Важная часть мозаики исчезла!

- Савада-кун, ты очень интересный человек! – улыбаясь, проговорил мужчина в маске с рисунком шахматной доски. Он был немного удивлен внезапному появлению столь неожиданного гостя. – Хм, значит, ты хочешь избавить Реборна от проклятья, – как будто прочитав мысли парня, сделал вывод мужчина, - и поэтому твой разум привел тебя ко мне? Это еще одно доказательство того, что ты интересный малый! – с долей усмешки, проговорил мужчина. – Но, видишь ли, твое появление здесь пустая трата времени. Я, конечно, могу избавить Реборна от проклятья, но при этом ему придется попрощаться с жизнью, - казалось, будто мужчина наслаждается происходящим, ведь с лица не сходила коварная улыбка. Он смотрел на резко меняющееся лицо Савады. В данный момент оно было удивленным. – Кажется, ты удивлен неожиданному повороту событий и наверняка задаешься вопросом, зачем я устроил состязание, победитель которого будет избавлен от проклятья? – мужчина видел Тсунаеши насквозь. – Ответ прост! Мне нужно новое поколение, в котором я смогу найти достойного силы аркобалено радуги, – коварная улыбка не слетала с уст мужчины. А глаза не переставали смотреть на удивленного Тсуну. На лице парня читалось много вопросов, на ответ которых мог дать только Шахматоголовый, что и собирался сделать сам Шахматоголовый. – Савада-кун, если я тебе все расскажу, то тебе придется забыть об этом в следующую же секунду. Если же захочешь об этом кому-то сказать, ты причинишь себе ужасную боль. Действительно ли ты хочешь услышать ответы на свои вопросы? – вопрос был произнесен с некой угрозой, даже улыбка слетела с уст мужчины. Он надеялся, что парень откажется услышать ответы, ведь он не любит боль, но Шахматоголовый ошибся. Лицо Савады стало серьезным, что означало готовность выслушать ответы. – Не пожалей потом! – губы мужчин снова приобрели коварную улыбку. – Я расскажу тебе кто такой аркобалено радуги. Аркобалено радуги содержит в себе разные частицы пламени, а именно: неба, урагана, дождя, облака, солнца, грозы и тумана. Когда именно появилось аркобалено радуги неизвестно даже мне, но точно до появления мафии и семьи Вонголы. Мне известно лишь то, что он исчез, когда умер первый Вонгола, и до сих пор не появлялся. На что способен, мне тоже неизвестно, хотя если использовать эту силу в темных делах, то наверняка можно устроить на земле хаос! - мужчина внимательно смотрел на лицо парня, наверное, хотел увидеть хоть какую-то реакцию, но ее не было. – Ну, на этом вроде бы все. Ах да, ты же хочешь знать, зачем мне все это! Так вот, мне это не нужно! Я исполняю волю тринсетте! Видишь ли, недавно я выяснил причину их странного поведения и этой причиной оказался аркобалено радуги. К сожалению, мне неизвестно зачем им так неожиданно понадобился аркобаленно радуги, но если я его не найду, то тринсетте исчезнут, тем самым нарушив баланс мира. - Подъем, Бесполезный Тсуна! - в неизвестно который раз произнес Реборн и на этот раз он скинул, не просыпающегося парня с кровати. - Хиии! Реборн, зачем ты скинул меня с кровати? – валяясь на полу, Савада удивленно смотрел на своего репетитора. - Мне показалось это более эффективный способ пробуждения. А теперь, быстро в школу! – приказным тоном проговорил киллер. Савада посмотрел на часы и в следующую же секунду вскочил. Правда неудачно, так как он запутался в одеяле и упал. Выкарабкавшись кое-как и упав еще пару раз, он собрал сумку и побежал по лестнице вниз, хотя нет, он полетел с нее. Ноги запутались, и хозяин столь непредсказуемых ног, полетел вниз. Не уделив внимание такому неожиданному полету, то есть не совсем неожиданному, ведь такие полеты были каждый день и не раз, парень поднялся и побежал в школу. Опоздав в школу и получив несколько синяков от Хибари, Савада не пошел к медсестре, посчитав сие действие лишним. Парень, сочтя нужным учиться, поплелся на урок. Но учиться у него не получалось, ведь все что учитель говорил, было как на другом языке. Поэтому чтобы время зря не растрачивать, Тсуна решил подумать о сне, что ему приснился недавно. Тот сон казался реальным, правда там он не мог говорить и шевелиться, даже четко думать. Да и слова Шахматоголового тревожили его. Он не знал, как ему спасти Реборна сразу и от проклятья и от смерти. Из размышлений Тсуну вывел Гокудера, который как верная псина хотел знать, почему его хозяин опоздал в школу. - Джудайме, почему вы опоздали? – Тсуна даже вздрогнул от неожиданного появления хранителя урагана. - Г-гокудера-кун, я проспал! – губы растянулись в неловкую улыбку. - А ушибы? Откуда они? Наверняка это сделал придурок Хибари. Я ему покажу… - Хаято уже было направился в сторону двери, как его остановил Савада. - Хиии! Н-не надо! Эти ушибы после моего падения! – парня пугала мысль о том, что может сотворить эта парочка. - «Мне кажется, или Гокудера меня раздражает?» - Джудайме, вам стоит сходить к врачу, вдруг у вас серьезные ушибы! А если у вас перелом? – хранитель урагана начал надоедать тупыми вопросами. - У меня ничего не болит, так что к врачу мне не нужно! – Савада, пытался успокоить Гокудеру, но у него это плохо получалось. Хранитель урагана, не верил своему боссу и даже сам решил проводить к медсестре. Насильно потащив своего босса к медсестре, Хаято продолжал буробить что-то насчет травм. – Стой! – Тсуна резко вырвал руку. – «Нет, мне не показалось. Гокудера действительно раздражает» Со мной правда все хорошо и травмы несерьезные, - все же попытка успокоить своего друга удалась. - Я учиться пришел, а не лечиться! Когда они вернулись в класс, сразу же прозвенел звонок на урок. Следующие уроки были так же непонятны, как и первый. Тсуна на них постоянно думал о сне, но так и не сделал никакого вывода. На переменах Гокудера всегда приставал со своим «Джудайме, вы в порядке?». После четвертого урока, Савада думал, что хранитель урагана будет снова надоедать, но этого не произошло. И чтобы наверняка не встретится с ним, Тсуна решил прогуляться по школе. Только вот выйти из класса ему так и не удалось. Парень упал на холодный пол. Он чувствовал, что погружается в тот же сон, что был раньше. Его это не радовало, ведь там он не может ни двигаться, ни говорить. Там уже все решено за него. - Савада-кун, ты меня поражаешь! – в темной комнате, где единственный источник света был направлен на стул в виде трона, находились только Шахматоголовый, он и тринсетте. – И что же тебя привело на этот раз? Я не звал тебя! – с коварной улыбкой проговорил мужчина. «Я не рвался сюда», - промелькнуло в голове Савады. Он был крайне недоволен, что опять находится в столь ужасном месте. Вдруг, кольца тринсетте засветили и в это же время в реальном мире у аркобалено, вспыхнули пустышки. Носители пустышек были сильно удивленны. «Что происходит?» - Тсуна внимательно смотрел на свет, что исходил от тринсетте. Взгляд невозможно было оторвать, и по телу пробегал слегка ощутимый холод. Свет пленил парня, а потом одарил ужасной болью. Боль пронзила все тело, как будто тысяча игл вонзились в кожу. Хотя нет, это мягко сказано. Мучительная боль достигала каждой клетки тела и пытала ее ядовитой резью. От этой боли хотелось кричать, но он не мог закричать. Хотелось скрутиться от жгучей боли, но он не мог двигаться. Застывшее тело пронзали ядовитые колики. В голове начали появляться грустные мысли, казалось, свет тринсетте хотел погрузить Саваду в глубины отчаянья. Парень сражался, как мог, но в этом измерение ему неподвластен даже собственный разум. Шахматоголовый наблюдал за побледневшим парнем. Сначала, он не понимал в чем дело, но какое-то время спустя все же стало понятно, чего хотят тринсетте. А именно – его. Да, выбор - сделан. Кандидат - выбран. Осталось наделить его силой. Только вот выдержит ли тело и разум такие пытки, не знал даже сам Шахматоголовый. Какое-то время спустя, кольца и пустышки перестали сиять. Пустышки уже не имели яркого цвета, как до сияния. А кольца тринсетте стали белыми, как будто жизнь из них ушла. С окончанием сияния Тсунаеши упал на холодный пол. Немного повалявшись на нем как труп, он попытался пошевелиться, и это у него вышло удачно. Правда боль была жгучей, но раз уж Тсуна вытерпел агонию боли то и вытерпит и это. Потом Савада попытался встать, но первая попытка провалилась с треском. Он смог встать только с третьей, да и то еле держась на ногах. - Рад видеть тебя во здравии, аркобалено радуги! – коварная улыбка Шахматоголового и тьма - это все, что запомнилось Тсуне, когда он в очередной раз провалился во тьму.