По шагам

Гарри вернулся в дом на Гриммо около девяти. Он и сам не заметил, как пролетело время после ухода Драко, потому что просто упал на диванчик за стеллажами и погрузился в свои мысли. Они носились от одного события к другому, и чем больше Поттер хотел найти хоть единый изъян в поведении Малфоя, тем больше терял надежду его обнаружить. Гермиона оказалась права, слизеринец действительно очень изменился, и даже вместо того, чтобы устроить скандал или навязывать свое общение, заставлять вспомнить, мозолить глаза, он просто ненавязчиво всегда находился рядом, не лез с разборками и стойко выносил в свою сторону любые выпады. Это совершенно не тот Драко Люциус Малфой, которого помнил Гарри, а обижать ТАКОГО Драко Поттеру совершенно не хотелось. И тем не менее из раза в раз гриффиндорец делал ему больно, и только сейчас он это понял окончательно. Но как же тогда нужно было поступить, чтобы не причинять ему страданий? "Что я чувствую к нему?" - спрашивал себя Гарри уже неоднократно, но всегда ответ был один. Ничего. Но как такое возможно? Брюнет уже смирился с помолвкой, их совместным проживанием и отношениями, но почему тогда нет никаких чувств со стороны Гарри? Что должно произойти такое, чтобы он все вспомнил? "Чтобы вспомнил.." Эта мысль обожгла и только в это мгновение до Гарри неожиданно дошло, что он действительно хочет вспомнить. Он не желает больше делать Малфою плохо, и не важно, кем он будет приходиться Поттеру. Как только Гарри оказался на пороге дома, он почувствовал вкусный запах еды, и в животе приятно затрепыхало, юноша сразу же помчался на кухню. Навязчивый голос твердил, что Драко здесь, и ощущение целостности и уютности дома вдруг окутало пространство холодного и чужого особняка Блэков. Но дверь кухни распахнулась, и Поттер увидел Гермиону, которая готовила пасту у плиты. Девушка резко обернулась: - Ой, Гарри, ты напугал меня, так неожиданно вбе..., - Грейнджер осеклась, увидев, как улыбка ее друга медленно сползла с лица, - Ты чего, Гарри? Юноша опустился на стул и опрокинул голову назад, уперевшись затылком в стену. Его глаза закрылись, и подруга не на шутку испугалась. - Гарри? Все хорошо? Я что-то сделала не так? Прости, я всего лишь хотела заскочить в гости, камин был для меня открыт, а тебя не было.. Смотрю, а у тебя из еды ничего, решила приготовить. Гарри, ты слышишь? Поттер тяжело вздохнул и открыл глаза: - Да, все хорошо. Прости. Я рад, что ты тут, - тихо ответил Поттер. - Но на тебе лица нет, - девушка коснулась щеки Гарри, и тот податливо положил голову девушке на руку. - Нет, все в порядке. Я просто... расстроился, сам не знаю почему. Ты что-то готовила? - Поттер постарался натянуть на себя беззаботное выражение лица и улыбнулся, - Я ужасно голоден. - Ох да, конечно! Грейнджер положила пасту в две тарелки, нарезала овощей, хлеба и накрыла на стол. Гарри терпеливо ждал, и только когда подруга села рядом, пожелал приятного аппетита и приступил к еде. Гермиона вяло ковыряла спагетти вилкой и то и дело поднимала и опускала взгляд то на Гарри, то на блюдце. - Я же вижу, что ты хочешь что-то сказать, - спокойно сказал Поттер и отодвинул пустую тарелку, - Спасибо за еду, было очень вкусно. Я в последнее время нечасто нормально ем. - Знаешь, я сначала думала, что переругаюсь с тобой..., - Гермиона отложила прибор в сторону, - Но... Сейчас я все осознала и пришла для совершенно другого разговора. И почему у меня такое ощущение, что ты ждал не меня? - девушка испытующе вглядывалась в лицо друга. - Твоя наблюдательность тебя не подводит. Но это не важно, - ответил Гарри, - Ты же опять по поводу Малфоя, да? Кто рассказал? Он или Рон? - Рон, он же всё-таки в 7 утра только вернулся тогда, рассказал все в двух словах. Сначала я была зла, но теперь не более чем ужасно расстроена. Ты прости меня, Гарри, я признаю, что была неправа, - Грейнджер неловко убрала выбившуюся прядь за ухо. - Эм.. Не понимаю, зачем ты извиняешься? За что? - удивился гриффиндорец. - Я поняла, что давила на тебя. Я и не думала, что тебе так плохо от общения с Драко, что ты даже решишься с ним расстаться. Я полностью приняла позицию Малфоя, не приняв к сведению и твои чувства тоже. Я думала, ты вспомнишь, и все будет как раньше, но ... Видимо, не судьба. Я чувствую себя виноватой. - Не нужно. В этом нет твоей вины, - Гарри подался вперёд и обнял подругу. Девушка с жаром ответила и уткнулась носом в изгиб его шеи. - Что теперь будет дальше? - Я не знаю, Гермиона... Я не знаю, - грустно протянул Гарри. - Драко тоже не хочет со мной говорить, отказывается от встречи, а дома я не могу его застать. - Даже с тобой? А ты посылала сов или..? - Гарри резко замолчал, почувствовав, что вопрос получился совершенно не с непринужденной, как планировалось, интонацией, а со слишком обеспокоенной. Грейнджер разорвала объятье и посмотрела юноше в глаза с тревогой и любопытством. Обычно такой взгляд в дальнейшем сопровождается неприятными догадками, которые всегда оказываются правдой. - Гарри, а ты ничего не хочешь мне сказать? - Я просто спросил, только и всего. Ничего такого.., - начал оправдываться Поттер, и предательски покраснел. Девушка вся встрепенулась и нахохлилась, словно воробей. Ее непродолжительное молчание и напряжённое лицо говорило о том, что Гермиона сложила два и два. Она все поняла, и теперь нужно ждать целой воспитательной беседы. Грейнджер шумно набрала в лёгкие как можно больше воздуха и на одном дыхании отчеканила: - Гарри Джеймс Поттер! Ты бесконечно непроходимый балбес! Ты такую глупость совершил! Такую глупость!!! Да у тебя на лице написано, что ты жалеешь! Гарри! Как так?! Ты же его ждал, да? - Гермиона, пожалуйста, не начинай, - взмолился Поттер и закатил глаза. - Ну как же так, Гарри? Зачем ты разорвал помолвку, если... - Дело не в помолвке! - не выдержал гриффиндорец и поджал губы. Гермиона замолкла и поняла, что перегнула палку. Она глубоко вздохнула и отвела взгляд, прикрыв рот рукой. Поттер наклонился вперёд, поставил локти на колени и успокаивающе взял подругу за руку: - Гермиона, послушай, - аккуратно начал юноша, - Я сожалею. Тебе я признаюсь и скажу честно, что сожалею. Но не о разрыве помолвки, а о том, что сделал Малфою плохо. Ты была права, он очень изменился и просто не заслуживает того, как я с ним поступил. Но я не знаю, что мне делать, понимаешь? Я не знаю, что именно к нему чувствую. Да, порой я не в состоянии перестать засматриваться, переживать за него, бояться, иногда хочу просто к нему прикоснуться, и это необъяснимо. - Гарри, все же так просто. Твои прошлые чувства всё ещё есть, - Грейнджер умоляюще закусила губу, и ее руки задрожали. - В том и суть, что прошлые. С каждым днём вероятность возвращения памяти падает, а я ни разу за все время ничего не вспомнил, даже малейшего и незначительного события. Мне хорошо с Малфоем, я признаю, но и дать ему то, что он хочет, я не могу. Я не люблю его.. - Да что ты заладил? - девушка возмущенно фыркнула и повысила голос, - Ты не любишь его? Хах, не смеши меня. Выключи голову, Гарри, и включи, наконец, сердце! Хватит думать и искать подвох, его просто нет. Может быть как раз из-за чрезмерного самоанализа ты и не можешь ничего вспомнить, ведь ты и не пытаешься прочувствовать ту атмосферу, в которой жил раньше. Открой глаза, чего тебе не хватает, чтобы самому осознать свои чувства? - Не знаю, Гермиона, - виновато вздохнул Поттер и опустил голову, - Я же мысленно ещё там, в Хогвартсе, только что война прошла, где Малфой тоже сыграл не последнюю роль. - Понимаю, но ведь я же вижу, что тебе плохо без него... Если ты не любишь его, то попробуй хотя бы сблизиться, ты же не даёшь вашим отношениям ни единого шанса. - Я боюсь этого..., - тихо ответил Гарри и выпустил руку девушки. Юноша прошёлся вдоль кухни и остановился около окна. Южная сторона дома Блэков выходит на внутренний садик соседнего дома, где на площадке часто можно увидеть ребятишек. Вот и сейчас, не смотря на поздний час, мальчик и девочка лет десяти катались со снежной горки. Они громко смеялись, кидались снежками, барахтались в белых сугробах. "Алла, Грегори! Давайте домой, поздно уже и холодно!" - раздался женский голос со второго этажа, и дети наперегонки помчались к парадной двери. Гарри с грустью смотрел на игры детей, и вдруг сложил руки на груди, спокойно сказав: - У нас с Малфоем никогда бы не было детей. Мы единственные наследники своих родов, которые имеют прямую обязанность их продолжить. Я не могу просто взять и перечеркнуть это, ведь я и сам безумно хотел бы ребятишек. - Ты опять решаешь все головой, да? - с укоризной ответила девушка, - Ты пытаешься найти оправдания своему бегству, и вновь забываешь, в каком мире живёшь, не так ли? Ещё скажи, что тебе неизвестно, что в однополых парах тоже рождаются дети. Поттер резко обернулся к подруге всем телом и ошарашеными глазами уставился на нее. - В смысле "рождаются дети?" Это шутка какая-то? - заикаясь выдавил парень. Грейнджер глубоко вздохнула и подошла к Гарри, который был сам не свой. Она успокаивающе положила ему руку на плечо и с уверенностью сказала: - Пойдем, я кое-что покажу. Грейнджер неспешно вышла из кухни и направилась к лестнице на второй этаж. Гарри с трудом вышел из оцепенения и ватными ногами поплелся за подругой. Девушка поднялась на пролет второго этажа, однако не остановилась и стала подниматься ещё выше на чердак. - Не понимаю... Куда ты идешь? На чердаке куча хлама, - недоверчиво бросил в след Гермионе Гарри. - Ты уже поднимался сюда после возвращения из больницы? - спросила гриффиндорка, но уверенно продолжала подниматься наверх. - Нет, я думал тут завалы, - тихо ответил Поттер и замолчал, заподозрив неладное. На чердак вела только одна дверь, которую Гермиона и предложила открыть Гарри самому. Юноша неуверенно толкнул абсолютно новую с синеватым отливом дверь и застыл на пороге, потеряно оглядывая просторное и почти пустое помещение. Грейнджер вошла первая, остановилась в центре и начала рассказывать: - Здесь вы хотели сделать детскую своими силами без использования магии. Вон обои, которые вы купили за несколько дней до того, как ты.., - девушка осеклась и тут же сменила тему, - Вот ещё нераспакованые коробки с кроваткой, которую я вам подарила. Молли выслала игрушки, которые сделала сама и... - Подожди, - юноша подбежал к подруге и взял ее за плечи, - Ты хочешь сказать, что мы планировали детей? У Гарри в голове образовалась целая каша. Что? Каким вообще образом? - Просто... Видишь ли, это нормальная практика в магическом мире. И у меня такое чувство, что ты слышишь об этом впервые... Это же в школе объясняли на уроках. Ты не помнишь? Гермиона вздохнула, понимая, что задала риторический вопрос, они же с Роном спали почти на всех парах по Истории магии. Абсолютно нелепое и недоуменное выражение лица Гарри говорило само за себя. - Ладно, проведу небольшую лекцию, - Грейнджер прочистила горло и с важным видом начала рассказ. Видит Мерлин, она это обожает, - Видишь ли, брачные узы закрепляются не только формально на бумаге, есть ещё и магические ритуалы, скрепляющие душу и плоть. Их огромнейшее количество, можно выбрать любой в зависимости от того, какой брак: по любви, по расчету, по принуждению и т.д. И есть несколько ритуалов для однополых браков, где один из супругов берет на себя роль младшего супруга (у мужчин) или старшего (у женщин). В вашем случае Драко изначально был... младшим... И потому он добровольно дал свое согласие на дальнейшее рождение от тебя детей. Я по твоему лицу вижу, как ты шокирован, но... Господи, как сложно-то с тобой! - Грейнджер закатила глаза и нервно потерла лоб. - То есть... Драко может забеременеть? - Поттер недоумевал все больше. Маггловское воспитание и мировосприятие трещали по швам. - Гарри. Успокойся. Да, это возможно, но только после скрепления ваших уз подобранным мною ритуалом. - Да это... Это..., - Поттер запустил пятерню в волосы и с силой потянул клок, но ощутимая боль не заставила Гарри проснуться. Это не сон... - Да, для тебя это странно, наверное, но такое реально и частенько практикуется. Ведь даже у Мерлина от Артура был ребенок. - У Мерлина от Артура был ребёнок? - казалось, что глаза гриффиндорца не могут стать ещё больше, но у Гарри это получилось. - Так, хорошо. Опустим все подробности, - успокаивающе попросила Гермиона и нервно улыбнулась. Девушка поняла, что дела обстоят действительно плоховато, - Давай вернёмся к вам с Драко. Отсутствие возможности продолжить род - единственное, что тебя останавливало? - Гермиона, ты меня сейчас просто убила своими рассказами. Ты вот прямо абсолютно серьезно уверена, что у нас с Малфоем могут быть дети? - Вот прямо абсолютно серьезно уверена, - девушка наигранно подняла вверх правую ладонь, словно дала вымышленную клятву. Поттер растерянно опустился на пол и бросил нечитаемый взгляд на гору детских принадлежностей в углу комнаты. "Мы готовились стать родителями" набатом било в голове, и юноша на секунду представил, каково бы это было... Драко из Хогвартса явно был бы так себе отец, все время нервничал бы, психовал, ругался и капризничал не меньше ребенка, но нынешний Драко... Он бы стал хорошим родителем: внимательным, заботливым, спокойным. "Что тебя так изменило?" - вновь вспыл вопрос в голове, но Гарри так и не смог задать его Малфою. - Гарри, все можно исправить. Ты же любишь Драко, я это знаю, просто тебе не хватает чего-то, какого-то потрясения или встряски, чтобы это ощутить в полной мере. Послушай, - Грейнджер присела рядом с другом, - Завтра воскресенье. В Министерстве пройдет большой прием, может быть, ты слышал о нем. Малфоя будут награждать за особые заслуги в зельеварении. Если ты придешь туда и поддержишь его, Драко будет очень приятно. Сделай это для него, будь хотя бы другом, как ты того хотел. - Наградят? За что? - оживился Гарри. - Там и узнаешь, - девушка одобрительно улыбнулась, потрепала Гарри по волосам и медленно поднялась, - А теперь прости, но мне пора домой. Хоть Рон уже и уехал на свои отборочные, но это не даёт мне права появляться дома за полночь, - девушка усмехнулась, - Он хотел с тобой попрощаться, но ты был так занят, что даже на письма не отвечал. А теперь проводишь меня до камина? - Да, конечно, - Гарри спустился с Гермионой до первого этажа, обнял подругу, на прощание, и она скрылась в вихре синего пламени. Поттер ещё немного постоял в гостиной, и после поднялся к себе в спальню. В голове осталась полная каша. *** У Гарри тряслись руки. Он пытался прятать их в карманы, за спину, под отворот пиджака, но все казалось неуместным и неправильным. Народа в Министерстве сказать, что много - ничего не сказать, ступить некуда. Поттер чувствовал себя не в своей тарелке, и за каких-то пятнадцать минут уже устал улыбаться, скулы сводило, а в глазах мутнело от постоянных вспышек колдокамер. Гермиона к утру с совой выслала время начала мероприятия и пригласила Поттера пойти на него вместе. Гриффиндорец, не раздумывая, согласился, присутствие кого-то близкого хоть немного успокаивало. После очередной вспышки колдокамеры Гарри уже порядком напрягся, и только Гермиона сдерживала его порыв быстрее уйти. - Не забывай зачем мы здесь, - шепнула Грейнджер и поправила синюю бабочку друга. Поттер кивнул и поумерил свой пыл, всё-таки девушка права, стоит хоть немного держать себя в руках. Пытка навязчивыми корреспондентами закончилась лишь через несколько минут, когда на огромную сцену вышел Бруствер. Зал залился рукоплесканиями, и Гермиона схватила Гарри за руку, потянув к первым рядам. Кингсли говорил долго и нудно, возвышенно-растянуто. Поттер очень старался сдержать позывы зевнуть, но получалось это через раз. Грейнджер то и дело пихала друга в бок, пытаясь разбудить, но Гарри лишь вздыхал и ждал, когда же появится Драко. Гриффиндорец то и дело заглядывал за кулисы, искал глазами белую макушку, но его все не было, и юноша начал немного волноваться. - Не переживай, он тут, - шепнула на ухо Гермиона. - Я знаю, но все равно неспокойно, и как-то... неуютно, - Гарри дёрнул плечами и попытался поправить пиджак. Но нет, всё-таки это не одежда неудобная, а ситуация вся какая-то неправильная. Потом на сцену вышел хор, заняв у Гарри ещё почти двадцать минут времени, затем снова Министр, потом неизвестный Поттеру скрипач, которого представили как самого известного музыканта настоящего десятилетия. Затем опять Бруствер, и юноша тихонько взвыл. - Гарри, я сама не в восторге, но подобные мероприятия подразумевают такие выступления, это развлечения для гостей. - Да это скука смертная, - выдавил гриффиндорец и зарычал, - А я-то думаю, почему не хожу на подобные приемы. - А представь каково Драко, он тоже явно не в восторге. По расписанию после скрипача как раз и будет награждение. Ещё пара минут. Гарри готов был даже помолиться, лишь бы это, наконец, закончилось, но как жаль, что его просьбы услышаны не были и "музыкант десятилетия" мучил его уши ещё десять минут. Когда на сцену вновь вышел Министр, Гарри с облегчением выдохнул и стал прислушиваться. Кингсли вызвал некоего Никола Кампершильского, одного из старейших зельеваров настоящего времени. Даже Поттер что-то слышал о нем, он вроде как веритасерум изобрел... или нет... В общем, история магии - явно не конек гриффиндорца. Хорошо, что хоть этот Никола, оказавшийся сухоньким маленьким старичком с длинной бородой до пола, не стал тянуть время; он поприветствовал гостей и сразу пригласил на сцену Драко Люциуса Малфоя. Драко вышел не сразу, задержавшись на несколько секунд за кулисами, и Гарри опять начал тревожиться. Гермиона заметила терзания друга и взяла его за руку, тихо сказав: - Гарри, все в порядке. - В порядке, но... Я странно себя чувствую, словно нахожусь в театре, и вокруг меня только актеры. Грейнджер хотела ответить, но торжественная музыка оповестила о выходе Драко на сцену. Гарри замер и завораженно наблюдал за лёгкой походкой бывшего слизеринца. Длинная темно-изумрудная мантия развевалась за его спиной и складками гладила пол из черного мрамора. Идеально уложенные волосы, немного надменный взгляд и просто идеальная маска спокойствия так сильно походили на школьного Малфоя, и Гарри на секунду выпал из реальности. Все гости встретили бурными рукоплесканиями виновника всего торжества и повсюду послышались шепотки. Гриффиндорец не обращал внимания на общий шум, не отрываясь наблюдая, как тонкую и изящную руку пожал Никола Кампершильский, затем Кингсли и стал говорить обычные фразы-поздравления и пожелания. Никола тепло улыбался, и было видно, что тот даже рад за молодого мага. Когда речь Министра окончилась, Никола вынул палочку и усилил голос сонорусом: - Дамы и господа. Все вы знаете, по какой причине мы сегодня здесь собрались. Это поистине великий момент в мировой истории, и я горжусь тем, что могу сейчас стоять здесь рядом с этим безусловно целеустремленным, умным и выдающимся человеком, мистером Драко Люциусом Малфоем, - по залу вновь пробежали апплодисменты, и шепотки стали более отчётливыми, - Я лично проверил действие зелья, разработанного мистером Малфоем, и скажу честно, я впечатлен. При его приеме организм действительно полностью подавляет действие Круцио, и отныне это заклинание перестанет приносить столько боли и страданий людям... - Он что, изобрел антидот к Круцио? - Гарри удивлённо обернулся к Гермионе. - Ты только сейчас понял? Об этом же весь вечер говорил Министр, - девушка по-доброму усмехнулась, - Да. Только это не совсем антидот, просто зелье вырабатывает устойчивость к Круцио. Кингсли планирует запустить зелье в массовое производство, чтобы любой желающий мог его купить. Ты только представь, больше никто не сможет пытать людей этим зверским заклятьем. Поттер ничего не ответил и обернулся к Драко. Тот молча слушал речь Кампершильского и сухо улыбался. Гарри наблюдал за линиями лица слизеринца, его изгибом губ в полуулыбке, светлыми махровыми ресницами, мягкими грациозными движениями, словно в танце, и не верил ему. В глубине души Гарри точно знал, что Малфою здесь не нравится, и эта безупречная маска держится с большим трудом. Гермиона тоже нервно переступала с ноги на ногу, и ее лоб прочертила морщинка. - Все хорошо? - спросил юноша и обернулся к подруге. Девушка насупилась и сквозь зубы, не отрывая взгляда от церемонии, процедила: - Я бы им всем здесь рты промывающим прочистила. Устроили цирк, проклятые лицемеры. - Ты о чем? - А ты не слышишь? Поттер сначала не понял, о чем говорит Гермиона, но потом впервые решил прислушаться к окружающей его толпе, и ужаснулся. "Это какой-то кошмар, Пожирателя награждают", - возмущалась девушка справа. Гарри незаметно посмотрел на нее и даже засомневался, хорошо ли он понял, ведь девушка изображала невероятную радость, благоговение и даже счастье. Тут же начали перешептывания два джентльмена в дорогих фраках: - Он явно решил, что разработав такое зелье, сможет искупить свою вину. Как сильно ошибается. - Меченым вообще не место в нашем мире, по ним Азкабан плачет. - Куда только Кингсли смотрит? И чем больше Гарри слушал, тем больше осознавал, что на самом деле находится в театре. Кроме него и Гермионы не было ни единого человека, кто бы праздновал разработку антидота к Круцио, вокруг лишь передавали из уст в уста "Пожиратель", "Убийца", "Подхалим". Только вновь раздавшиеся апплодисменты смогли вывести Гарри из оцепенения и немого ужаса. Как только такое возможно? Эти люди ненавидят любого, кто носит метку, а все равно пришли сюда, фальшиво улыбаются, играют веселье, пожимают друг другу руки со словами поздравления, а в душе презирают Драко. Гриффиндорец почувствовал, как откуда-то снизу начинает подниматься тошнота ко всему этому представлению и самая настоящая ярость. Гарри сжал кулаки, и костяшки пальцев характерно хрустнули. Чёртовы фальшивые куклы. Никола закончил свою длинную речь и вручил Драко золотой свиток с изумрудной лентой. Юноша принял награду, и Кампершильский передал ему слово, приглашая занять его место. Малфой нехотя вышел к центру сцены, и Поттер заметил, как заходили желваки на его шее, а на виске блеснула капля пота. Серые глаза прозрачно обвели толпу и вдруг остановились прямо напротив Гарри. Даже с такого расстояния, гриффиндорец заметил, как Малфой сглотнул, а его плечи напряглись и расправились. Слизеринец заметно растерялся, и видимо совершенно не ожидал увидеть на приеме Гарри. Поттер улыбнулся в ответ и едва заметно кивнул, словно приветствуя, и глаза Драко потеплели. Блондин набрал в лёгкие воздуха и громко сказал: - Спасибо, что пришли. Я не буду многословен и скажу только, что хотел бы, чтобы мое зелье было полезным и нашло применение. Слишком много всего плохого и темного было в прошлом, и теперь только в наших силах не допустить повторения истории. Пусть моя разработка сделает нас на шаг ближе к предотвращению пыток этим жестоким заклятьем. "Да явно сам разбрасывался Круцио направо и налево", - фыркнула пожилая женщина позади Гарри. "Явно есть ещё какие-то пагубные свойства у зелья, он всех нас убьет", - надменно бросила девушка рядом с ней. "Какой ужас, куда катится мир", - возмущался мужчина справа от Гарри. И так было повсюду, и Поттер не знал, как относится к подобному, хотелось ударить каждого, кто здесь находится, а потом бросить в Азкабан до скончания веков. Подхалимы и льстецы, которых даже людьми назвать не получается, просто устроили тут целое представление для одного зрителя. Поттер почувствовал на себе всю грязь этого мира, и стало ужасно противно и обидно за Драко, ведь он этого не заслужил... Малфой учтиво попрощался и удалился за сцену. Гриффиндорец наблюдал за ним, пока фигура полностью не скрылась за складками кулисы, и зал вновь не заполнился своими наигранными апплодисментами. - Я поэтому хотела, чтобы ты пришел, - виновато сказала Гермиона и обернулась к другу, - Они всегда так. И всех приспешников Волан-де-Морта так же встречают и провожают. А самое смешное - никто из этих людей не был на настоящей войне, и не знает, что там было. Воевали дети, а эти толстосумы просто просиживали свои мягкие точки в дорогих особняках. Противно... - Я хочу увидеться с ним. Куда ведёт задний выход со сцены? - подозрительно оживлённо затараторил Гарри. Гермиона неожиданно расслабилась и обезоруживающе улыбнулась юноше. Девушка указала взглядом на маленькую боковую дверь в конце зала, похожую на вход в чулан: - Это запасный выход, выведет тебя на лестничный пролет, там налево. Гарри метнулся в указанную сторону, но через пару шагов остановился, виновато оборачиваясь к Грейнджер, но девушка лишь усмехнулась и, прочитав немой вопрос в глазах Поттера, сказала: "Не переживай, я найду чем себя занять. Иди". Гарри не надо было повторять дважды, разрезая толпу он побежал к дверце, и выскочил прочь с этого жуткого мероприятия. Налево выходил абсолютно пустой коридор с бесконечным числом дверей, и Поттер побежал туда. Чуть дальше юноша заметил громоздкую полукруглую арку, видимо, это и есть выход со сцены, но Драко тут не было. Гриффиндорец огляделся по сторонам, но никого не заметил, и решил поддаться собственным ощущениям. Вся ситуация казалась до боли знакомой, и Гарри даже испугался собственным захлестнувшим его эмоциям. Юноша побежал дальше через вереницу дверей, потом свернул на западную лестницу и стал подниматься выше. На следующем этаже он очутился в одной из самых старых частей Министерства, где когда-то проходили заседания советов, но теперь здесь не более чем огромный склад ненужных и практически сломанных вещей. Это место даже не старались закрыть от чужих глаз, сюда просто никто не заходил. Гарри прошел мимо огромных завалов всевозможного хлама и непроизвольно провел параллель с выручай-комнатой. Там было примерно точно также, только разве что вещи целые и вполне пригодные к использованию. В воздухе золотыми всклохами летала пыль, а сквозь немного приоткрытую штору падали тяжёлые солнечные лучи; они прочерчивали длинные полосы на полу и уходили в полумрак остальной части просторного помещения. Гарри прислушался, и среди всего этого хаоса была одна гармоничная деталь - музыка... Юноша тихо двинулся к источнику звука, и с каждой нотой в груди все больше сдавливался воздух, и дышать становилось труднее. Он точно знал эту мелодию, помнил на подкорках сознания, что это что-то очень важное, очень дорогое и связано с приятными и яркими воспоминаниями. Из-за очередной огромной горы хлама показалась изумрудная бесформенная куча на полу, и Гарри узнал в ней плащ Драко, а в паре метров от нее Поттер увидел и самого слизеринца. Блондин сидел на старом покошеном пуфике перед белоснежным, но ужасно потертым роялем, и необыкновенной красоты музыка выскальзывала из-под его пальцев. Гриффиндорец стоял как завороженный, и не мог оторвать глаз от представшей перед ним картины. Малфой играл потрясающе, и весь его тонкий образ рядом с инструментом почему-то смотрелся уместно и ужасно знакомо. Гарри точно знал эту мелодию когда-то, но сейчас она отдавалась лишь приятным послевкусием и целой гаммой непередаваемых чувств. Поттер неуверенно дошел до рояля, взял стоявший рядом такой же полусломанный пуфик, и опустился рядом с блондином. Драко не остановился и даже не дёрнулся, словно ожидал появления гриффиндорца. Гарри провел кончиками пальцев по клавишам и вдруг остановился, неуверенно нажимая одну, потом вторую, третью, рука словно сама знала, каких клавиш необходимо коснуться, где держать дольше, где перебирать очень быстро, а где ждать вступления. И музыка в четыре руки раскатами побежала по огромному залу, накрывая весь творившийся в нем хаос и превращая его антураж в реквизит для концерта. Гарри словно светился изнутри, до того эта ситуация заряжала его целым вихрем чувств. Все было до боли знакомым, и щемящее чувство в груди растеклось чем-то слишком родным и теплым. Когда мелодия стихла, и Поттер опустил руки на колени, юноша перевел дыхание и не мог найти слов, все они казались неуместными, словно только в молчании есть сакральный смысл. Драко тоже долго не говорил, но потом всё-таки спросил: - Ты помнишь? - Руки сами... Я даже не думал, само получилось, - прерывисто ответил Поттер и громко выдохнул, - Я и не знал, что умею играть на фортепиано. - Я часто играл эту мелодию, когда хотел успокоиться или поднять настроение. Ты лежал в это время рядом у камина, а однажды попросил и тебя научить. Пришлось сымпровизировать, так как мелодия не в четыре руки, - Драко усмехнулся чему-то своему, - Но получилось неплохо. - Получилось вообще замечательно! Поттер обезоруживающе улыбнулся и посмотрел на Малфоя, но блондин словно не заметил: он сидел склонив голову, и водил пальцами по клавишам. Гарри не видел его лица, но чувствовал, что слизеринцу не по себе, и улыбка сразу сошла на нет. - Все хорошо? - с беспокойством спросил Гарри, стараясь наклониться ниже и посмотреть на выражение его лица, но это не получилось. - Да, просто кажется, будто это было вчера, а прошло уже так много времени, - с печалью в голосе ответил Драко. - Я думаю, есть возможность вернуть память. Пока не знаю как, но это получится, - Поттер говорил уверенно, и такая напористая интонация заставила Малфоя вздрогнуть и всё-таки посмотреть на гриффиндорца. - Мне бы твою уверенность, - грустная ухмылка, - Даже я уже не верю. Скажи, ты вспомнил ещё что-нибудь? - Я ещё вообще ничего не вспомнил, - тихо ответил Гарри. - А как же...? - Музыка? Я просто поддался ощущениям, но только и всего. - Тогда понятно, - Малфой вздохнул и задумчиво посмотрел куда-то наверх, - Это место мало кто посещает, и мы частенько сидели тут в обеденный перерыв. Как ты нашел меня? - Да тоже почувствовал, - Гарри потёр затылок, и вдруг вспомнил, зачем он вообще пошел за Драко. С этой потрясающей музыкой он и забыл о том, что происходит сейчас в большом приемном зале Министерства, - Ты ушел, даже ничего не сказал. Ты ведь видел меня? - Видел, но... Не знаю... Не смог подойти. Хотелось побыть одному. - Ты против, что я пришел? - Гарри все больше становилось не по себе. - Нет. Я рад, что ты здесь. Просто я не хотел, чтобы ты это видел, - ответил Драко и опустил взгляд на крышку инструмента. Поттер пересел спиной к клавишам и оперся спиной о рояль. Так он расположился прямо напротив слизеринца, чтобы тот не избегал его взгляда. Малфой растерялся и хотел встать, но Поттер поддался эмоциям и схватил его за руку, останавливая: - В том зале находятся только напыщенные индюки и самодуры. Никто из них не достоин даже просто стоять рядом с тобой. Я ещё не достаточно хорошо тебя знаю, ты стал совершенно другим человеком, но этот новый Драко определенно заслуживает только лучшего. Когда-нибудь придет время, и твое изобретение получит мировую известность; зелье начнут продавать в каждой лавке, и больше никто не будет бояться Круцио. И это будет только твоя заслуга. Каждый из тех лицемеров внизу подавится собственным языком, а если нет - я им помогу. Малфой во все глаза смотрел на Гарри, и по крупицам с каждым сказанным словом он все больше походил на прежнего Поттера. Этот уверенный взгляд; сведённые, нахмуренные брови; губы, побелевшие от напряжения, которые до безумия хотелось поцеловать. Но нельзя... Драко сжал руку Гарри чуть сильнее и нехотя выпустил ее. - Хорошо, я верю тебе, - Драко печально улыбнулся. Гарри несколько секунд вглядывался в серебристые глаза и спокойные черты, линию носа, маленькую родинку над уголком левого глаза и мягкий изгиб губ. Поттер не понимал, как можно так спокойно относиться ко всему происходящему? Даже Гарри было бы сложно сдержаться от пары ласковых слов в адрес каждого из гостей, а Малфой абсолютно нейтрален и сдержан... - Что с тобой случилось? - всё-таки спросил гриффиндорец и помрачнел. - О чем ты? - внезапная перемена темы разговора выбила слизеринца из колеи. - Твое поведение, отношение к ситуации, отчуждённость, спокойствие во всем.. Как ты так можешь? Эмоциональность всегда была твоей отличительной чертой, да и ты никогда не спускал с рук издевок в свою сторону, даже косого взгляда не оставлял без внимания. - Жизнь научила, - Малфой уперся руками в край пуфика и откинулся назад, непроизвольно увеличивая расстояние между ним и гриффиндорецем. - Жизнь? - не поверил Поттер, - Ты же опять недоговариваешь. Может, уже стоит начать говорить правду? - Это правда, только пока я не готов обсуждать подробности. Может быть в другой раз... А сейчас я, пожалуй, отправлюсь домой. Блондин поспешно поднялся, взял с крышки рояля золотую грамоту и направился к своему плащу, который все также лежал на полу. - Домой? Но ведь прием.., - хотел было сказать Гарри, но Драко его перебил. - На приеме никто и не заметит моего отсутствия. С кем надо колдографии уже сделаны, а дальше по расписанию танцы, закуски, выступление какое-то, и мое присутствие не обязательно, так что я пойду. Блондин поднял с пола плащ, наложил на него очищающее и накинул на тонкие плечи массивную тяжёлую ткань. Гарри, недолго думая, подошёл к слизеринцу и, неуклюже почесав затылок, спросил: - Можно я тебя провожу? Малфой вздрогнул и выронил золотой свиток с изумрудной лентой; бумага покатилась по полу прямо к ногам Поттера, и тот ее неторопливо поднял. - Это неожиданно, да? - Гарри виновато протянул награду Драко. - Ну разве что самую малость, - Малфой принял свиток и спрятал его во внутренний карман, - Я живу довольно далеко, я обычно ухожу по камину после рабочего дня. - Но можно и прогуляться, так? Давай пройдемся, а там аппарируешь, когда устанешь. Слизеринец нервно переступил с ноги на ногу и едва заметно покраснел. Гарри наблюдал за его терзаниями и мысленно взмолился, только бы тот согласился. Драко потер рукой тыльную сторону шеи и вздохнул: - Хорошо. Давай прогуляемся. *** Выскользнув через запасный выход Восточной части Министерства, парни вышли к узкому проулку, минуя который оказались на многолюдной магической улице. В последнее предрождественское воскресенье тут было не протолкнуться, особенно сейчас в вечернее время; волшебники и волшебницы то и дело петляли из одного магазина в другой, по небу летали наколдованные Санта-Клаусы; из каждой лавки доносились звуки колокольчиков, смеха, треск огоньков и фейерверков, обрывки разговоров, звон игрушек и разных баночек. Малфой хоть и сопротивлялся желанию все поразглядывать, но все равно очень скоро сдался и стал озираться по сторонам. Поттеру Драко напоминал ребенка, которому все было интересно, и эта наивность и блеск в глазах пленяли все сильнее. Гриффиндорец шел рядом с Малфоем и молчал, сам иногда задумываясь и задерживаясь на забавных вещичках. - Никогда здесь не ходил, - вдруг сказал Драко, впервые обратив внимание на гриффиндорца, - Здесь весело. Теперь я понимаю, почему эту улицу называют "Разгуляй-квартал". Малфой немного поежился и подул теплым воздухом на ладони. - Ты замёрз? Может, зайдём в ту чайную? - спросил Гарри, заметив этот жест, и указал на кафе с панорамными окнами. Слизеринец посмотрел на указанное заведение и, немного подумав, всё-таки согласился. Юноши вошли в кафе и заняли столик прямо напротив окна. Народа было много, но специально для Гарри нашелся лучший столик. Гриффиндорец быстро сделал заказ и стал ждать Драко, который долго изучал меню, водил тонкими пальцами по строчкам, задумчиво закусывал губу и немного хмурился. Все выглядело очень забавно, и Поттер не мог перестать откровенно пялиться, пока Малфой не оторвал глаза от кожаной книжечки и не посмотрел на гриффиндорца. Их взгляды встретились, и Гарри мгновенно занервничал и заерзал на стуле, тут же с большим интересом начав изучать толпу людей в чайной. Молчание начало немного нагнетать, и Поттер, переборов взявшееся из ниоткуда смущение, спросил: - Почему ты решил приготовить такое зелье? Я имею в виду антидот к Круцио. - Я знаю, что это такое, когда на тебе его используют, - слишком спокойно ответил Драко и отвернулся к окну, - Волан-де-Морт разбрасывался Круцио без разбора, а когда мой отец решил уйти, он начал пытать мать, и сказал, что если тот уйдет, то только без Нарциссы, и она умрет в муках от боли. Для Темного лорда это было не более, чем просто забава, да и отпускать отца в его планы не входило. Я же не мог смотреть на страдания матери и по собственному желанию вызвался ее заменить. И как только мой отец совершал ошибку или не выполнял приказ, Волан-де-Морт сразу же для профилактики мучил меня Круцио, это было в порядке вещей. - Да это же зверство! - Гарри непроизвольно повысил голос и привлек внимание гостей. Люди косо оглянулись на странную парочку, и Малфой тяжело вздохнул. - Давай потише, хорошо? А то народу нравится наблюдать подобные сцены. - Как ты можешь так спокойно говорить? Он пытал вас, шантажировал... - Хватит, Гарри, - Драко умоляюще посмотрел на гриффиндорца, - Пожалуйста... Все в прошлом, теперь даже есть антидот к Круцио, больше никто не испытает таких же страданий. - Я ведь даже не знал, что вас так... - Это в прошлом, договорились? Не будем поднимать эту тему больше, - Малфой слегка улыбнулся. Поттер хотел ещё что-то сказать, но появился официант с заказом, и гриффиндорец осекся. Перед Гарри поставили клубничный пирог, кружку глинтвейна и круассан, а Драко - чашку латте и несколько пирожных с корицей и бананами. Только сейчас Гарри почувствовал сильный голод и сразу же откусил большой кусок круассана. Драко с интересом наблюдал, как исчезает большое французское лакомство с кремом и вдруг рассмеялся. Поттер недоуменно посмотрел на заливающегося смехом Малфоя и даже перестал жевать. Слизеринец ужасно хотел сдержать приступ, но не мог: стоило ему взглянуть на брюнета, как смех накатывал новой волной. Сначала Гарри совсем растерялся от такой внезапной реакции, но уже через мгновение приятная дрожь пробежала по всему телу, и Поттер замер, прислушиваясь к новым ощущениям. Он впервые услышал, как Драко смеётся, и это оказалось чем-то совершенно правильным, приятным и заставляло Гарри улыбаться в ответ, как полному придурку. Гриффиндорец не задумывался, как они выглядят со стороны, весь мир словно перестал существовать, и соединился в одном человеке, и этот человек сидит сейчас напротив и смахивает рукавом слезы смеха. - Я, пожалуй, никогда к этому не привыкну. Драко взял салфетку и коснулся ею щеки Поттера; Гарри вздрогнул, словно его обожгло и вспыхнул, как рождественская звезда. Малфой улыбнулся и тихо сказал: - Я только крем уберу, у тебя все лицо в нем, даже нос. Поттер коснулся кончика носа и сразу ощутил что-то липкое и явно сладкое. На пальцах остались следы белого крема, и Гарри прыснул в кулак: - Я что, всегда так ем? - Абсолютно. Драко покачал головой и смахнул остатки крема с лица Поттера. Тот уже не стал сопротивляться, получая необъяснимое удовольствие от этих лёгких прикосновений, и замер, давая себя терзать. Малфой довольно быстро закончил и тоже приступил к еде, его белые пальцы обхватили широкую чашку с горячим напитком, и Драко даже поежился. Юноши просидели в кафе больше часа и болтали обо всем на свете. Гарри даже не представлял, как с Малфоем может быть просто: он мог с лёгкостью поддержать любую тему, шутил, изредка что-то рассказывал, увлекая Поттера в свои мысли. И Гарри слушал его как под Империо, не смея перебивать или вставить слово, и все было таким настоящим и искренним. Когда Драко и Гарри вышли из кафе, уже немного стемнело и похолодало. Малфой снова сжался, и Поттер сразу наложил на него согревающее: - Почему ты всегда так легко одеваешься? - спросил гриффиндорец. - Я всегда мёрзну, не важно в какой я одежде, - Малфой пожал плечами. - Есть одна идея, - Поттер задумчиво оглядел магазины и, обнаружив нужный, потащил Драко в его сторону. - Гарри, куда мы идём? Подожди... Слизеринец сопротивлялся, и брюнет не выдержал, схватив Драко за руку, и поволок в нужную лавку. - Я точно знаю, что тебе нужно, только доверься мне. - Гарри, мне ничего не нужно, мне нужно домой, уже скоро стемнеет, а у меня куча работы. - Это не займет много времени. Гарри не слушал возмущения Драко и привел его в магазинчик "Лавка Молис", на днях Поттер видел объявление в "Пророке", что сюда завезли редчайшие свитера из белой куницы и шерсти единорога. Эта ткань, подпитывается нужным заклинанием, может сохранять тепло столетиями, да ещё и сама садится под размер надевающего. Малфой, зайдя в магазин, опешил и так и встал в дверях, пока Поттер разговаривал с торговкой. Тучная женщина с большим энтузиазмом рассказывала что-то гриффиндорцу, а затем отвела его к дальним прилавкам. Малфой совсем потерялся в своих догадках, совершенно не понимая, зачем его сюда привели, но всё-таки решился немного пройтись и остановился около стеллажа с магическими перчатками. Все они были сделаны из кожи или тонкой шерсти, некоторые имели специфические свойства, например, умели заживлять небольшие раны или мозоли. Драко коснулся коричневых перчаток из кашемира и не удержался, надев нежную ткань на изящные пальцы. Вещица оказалась очень универсальной и кроме сохранения тепла, могла менять цвет под любой комплект одежды, и вот теперь перчатки стали нежно-изумрудными с золотой каймой. - Малфой, пойдем! - крикнул Гарри и появился откуда-то из-за полок с одеждой. Юноша оглядел Малфоя и мотнул головой в сторону выхода, - Нам пора, ты же торопился. Блондин вернул перчатки на прилавок и вышел на улицу, глубоко вдохнув морозный воздух. Малфой скрывал это с большим трудом, но внутри его просто разрывало от противоречивости ситуации, словно Гарри подменили или он... Поттер появился через мгновение и радостно протянул Драко пакет. - Что это? - спросил Малфой и вопросильно вскинул бровь. - Это тебе. Это мой подарок тебе на Рождество, оно уже совсем скоро, и вот я подумал, что... тебе было бы приятно.. Малфой с опаской взял пакет и медленно его открыл. Глаза блондина мгновенно распахнулись, Драко попытался вернуть подарок обратно гриффиндорцу. - Да ты с ума сошел! Это же ужасно дорого! Свитер с шерстью единорога? Совсем сбрендил? - Это тебе, - уверенно вернул пакет Поттер и улыбнулся уголками губ, - Не мерзни больше, пожалуйста. Тебе всегда холодно, а так хоть немного будет лучше. Зима долгая, а самые крепкие морозы ещё впереди, так что... А, и там ещё перчатки, которые тебе понравились. - Гарри, это дорого! До безумия дорого, - продолжал сопротивляться Драко. - Деньги не имеют значения, если тебе холодно... Ты просто береги себя, ладно? Блондин не знал, что сказать, глупо вцепившись в пакет; эти глаза, это выражение лица, этот голос - все напоминало то время, когда Гарри был тем самым Поттером, перевернувшим его жизнь. Ноги вдруг перестали слушаться и сделали шаг вперёд, Драко уронил голову гриффиндорцу на грудь и тихо прошептал: - Спасибо.. И это была не благодарность за подарок, как подумал, возможно, Поттер; Драко пытался хоть как-то обуздать те чувства, что сейчас его разрывали. Все было так похоже на прежние дни, когда гриффиндорец ещё все помнил, когда у них были отношения, и стало так больно, что защипало глаза. - Прости, но мне нужно идти, спасибо за подарок. Гарри не успел ответить, как Драко растворился в вихре аппарации, лишь бы не показать своей слабости и так не вовремя нахлынувших чувств.