Спасти любой ценой

Прошло около трех часов, а может и всех четырех часов здесь. В Центре преображения, точнее мучения. Можно было сразу назвать его здание для пыток. Я ещё не видел своего стилиста, конечно же, ему нет смысла встречаться со мной, пока его помощники не сделают всё необходимое. Естественно, они не делают ничего плохого, даже наоборот, я это прекрасно понимаю. Но эти их писклявые голоса! Их ну невозможно воспринимать в серьёз, и время от времени так и хочется передразнить. Но я держусь своей части сделки с Хеймитчем, молчу как рыба. Ни единого протеста. - А ты молодчина,- говорит некая девушка по имени Лавиния, поправляя длинные оранжевые локоны и накладывая свежий слой темно-зеленной помады на губы. – Вот кого мы не любим, так это нытиков. Оботрите-ка его лосьоном! Фергус, полный мужчина с телом, окрашенным в бледно-синий цвет, принимается за дело. Лосьон сначала щиплет, потом успокаивает измученную кожу. Цезария, странная женщина со светлыми волосами и татуировками по всему телу. Они стаскивают меня со стола, и кружат вокруг меня как стервятники, со щипчиками и удаляя случайно уцелевшие волоски. Хотя они больше похоже на тропических птиц, клюющих, что-то у моих ног. Спустя некоторое время они отходят и любуются своей работой. -Прелестно! Теперь ты почти человек!- Говорит, Лавиния и они смеются. Я стараюсь натянуть хоть какую-нибудь улыбку, чтобы не казаться неблагодарным почти человеком. -Спасибо,- любезно говорю я. – У нас в Дистрикте 12 редко выпадает повод выглядеть красиво. -Бедолага!- сочувственно всплескивая руками, говорит Цезария. -Не переживай,- подбадривает Фергус.- После того как тобой займется Порция, ты станешь самым что на свете есть красавчиком. -Можешь не сомневаться! Мы только грязь и лишние волосы убрали,- вторит ей Лавиния.- Пойдем звать Порцию. Они разом выбегают из комнаты. Я не испытываю к ним неприязни. Хотя они и странные, но, похоже, честно стараются мне помочь. Я смотрю на темно-синие плиты, не знаю, почему, но я разу вспоминаю дом. Я так скучаю по дому. Особенно по братьям и папе. Что они сейчас делают? Понял, ли папа за что именно я попросил прощения? Даже если и не понял, то поймет, и надеюсь, простит. Интересно, что было бы, если выбрали не меня и не Китнисс, и не Прим. Наверное, сейчас бы я закончил дела в пекарне и пошел на Луговину. Там бы я встретил Китнисс, и мы разговаривали о тех, кто отправился на Голодные игры, а может просто молчали. Луговина стала моим самым любимым местом. Правда я не знал о ней до того момента пока Китнисс не привела меня сюда. Дверь отворяется, и входит молодая девушка - по-видимому, Порция. Её внешность настолько обычная, что я поражен. Стилисты, которых показывают по телевизору, все как один разукрашены и с карикатурными от множества пластических операций лицами. У Порции длинные золотые волосы. Одета она в простое бежевое платье. Единственная уступка это золотистая татуировка в виде виноградной лозы. Несмотря на всю эту странную моду с её ядовитыми яркими цветами, здесь все выглядит просто и красиво. Я невольно засматриваюсь простой красотой своего стилиста. Видимо от моего внимательного взгляда, Порция слегка смущается. -Привет, Пит. Я Порция, твой стилист,- говорит она спокойным голосом, в котором почти не чувствуется капитольских ноток. -Привет,- настороженно отвечаю я. -Так посмотрим. Порция принимается ходить вокруг меня, не притрагиваясь, но внимательно рассматривая меня. - Надо же, никогда не видела таких голубых глаз. Порция, ни в чем не соответствует моим представлениям. На её месте я представлял увидеть капитольскую фифу, как Эффи, для которой я кусок мяса, ждущий, пока его искусно приготовят. -Мне кажется, я вас раньше не видел. Вы тут недавно, верно?- говорю я. -Да, это мой первый год на Играх. -Поэтому вам и выдали Дистрикт-12 -Это решение Цинны - говорит Порция,- Мы решили выбрать Дистрикт-12. -Зачем?- спрашиваю я, и понимаю, что это мне точно не скажут, а я лишь делаю хуже для себя, задавая такие не корректные вопросы.- Ладно, не имеет значения. - Можешь надеть халат, и мы обсудим твой образ. Одевшись, я иду за Порцией в зал, где стоят два красных дивана с низким столиком посередине. Три голые, белые стены, четвертая - из стекла, сквозь него открывается вид на город. Порция предлагает мне присесть и занимает место напротив. Он нажимает на кнопку сбоку столика, тот раскрывается, и снизу выезжает полка с нашим завтраком. Цыплята в сливочном соусе с кусочками апельсинов, на гарнир горох и лук, булочки в форме цветов, а на десерт пудинг. Здорово было бы приготовить такую еду дома. Курятина, дорогая, но вместо неё можно взять дикую индейку, можно было бы попросить Китнисс. Правда, пришлось бы подстрелить две и одну сменять на апельсин. Насчет сливок можно договориться, с Тумбсом он молочник, взамен ему лишь бутылка спиртного нужна. Горошек и лук можно взять в огороде у мамы. А за булочками и ходить не куда не нужно, сами испечь можем. А вот пудинг, я даже не знаю из чего он. Чтобы раздобыть, все необходимое нужно потратить не один день, и все ровно получилось лишь жалкое подобие обычного капитолийского обеда. Интересно, каково это быть жителем Капитолия? Каково это жить в мире, где еда появляется на столе по нажатие кнопки? Как бы выглядела наша пекарня? Чем вообще заняты люди в Капитолии помимо раскрашивания своих лиц и ожидание очередной партии трибутов, гибнувших ради их забавы? Я поднимаю глаза на Порцию, и наши взгляды встречаются. -Ты наверно презираешь нас,- говорит она. Неужели это так ясно написано у меня на лице? Я их не люблю, хотя это слабо сказано, я их ненавижу. Я их ненавижу за то, что они смотрят, как погибают дети, пытаясь, выжить и вернутся домой, а это видите ли для них развлечение! Она, конечно, права. -А вы как думаете?- говорю я. -Ладно, это неважно,- отвечает мне Порция.- Итак, Пит, давай поговорим о твоём костюме для церемонии. Мой коллега Цинна работает с Прим. Мы решили, что будет хорошо, если ваши образы будут в одном стиле, отражающий дух вашего дистрикта. По традиции костюмы трибутов отображают деятельность дистрикта. Например, в Четвертом дистрикте - рыбная ловля, в Третьем - фабричное производство. Конечно, с нашим дистриктом у стилистов проблема. Мешковатые шахтерские комбинезоны не очень привлекательны. Был один случай, когда трибутов голышом выпустили так ещё и обваляли во что-то, наподобие угольной пыли. С такими «костюмами» фаворитами не обойтись. Я надеюсь хотя бы на комбинезоны. -Значит, я буду изображать шахтера?- спрашиваю я. -Не совсем. Цинну посетила замечательная идея! Он решил, что нужно использовать не вид деятельности, а наоборот, то, что мы, а точнее вы добываете… -Уголь - договариваю я. М-да, я то думал, выпустят в комбинезонах, а теперь голышом выпустят, да еще и обваляют в чем-то наподобие угольной пыли. -А что мы делаем с углем? Сжигаем! Господи, как же меня пугает её воодушевленность. Видимо слегка удивленное выражение моей физиономии насмешило её. - Не бойся,- все хохочет она,- огонь абсолютно безопасный. -Да он просто сумасшедший!- обреченно говорю я. Меня еще и поджечь хотят. Вот это будет зрелище! -Ладно, - уже в серьезном тоне говорит Порция,- Пойдем, переоденем тебя. *** Через несколько часов я стою, в черном костюме он слегка поблескивает на свету, действительно, как уголь. От щиколоток меня обтягивает черное трико; на ногах черные кожаные сапоги, зашнурованные до колен. На плечах у меня наложено много черных продолговатых, нечто похожее на клык. И самое главное - это легкая развевающаяся накидка, так её почти не видно, её Цинна и подожжет перед нашим выездом. -Огонь не настоящий. Нам с Цинной удалось раздобыть немного синтетического пламени. Это, совершенно безопасно, - уверяет Порция. Меня это не убеждает и уж тем более не успокаивает. Мы приходим, и я вижу Прим в таком же костюме. А рядом с ней стоит и сам Цинна. Удивительно, Цинна выглядит так же просто, как и Порция. Просто и красиво. Быстрый лифт доставляет нас на нижний этаж, там находятся гигантские конюшни. Церемония скоро начнется. Пара трибутов забираются в колесницы, запряженные четвертками лошадей. Наша колесница угольно черная, и лошади тоже черные. Порция и Цинна указывают нам, как встать в колеснице, поправляют нашу одежду. Забираюсь я на это штуковину довольно неуклюже, когда я становлюсь, на ступеньку то поскальзываюсь и падаю, прям на Порцию, благо ей удаётся устоять на ногах. Потом отходят в сторону и обсуждают что-то друг другом. -Что думаешь?- тихо спрашивает меня Прим. – Об огне? - Если что, я сорву твою накидку, а ты срывай мою, - говорю я. – Договорились? -Договорились. Ты случайно не знаешь где Хеймитч?- спрашивает Прим -Нет, даже хорошо, что его нет. -Это почему? Разве он не должен защищать нас? -По-моему о сейчас это и делает - возражаю я. Он так проспиртован, что от огня, он вспыхнет как спичка. Тут мы смеёмся. Видно, умом тронулись. Мало нам Игр. Из нас факелы собираются сделать! Тут начинает играть музыка. Её отлично слышно тут, а снаружи, наверное, хоть уши затыкай. Массивные двери разъезжаются и открывают вид на улицу; по обеим сторонам стоит ревущая толпа. Вся поездка займет двадцать минут и закончится приветствием и гимном на Круглой площади, после чего нас отправят в Тренировочный центр. Первыми на колеснице, запряженной белоснежными лошадьми, выезжают трибуты Дистрикта-1. В серебристых туниках украшенными сверкающими драгоценными камнями, они выглядят великолепно. Дистрикт-1 изготовляет для Капитолия самое главное для его жителей - это предметы роскоши. Поэтому трибуты Дистрикта-1 всегда являются фаворитами. Следующий - Дистрикт-2. Через считанные минуты подходит и наша очередь. Под хмурым небом уже сгущаются сумерки. Как только трогается колесница Дистрикта-11 к нам подбегает Цинна с факелом. -Ну пора, - говорит он и поджигает наши накидки. Я вздрагиваю от ужаса, но, как ни странно, чувствую не жар, а только легкую щекотку. -Выше голову! И улыбайтесь. Они вас полюбят! Цинна спрыгивает с колесницы и видимо что то, вспомнив, кричит нам. Его не слышно из-за громкой музыки, но все я разбираю его слова:- Возьмитесь за руки! -Что он хочет?- спрашивает Прим. - По-моему он хочет, чтобы мы взялись за руки,- отвечаю я и сжимаю ладонь Прим. Цинна одобрительно кивает головой и поднимает большой палец вверх. Это последнее что я вижу перед выездом. При нашем появление толпа еще больше начинает реветь и скандирует: Двенадцатый! Двенадцатый! Оглушительная музыка, крики, овации будоражат кровь. Цинна не просто сумасшедший, а сумасшедший гений! Двенадцать колесниц объезжают площадь. Окна соседних домов заполнены самыми влиятельными зрителями Капитолия. Лошади подвозят нас колесницу к президентскому двору. Звучат фанфары, и музыка обрывается. Президент Сноу, произносит с балкона официальное приветствие. Пока звучит речь, телевизионщики показывают лица трибутов. Во время национального гимна объектив камеры лишь мельком проскальзывает по всем парам, с тем, чтобы вернутся к колеснице Дистрикта-12 и неотрывно следить за ней, пока она совершает финальный объезд площади и исчезает в воротах Тренировочного центра. Едва они закрываются, нас шумной стайкой окружают стилисты. Другие трибуты кидают на нас недобрые взгляды - мы, в самом деле, всех затмили, можно не сомневаться. Подходят Цинна и Порция, помогают нам слезть с колесницы, осторожно снимают пылающие накидки и Порция тушит их, брызгая чем-то из баллончика.