Король пик и бубновая королева

***

      Траун сверкнул глазами, ничего не сказал и попытался встать, но Джеминайя уверенно положил ему ладонь на грудь и удержал на месте.       — Убери руку, — прошипел чисс.       — Ты не встанешь, пока Лея не померяет тебе температуру и пульс, — ровно ответил Джем. — Я — не Террибилис. Я могу принудить тебя силой.       Траун скрипнул зубами и зыркнул на жену, которая осмотрительно отошла и копалась в «аптечке», ища нужные приборы. Чисс перевёл взгляд на Джеминайю, который смотрел своими застывшими глазами не прямо на него, а строго перед собой. Глубоко вздохнул и откинулся на подушки. Джем тут же убрал ладонь.       — Кто тебе позволил привезти сюда Лею? — почти спокойно поинтересовался Траун. — Как тебя послушалась СБИ?       — Ты позабыл, что на борту «Немезиды» обозначил меня как свою волю и свой голос? — усмехнулся Джем, садясь на край постели. — Тебе может сейчас кто-то перечить?       — Да! Ты!       — Вот и мне никто не смог, — коротко рассмеялся клон. — Лея волновалась о тебе, я не мог препятствовать ей в желании тебя увидеть. Думаешь, это была плохая мысль? — Джем повернул голову к чиссу.       Траун снова посмотрел на супругу, которая уже нашла всё, что необходимо, но топталась на месте, не смея подойти. Взгляд её смотрел в пол, но в наступившей паузе она осмелилась поднять глаза на мужа. Лея показалась Рау такой маленькой и испуганной, что злиться на неё он больше не мог. Взгляд его смягчился, и Траун поднял руку, жестом призывая девушку подойти.       — Делай, что надо, — проворчал чисс, протягивая левое запястье жене для проверки пульса. — Возможно, я тогда — в тронном зале — погорячился, — Лея, не веря своим ушам, быстро приложила прибор к коже мужа и посмотрела на показания. — Прости меня.       Лея подняла глаза на Трауна, шмыгнула носом, утëрла его свободной рукой и произнесла:       — Я была виновата. Мне не стоило делать то, что я сделала. Я неоправданно сильно рисковала. Ты был в праве злиться на меня.       — Не отвлекайся, — встрял Джеминайя, который впервые в жизни почувствовал себя третьим лишним. — Что там по показаниям?       — Пульс в норме, даже чуть медленнее. Температуру сейчас измерю, — девушка приложила датчик другого прибора ко лбу Трауна. — Она тоже в норме. Что же случилось?       — Стресс случился, — фыркнул Джем. — Твой драгоценный супруг настолько заработался, что забросил есть, пить и спать. Это результат его необдуманных действий.       — Да нет у меня времени на всё это! — попытался защититься Траун.       — Зато у нас будет очень много времени после твоей кончины, — холодно парировал Джеминайя. — У меня — до трибунала и последующего расстрела, у Леи — до момента, когда её придушат подушкой в собственной спальне за связь с экзотом и поддержку захвата власти. Ты сейчас отвечаешь не только за себя, Митт’рау’нуруодо!       — Да не справляюсь я! — почти выкрикнул Траун в лицо Джему. — Какого хатта я вообще во всё это ввязался?!       — Поздно отступать, — тихо ответил Джеминайя. — Шаг назад для тебя — смерть. И не только для тебя. Да, ты не политик, но и Палпатин не был гениальным полководцем, что не мешало ему держать подле себя тебя и других гранд-адмиралов. Которые и выполняли всю грязную работу за него. Что изменилось? Даже форма власти осталась та же. Тебе просто нужны верные политики рядом. У тебя уже есть Лея, не просто представитель одной из Центральных планет, но и твоя жена. На «Химере» — Мон Мотма. Ей придётся поддержать тебя. К уничтожению Восстания при Скарифе ты не имеешь никакого отношения, но при необходимости можешь сказать, что косвенно виновен в его гибели. У тебя в руках полно козырей, а ты недоволен тем, что там не все тузы.       — И что же ты предлагаешь, о великий политик? — Траун сжал губы в жёсткую линию. — Выставить всё это напоказ?       — Рау, я пришел сюда не советовать, а указать, что ты всё делаешь правильно.       — Ну хорошо, — Траун растëр лицо ладонями, — мне нужно привести себя в порядок. И поесть. А ещё поговорить с женой наедине.       — Я уже ухожу, — Джеминайя поднялся, вынул комлинк и вызвал Зору.       Та явилась почти мгновенно, и Джем вместе с лейтенантом покинул спальню.

***

      — Лея, — тихо позвал Траун, когда дверь закрылась, — ты уже жалеешь, что вышла за меня замуж?       Девушка собирала с постели мокрые полотенца, но тут выпрямилась и с недоумением посмотрела на мужа.       — Жалею? — переспросила она, комкая в руке полотенце. — Жалею?! Ах ты, чисская морда! — Лея метко швырнула мокрую тряпку прямо в Трауна и потянулась за следующей. — Да это ты сейчас сам пожалеешь, что задаёшь мне такие вопросы! — вторая тряпка полетела в цель. — Решил тут помереть и вдовой меня оставить?! Да хатта с два я буду об этом жалеть! Ясно тебе, синяя твоя рожа!       Лея орала от души, выплескивая всё, что накопилось в ней не только за последние дни, но и недели. Когда у неё в руке осталось последнее полотенце, девушка остановилась, прокашлялась, вытерла лицо и кинула тряпку в ёмкость с водой. Выдохнула, поправила волосы и приосанилась. Траун выбрался из завала и расхохотался, полностью снимая зародившееся между ними напряжение.       — Воистину королевское поведение, — смог произнести чисс, когда отсмеялся. — Только не делай так на людях.       — Ничего не обещаю! — фыркнула Лея, сложив руки на груди, и демонстративно отвернулась от мужа.       Траун поднялся с постели, подошел к жене и крепко обнял. Он был холодный и слегка влажный; Лея попыталась начать отбиваться, но так, для виду. Траун не отпускал, и девушка, вдохнув родной холодный запах, обняла супруга за талию и прижалась щекой к его груди.       — Не вздумай больше меня так пугать, — проворчала она.       — Тебя это тоже касается, — в тон ответил Траун. — Больше никаких авантюр без моего ведома.       — Договорились, — всё ещё ворча согласилась Лея.

***

      Спустя час Траун, приведший себя в порядок и, наконец, накормленный, стоял в командном центре своих бывших апартаментов. Чувствовал он себя действительно хорошо. Даже постоянное нервное напряжение отпустило. Тут же находился Владимир и скучал в сторонке Джем.       Траун выслушал последние донесения и развернулся к особисту и Джеминайе.       — Теперь нужно решать, что делать дальше. Считаю, что блокаду надо снять, это более не несёт пользы. Но до этого обратиться к СБИ, — чисс посмотрел на Террибилиса, — в отдел пропаганды и выдать на все корабли необходимую нам информацию. Мне нужен офицер из этого подразделения, который будет действовать напрямую со мной.       — Организуем, — кивнул Владимир. — Есть у меня на примете толковая офицер, занимающаяся как раз в этом направлении.       — Далее, сообщите «нашим» сенаторам, что блокада снимется в течение суток. Я обещал, — Владимир снова кивнул, отмечая на планшете список дел. — Кстати, я подумываю дать амнистию всем заключенным повстанцам и выставить это как акт милосердия со стороны новой власти. Что скажешь, Джем?       — Мысль хорошая, но преждевременная. Сначала надо дать возможность повстанцам сложить оружие. Идейные в любом случае продолжат воевать, но уже не с Палпатином, а с тобой, как представителем этой новой власти. Восстание не устраивал не столько Император, сколько его форма правления. Ты же эту форму менять не собираешься. По крайней мере пока, — Джеминайя чуть склонил голову к плечу, задумавшись. — Пусть отдел пропаганды займется этим вопросом. Это будет хорошим началом: Новая империя отпускает грехи старым врагам. Неплохо звучит. А вот оставшиеся — это другое дело: им был дан шанс, но они его проигнорировали. Это уже не Восстание, это — организованный терроризм, с которым новая власть должна бороться всеми средствами, в том числе самыми жёсткими.       — Согласен с обоими утверждениями, — кивнул Траун, — и так же понимаю, что повстанцы вроде Геры Синдуллы и её экипажа вряд ли пойдут сдаваться Империи. Хотя из неё получился бы неплохой если не офицер, так наставник в лётной Академии.       — Гера Синдулла погибла, — чисс повернул голову к заговорившему Владимиру. — Её «Призрак» был замечен при «Скарифе». Оттуда никто не ушел.       — Жаль. Продолжим. Включим рупор пропаганды на полную. Будем призывать оставшихся повстанцев сложить оружие, устроим показательное выступление и убедим сообщество в том, что после сдачи их не станут преследовать за прошлое, но, разумеется, все будут на учёте. Ослабим кое-где завёрнутые старой Империей гайки, и будем вести себя как прошлая власть, но с более мягкой стороны. И да, так как я экзот — надо открыть набор в армию других иномирян. Так мы сможем опять же в глазах общественности отойти от ксенофобии Империи. Чем выиграем очки в глазах тех миров, которые населяют именно экзоты.       — Траун, — тихо кашлянул Джеминайя, — если мне не изменяет память, чиссы — те ещё ксенофобы.       — Чиссы — да, но я же не вся Доминация. Я считаю, это будет правильный шаг, к тому же так мы сможем усилить свой же флот представителями иных рас, но пока не будем их смешивать с чисто человеческими экипажами. Для принятия нового всегда нужно время.       — Что до вашей супруги? — подал голос Владимир. — Когда вы сообщите о вашей женитьбе?       — Сначала о помолвке. Используем и этот момент на пользу. Устроим церемонию, приём. Позовëм полгалактики на грандиозное событие. СБИ останется только отлавливать всех несогласных, в том числе противников новой власти.       — Вы многое хорошо продумали, — уважительно кивнул капитан. — Или просто выспались?       — И то, и другое.       — Что до меня как повстанческого полководца? — Джеминайя сложил руки на груди.       — Сдашься в прямом эфире. Надлежащую защиту тебе обеспечит СБИ, — Траун посмотрел на Террибилиса, но тот не возражал.       — Меня возненавидят все оставшиеся повстанцы и захотят убить.       — Не нагнетай, тебя и так не любят, — отмахнулся чисс. — А пока мог бы слетать на Родию, там есть клиника одного доктора. Пусть он поглядит, что у тебя со зрением.       — Боюсь, Рау, проблема тут не физическая. Мне бы неделю побыть в одиночестве. Возможно, я смогу разобраться в себе. Кстати, когда прибудет «Химера», прикажи им привезти мне одну ящерку. Для проверки. И отвези Вейдера на Мустафар, тоже обложив его исаламири. Да и вообще тебе во дворец надо завезти этих ящериц для защиты от неожиданно возникающих из ниоткуда джедаев или инквизиторов, которые — как я думаю — до сих пор сидят в своей цитадели и не знают, что делать дальше. Избавься от них — это лишние и опасные ресурсы, которые ты не можешь контролировать.       — А ты?       — Повторяю: я не джедай, и тем более не ситх. Я чувствителен к Силе и всё. Ещё и слепой на данный момент, — Джем с явным давлением произнес эти фразы. — Я даже световым мечом не владею!       — Что до боевой станции на орбите и гранд… Таркине? — сменил тему Владимир. — Таркин — аристократ, и на Эриаду будут недовольны, что его держат в застенках.       — Я бы пустил ему разряд бластера меж глаз, а к Эриаду отправил пару флотов, для «устранения недопонимания», — зло ответил Траун. — Думаю, после подобного «недопонимания» на других мирах поубавятся.       — Принято, — Террибилис снова пометил в планшете. — Что до самой станции?       — Думаю, переоборудовать её для чего-нибудь полезного, — Траун заложил руки за спину и развёл плечи, — ибо вкладывать в неё ещё ресурсы — чистой воды идиотизм. Возможно, открыть там Центр по подготовке офицеров из экзотов. Вряд ли не-людям будут рады в остальных Академиях.       — Интересная мысль, — хмыкнул Владимир.       — Перековываешь «меч на орало»? — рассмеялся Джем. — Неожиданное решение, даже для тебя, Траун. А я думал попросить у тебя станцию буквально на пару-тройку часов. Слетать тут надо мне. Было надо…       — Что за планета так тебя обидела? — Траун чуть дёрнул бровью, иногда забывая, что Джеминайя его не видит. — Хотя-я, я догадываюсь. Камино.       — Ты всегда был догадлив, — с некрасивой усмешкой Джем дёрнул головой вбок.       — Джем, — Траун подошел к клону и положил ладонь ему на плечо и чуть сжал пальцы, — не должна быть месть мотивом для такого как ты героя.       — Героя… — Джеминайя опустил голову, усмехнулся и тихо с легким хрипом произнес: — У меня и так не осталось опор в этом мире, зачем отбираешь последнее, Рау?       — Чтобы ты вспомнил, наконец, кем раньше был.       — А если я упаду в бездну своего горя и сгину?       — Я не позволю.       — Посмотрим, — Джем встряхнул волосами и поднял голову, «посмотрел» на чисса: — Я ещё нужен тебе здесь? Или мне вернуться на «Вершитель»?       — Нужен, — твёрдо ответил Траун, встряхнул Джеминайю за плечо и отпустил, отошёл на два шага и продолжил, — можешь располагаться в спальне. Я полечу к Лее — клятвенно обещал прилететь на ужин, там и заночую. Владимир?       — Я всё устрою. Указания на ближайшие дни у меня есть, остальное дело других. Но будьте на связи. Спидер сейчас подлетит, передавайте поклон обеим королевам. Вам будет полезно общение с монаршими особами. Увидимся.       — Увидимся.