Soulmates Gravitation

Млечный Путь — это всего лишь маленькая частичка всей Вселенной, объединяющей систему галактик между собой. Вселенная — это кров для всего человечества, которое едва спаслось от вымирания. Около четырёхсот лет назад на раннее обитаемой планете Земля навсегда прекратилась жизнь. Ослабевшее магнитное поле лишило Землю прежней защитной функции. Солнечная радиация губила жизнь буквально по часам. Резкие климатические перемены, мутация, загрязнённая атмосфера — всё это предвещало неминуемый катаклизм. К счастью, NASA позаботились об этом ещё за века до происшествия. Построенные на космических телах базы позволили осваивать поверхности, подготовленные для колонизации. К каждому объекту был особый подход, необходимый для наиболее комфортного существования. За долгие годы исследования люди смогли приступить к переселению в космос. Первыми колонизированными объектами стали: Марс, Церера, спутники Европа и Титан, экзопланеты Кеплер-452-B, Кеплер-62-E, Кеплер-438-B и Глизе-667-СС. Сама жизнь на этих объектах протекала на так называемых полисах. Это крупные города, покрытые прозрачными высокими куполами, не пропускающими вредные газы во внутрь. В полисах находились лишь официальные граждане и органы управления. Города регулярно насыщались искусственными переносчиками кислорода, которые активно поступали из лабораторий. Человеческий организм полностью приспособился к вегетарианству. Пищу выращивали в специальных теплицах, где так же проходило оснащение готового продукта необходимыми витаминами. Белковая инъекция уже долгое время является самой востребованной среди людей. Каждый месяц горожане полисов имеют право на одну бесплатную инъекцию белка и упаковку витаминов. На орбитальных станциях жизнь обстояла немного иначе. Они делились на несколько классов: военные, инженерные, биолого-химические, исследовательские и учебные. Военные станции занимались боевой подготовкой. Во-первых, никогда не знаешь, что тебя может ожидать на неизвестном объекте. Во-вторых, междоусобицы и межпланетные конфликты ещё никто не отменял. Люди, они и в космосе люди. Давно всеми известный факт про невозможность полного мирного существования. Инженерные станции занимались, соответственно, проектированием и строительством новых городов и техники. Биолого-химические станции как раз таки и являлись лабораториями, в которых создавалась пища, кислород и прочие необходимые для естественного поддержания жизни блага. Исследовательские станции занимались открытием и покорением новых космических объектов. Набиралась группа специально подготовленных людей, которых помещали в общий космический корабль. Учебные станции — это места, где обучалось молодое поколение человечества. Данные станции являются вторыми по масштабности, после инженерных. Сюда вмещались: начальная секция (6—12 лет), средняя секция (12—16 лет), старшая секция (16—20 лет), столовая, общежитие, библиотека и спортивный комплекс. После завершения образовательных секций идёт обучение по специальности. Жители орбитальных станций жили по другой системе, отличавшейся от законов полиса. Например та же еда выдавалась в определённых количествах по специальным талонам, в то время как в полисах создавали и получали огромное разнообразие продуктов. Так же была запрещена полная миграция в полисы. Максимальное время, проведённое в полисе, ограничено одним месяцем по-марсианскому часовому поясу, и то исключительно в исследовательских или военных целях. Высшим органом управления считалась NASA — космическая станция громадных размеров, имеющая множество баз на разных космических объектах. Попасть на станцию могут только квалифицированные работники исследовательской группы и стажёры с полисов.

Учебная орбитальная станция Кассиопея-220

— Ребята, если мы сдадим это сраное тестирование по квантовой физике, то сможем посетить полис на Марсе! — с полной решимостью в глазах заявил Гуаньлинь. — Не люблю я эти полисы, — проворчал Даниэль, закутываясь в одеяло по самые уши. — А мне очень любопытно, — мечтательно улыбнулся Дэхви, не отрываясь от иллюминатора, за которым виднелась Красная планета. — Даниэль-хён, зря ты так. Там наверняка есть хорошие люди. — Зажравшиеся ублюдки там, а не люди. — Хэй, не будь таким агрессивным, — топнул ногой Джисон. — Мы хотя бы были там, а эти детки ни разу даже не ступали на поверхность. — Херня всё это. Где родился, там и пригодился. Джисон, какого хрена ты вообще тут торчишь? Разве у тебя не рабочий день сегодня? — А разве Он Сону должен быть в твоей кровати? — Блять, всё же девять человек в одном отсеке реально жёстко, — раздражённо проворчал Минхён. — Хорошо, что Сонун и Джисон съехали, правда, последний слишком часто тут ошивается. Я бы так не сердился, если бы ты, Ким Джэхван, не издавал таких громких звуков во время дрочки. — Ох, это же естественно. — Нарушать мой сон — это точно неестественно. — Дэхви, вроде как, это вообще не парит. У него в голове одни инопланетяне да посторонние галактики, — начал защищаться Джэхван. — А ещё Марс, — ухмыльнулся Даниэль. — Великое противостояние новобранца Ли Дэхви и какого-нибудь гадкого марсианского слизня! — откровенно заржал Гуаньлинь. — Ну хватит уже издеваться, придурки! — взбесился Ли, подскочив с кресла. — Мы, вообще-то, твои хёны. Где уважение, мелочь? — усмехнулся Сону. — Его уважение к нам уже давно за пределами чёрной дыры, господин хлопушка, — с наигранной печалью проговорил Джэхван, усмехаясь от своей актёрской игры. — Пошутили и хватит. Если вы сейчас же не заткнётесь и не дадите мне поспать, то клянусь, выстрелю лазерным бластером прямо вам в головы! — психанул Минхён, баррикадируясь от надоедливых соседей тёплым одеялом. — Как страшно, угрозы от Минхёни, — засмеялся русоволосый, запрыгнув на второй ярус кровати. — Дэхви, ты тоже отдыхай. Не выспишься, завалишь экзамен и никаких полисов тебе не видать. Вот там реально трудные вопросы, в частности по биохимии и молекулярной генетике. — Мы точно полетим на Марс? — Обязательно! Покажешь марсианским желейкам кто здесь главный! Дэхви тихонечко засмеялся, повернулся на бок и вновь внимательно вгляделся в иллюминатор, сам не понимая своего влечения к этой планете.

10:25 по-марсианскому часовому поясу

— Дэхви, у нас высшие баллы! — бежали на встречу тут же оживившемуся подростку Гуаньлинь и Джихун. — Значит, мы полетим на Марс?! — не скрывал радости младший. — Да! Мы вчетвером отсоединяемся на «Антаресе» через четыре часа. Нам нужно на тестирование скафандров, так что бегом в подготовительный отдел. — Чёрт, сегодня сбудется моя мечта! А кто четвёртый? — Пак Уджин. — Тогда нам стоит поторопиться!

Спустя 4 часа

Внимание, всем астронавтам надеть шлемы, пристегнуть ремни и подготовиться к полёту. Следующая станция — Марс. Время отправления 14:25 по-марсианскому часовому поясу. Общая длина полёта 52400 км, время прибытия приблизительно 15:20. Взволнованный Дэхви внимательно рассматривал корабль и местами подслушивал разговоры астронавтов NASA, пытаясь понять цель экспедиции. Лёгкая тошнота была следствием сильной тряски при отстыковки корабля от "Кассиопеи-220". — Джихун-хён, мы скоро будем на Марсе. Круто, правда? — Конечно, но не думаю, что там будут всякие монстры из твоих рисунков, — усмехнулся старший. — Почему меня так влечёт к этой планете? У меня чувство, будто бы там кто-то ждёт меня. — Я не уверен в своих словах, но не думаешь ли ты, что там может быть твой соулмейт? — У меня даже метки нет. — Тебе уже шестнадцать, должна появиться. — А у тебя есть метка? — Есть, но у моего соулмейта её до сих пор нет. Не пали меня, он совсем рядом. — Гуаньлинь что ли? — заржал Уджин. — Почему я всегда узнаю всё последним? Пак Джихун, а ну покажи что там у тебя! — начал приставать к старшему Линь. — Давайте не здесь, народ! Я понимаю у вас гормоны и так далее, но мы вообще-то на научной экспедиции, — сделал замечание старший астронавт. Джихун со злости раздал всем подзатыльники, особенно Гуаньлиню. Дэхви отвернулся в сторону иллюминаторов. За время полёта парень осознал, насколько огромна галактика. А что же за её пределами? Ведь есть ещё миллионы таких же.

15:25, прибытие на Марс

Температура колеблется от -78 до -65 градусов по Цельсию. Ветер достигает 100 м/с. Землетрясения отсутствуют. Посадка на северном полушарии Марса. Ближайший полис — Гармония. На северном полушарии более гладкий рельеф и совсем немного кратеров, в отличие от южного, которое буквально усеяно возвышенностями и кратерами. Сама поверхность напоминает засохшую глину. Небо охрового оттенка с примесью желтизны, местами оранжевого. Оранжевый отлив небу придаёт пыль, насыщенная оксидами железа. Голубизна отсутствует вследствие тонкой атмосферы, что позволяет слабому рассеиванию света. Полис поражал своей живностью. В дали виднелся целый комплекс высотных зданий, вероятно, принадлежавших федеральным органам управления. Остальные же здания, в большинстве, не превышали четырёх этажей и были построены из камней или прочного гранита. Куча торговых улиц, декоративные бассейны в кратерах и, конечно же, люди. Всё это было покрыто огромным прозрачным куполом, объединяющим весь полис под общее название — Гармония. Экспедиционная группа вместе со стажёрами остановилась в марсианском отеле «Деймос», названным в честь одного из спутников Красной планеты.

16:15, комната стажёров

— Наконец-то можно почесать нос! С этим скафандром столько неудобств, — возмутился Гуаньлинь. — Джихун-хён, а у тебя не чешется нос? Давай почешу. — Господи, за что мне достался такой придурок? — жалобно промычал Пак, оттягивая волосы двумя руками. — Я слышал, что северные жители отличаются от южан. — Всё дело в том, Дэхви, что южане — коренные жители Марса, а северяне — мигранты. — Значит южане — это пришельцы? — В душе не ебу, кто они там. Спроси сам у марсиан. У меня тут итак серьёзные проблемы, — наградил Гуаньлиня испепеляющим взглядом Джихун. — Я как раз хотел прогуляться. Можно, хён? — Не натвори глупостей и отчитайся старшинам. И не долго, нам в полночь вылетать обратно. — Я недалеко! Хотелось как можно скорее посетить все достопримечательности Гармонии, но урчание в животе думало совсем иначе. Дэхви совсем забыл про обед, и он отправился на поиски еды, проклиная себя за неосмотрительность. Логичнее всего было бы пойти в кафе, но денег кот наплакал, а на Марсе вряд ли выдают еду по талонам, как на станции. На торговых улицах наверняка могут дать чего-нибудь на пробу, поэтому парень побежал в ближайший рынок, одним глазом рассматривая карту полиса, которую ему всучил Уджин. — Марсианская чурчхела на развес! Подходим, не стесняемся! — доносилось от пухлого усатого дяденьки из невысокого прилавка. Почему бы и нет, собственно говоря? Всё равно Дэхви хотел попробовать местную еду, ибо питаться одним супом из тюбиков совсем наскучило. — Извините, а можно попробовать? — Вы не местный? — Да, я с прибывшего недавно «Антареса». — У меня есть несколько вкусов в продаже. Красная сделана из растения Фрасса, синяя с добавлением экстракта Эагра, а зелёная вообще добывается на юге, поэтому и дороже. Можешь попробовать каждую, — оскалился продавец. — Спасибо, — немного неуверенно поблагодарил Ли. Особенно Дэхви пришла по душе синяя, что с экстрактом Эагра. По вкусу чем-то напоминала яблочный зефир, который принёс ему отец, вернувшийся из экспедиции на спутник Европа. — Слушай, малой, теперь плати, — охмурил брови мужчина. — Но вы ведь разрешили мне просто попробовать. Про плату ничего не было сказано. — Ничего не знаю и не слышу! Либо ты платишь, либо тебе не поздоровится! — схватил светловолосого парнишку за запястье грозный продавец. Ли уже хотел закричать, как вдруг почувствовал, как его руку перехватил кто-то другой. Незнакомец вышел вперёд, закрывая Дэхви своим телом, всё так же не отпуская руку. Невероятное чувство нахлынуло на парнишку, чьё сердце забилось в разы быстрее, а на душе становилось до невозможности тепло. Неужели это реакция на просто прикосновение? — Нельзя вот так накидываться на туристов, мистер Грю, — спокойно заговорил незнакомец. — Бэджин, он чуть не спёр мои чурчхелы! — Вам не стоит врать, я всё прекрасно видел. Пора бы поменять тактику выклянчивания денег. Всего хорошего, — улыбнулся Джинён, резко таща за собой растерянного Дэхви. Младший совсем не знал, куда он так быстро бежит, да и как-то не парило. Почему-то за этим Бэджином хотелось бежать без передышки. Красная пыль порой попадала в глаза, а дыхание выбилось из нормы. Всё это казалось мелочью, по сравнению с бешеным сердцебиением и мурашками по коже. — Мы на месте. Лезь за мной на вышку, красивый мальчик. Дэхви невольно засмущался от такого обращения, но, всё же, полез за своим спасителем. На самом верху вышки была небольшая платформа с телескопом. Отсюда можно было наблюдать за поверхностью Марса, что скрывалась за прозрачным куполом. За пределами полиса планета напоминала нескончаемую пустыню с невысокими равнинами. — Тебя, кстати, как звать, красивый мальчик? — улыбнулся марсианин. — Ли Дэхви, шестнадцать лет. Я со станции «Кассиопея-220», прибыл сегодня на корабле «Антарес». — Вот оно что. Мне всегда была интересна жизнь на орбитальных станциях. Меня зовут Бэджин, но для тебя Джинён. И да, я тебя старше на два года, — не прекращал улыбаться парень с волосами цвета карамели. — Приятно познакомиться, Джинён-хён. На станциях всё довольно примитивно. «Кассиопея-220» является учебной станцией и делится на возрастные секции. На данный момент я заканчиваю среднюю. Забавно, а вот я всегда хотел жить на какой-нибудь планете, особенно на Марсе. — У тебя, наверное, куча вопросов, так что дерзай. Тебе выпала возможность поговорить с марсианином. — Ты прям родился здесь? — с восхищением спросил Ли, внимательно вглядываясь в лицо старшего. — Ага. — Ах, я тебе так завидую! Как раз хотел узнать про северян и южан. — Эта история берёт начало ещё со времён колонизации Красной планеты. Ты наверняка представлял марсиан в качестве существ, почти не напоминающих гуманоидов. В таком случае, ты частично прав. Северяне или же люди с Марса являются основателями марсианских полисов и баз, а южане — это коренные жители или по-другому империя Марсвиллов. Все эти существа, как и мы, не похожи друг на друга. Кто-то имеет один глаз, а кто-то и все пять, у кого-то есть шерсть, а кто-то вообще выглядит как сопля. Марсвиллы отнеслись к нам враждебно ещё с первой волны заселения. Между северным и южным народом зародилась война, которая не прекращается и по сей день. — Ну, их можно понять. Кому понравится ущемление родных земель. А ты бывал на юге? — Больше скажу, у меня есть друзья среди марсвиллов. Могу познакомить тебя кое с кем, если хочешь, — подмигнул марсианин. — Конечно! Хочу много друзей на Марсе, — улыбнулся Дэхви. — Я много чего хочу тебе показать, но для начала взгляни на горизонт, — протянул руку вперёд Бэджин. — Вау, это марсианские закаты? — восхищался младший. — Это Фобос, наш ближний спутник. А чуть позже будет виден и Деймос. — Невероятный вид! Спасибо тебе за помощь и за то, что привёл меня сюда. Джинён улыбнулся чуть по-детски и положил руку на плечо своего нового друга. Марсианин прекрасно понимал всю ситуацию с гравитацией между соулмейтами, но решил пока не рассказывать младшему об этом, ведь у них впереди ещё очень много времени.

22:05

Джинён и Дэхви медленно идут по гранитной дорожке, инстинктивно переплетая пальцы на руках. Младший, порой, заглядывался на марсинанина, подметив, что у него серо-голубые глаза. Это придавало Джинёну ещё более инопланетный вид, ведь Дэхви никогда раннее не видал таких глаз. А ещё у него были аккуратные губки и слегка бронзовая кожа. Ли уверен, что Бэ Джинён точно самый красивый во всей Вселенной. Заметив, что младший откровенно пялится на него, Джинён слегка улыбнулся, поглаживая большим пальцем выпирающую костяшку на руке светловолосого. Марсианин просто поражался бледности своего друга, ведь на Красной планете все люди имеют равномерный красивый загар. У Дэхви пухлые губы, густые брови и тёмные, глубокие, как космос глаза. Наверное, он и правда самый красивый мальчик во Вселенной, по крайней мере, так думал Джинён. — Хён, твои глаза такие красивые. Я никогда не видел таких. — Правда? На Марсе в них нет ничего уникального. У каждого второго марсианина такие. У нас у всех серые, голубые или светло-зелёные глаза. Таких тёмных, как у тебя я тоже никогда не видел. А ещё у тебя очень светлая кожа, так красиво. Ты мне кажешься очень симпатичным и уникальным. Дэхви засмущался от таких слов, ведь он никогда не считал себя красивым, а тем более особенным. Улыбка невольно расплылась на лице, и мальчик прикрыл глаза, следуя за новым другом. — Хён, а долины Маринер существуют? Или это всё выдумки? — Существуют, Дэхви. На юго-востоке Марса есть гигантская система каньонов, тянущаяся с провинции Фарсида. В этих же долинах есть лабиринт Ночи. Я там, правда, не был, но наши путешественники говорят, что там много полезных ископаемых и сам рельеф очень крутой. — Хотел бы я посмотреть на всё это своими глазами. — Тогда, когда-нибудь я покажу тебе это место. Без меня и моих друзей с юга туда для тебя просто нет дороги. — Меня могут убить? — Не говори так! Пока ты со мной, тебя никто и никогда не тронет, — крепче сжал руку друга Джинён. Заметив беспокойство марсианина, Ли остановился и подошёл к нему поближе, слегка приобняв за шею, словно боясь напугать. Старший не ожидал такого нежного порыва, но тут же крепче прижал к себе Дэхви за талию. — Не знаю почему, но меня к тебе очень тянет, хоть мы и знакомы всего ничего, — уткнулся в плечо старшего светловолосый. — Так и должно быть, дурачок, — поднял взгляд в небо Джинён, вдыхая ванильный аромат светлых волос. Потому что мы с тобой — соулмейты. Они так и стояли в обнимку посреди пустого парка, над ними возвышался купол, за стеклом которого было тёмно-красное небо с множеством звёзд и двумя спутниками. Насколько же громадна и прекрасна галактика. Марс — это всего лишь красная точечка среди всех звёзд. Найти свою единственную родственную душу во всей Вселенной шанс один на миллион. И сегодня фортуна улыбнулась именно этому юному марсианину, которого так влечёт мир за пределами Марса, и стажёру с учебной станции, которому так интересна жизнь на других объектах. — Знаешь, Джинён, я ведь скоро улечу. В груди старшего что-то кольнуло, а кислород, кажется, перестал поступать в лёгкие. Марсианин расстегнул пару пуговиц на рубашке, открывая вид на выпирающую ключицу с аккуратно выведенным Ли Дэхви на ней. — Что ты… — тихо прошептав, оборвал фразу младший. Дэхви осторожно протянул руку, медленно провёл большим пальцем по метке, с неким увлечением рассматривая её. — Ты ведь знаешь, что однажды встретившись, соулмейты больше не смогут прожить без друг друга. В конце концов, за одним умирает другой. — Знаю, — печально опустил взгляд вниз Ли. — Мы должны быть вместе, — приподнял младшего за подбородок Джинён, пристально смотря во влажные от накатившихся слёз глаза. Старший нежно провёл по щеке, вытирая ещё не успевшие скатиться слёзы, и улыбнулся так, как не улыбался ещё никому. Слишком искренне. Подавшись вперёд, Джинён касается бледного носика, а после трепетно накрывает дрожащие губы своими. Младший от волнения быстро хлопает ресничками, но притягивает к себе марсианина за затылок, хоть и робко, но отвечая на поцелуй. Улыбнувшись такому порыву со стороны соулмейта, Джинён поглаживает его за бока, от чего тот буквально расплывается от чувственности со стороны старшего. Воспользовавшись расслабленностью Дэхви, марсианин ловко проникает в ротик язычком, проводя по нёбу и сплетаясь с неумелым языком младшего. От наплыва ощущений и эмоций хочется рыдать, но Дэхви лишь мычит что-то невнятное, больше похожее на стон, и сильнее жмётся к карамельноволосому. Глаза Джинёна ненароком заслезились, вкупе со слезами младшего это придало поцелую солоноватый привкус. Неспешно отрываясь, парни принялись восстанавливать сбитое дыхание, избегая взглядов друг друга. Просидев так немного, Джинён встал с прожжённой земли, потянув на себя за руки Дэхви. Сложно было подобрать какие-то слова в объяснение всего происходящего, поэтому они просто молчали. Молчание — это тоже ответ, только немой и, порой, заменяющий тысячи ненужных слов. Небо, словно окровавленное, покрытое множеством светлых веснушек. Где-то яркими, а где-то едва заметными, чуть ли не прозрачными. Жаль только, что этим всем нельзя насладиться вне полиса или без скафандра. Нельзя вдохнуть полной грудью свежий воздух, нельзя просто так пойти и исследовать новые территории без спецподготовки и разрешения государства. В мире много чего нельзя, но то, что можно, нужно ценить больше своей жизни. Искать радость в любых мелочах — вот, чему учит Вселенная. — Что ты знаешь о небе, Ли Дэхви? — Практически ничего. Разве только, что оно слишком прекрасно для реальности. — Прям как ты, — тепло улыбнулся марсианин. — Спасибо тебе за лучшие шесть часов в моей жизни, — улыбнулся в ответ светловолосый. — Удачи, Джинён с Марса, — крепко обнял марсианина Дэхви, не скрывая своих всхлипов. — До встречи, Ли Дэхви с «Кассиопеи-220», — печально улыбнулся Бэджин, обнимая младшего в ответ. «Антарес» успешно прошёл состыковку с «Кассиопея-220». Утечек газа и дыр не обнаружено. Температура на станции 15 градусов по Цельсию. Перед уходом обязательно плотно загерметизируйте двери. Пройдя проверку, Дэхви поспешил скорее вернуться в родной отсек, даже не заглядывая по пути в иллюминаторы. Слишком больно смотреть на Марс. Слишком больно вот так прощаться с родственной душой, новым другом и, кажется, чем-то большим. Поднося пропуск к двери, Дэхви запрыгивает на кровать, игнорируя своих соседей. Ни беспокойство Джисона, ни ругающийся с Джэхваном Минхён совсем не волновали его. Просто чертовски хотелось спать. — Хэй, Дэхви, что с тобой? Тебе не понравилось на Марсе? — присел на край кровати Сону. — Всё в порядке, у меня просто температура, — уткнулся в подушку Ли. — Может тебе жаропонижающее? — Не стоит, я просто хочу поспать. — Описал моё жизненное состояние, — потянулся на кровати Минхён. — Вот только одна свинья мне постоянно мешает! Минхён замахнулся на Джэхвана подушкой. Виновник его бешенства громко заржал и рефлекторно поймал подушку, почти попавшую прямо в голову. — Вот зараза! — Хуже Гуаньлиня может быть только Джэхван, — усмехнулся Джихун. — Сочту за комплимент, — подмигнул старшему Линь. — Не воруй мою фишку! — Вы собираетесь спать или мне всё же достать бластер? — совсем не шуточным тоном пригрозил Минхён. Все сразу же заткнулись и легли спать.

06:00

Мысли Дэхви никак не покидал прекрасный марсианин, а под ключицей не хило так покалывало. Голова кружилась, знобило, общее состояние оставляло желать лучшего. Всё же, светловолосый смог заснуть на некоторое время, позже просыпаясь от сильного зуда. Тихо пробравшись в ванную, стараясь никого не разбудить, Дэхви подбежал на цыпочках к зеркалу, снимая футболку. Насколько прекрасно в этот момент он себя ощущал, когда под ключицей каллиграфическим почерком высветилось Бэ Джинён.