Night of the hunter

Сынри опасался за себя. Он в шоке от Квона. Тот отсидел несколько месяцев, почти четыре, но так изменился, как будто это брат-близнец. Джиен не кидался на людей, не сыпал матами, не курил как паровоз, он остался таким же. Просто было в нем что-то жуткое. Невидимая броня. Или затвердевшая воля. Когда Квон очнулся в больнице – вовсе не обрадовался новости об освобождении, нет. Он впал в ступор, а потом грустил. Дальше очень долго говорил с адвокатом, который все это время сидел на шеях частных детективов, чтобы вытащить парня с зоны. После это начались поиски информации о Сынхене. Потом еще его сестра всполошилась, по поводу того же Сынхена. Квон ничего не сказал, только дал описание внешности и статьи наказания и уже Дами впала в ступор. Дальше Сынри не понимал ничего. Он думал, как бы так незаметно держать шокер наготове и не допускать мыслей вдавить педаль газа в пол и удрать со стоянки перед воротами тюрьмы. Джиен замечал, он чувствовал, что тот боится и повторял ему, что они уедут отсюда только с тремя пассажирами в салоне. Сынри было бы проще, будь Тэян рядом. Но тот на работе, а этой штукой, бьющей током, он совсем не умел пользоваться, ему не трудно самого себя поджарить. Сынхен не обращал внимания на машины, стоящие за воротами. Его цель – автобусная остановка через два километра. Еще три месяца за решеткой, без Джиена они тянулись как год. С ним время летело, было не тоскливо и в целом уютно. Даже нелепо и стыдно становится, стоит подумать – на что они потратили первый месяц. Сынхен отошел сто метров вдоль дороги и не услышал торопливых шагов позади. Его окликнули. Джиен запыхался, хотя почти не бежал. Сынри медленно плелся за ними и сосредотачивался на вождении, чтобы не потерять контроль над эмоциями. Ему совсем не интересно, совсем. Сынхен не отрывал взгляда от раскрасневшегося Джиена, вся пустота от кардинальных изменений в жизни исчезла. Пусть на момент, Сынхен почувствовал радость от свежего воздуха, от которого Джиен так залился румянцем. -Поздравляю с освобождением. – Квон обнял Сынхена, непривычно утыкаясь носом больше, чем в один слой одежды. -Тебя так же. – Сынхен обхватил Джиена за плечи и дышал в затылок. Чистый, опрятный, приятно пахнет. Волосы сравнены по длине, на свету ярко рыжие, даже огненно-красные. И сейчас он не принадлежит Сынхену. Кому угодно, но точно не ему. -Что ты здесь делаешь? Джиен отстранился от Сынхена, заглянул в глаза и немного растеряно ответил: -Я за тобой приехал. -Не стоило. – Мелькнувшие железные нотки в его голосе больше не пугали. Квон действительно привык и даже сам научился говорить подобным тоном. -Стоило. -Это Хенджун называл тебя Зайкой? -Что это значит? – Джиен вскипел. Он ждал не этого. Сынхен должен был сесть в машину хотя бы, чтобы начать разборки. Не на обочине. Зайка давно отпущенный элемент прошлого. Он расстался с безответной любовью, чтобы начать новую страницу жизни. …как он думал. -Малыш, я тебе не нужен. – Сынхен хотел окончательно отнять от себя руки Джиена, но тот крепко держался за ткань и пришлось тянуть сильнее. - Джи, я украду твое сердце. И потом буду сидеть пожизненное в собственном карцере в голове. -Ты его уже украл! – Сынхен против воли зашагал прочь. Лучше идти дальше, не оборачиваясь. Джиен его забудет, он переживет. Сынри остановил машину, Джиен стал как вкопанный, провожая спину уходящего парня. Вдруг ни с того ни с сего бросился к водительской двери, распахнул и начал шарить руками по его куртке. -Тебе Тэян дал шокер? - Джиен сам ответил на вопрос, выдернув черный прибор из бокового кармана - Дай его сюда. -Ты что собрался… - Сынри удержал запястье Джиена, но тот перекинул шокер в другую руку и сделал так, что рука просто выскользнула из хватки. Сынри в шоке наблюдал как Джиен бегом нагнал парня и с размаху ткнул шокером в спину, чтобы проколоть одежду. Захотелось унестись далеко-далеко в одиночку. Но вместо этого Сынри подъехал ближе и помог затащить парня на заднее сиденье. Джиен не отдал шокер, все еще сжимая в руке, нырнул на свободное место сзади. Он вел машину, поглядывая в зеркало заднего вида. Парень очнулся спустя пару минут. Джиен затащил его на себя и обнимал ногами, привалившись спиной к двери, приглаживал волосы. Кажется, снова грозился разрядом, если тот начнет капризничать. Теперь хоть предупреждает. Сынри будет знать, когда ему зажмуриться, или хотя бы не смотреть назад. Сынхен послушно заснул и, пока в отключке обнимался с ногой Квона, Джиен заметил такой же светлый шрам на шее, как и у себя. Все-таки в камере было ужасно темно, раз он его не заметил. Сынхен продрал глаза, когда было совсем темно. Он лежал в постели, раздетый, и среагировал на щелчок замка в двери. А потом был Джиен в огромной черной майке. Сынхен понял только по красному отблеску волос. Глаза еще не привыкли к темноте, но потом стало видно и бледное красивое лицо на подушке рядом. -Мы где? -Это квартира моих друзей. Наше временное пристанище. – Джиен потянулся, но не спешил придвигаться к Сынхену. Хотелось, чтобы тот сам потянулся к нему. -Ты представляешь, что будет, когда твоя семья узнает? -Ты с ней уже знаком. Когда он успел? Что было, пока он дрых? -Лучше всех тебя знает моя сестра. Она передавала тебе привет. -Сестра? -Девушка в заложниках. Это была моя сестра. – Джиен не присутствовал в зале суда тогда. Был очень занят учебой. Неловко бы получилось, если бы все же выбрался. Повисла пауза. Сынхен, не скрывая реакции, позволил вытянуться своему лицу и в мыслях благодарил всевышнего за то, что он отстоял жизнь той девушки. Иначе бы не сел в тюрьму, не встретился с Джиеном. Жил где-то в укрытии, когда Квон проклинал бы его. Но и в данной ситуации он не в выигрышном положении. -Поверить не могу, что ты выбрал меня. После всего, что я сделал. Джиен ждал, что Сынхен начнет эту тему снова. Но шокер стоял на зарядке у Тэяна в комнате. И потому выговорил давно придуманные слова, надеясь, что Сынхену их хватит, чтобы успокоиться. -Ты сделал самую малую часть из общего целого, и к тому же исправился. У тюрьмы свои законы. Я не осуждаю, тебе надо это понять. Но в обиде, что ты предпочел уйти, чем не отпускать. Ладно, Сынхен не будет спорить. Вдруг Квон держит оружие под подушкой. Сначала надо проверить. Хотя не особенно хочется, так же как упираться. -Я отвык спать на мягком. – Джиен чувствовал, что тот водил ладонью по матрасу рядом с ним, и начинал сердиться. -Ничего, ты привык спать со мной. -От тебя я тем более отвык. Пришлось, иначе впал бы в кому после первой же недели бессонницы. Квон забурчал что-то совершенно непонятное, только по дальнейшем действиям Сынхен определил, что тот хочет уйти спать в другое место, и обхватил за талию прежде, чем тот успел полностью скинуть одеяло. -Иди ко мне, а? Сила привычки - проснуться в пять утра. Квон прилип рядом, как банный лист, и теперь он точно не бред спятившего от горя. На Джиене майка словно из магазина для больших людей. Рукава, которые должны быть до середины плеча, свободно свисали ниже локтя, и подол скрывал задницу и часть бедра. Сынхен хотел добраться до кожи Джиена, чистой и приведенной в божеский вид, еще лучше, чем была. Видимо паранойя никогда не отмыться от тюремной грязи. Сынхен промахнулся и залез под ткань трусов. Тут же одернул руку и повел выше до поясницы. -Сынхен, рано еще, спи. – Квон завозился, недовольно потерся носом о его грудь. Биологические часы уже давно ушли от режима тюрьмы. Сынхен знает отличный способ его разбудить. Торопиться некуда, но он жаждет вспомнить все, что так болезненно месяцами остывало в сознании. Рука все равно потянулась под резинку трусов, Квону пришлось разлепить глаза. -Но люди же спят, им на работу скоро вставать! – Сынхен подмял под себя, и Джиен пискнул от неожиданности, когда тот сжал его за задницу так, что даже ногтями впился. -Это тут причем? – Сынхен заново изведывал тело под собой, без опаски покусывая кожу на шее. -Стены тонкие, все слышно. – Джиену нравилось. -Откуда знаешь? – Жадные долгие поцелуи не дали Квону сказать и слова, Сынхену не страшно, что их будет слышно. Как и тогда, в тюрьме, но там было просто невозможно что-то услышать через стенку. -Почти каждую ночь занимаются сексом, а я их слушаю. – Квон закинул ноги на Сынхена, заставляя лечь. Ему уже все равно. -Им можно, а тебе нельзя? – Действительно, разве запрещено? На кухне Сынри сидел в наушниках, в которых грохотала музыка. Он уже не мог выносить такого аудио насилия. В его комнате несколько часов творился разврат, и то, что он не выспался – было самым малым ущербом для психики. Учитывая, что дошло, что его слышно точно так же, просто Джиен учтиво молчит. Так на него похоже. Что не мешает ему громко возвещать на всю квартиру, что с ним делают, заставляя воображение выдвигать варианты картинки, соответствующей звуку. Это было бы дико приятно слушать и даже записать, но дружба мешала такому сдвигу в сознании. Вот Тэяну все ни по чем, спал без задних ног и сейчас похлебывает кофе и щурится, мол, кофе очень вкусный. Бесстыжая морда. -Я загладил свою вину за вчерашнюю попытку побега? Джиен отполз от Сынхена на другой край кровати, но ему не дали уйти далеко. Квон буркнул утвердительный ответ и позволил навалиться сверху. Как жарко. -Запомни главное: они – мои друзья, которые живут в одной квартире – шлепнул по пальцу, который потянулся в сторону входной двери. – да, но об этом знаем только мы. Мы живем в комнате Сынри, он обычно все равно тут не появляется, она нужна для показухи, что они просто близкие друзья без девушек. Сынхен заржал. Эта схема все еще в силе. -Ты из меня все инструкции выбил. – Джиен хихикнул и на миг отвел глаза в сторону. – Ты помнишь как живут обычные люди? Как готовить, убираться, мыться, все такие дела? Тот вальяжно покачал головой. Вспомнит по ходу дела. Если что – обратится к соседу по кровати. Джиена восстановили в университете. Он считал, что там можно найти работу и Сынхену. Не знает какую, но надо с чего-то начинать. -Ты мне не позволишь бездельничать? – Сынхен наигранно поджал губы и свел брови домиком. -Нет. -А профессия наложника еще не создана? -Сынхен! -Я шучу. Спустя пару месяцев Сынхену удавалось просыпаться гораздо позже. Работа грузчиком на воле потяжелей, чем за решеткой. Таскать приходилось не продукты, а мебель, книги, архивы и все, что только можно сдвинуть с места. Руководитель уже думал сделать его разнорабочим официально: все, что он поручал – было сделано. Сынхен все еще ощущал тяжесть в теле, которая не прошла с вечера и готов был лежать в кровати, пока не надоест. Выходной для этого и нужен. Жаль, что Джиен не скоро вернется с учебы, они и так мало виделись. Ну как – мало. Сынхен привык, что Джиен в свое время отсутствовал лишь пару-тройку часов. А тут даже сам Квон не знал, когда вернется. Первое время Сынхен был голодный. Возможно, даже хуже, чем в прошлый раз, когда Квон только показался в тюрьме. Одним утром не отделался. Но теперь Сынхен скорее жаждал дышать ему в темечко во сне, от чего Джиен иногда просыпался, чтобы почесать затылок. Сынхену всегда мало Джиена. Тот отвечал взаимностью. Им повезло друг с другом. Сынхен повернулся в сторону соседней подушки и ошарашено отметил на ней яркую рыжую макушку. -Малыш? - Квон лениво открыл один глаз и тут же закрыл обратно. - А ты не должен ли идти сегодня на занятия? Джиен продолжил невозмутимо лежать рядом, лишь помял подушку и поудобнее на ней устроился. -Почему прогуливаем? – Сынхен хрипел после сна, да и строгий тон у него не вышел. Совсем не получился. -Пальцы не гни, мистер. – А Джиен никогда и не умел запугивать голосом. Ему и не надо. Сынхен и так распугает вокруг него всю нечисть, когда надо. Джиен еще в тюрьме привык, что от Сынхена пахнет потом. И теперь даже не замечал, что кровать пропиталась мужиком. Сынхен по привычке частенько заваливался спать, не сходив в душ. Квону это нравилось. Джиен подвинулся ближе и дышал улыбающемуся Сынхену в плечо, не жалея, что решил пропустить лекции, чтобы проснуться рядом и провести с ним утро. -THE HAPPY END- 2013.02.17