Сделан ход пиковой мастью.

      Мукуро стоял на самом краю образовавшейся котловины смотрел вниз и пытался объяснить самому себе чего хочет сейчас больше закричать или бросится вниз. Его наполненные ужасом глаза смотрели перед собой. — Papa, — юноша осел на колени и впился пальцами в землю. — Как же… Как же так?       Наступила давящая тишина нарушаемая лишь редким всхлипами. Сердце молодого иллюзиониста гулко стучало и каждый его удар отдавался острой болью во всем теле. Пелена слез застелила глаза. Он стиснул челюсть с такой силой, что казалось сломает себе зубы.       Раздался оглушительный треск веток, и все присутствующие настороженно замерли. Мукуро в бессильной злобе оторвал глаза от земли готовый растерзать любого, кто сейчас явится. Со стороны чащи вновь раздался треск и на поляну вышел местами подпаленный покрытый пятнами крови Деймон Спейд. Уставший, едва стоящий на ногах, мраморно белый, но живой. — Ну-фу-фу, — раздался его напряженный смешок. — Немного промахнулся. — Papa! — Отто-сан! — Мастер! — Деймон-сан!       Мукуро сорвался с места и наплевав на все и всех крепко сжал Деймона в обьятиях стараясь не задеть раненное плечо, и уткнувшись в шею родителя глубоко вздохнул такой родной, успокаивающий запах шалфея с неприятной инородной ноткой металла. Под его руку протиснулась все еще плачущая Хром и тоже прижалась к приемному отцу мелко подрагивая. — Оя-оя, напугал я вас, — мягко улыбнулся Деймон и потрепал их обоих по волосам поднимая усталый взгляд васильковых глаз на постепенно обступающих его людей.       Мукуро наконец нашел в себе силы разжать объятия и поднырнув под руку отца, который тут же оперся на него, медленно двинулся прочь со злосчастной поляны. Сердце все еще в гулко билось о ребра, а мысль о том, что могло произойти, вырвала из его уст нервный смешок. Вечер следующего дня… Намимори… Дом Савад…       Савада энергично махал рукой прощаясь с засидевшимися Такеши и Хаято. Шатен облегченно глубоко вздохнул и посмотрел на первые звезды. Вчерашнее происшествие оставило лишь досадно саднящие раны. Вария отбыла рано утром, перебудив весь дом и шумно распрощавшись. Тсуна нервно хохотнул, вспоминая как перепугался, когда к нему подошел Занзас и в своей привычной манере сообщил то, что подросток интерпретировал как «Возможно сработаемся». Окрыленный подобным явлением Тсуна на радостях обнял Занзаса и в моментально воцарившейся тишине схватил от варийца подзатыльник. Однако он отчетливо увидел или скорее почувствовал удивление в алых глазах.       Тсуна перевел взгляд на тонкую оранжево красную полоску на небе. Энма и его Хранители тоже вернулись к себе, но перед этим Савада вытряс из непривыкшего к такому вниманию, а от того безбожно краснеющего, Козато клятвенное обещание держать активную связь.       К нему бесшумно приблизился мужчина которого было крайне непривычно видеть в бинтах и обычной футболке заместо любимых рубах. Но даже в таком виде Деймон Спейд внушал уважение и некий трепет, который Савада ощущал со своей самой первой встречи с этим удивительным человеком. Васильковые глаза сильнейшего иллюзиониста насмешливо сияли, приобретя в вечернем освещении более темный глубокий оттенок. — Тсунаёши-кун, — позвал он младшего Саваду. — У меня к тебе есть серьезный разговор. — Что-то мне не нравится, как это звучит, — он конечно не ожидал серьезного подвоха от этого человека, но интуиция где-то на задворках намекнула, что это что-то важное. — Оя-оя, расслабься Тсунаёши-кун, я даже не столько пришел поговорить, сколько задать один интересующий меня вопрос, — мужчина выудил из кармана маленькую бархатную коробочку. — Как ты смотришь на то, что я сделаю Нане предложение? — Хи-и! Я?! Вы?! — сердце подростка стукнуло где-то в голове и ухнуло в живот. — Почему вы меня спрашиваете?! — Мне казалось, что ты в семье мужчина, — мужчина наигранно задумчиво поднял глаза к небу. — Или я не прав? — Д-да… Но! Ох, — Савада с силой тряхнул головой и радостно улыбнулся. — Я не против! — Вот и ладушки, — хохотнул мужчина щелкнув его по носу.