Легенда об Аанге: Узы.

- Да что ты о себе возомнил, юнец?! – разразился голос Хакоды, как гром среди ясного неба. Аанг едва не провалился под землю, буквально – под его ногами струилась раскаленная лава, так и норовив зацепить его. Юный аватар лишился дара речи, голос затих где-то глубоко в гортани и образовал губящий дыхание ком. – Как ты смеешь думать себя достойным руки моей дочери, глупец?! Кто ты такой, чтобы быть ее достойным?! – голос Хакоды звучал все более грозно, лава все более густо подступала к ногам, лицо Хакоды скривилось в уничижительную полуулыбку. Перед Аангом ясно встал лик Катары, и далее, буквально за долю секунды перед глазами пронеслась вся их история, от его высвобождения из ледяных оков, каждой их битвы спиной к спине, ссор и примирений, битвы и победы над Озаем. Он ощутил прилив неистовой энергии в своем теле, свет, проистекавший по его жилам стал вновь оживать, как по зову природы: - Я – аватар! – прогремел Аанг, но Хакода лишь разразился грозным заливистым смехом: - Аватар?! А почему ты тогда без штанов?! – космическая сила тотчас же покинула Аанга, он камнем опустился на крохотный, не залитый лавой участок земли, посмотрел на свои ноги, и в самом деле – обнаружив себя совершенно без нижнего одеяния, он в панике натянул полы рубахи вниз, а смех все не прекращался, он растерянно поднял свой взор вновь к лику Хакоды – но то был уже вовсе не он – на него дико и так же заливисто смеясь смотрел Озай, а лицо его было не привычной человеческой формы – теперь оно казалось заполоняет все небо, весь мир. От ужаса и беспомощности Аанг издал истошный крик, пулей воспарил в воздух, и в следящую секунду он парил над своей кроватью. Кричал ли он на самом деле – или то, тоже была грозная уловка его сонной обители? Аватар притих, слушая звуки дома, он знал, что раздайся хоть один подозрительный звук из его комнаты – вся его команда уже ворвалась бы сюда, к нему на помощь. Но все было тихо. Он спокойно опустился на свою кровать и выглянул в окно – на улице царила глубокая ночь, был слышен прилив волн и тихое посапывание Момо на подоконнике. Дом спал. «Это всего лишь плохой сон, кошмар, как и прежде, перед важным шагом!» - подумал Аанг, он уже сталкивался с кошмарами, и знал, что главное найти причину и кошмары отступят. Однако искать было нечего – причина была как на ладони – накануне, он весь день готовился к важному разговору с Хакодой, но тот задерживал свое прибытие, и вместо обещанного заката, должен был прибыть на рассвете. Аанг метался, когда затеять этот разговор – как говорится, с порога? Или же ему подождать вечера? С одной стороны – вечером было бы правильнее: Вождь отдохнёт с дороги, пообщается с детьми, будет более спокоен и открыт, размышлял юный маг воздуха, с другой стороны, находится в таком напряжении еще целый день. На взор Аанга снова начали наплывать картинки из его кошмара, он резко встал и подошел к окну. Вроде бы все проблемы были решены и все решения приняты, но чего-то не хватало. Не доставало какой-то решающей детали. Он замер на секунду, закрыл глаза и обратился глубоко внутрь себя, пытаясь ощутить, что именно дает ощущение этой зияющей дыры внутри, этой вакуумной пустоты. Ну конечно же – не хватало ее. Аанг решительно направился к двери, тихо вышел из своей комнаты и направился к комнате Катары. Конечно! Последнее время он так сильно отдалился от нее, что не ровен час и она стала переживать за их будущее «мы», и за него в принципе. Вчера вечером Катара ярко улыбалась первый раз за несколько дней – и то от мысли, что прибывает ее отец, после новости же о его опоздании, она вновь закрылась в себе, а после и в своей комнате. Тоже самое сделал и Аанг, но у него ведь была уважительная причина?! «Какой же я идиот, обезьяньи перья!» - подумал про себя он, уже касаясь ручки двери комнаты Катары. - Ты точно уверен, что тебе это нужно, проворные ноги?! – раздался резкий и несколько укоризненный голос Тоф из темноты. - Никогда, ни в чем, не был более уверен! – не дрогнув, как ни в чем не бывало ответил Аанг. Поскольку Тоф не нуждалась в освещении, и часто ходила ночью – многие в доме уже привыкли к ее внезапному появлению. Первое время было конечно тяжело – она словно призрак то и дело пугала ребят, внезапно появляясь и произнося разные фразы будто в тему разговора, или просто комментировала чьи - то действия – ребята приходили в ужас и от этого Тоф становилось весело. Она и не скрывала своего восторга, когда иной раз Сокка, проголодавшись ночью, выходил перекусить и давился кусочком вяленого мяса от страха и неожиданности, или, когда суровая Мэй, при тех же обстоятельствах давилась молоком. Но сейчас, Тоф вовсе не шутила и не пыталась разыграть Аанга, а он не дрогнул перед внезапностью ее появления, и тому причиной была не привычка к подобным ситуациям, а невероятная в себе уверенность, потому он и шагнул в комнату к любимой, тихо закрывая за собой дверь. Комната Катары была точно, что и у Аанга – квадратной формы, одно большое окно, на дальней стене, выходившее прямо на морской живописный пейзаж, спинкой к левой стене была прижата большая уютная кровать. За эти несколько лет ребята так отвыкли от удобств, что обычные кровати казались им неслыханной роскошью. Катара лежала лицом к окну, спиной ко входу в комнату, она была накрыта лёгким льняным одеялом. Ее спокойное и размеренное дыхание умиротворяло Аанга, он готов был просто так стоять и чувствовать присутствие любимой рядом. Его тело наполнялось теплом, нечеловеческая уверенность постепенно покидала юного аватара: ах, как же она была прекрасна. Даже лёжа спиной к нему, изгибы ее тела и каштановые волосы, мерцающие в лунном свете. Она была прекрасна и изумительна, как богиня всего на свете, но истинно Аанг любил ее за иное – за чувства наполнение рядом с ней, лишь рядом с ней Аанг чувствовал себя сильным и всемогущим, лишь ее руки способны были когда-то как унять, так и пробудить эту неизведанную силу состояния аватара, из самых недр его подсознания, которая возвышала свои корни прямиком к космическому совершенству бытия, лишь она не давала забыть ему, кем он является на самом деле, и лишь она приносила в его душу равновесие. Аанг осторожно, словно поступью ветра, подошёл к ее кровати, аккуратно лег рядом, чтобы не потревожить сна любимой, и ласково обнял ее со спины. Почти тут же закрыл глаза, и уснул таким спокойным сном, каким не спал еще наверно никогда.