мозолей. Драко украдкой тяжело сглотнул, пытаясь прогнать застрявшую в горле фантазию о том, как эти шершавые наросты ощущались бы, например, на нежной коже его бедер. – Думать, что делаешь, иногда полезно, ты, придурок, – прошипел он злобно, тут же скривившись от снова прострелившей коленку боли. – Да я как-то… и правда, не подумал, – Поттер виновато улыбнулся, подхватывая его за талию. – Тебя, может, в медпункт? – Без тебя разберусь, физкульдурок, – рявкнул Драко, мысленно прикидывая, влезет ли на глазах распухаюшая лодыжка в узкие туфли. По всему выходило, что нет. – Для тебя я - профессор Поттер, – передразнивая акцент Драко, сказал Поттер, по-прежнему улыбаясь извиняющейся улыбкой. – Ты когда-нибудь слышал о профессорах физкультуры? – Драко выгнул изящную бровь, будто намекая на абсурдность вообще разговора и ситуации в частности. Они так и стояли там - Драко цаплей поджимал ногу, а за талию его держала сильная рука, чей жар ощущался через хлопок несколько приталенной футболки. – Туше, – улыбнулся Поттер, тряхнув черными, как уголь, волосами. – Ты в душ шел? Тебе помочь? – Помоги, – задумчиво протянул Драко, слегка наклонился к нему и прошипел почти в самое ухо: – Скройся отсюда, и не попадайся мне на глаза ближайший месяц. Выдавив из себя все это, Драко прижал к груди свою одежду и прохромал в ближайшую дверь, за которой и прятались душевые кабины. Он не оборачивался, потому не видел ни грустного взгляда, ни печальной улыбки Поттера, задумчиво вертящего в руках баскетбольный мяч. «Не думать о руках. Не думать о глазах. Мять мочалку, а не то, что хочется мять. Это всего лишь тело. Разум сильнее материи. Я - выше животных инстинктов. Я в состоянии сдерживать свои порывы. Я стою в школьной душевой и дрочу на мозолистые ладони», – наконец, сдался Драко, обхватывая подрагивающими пальцами налившийся кровью член и обреченно прижимаясь лбом к влажной от конденсата плитке. – Дожил, – тяжело выдохнул он несколько минут спустя, стирая ладонью белесые капли с сине-зеленого кафеля. Еще около получаса ушло на обтирание припрятанным в свободном ящичке полотенцем, одевание и хромой крестный ход до класса. Звонок уже прозвенел, а это означало, что его ждал класс. Любимый класс, ведь в нем учился парень, который действительно уважал науку, поглощая знания с рвением, едва ли уступающим рвению Драко в его годы. «Перед этими стервятниками слабость показывать нельзя, а то так и будут впредь ни во что не ставить», – поджал губы Драко и глубоко вздохнул, беря себя в руки. – На этом уроке не будет дурацких упражнений по каллиграфии и глупого деления в столбик, – пропустив приветствие, громко проговорил он, стоило ему гордо войти в двери большой школьной аудитории. – Итак... – подойдя к огромной, раз в десять шире него самого, меловой доске, Драко аккуратным почерком вывел название дисциплины, откладывая осыпающийся кусочек и поворачиваясь к притихшим ученикам. – Я не надеюсь, что вы оцените такую тонкую науку, такое тонкое… искусство, как химия. Разве что несколько из вас, избранных... – он обвел тяжелым взглядом побледневших школьников, находя глазами своего любимца, – ...кто имеет предрасположенность... – Драко скупо улыбнулся ему, едва заметно склонив голову. Зеленые глаза ярко блеснули из-под темной челки, рвано закрывающей лицо. Мальчишка широко улыбнулся в ответ и сразу упер взгляд в свою тетрадь. – Я постараюсь научить вас, как криосинтезировать гормоны и как титровать растворы по каплям, – проникновенным шепотом заговорил Драко, отчего заинтересовавшиеся дети слегка склонились в его сторону. Неизвестные, сложные слова очаровывали их, как заклинания из какой-то сказки. – Я расскажу вам, как разлить по бутылкам металл, как пользоваться кислотами и даже как обращаться с синергистами… – несколько девочек на первых рядах ахнули и оживленно зашептались. Драко же фыркнул, складывая руки на груди. – Но сейчас открываем тетради. Первое и самое важное, что вы должны уяснить, – монотонно заговорил он, начиная шагать между рядами под тихий шелест тетрадных страниц. – Это техника безопасности на моих уроках. Особенно это касается тебя, Поттер, – язвительно проговорил он, с беззлобной ухмылкой смотря во вмиг вскинувшиеся зеленые глаза. – Потеря конечностей не станет оправданием невыполненному домашнему заданию. Серые глаза снова сцепились с зелеными глазами Альбуса Северуса Поттера. По сравнению со своим отцом, Альбус был просто удивительным парнем, чем-то напоминающим Драко его самого в школе не только тягой к естественным наукам, но и личностными качествами: спокойный, но острый на язык, с пытливым умом, хорошо развитой тактикой и титаническим самоконтролем. Он заприметил паренька еще пару лет назад, когда в его классе появилась дисциплина физика, которую тоже вел Драко. Альбус тогда совершенно не понимал даже элементарных задачек, но с таким усердием переделывал свои лабораторные, внимательно все записывая и самостоятельно находя у себя ошибки, что вывел свои знания на весьма недурной уровень, проглатывая книги на обед и ужин и уже сейчас обгоняя в знаниях своих одноклассников минимум на пару лет. Драко с удовольствием занимался с ним углубленно в свободное время, чему Альбус радовался, как ребенок, коим тот, в принципе, и являлся. Ала определенно ожидало прекрасное будущее в сфере естественных наук. Разумеется, если шикарный, чертовски сексуальный и сногсшибательный - в прямом смысле этого слова - папаша, повернутый на спорте, не испортит сына до выпуска.