Видеоблогинг не доводит до добра

Рэндэлл молча листал ленту вк. Перед ним стояла бутылка виски. Он пил уже несколько недель, наблюдая за «сверхнасыщенной» жизнью Лизы. Ну конечно, зачем он ей такой нужен, когда есть столько знаменитых и интересных друзей? Юлик, Кузьма, Тушенцов, Данила Кашин, за которого она так сердечно переживает. Нет-нет, такой чмошник с отросшими волосами, красными глазами и заплывшим лицом ей к черту не нужен. Даже долгие беседы с его другом Совергоном не помогли видеоблоггеру справится со своими чувствами и нежеланием что-либо предпринять. Да и сам Миша уже отдалялся от Рэндэлла. Не потому что он предпочел больше общаться с питерской тусовкой, а потому что его самого отталкивали. Постоянные претензии и беспочвенные обвинения порой приводят к самым нежелательным последствиям. Проверено на горьком опыте. В общем, спивался паренек, падая все ниже и ниже, на самое дно. В какой-то момент времени он взял себя в руки, собрался с силами и написал Лизе все, о чем должен был сказать уже очень давно: «Привет, Лиза. Мы познакомились с тобой очень давно, и я даже застал время, когда ты была очень веселой и интересной, живой. Сейчас тебя как будто подменили, и мне очень жаль, но нам придется прекратить общение. Ты все это время была для меня не просто другом, но… Все прошло. Спасибо тебе за мое разбитое сердце и удачи вам с Кашиным.» Он сделал еще глоток пива и перешел на ее страницу. Пару кликов — Лиза Неред удалена из вашего списка друзей. В костюме акулы проще быть на дне. У видеблогерши в это время были совершенно другие заботы. Она осознавала, что ее чувства к Дане Кашину разгораются всё больше и больше. После той драки чуть ли не в центре Питера прошло уже две с половиной недели. Как ни странно, оба отделались ушибами, синяками, ссадинами. У Неред было еще легкое сотрясение, последствия которого она с легкостью преодолела. И все же понимая, что после того случая они с Кашиным сблизились еще сильнее, Лиззка старалась отвлечься от этого, расстворяясь в проблемах друзей. А их было увы, не мало. Например, одной из таких проблем являлся внешний вид и состояние Юлика. Он совсем запустил себя: отрастил бороду (перестал бриться), появились темные круги под глазами (бессонные ночи и постоянная сонливость днем), он очень сильно похудел, хотя с аппетитом у него было все нормально. На вопросы и помощь он либо не отвечал, либо раздражительно брякнув: «Все в порядке», продолжал страдать и думать о разных нехороших вещах. Он совершенно перестал выходить на улицу, и Кузьме приходилось оплачивать счета и закупать еду. Лиза чувствовала, что в причине такого плачевного состояния Онешко каким-либо образом замешан Тушенцов, который к нему даже не заходил. Она пыталась отвлечь друга видеоиграми, вытащить его на прогулку на улицу (хотя ей самой было не по себе иногда ходить по городу), в общем хотела сделать хоть что-то, но Юлик был непреклонен. Впав в депрессию, он всерьез задумывался о суициде, когда заходя на страницу Руслана видел, что он не онлайн. По-любому заигрывает со своей Шпагиной, а про него даже не вспоминает. Он уже устал от всего этого дерьма. От невзаимных чувств, от душевного одиночества, от навязчивой помощи друзей, которые действительно пытались помочь. Но ему этого не надо было. Он думал лишь о себе, постепенно видоизменяя свой характер, становился более озлобленным, язвительным и эгоистичным. Он не хотел таким становиться. Так уж получилось. И у Рэндэлла, и у Юлика была одна и та же проблема — невзаимные чувства. Только решали они ее по-разному. Рэндэлл просто отгородился от всего этого, даже специально возводил стены, а Онешко молча страдал, глотая обиду. Почему нельзя выключать чувства и эмоции по щелчку? Жить в этом мире стало бы гораздо проще.

«Ведь я просто тело, что тупо болит (те-е-ло), Ведь я просто тело, что тупо болит. Мне бы стать сигаретой, и развеяться пеплом по ветру, Или просто лучиком света, Но, блять, не верится в это.»