В один морозный день

— У тебя свидание? Ну и куда он тебя ведёт? Под лавки на стадион? — Вэйверли не может сдержать смешка, когда представляет свою сестру и недоумка Перри вместе. Она, конечно, не против того, что Вайнона решила наладить свою личную жизнь, но это сейчас не мешает ей лукаво смотреть на наследницу, толстым слоем наносящую розовую помаду на губы. — Следи за языком. Может он что-то знает, ну, а свидание — это прикрытие, — отвечает Вайнона разъясняющим тоном. — Ага, прямо как наше патрулирование с Николь, — с еле сдерживаемым смехом говорит младшая Эрп, не веря отговоркам сестры. Она весело смотрит на Вайнону, но получает в ответ лишь недоумение. Наследница замирает с помадой в руках, внимательно смотрит на сестрёнку, непонимающе сведя брови и сощурив глаза, озадаченно качает головой. Озарение снисходит на старшую из сестёр не сразу, но как только она просекает смысл сказанных слов, то актёрски закатывает глаза. — Не хочу знать подробностей, — отрезает Вайнона, закрывая помаду и отдавая её сестре. А вот Вэйверли не прочь вспомнить события, произошедшие в тот морозный зимний день.

***

Холодный рассвет только занимался над Чистилищем, когда офицер Хот уже была на своём рабочем месте и получала задание на день грядущий. Шериф Нэдли был обеспокоен предстоящим хоккейным матчем, потому поручил своей помощнице патрулировать улицы города, охраняя безопасность приезжих. Болельщики из других городов не были знакомы со странностями Чистилища, а потому их надо было оградить от той нечисти, что не давала полиции расслабиться даже в обычные дни, что уж говорить про дни проведения матча. Хоть и с неохотой, но Николь приняла задачу и отправилась на кухню, заварить себе горячий кофе в машину. Мороз, сковавший маленький городок, давал о себе знать паром изо рта, замёрзшими пальцами и немеющим кончиком носа, поэтому Хот решила взять с собой то, что сможет её согреть. Кофе как раз подходил. Но было кое-что, что помогало согреться лучше крепкого напитка. — Малышка, привет, — радостно здоровается Николь, когда нудные гудки сменяются сонным голосом Вэйверли, — Я тебя разбудила? — Да, — хрипло тянет девушка, — Но ничего, мне всё равно нужно вставать. Ещё один минус работать на эти чёртовы Чёрные жетоны. — Я как раз по этому поводу, — сообщает офицер полиции, — Как насчёт того, чтобы не торчать весь день в участке с вашей ненормальной начальницей, а вместо этого проехаться по городу? — Звучит заманчиво, — отвечает заметно более бодрым голосом Вэйверли, — Думаю, я соглашусь. Николь широко улыбается. От одной мысли о том, что этот рабочий день она проведёт в компании любимой девушки, её сердце начинает биться чаще. Внутри теплеет, и она, сдерживая свою радость, говорит: — Отлично! Я заеду за тобой через полчаса. Николь произносит это слишком громко от распирающего её восторга. Слова эхом разносятся по полупустому полицейскому участку. Многие её коллеги ещё не явились на работу, за что им непременно прилетит от Нэдли, но Хот в этот момент уже не будет. В предвкушении приятной поездки офицер чуть ли не пританцовывает, переливая кофе в термос. Пока Вайнона будет бегать по поручениям Лукадо, заполнять бесконечные отчёты, которые сама Николь терпеть не может, она сможет насладиться компанией своей девушки. Крепко закрутив крышку ёмкости с горячей жидкостью, Хот, будто на крыльях, вылетела из участка и быстрым шагом направилась к машине, попутно ища в кармане ключи. Внутри транспортного средства было так же холодно, как и на улице, поэтому Николь поспешила завести мотор и включить печку, чтобы хоть немного согреть воздух. Путь до усадьбы Эрпов никогда не казался Николь слишком длинным, потому что она никогда не ездила туда просто так. Она всегда ехала к своей малышке, которую не хотелось заставлять ждать. И вот сейчас Хот вдавила педаль газа в пол и мчалась по шоссе с явным превышением скорости, благо дорога была пуста, не хватало только перекати-поле. Из-под колёс машины хлопьями вырывался снег, двигатель ревел, и его рёв гулко разносился по салону. Кажется, что сердце стучало в такт ходам поршня. Когда впереди замаячил знакомый дом, офицер начала медленно сбрасывать скорость. Аккуратно затормозив прямо около крыльца, девушка посигналила пару раз, а потом вышла из машины, громко хлопнув дверью. Взбежав по ступенькам наверх, Николь без стука вошла в усадьбу, чуть не сбив с ног Вайнону. — Заходишь, как к себе домой, — проворчала старшая Эрп, надевая куртку, — Вэйверли наверху. Обещала спуститься через пару минут. — Ты в участок собираешься? — спросила Николь, с нетерпением поглядывая в сторону лестницы. — Да, Доллс должен скоро заехать. У Лукадо есть какая-то работа для меня и Миротворца, — без особого веселья ответила наследница, запихивая начищенный до блеска кольт в сапог, — А что? Радостная улыбка появилась на лице Хот, когда её надежды на то, что Вайнона будет занята и не станет им мешать, подтвердились. Она весело посмотрела на ничего не понимающую Эрп и сказала: — Да так, просто решила спросить. Со стороны лестницы послышались торопливые шаги, кто-то очень спешил спуститься на первый этаж дома. Вэйверли, как всегда аккуратно одетая, быстро преодолела ещё несколько ступеней и подлетела к Николь, обнимая девушку. Хот нежно поцеловала младшую из сестёр, едва коснувшись её губ своими. — Ну, вы тут это… веселитесь. А я, пожалуй, пойду, — как обычно не вовремя влезла Вайнона и поспешила скрыться за дверью. Хот оторвалась от губ девушки и ласково прижала её к себе, утыкаясь носом в каштановые волосы. Вдыхая запах хорошо знакомого шампуня, Николь не хотела отпускать Вэйв, всё-таки не так часто им удаётся остаться наедине. Офицер уже готова плюнуть на порученное ей патрулирование и остаться в усадьбе, но должность не позволила. — Ты готова? — спрашивает Хот, всё ещё не выпуская свою девушку из объятий. — Почти, — отвечает Вэйверли куда-то в район груди Хот, — Буду готова, если отпустишь. Офицер полиции нехотя отстраняется от Эрп, но не перестаёт следить за её действиями. Девушка скрывается на кухне и снова появляется спустя полминуты, которые для Николь тянулись слишком долго, с телефоном в руках. — Теперь готова, — сообщает Вэйвс, нежно улыбаясь. Хот снимает с вешалки её пальто и помогает надеть, поправляет на плечах, чтобы вещь села как надо. Она выходит на крыльцо первая и придерживает дверь, пока выходящая за ней следом Эрп наматывает тёплый шарф. Двигатель машины, так и не заглушённый, тихонько урчит, дожидаясь, когда девушки наконец-то сядут в машину и заставят его поработать. Хот занимает своё законное место на водительском сиденье, Вэйверли же устраивается на пассажирском и ещё больше кутается в шарф. Сняв автомобиль с ручного тормоза, Николь осторожно сдаёт назад, разворачивается, а потом медленно выезжает на шоссе. Эрп берёт офицера за руку, переплетая пальцы. Ладони Хот тёплые, резко контрастирующие с холодными конечностями Вэйв. Офицер сжимает рукой ледяные пальцы девушки, пытается согреть, слегка растирая. Так и держась весь путь за руки, они добираются до города. Окраины, как всегда, тихи и безлюдны, потому что народ собрался ближе к центру, где располагался стадион. Люди пили, гуляли, занимались в свободные перед матчем дни всякой ерундой. Проезжая мимо «Шорти», Хот невольно сбавила скорость. Она с какой-то ностальгией посмотрела на обшарпанную вывеску, на тяжелые двери, которые сейчас были закрыты. Вэйверли тоже не удержалась и бросила грустный взгляд на бар, в котором раньше работала. — Я часто вспоминаю нашу первую встречу, — тихо проговорила она, когда Хот остановилась около тротуара, — Я тогда была удивлена вниманием к своей персоне со стороны девушки, да ещё и офицера полиции, поэтому несла какую-то ахинею. Но я не жалею об этом. Она ненадолго прервалась и взглянула на Николь. Та внимательно слушала, не смея прерывать девушку. — Я жалею лишь о том, чего мне не хватило духу сделать сразу, — загадочно сказала Эрп, заглядывая в глаза стражу порядка. — И чего же у тебя не хватило духу сделать? — шёпотом, чуть ли не одним губами спросила Хот. Она была готова зажечься от одного взгляда Вэйвс, глубокого, внимательного, немного печального и влюблённого. Под таким взглядом она таяла, мысли сбивались в кучу, оставляя понятной лишь одну единственную: «Я хочу эту девушку.» Вместо ответа на вопрос, Вэйверли притянула девушку на себя за воротник униформы и поцеловала, запуская руку в короткие рыжие волосы. Она осторожно, будто боясь навредить, проникла языком в рот Николь, дотронулась кончиком до нёба. Хот не сопротивлялась, даже наоборот, с чувством отвечала младшей Эрп, желая перехватить инициативу в свои руки. Вот только воздух в лёгких закончился раньше, чем девушка успела это сделать, поэтому ей пришлось прервать поцелуй. Отстранившись, она облизнула губы и томно посмотрела на Вэйверли. — Так тебе на это не хватило духу? — тихо спрашивает Хот, а в глазах пляшут черти. Вместо ответа Вэйв только коротко кивает, не разрывая зрительного контакта. Воздух между ними готов заискриться от напряжения. Дыхание обеих девушек сбивается, становится тяжёлым, они обе понимают, чего хотят. — У тебя есть шанс восполнить то досадное промедление, — говорит Николь, наклонившись к уху Эрп. Она обжигает её кожу горячим дыханием, посылая полчища мурашек по спине Вэйверли. Офицер целует её в висок, потом в скулу, шаг за шагом приближаясь к губам. Кожа на месте поцелуев горит огнём, щёки Эрп розовеют, она придвигается ближе к Николь. Во второй раз ведёт уже служитель закона, аккуратно покусывая нижнюю губу девушки. Поцелуй получается рваным, нетерпеливым. Кажется, им уже плевать, что их могут заметить. Вэйверли кладёт ладонь на колено Хот, медленно ведёт рукой выше и замирает только на бляшке ремня. Офицер накрывает её руку своей и отрывается от пояса, который удерживает на ней брюки. — Не здесь, — коротко бросает она, оторвавшись от губ девушки. Выпрямившись в водительском кресле, она одной рукой хватается за руль и жмёт на газ. Машина срывается с места, ведомая умелыми руками офицера. Быстро, но аккуратно, преодолев несколько поворотов, автомобиль вылетает на прямую дорогу и несётся прочь из города, день ото дня наполнявшегося людьми. Николь тормозит только ближе к границе округа, в тихом месте. Этой дорогой почти никто не пользовался, предпочитая въезжать в границы треугольника Призрачной реки по другой трассе. Заглушив мотор и поставив автомобиль на ручник, Хот поворачивается к Вэйверли и тут же нарывается на поцелуй. Эрп, с трудом сдерживая нетерпение, кусается и неприятно дёргает офицера полиции за волосы. Но та и не против, наоборот, она подключается к активным действиям, кладёт руки на талию Вэйвс, помогая ей перебраться к себе на колени. Вэйверли седлает Николь, упираясь ногами по обе стороны от её бёдер. Целует жадно, уже не сдерживаясь, запускает шаловливый язычок ей в рот, проводит по ровным зубам. Хот с удовольствием отвечает, поддерживает девушку под ягодицы, стискивая их пальцами. Руки Вэйв сползают с затылка Николь на собачку её тёплой куртки, тянут бегунок вниз, расстёгивая бесполезную сейчас вещь. Офицер ненадолго перестаёт сжимать упругую задницу Эрп, помогает снять с себя верхнюю одежду. Освободив Хот от куртки, Вэйв хватается пальцами за пуговицы её рубашки и ловко расстёгивает несколько верхних. Распахивает ткань, обнажая декольте, и припадает губами к горячей коже. Слегка засасывая, она целует шею, ключицы, спускается к груди, одновременно расстёгивая ещё пару пуговиц. Николь откидывает голову назад, позволяя Вэйверли делать с ней то, что она захочет, но не перестаёт поглаживать округлые бёдра девушки. Эрп же проникает рукой под синий бюстгальтер, сжимает затвердевший сосок, а затем мягко массирует подушечками пальцев. Хот выгибается в спине, подаваясь навстречу ласкам. Скоро Вэйв подключает вторую руку, предварительно задрав лифчик повыше. Она проводит языком от ложбинки между грудями до подбородка Николь, а потом снова целует. Офицер глухо стонет прямо в поцелуе, чувствуя, как живот скручивает от возбуждения. О, она уже так разгорячилась, что остывший без подогрева воздух в машине уже не может её остудить. Ей не холодно даже без куртки и с расстёгнутой рубашкой. Да, она знала, что Вэйверли согреет её лучше любого кофе. Возбуждение Николь передаётся Эрп. Она ёрзает на коленях офицера, иногда трётся промежностью о ногу Хот, вдавливая ту в сиденье. Ей надоели прелюдии, и она опускает руки на ремень девушки. Быстро расправившись с бляхой, она дёргает за пуговицу, высвобождая её из петли. Ширинка тоже не становится помехой для ловких пальцев Вэйверли. Одной рукой она упирается в изголовье кресла, а вторую запускает под нижнее бельё Хот, находит пальцами клитор и ощутимо надавливает, срывая с губ офицера полноценный стон. Николь закрыла глаза и отдалась ощущениям. Сейчас она полностью находилась во власти Эрп, позволяла ей делать с ней всё, что душе было угодно. Ограниченное пространство не давало Вэйв разойтись в ласках, но это не могло помешать ей доставить удовольствие любимой девушке. Она круговыми движениями массировала клитор, иногда проникая пальцами чуть глубже. Это заставляло Хот выгибаться ещё сильнее, всем видом требовать большего, потому что вслух она произнести это не могла из-за тумана в голове. Она вцепилась в бёдра Эрп пальцами, не в состоянии контролировать хватку. Наверняка там останутся синяки, но сейчас это не волновало ни Николь, ни Вэйверли. Неожиданно, ласкающая рука куда-то делась, и офицер разочарованно замычала, надеясь, что сидящая на ней девушка почувствует её недовольство. Но и вес её тела, раньше приковывавший Николь к сиденью, пропал. Хот распахнула глаза и застеленным похотью взглядом посмотрела на Эрп, которая сползла в ноги девушки и теперь находилась на полу. Дотянувшись до рычажка под сиденьем, Николь отъехала вместе с креслом назад, дав тем самым Вэйвс больше места. А Эрп схватилась за офицерские брюки и потянула вниз, желая оголить стройные ноги Хот. Николь приподнялась в кресле, чтобы её было проще раздеть, а когда её штаны спустили ниже колен, снова приземлилась на место. Вэйверли покрывала поцелуями-укусами внутреннюю сторону бедра Хот, дразня и заставляя её изнывать о нетерпения. Офицер упирается затылком в подголовник, сильно его продавливает, ощущая боль в голове. Она пытается не обращать внимание на растянувшиеся ласки Вэйв, закусывает нижнюю губу, лишь бы не умолять её поторопить события. А Эрп это лишь смешит, она продолжает целовать кожу вокруг промежности, продолжает издеваться над девушкой. — Вэйвс, чёрт, сделай уже это, — сдаётся Хот. Нет, главное возбудить она возбудила, а разрядки давать не хочет. Не честно. Николь готова захныкать от нетерпения, но Вэйверли, к её счастью, сжалилась. Она ухватилась пальцами за край трусиков Хот и потянула вниз. Освободив девушку от нижнего белья, Эрп припала к клитору Николь и провела по нему языком, чуть разделяя половые губы. Офицер вцепилась пальцами в обивку сиденья, когда ласкающий язычок проник глубже, внутрь разгорячённого женского тела. Вэйверли слизывала сочившиеся соки девушки, иногда снова ласкала клитор, выводя языком что-то подобное крестику. А Хот лишь стонала, придвигаясь ближе к ласкающему рту. Скоро к языку присоединились сразу два пальца, вошедшие в лоно девушки почти полностью. Вэйв медленно двигала ими внутри, поглаживая стенки влагалища. Возбуждённая до предела Николь сначала сопротивлялась накатывающему оргазму, но потом прекратила обороняться и отдалась наслаждению. Эрп почувствовала, как офицер сжимает её пальцы, максимально приближаясь к пику. Ещё одно движение внутри, и Хот с громким стоном кончает, выгибаясь в спине. Оргазм длится недолго, Николь обмякает в сиденье, иногда вздрагивая от последних витков уходящего удовольствия. Она тяжело дышит, закинув голову назад, и пытается прийти в чувство. Сквозь пелену блаженства она чувствует, как Вэйверли пытается натянуть на неё бельё. У Эрп это выходит только тогда, когда Хот более-менее отходит от оргазма и поднимается с места. Негнущимися пальцами она помогает Вэйвс надеть на себя брюки, оставив её разбираться с застёжкой и ремнём. Когда всё приведено в порядок, Вэйверли снова садится на колени Николь и пристраивает голову у неё на груди, обняв любимое тело обеими руками. Хот приобнимает её в ответ, целует в макушку, всё ещё рвано дыша. — Что мы скажем начальству, когда вернёмся? — спрашивает Эрп, прижимаясь к офицеру. — Что при патрулировании заметили подозрительную личность и проследовали за ней до самой границы округа, — ляпнула Николь то, что первое пришло в голову. Ей не хотелось сейчас думать над оправданиями, она просто наслаждалась моментом. Вэйверли приникла к ней всем телом и размеренно дышала. Это успокаивало Хот. Они безмятежно сидели в обнимку, согревая друг друга своим теплом. — Вэйвс, — подала голос офицер, — Я люблю тебя. Она сказала это без какого-либо подтекста, от чистого сердца. — Я тоже люблю тебя, — тихо отозвалась Вэйверли, ещё крепче прижимаясь к девушке. И не было силы, которая могла их сейчас разлучить. Холодное солнце ярко светило в чистом небе, белый снег искрился под его лучами, играл бликами. Полицейская машина всё так же стояла на обочине около границы округа Призрачной реки, ограждая двух влюблённых девушек от внешнего мира и охраняя их покой и умиротворение.