Что это значит?

— "Наша авиакомпания желает Вам удачного полета!" — читаю я на красочном буклете, который мне вручили вместе с билетом. — "Рейс Санкт-Петербург — Симферополь"... Даже не верится как-то... — не перестаю крутить в руках этот самый билет, буквально переполненный различными надписями с информацией, — И все-таки я рада, что согласилась лететь с ним. Пусть и под воздействием большого количества бухла, но я ни о чем не жалею! — задорно смеюсь я и, сунув билет в карман рюкзака, подхожу к окну. Наверное, я никогда не перестану удивляться красотам этого города. Как бы я ни скучала по Чайковскому, Питер целиком и полностью захватил мое сердце. Хмурое небо, сквозь которое лениво пробиваются едва заметные лучи утреннего солнца, совсем не портит мне настроение. Исключением тут выступает чертов сон с этим рыжим... и его ебучим цветком — вот эта херня стабильно выводит меня из себя. Я уже жду-не дождусь того прекрасного момента, когда я перестану вновь и вновь просыпаться посреди ночи в холодном поту, стараясь восстановить сбившееся дыхание.       Но сегодня, благодаря Дане, я наконец забуду об этом сне и, надеюсь, хорошенько отдохну.       Часы в коридоре показывают 4.50, а это значит, что пора ехать. Остается надеяться, что в 5 утра в выходной день я не нарвусь на неприятности в виде пробки.       Выйдя из подъезда, я чувствую неприятный холодок, нагло забравшийся под мою кофту. Да-а, Северная столица целиком и полностью оправдывает свое название. Лето на дворе как-никак, какой к черту холод?! Накинув на кепку капюшон, я укутываюсь в худи и с нетерпением жду машину такси.

***

— Какого хрена, Дань? — возмущаюсь я, как только друг протягивает мне почти половину от стоимости билета. — Ты в своем уме? — Мне неловко, что напоил тебя и уговорил лететь со мной, поэтому возьми, — твердо, но все же с виноватой ноткой в голосе произносит рыжий. — Во-первых, — смеюсь я, испытывая на себе дичайшее смущение. — Я сама напилась. Во-вторых, лететь я тоже сама согласилась, ну а в-третьих, я давно хотела сгонять в Крым, тем более, уже не нужно проходить таможню, — Кашин улыбается и чуть наклоняется ко мне. — Тогда считай это моим подарком в честь знакомства, — подмигивает парень и аккуратно сует "подарок" в карман моего черного худи. Я же просто охуеваю от неловкости и пытаюсь сообразить, что происходит. — Нихуя себе подарок, — выдаю я, но под давлением взгляда щенячьих глазок Кашина все же принимаю его подарок. Надо будет подогнать ему что-нибудь в ответ, а то хули он один такой щедрый. — Ой, хорош строить из себя скромницу, я уже знаю, какая ты, — смеется друг, а я, покраснев, с силой пихаю его в бок локтем. — Пойдем, а то улетит наш самолетик, — улыбается Даня и, легко подхватив чемоданы, направляется в сторону стойки регистрации. — Еще и чемодан за меня несешь, я в ахуе! — продолжаю возмущаться я, на что Кашин отвечает мне громким хохотом. — Ну я же джентельмен, хули! — задорно смеемся мы и с нетерпением ждем посадки на самолет. По спине пробегает приятный холодок от мыслей о прохладной морской воде и теплом солнышке.

***

      Спустя некоторое время ожидания мы все же усаживаемся на свои заветные места на борту самолета. Даня уступает мне место возле окна, чтобы я смогла лучше видеть красоты полуострова.       Как только я уселась поудобнее, по-хозяйски откинувшись на спинку кресла, меня стало бесповоротно клонить в сон.       Вот я снова ранним утром гуляю по питерской набережной, меня чуть потрясывает от холодного ветра, идущего со стороны реки, и я вновь вижу перед собой высокого рыжего парня с невероятно чистыми голубыми глазами. Расплывшись в ласковой улыбке, он снова протягивает мне чертов цветок, и, не поддаваясь никакому контролю, моя рука опять соприкасается с подарком... — Лиз,.. Лиза, — аккуратно толкает меня друг, пытаясь разбудить. — Все хорошо? — М?.. Угу.., — бормочу я, сонно потирая глаза. — Ты резко дернулась, — улыбается Кашин. — Приснилось, что мы падаем? — Да уж лучше бы это, — недовольно фырчу я, улыбаясь ему в ответ. — Так, просто кошмар, не обращай внимания, — Даня кивает и, вдев в ухо наушник, продолжает наслаждаться полетом. А я искренне недоумеваю, ибо какого, блядь, хрена этот чертов сон опять решил меня побеспокоить? И почему именно сейчас?!

***

      Летели мы не так долго — три с половиной часа, однако мне показалось, что полет был намного дольше. Прибыли мы в Симферополь, а "конечной" считается гостиница в Ялте, до которой нам еще гнать почти пять часов с четырьмя пересадками. Не, я, конечно за активный отдых, но... Кашин лишь смеется и пожимает плечами в ответ на мой полный недоумения взгляд. Дело в том, что гостиница находится в шаговой доступности от набережной, и Даня еще во время полета чудом забронировал там номер. Во всяком случае, меня это не расстраивает, есть тут и свои плюсы: хоть погляжу на окрестности южных городков.       Спустя некоторое время тряски в общественном транспорте, мы с Даней и чемоданами все же добираемся до заветной гостиницы. Да, так вышло, что мы оказались не только в одном номере, но еще и в одной спальне... На разных кроватях, хе-хе.       Пока мы разложили вещи, обустроились и немного передохнули после полета — на улице уже смеркалось. — Слушай, Ялта считается же городом с кучей развлекаловки, мож, прогуляемся вдоль набережной? — Просто прогуляемся? — смеюсь я, угадав скрытое намерение во фразе друга. — Ну не просто, — улыбается он, почесав затылок. — Я знаю тут неплохой бар неподалеку... — Все с тобой ясно, Кашин! — хохочу я, шутливо хлопая парня по плечу. — Ща, шорты напялю, и выходим. — Ок, буду ждать на ресепшене, — кивает рыжий и выходит за дверь. "Да я не выгоняю", — озорная мысль проносится в голове, от чего я невольно хихикаю.       Собравшись, я как можно быстрее покидаю номер и выхожу в просторный коридор, где меня встречает игривое подмигивание и улыбка Дани. — Ну что, будешь моим гидом сегодня? — шутливо улыбаюсь в ответ я. — "Твоим"? — играет бровями Кашин, наклонившись ближе ко мне. Засмущавшись, я слегка пихаю его в бок, от чего Даня заливается задорным смехом. — Думаю, сначала забредем в один небольшой бар, там подают охуенное пиво, ты должна заценить, а еще узбеки охеренно жарят мясо, которым я просто обязан тебя накормить, — довольно рассказывает рыжий, чуть ли не облизываясь от удовольствия. — Ну а потом, когда совсем стемнеет, неплохо бы погулять по набережной, виды там первоклассные. — Насыщенная программа, — улыбаюсь я, кивая на огромные настенные часы. — Хватит времени? — Поверь мне, Лиза, — произносит друг, кладя руку на сердце. — Я столько раз бух... отдыхал по этой схеме, что она уже просто безотказна. — Верю, — хохочу я, заражая смехом и Даню. Мы покидаем гостиницу и направляемся в "тот самый" бар.

***

— Два темного, пожалст, — командует Данил, положив обе руки на барную стойку. Бармен кивает и скрывается за слегка обшарпанной дверью. — Ты прав, тут реально охуенное пиво, — восхищаюсь я, придвинув уже наполненный стакан к себе. — Ну тк, — кивает Кашин, беря в руку стакан. — А знаешь, в чем вся суть? — спрашивает он, хитро прищурив один глаз. Я отрицательно машу головой, на что друг отвечает. — Пиво здесь хранится в бочках, как раз в той комнате, куда сейчас ходил бармен. Отсюда и этот терпкий вкус, и легкий запах древесины. — Ого, — искренне удивляюсь я, смотря на светлую пену, постепенно растворяющуюся в темном напитке. Даня поднимает стакан и тянется ко мне. — Ну, за встречу? — улыбается он, но моментально поправляет себя. — Точнее, за отличный отдых, — я тянусь ему навстречу, разбавляя звоном стаканов тишину летнего вечера. Несмотря на размеры и цены заведения, людей здесь почти нет, однако данный факт ничуть не портит отдых. Я бы даже сказала, что наоборот.       Опустошив по паре стаканов, мы с Даней отправились в соседнее кафе, где "узбеки охеренно жарят мясо". Кашин взял большую порцию, именуемую говорящим названием "для двоих" и, глядя на мою ничего не понимающую физиономию, заразительно рассмеялся. — Прост так выгоднее, поверь, — уверяет меня друг, искоса смотря в мои полные удивления глаза. — Обычно я беру большую порцию себе, но, даже если делить ее с тобой, все равно будет маловато. — Что значит "со мной"? — В виду своей комплектации ты мало ешь, вот я и реш... — Ах ты зараза! — смеюсь я, пихнув друга в плечо. В ответ Кашин лишь громко хохочет.       Пока мы набивали желудки вредным, но таким сочным и ароматным блюдом, на улице уже совсем стемнело. Как и планировали, мы пошли вдоль живописной набережной. С одной стороны нас окружали огни южного города и крутых аттракционов, а с другой - мирное черное море, в волнах которого четка отражалась Луна. По моей просьбе мы спустились ближе к воде и, усевшись на брошенный кем-то лежак, продолжили наслаждаться пусть и внезапным, но таким долгожданным отдыхом. — Спасибо, что взял меня с собой, — первой нарушаю тишину я. — М? Да не стоит... — задумчиво произносит Даня и вновь замолкает. Мне становится не по себе, и я снова обращаюсь к другу. — Что-то не так? — улыбаюсь я, пытаясь разглядеть лицо парня во мраке ночи. Как ни странно, но на пляже нет ни уличных фонарей, ни других источников света, разве что, совсем далеко от нас. Помолчав несколько секунд, Даня все же решает мне ответить. — Все норм, просто задумался, — поворачивается ко мне друг, едва заметно улыбаясь. — Насчет чего? — Вроде, знакомы с тобой всего ничего, — парень выдерживает паузу, отчего мое сердце почему-то ускоряется. — А ощущение, что знаю тебя всю жизнь. — Хм, — улыбаюсь я. Сердце даже не думает успокаиваться. — Такое бывает, — почему-то непросто озвучить свою мысль, но все же... — Наверное, у нас просто много общего, — Кашин улыбается в ответ, но спокойнее мне от этого не становится. — Раз уж мы так "близки", думаю, можно делиться секретами? — Думаю, да, — неловко улыбаюсь я, пока до мне вдруг не доходит, что парень имеет в виду меня. — Бля. — Что такое? — с участием спрашивает друг, пытаясь максимально показать, что ему стоит доверять. И ведь действительно стоит. — Тот сон, что я видела в самолете, — от волнения голос начинает дрожать, а сердце — колотиться еще сильнее. — Снится мне уже на протяжении полугода, и каждый раз, гуляя по Питеру, я встречаю парня, чем-то даже похожего на тебя, — я чувствую, как неловкость присоединяется к волнению и буквально давит на меня, заставляя закрыться и молчать, но... Дане же можно доверять, так? — Чем же? — добродушно смеется друг, пытаясь, видимо, подбодрить меня. — Не знаю, наверное, прической, — хохочу в ответ я. — Знаешь, — легкий шлейф веселья тут же исчезает, вновь меняясь на волнение и дрожь в голосе. — Каждый раз, каждый ебаный раз этот парень дарит мне вещь, коснувшись которой, я тут же просыпаюсь. — Необычно, — выносит вердикт Кашин, делая небольшой глоток пива из стеклянной бутылки, которую мы прихватили с собой. Друг предлагает выпить мне, и я, кивнув, делаю несколько довольно больших глотков, после чего продолжаю. — Поначалу мне было интересно, я даже думала, что этот парень тот самый "прынц", которого ждут телки в своих ванильных мечтах, но потом меня это настолько доебало, — алкоголь снова развязывает мне язык, поэтому становится легче открываться внимательному другу. Даня и впрямь увлеченно меня слушает, понимающе кивая рыжей головой. — И теперь я просто хочу наконец нормально выспаться, — с некой мольбой в голосе говорю я, насмешив этим Кашина. — Выспишься, — улыбается друг, бодро подмигивая мне. Я робко хихикаю и обращаю взор на шумные волны Черного моря. Ночь ясная, если хорошенько приглядеться, то можно рассмотреть не только россыпь звезд на темном небе, но и еле заметную полосу, которую обычно называют "Млечный путь". Шум волн и легкое дуновение теплого ветерка, гуляющего в моих волосах, да и в принципе эта "курортная" обстановка действительно успокаивает. Я буквально забываю обо всем на свете. Я с трепетом думаю о том, что в моей жизни появился по-настоящему близкий мне человек, хороший друг и офигенный собеседник. Да, Миша Совергон, Юлик и остальные ребята также занимают отдельное место в моем сердце, но Даня... Кажется, этот рыжий оборванец занял там целый уголок, хах.       В номер мы возвращаемся уже под утро. Глядя сквозь окно в ресепшене, понимаю, что солнце вот-вот покажет яркие лучи, поднимая на работу местных жителей. Еле сдерживая смех, Даня будто ниндзя проскакивает в ванную, ловко прихватив с собой полотенце. Громко хохоча и чуть ли не разбудив большую часть отдыхающих, я переодеваюсь в пижаму. Зевота настигает меня как раз в тот момент, когда я аккуратно развешиваю одежду на спинке стула. Пожелав доброй ночи вышедшему из душа другу, я зарываюсь носом в подушку и постепенно погружаюсь в сон, даже не обращая внимания на шаркающего по номеру Кашина.

***

      Просыпаюсь я в приятном полумраке, созданным задвинутыми тяжелыми шторами и, глянув на настенные часы, которые показывают третий час дня, я сладко потягиваюсь. Как ни странно, в этот раз парень из сна меня не беспокоил. Может, эта херня наконец прекратилась?       Еще не отойдя от в кое-то веки нормального отдыха, я зеваю, неспешно разглядывая комнату: приятного кремового цвета обои без каких-либо узоров, небольшой шкаф с зеркалом, сделанный из крашеной в темный цвет древесины, такие же тумбочка между кроватями, матрас на которых хоть и немного жестковат, но все равно удобный. А на самой тумбочке настольная лампа, сохранившаяся еще с советских времен, и...       Сердце бешено колотится, по спине пробегает неприятный холодок, дыхание будто перехватывает...       На небольшой тумбочке, рядом со стаканом воды лежит он...       Тот самый нежный цветок, который мне постоянно дарит чертов парень из сна. Прекрасная белая роза, не имеющая ни единого шипа, и с длинным толстым стеблем.       "Какого черта? Кто ее принес? Что это вообще нахер значит?" — навязчиво крутятся в голове вопросы, на которые я не в силах найти ответа.       Внезапно дверь, ведущая в ванную, медленно открывается, и из-за нее показывается Кашин в одних только спортивках. Активно вытирая рыжую голову полотенцем, друг поворачивается ко мне и приветливо улыбается. — Доброе утро, соня.