Видеоблогинг не доводит до добра

Погода была довольно приятной, несмотря на то, что уже была почти середина осени. Листья с веток деревьев давно облетели и превратились в бесформенную коричневую массу, которую дворникам нужно было убирать изо дня в день. Но все же за это им и платят. Лиза и Даня шли по Невскому проспекту и почти не разговаривали. Но надо было. Лизу мучила совесть за то, что она до сих пор не рассказала ему о поцелуе с Мидлер (он тот прямой эфир не видел и в последнее время в интернете почти не сидел). А Кашину давно стоило рассказать лучшей подруге о своих недавних похождениях с Кейт и про то, как он принимал наркотики. Нет, он не вспомнил, почему полтора месяца назад оказался на окраине города в ужасном состоянии. Но он чувствовал, что, если не расскажет о своих мыслях хоть кому-нибудь, то взорвется. Рано или поздно это точно произойдет. — Смотри, — Лиза указала головой на автомат с бутылками пива, который стоял за стеклянной витриной магазина. — Пошли посидим, а то надоело просто ходить. Кашин пожал плечами, мол, «я только за». Но его зеленые глаза вклинились в черно-розовое каре. Девушка стояла у кассы с каким-то парнем и спорила с продавцом. Лицо у Кейт было ожесточенное. Парень понял, что туда лучше не лезть. Только он положил Лизе руку на плечо, как Дэнни обернулась и уставилась прямо на них. По сжавщейся руке Кашина Неред поняла, что все пошло по пизде и сама повела Даню прочь отсюда. В это время Катя закончила ссору и что-то шепнула на ухо своему новому ебырю, довольно криминальной личности. Блоггеры не бежали, но шли довольно быстро. У Лизы вообще сердце в пятки ушло, но она старалась как можно больше подбадривать и себя, и друга. — Знаешь, мы недавно с Хоффман и Мишей так набухались, что эти двое еще и Чижову позвали. Ну ты наверное помнишь, да? Еще ты мне в голосовых прокричал «Милена Чижова сядь мне на лицо!!!» Помнишь ведь? — Лиза что есть сил старалась не раскиснуть и передвигать ногами. — Да, помню, — Кашин постоянно оборачивался. За ними уже шло человек пять, зато и на улице стало намного больше людей, чем было раньше. Один школьник подошел к ним и попросил сфоткаться. Оба не отказали и Кашин увидел в камеру, как один из друганов Кейт уже настиг их. — Привет, ребятушки! — крупный мужик, издалека напоминающий кабана с темно-коричневой бородой, буквально вдавил свою лапу в плечо битмейкера. — Пошел вон, щенок, — обратился он к пацану, и тот быстро смылся. Их нагнали остальные уголовники во главе с Кейт и ее ебырем. Они обступили Лизу и Даню неровным кольцом и молча палили в их сторону. — Вы понимаете, что мы практически в центре Питера? И если я сейчас закричу, то в любую секунду сюда прибегут мусора и загребут каждого, — уверенно произнесла Лизка, скрестив руки на груди. Некоторые состроили надменные мины, другие поржали. — Что ты, Лизонька, — Кейт дружелюбно оскалила белоснежные зубы. — Мы лишь хотели поздороваться с нашим старым другом Данькой, который нам чуток денежек задолжал, ну и еще… мелочь такая, ей богу, — она подошла ближе и ногтем указательного пальца приподняла подбородок Кашина, — попал к мусорам в обезьянник. Парень отдернул голову, но на его подбородке осталась длинная царапина. Глаз у него уже давно прошел, но рассеченная бровь все еще саднила, отчего левый глаз немного дергался. — Это к вам не относится, — отрезал Данил, смотря не на Дэнни, а на ее парня-главаря. Тот лишь хмыкнул. — Оооо, еще как относится, — когда Кейт обделяют вниманием, она становится еще более грубой. — Тот, кто попадается — слабое звено в нашей цепочке. И знаешь, что мы с такими делаем? Все произошло так быстро, что ни Даня, ни Лиза не успели ничего сообразить, хотя готовились к любому развитию событий. Воспользовавшись давкой, банда пропихнула парня и девушку на одну из улиц, и затолкнула их в тупик. Кейт щелкнула пальцами и усмехнулась. Двое парней схватили брыкавшегося Кашина, а третий стал бить его кулаками по лицу, груди, пинать в живот и ниже, пока тот не начал плевать сгустками крови. В это время Лизка закричала и вцепилась в рядом стоявшую Кейт. Точнее сначала она врезала ей кулаком в челюсть и уже хотела долбануть ее еще и в нос, но свободный от избиения Кашина уголовник схватил ее сзади. Неред укусила его за руку, за что получила от другого удар по затылку и упала на землю, отключилась. — Мелкая сука, — Дэнни харкнула в сторону Лизы и потерла покрасневшую кожу.

They try to take your pride, try to take your soul Они пытаются забрать твою гордость, забрать твою душу, They try to take under control, Они пытаются сломить тебя, They look you in the eyes, fill you full of lies, Они смотрят тебе в глаза, лгут тебе, believe me they’re gonna try Поверь, они будут пытаться. So when you’re feeling crazy and thing fall apart И когда ты почувствуешь, что сходишь с ума и все рушится — Listen to your head, remember who you are Слушай себя, помни, кто ты, You’re the one, you’re the unbreakable heart Ты один, ты — несокрушимое сердце, You’re the one, you’re the unbreakable heart Ты один, ты — несокрушимое сердце You’re the one, you’re the one*

— Лиззка… — прохрипел Кашин. Вид потерявшей сознание девушки добавил адреналина в его кровь. До этого момента он как будто спал. Он стал неистово вырываться. Со всей силы наступил одному державшему на ногу, второго ебнул затылком в лоб. Ощутив свободу он налетел на того, кто ударил Лизу и стал бить его кулаками в нос, уши, разбивая губы и скулы. Парень Кейт схватил Кашина за спортивную кофту и отшвырнул к стене. По лицу Дани текла бардовая кровь, и подняться он уже не мог. Зато очнулась Лиза, но была также слаба. Тем более ей на руку наступили ботинком, не давая возможности подняться. — Ты три месяца пытался узнать у меня, что происходило с тобой во время очередной дозы, — Кейт подошла к обессиленному блоггеру и говорила негромко, но слышали все. — Мы с тобой развлекались. Как в старые добрые. Курили, дебоширили, трахались, шлялись где ни попадя. В один из таких вечеров мы ограбили ювелирку, — она присела на корточки. — И замочили одного прохожего старикана, который случайно проходил мимо. Но зарезал его именно ты. Мы выбросили труп в реку. Затем я влетела в фонарный столб на окраине и мой Дэнни, — она кивнула на своего ебыря и улыбнулась, — помог мне убрать тачку. Потом ты начал вести себя как баба, и мне пришлось тебе уебать трубой. Ты все равно ничего бы сам не вспомнил. Мы утопили угнанную тачку. А ты остался ни с чем, тряпка. Лиза негромко простонала: мужик слишком прижал ее руку ботинком. Он нажал еще сильнее, ухмыльнулся и отошел, сунув руки в карманы. — Я понял. Ты обо мне больше не услышишь, — почти своим обычным голосом сказал Кашин. Голова у него ужасно раскалывалась, но не от ударов, ушибов, ссадин и синяков, а от воспоминаний. Да, он почти все вспомнил и связал фрагменты. Он убил человека. — Ну это вряд ли. — Она поднялась на ноги. — Все же в одной сфере работаем, — подмигнула. — Ник, да отойди ты от бедной Лизы. Итак ее, бедненькую, жизнь потрепала. Снова этот противный смех, словно скрежет. — Пошли, достаточно с них, — пробурчал «Дэн», сплюнув. — И то верно. На встречу не надеюсь, — блоггерша демонстративно отвернулась и вся шумная компания вышла из тупика. Кашин все это время не спускал взгляда с Лизы. Она тяжело и медленно дышала. Собрав все свои силы, Даня поднялся сначала на колени, затем, держась за стенку, и на ноги. Он приковылял к девушке и поднял ее на руки, но они так сильно дрожали, что он донес ее до стены дома и сел на асфальт, облокотившись спиной. Лиза, лежа у него на руках, смотрела ему прямо в глаза. Он поднял рядом лежавшую кепку и отдал ее подруге. В уголках ее глаз скопились слезы. — Прости меня, — дрожащим голосом извинялся Даня, — я не хотел, чтобы так вышло. Ты не должна была все это слышать. Я, — он чуть не рыдал, настолько ему было жаль побитую Лизу, — прости меня, умоляю, — он прижал подругу к себе и слезы сами потекли из его глаз. Не потому что все тело дьявольски болело, не потому что он стал убийцей, а потому, что она пострадала из-за него. — Ну что ты расклеился? — прохрипела девушка, слегка улыбнувшись, и уткнулась носом в его пропахшую потом и кровью толстовку «Дикость». — Могло быть намного хуже. Ну хватит. Ее голос действовал на него как успокоительное. Кашин снова посмотрел на Лизу, убирая нависшую прядь с ее лица. И только теперь он понял, насколько она ему дорога. Не просто как друг, а как нечто большее. Начала возвращаться боль. Ужасная, резкая, тупая и ноющая. На нем уже практически не осталось живого места. — А теперь возьми мой телефон и позвони кому-нибудь. Тут недалеко Кузьма с Юли-ком живу-т. Говорила она очень медленно, при каждом глубоком вдохе ребра неприятно ныли. Ударилась об асфальт, когда упала после удара. Осталось всего-навсего это пережить.

Вместе мы шли по канату, но я шел не так, как надо — И я упал, и я упал, вслед за мной; и ты упала. Вместе мы шли по канату, но я шел не так, как надо — И я упал, и я упал, вслед за мной, ты… Хотя бы для тебя, моей маленькой бледной принцессы Рыл могилу, наслаждаясь процессом; И теперь, я даже рад, если честно, Что на двоих в ней достаточно места.**

— Почему ты не говоришь мне позвонить в скорую? — Я не помню ее номера, — она слабо улыбнулся. Он рассмеялся. — Я тоже.