Противоположности: девочка и мальчик

29.05

Тик-так. Пять минут. Стрелки часов, кажется, почти не двигаются под пристальными взглядами уставших школьников. И, если секундная ползла, как черепаха, то на минутную вообще смотреть не хотелось, ведь появлялось неприятное ощущение того, что время остановилось. Тик-так. Четыре минуты. Последние пять минут урока тянутся невыносимо долго — это факт. Но вот последние пять минут учебного дня ещё хуже. Тик-так. Три минуты. То и дело какой-нибудь ученик с надеждой бросит мимолётный взгляд на циферблат, но лишь для того, чтобы снова разочарованно опустить глаза в тетрадь. Так делает каждый в классе, словно по цепочке, и Рика в том числе. Тик-так. Две минуты. Даже Юка-сенсей уже прекратила следить за подопечными и устало смотрит то на свои наручные часы, то на настенные. Тик-так. Одна минута. Все в классе одновременно поднимают глаза и начинают гипнотизировать несчастный механизм, напрочь позабыв о классной работе. На какой-то момент кажется, что некоторые даже не дышат, от чего становится несколько не по себе. — Трииииииииииинь! — радостная трель звонка разрушает повисшее напряжение. В эту же секунду дети, сгорающие от нетерпения, вскакивают со своих мест и выбегают из класса. — Дети! Не забудьте ваше домашнее задание! Всем до завтра! — кричит им вслед Юка-сенсей. — Да! — отвечал нестройный хор голосов, бегущих из школы или на новые уроки в виде кружков и дополнительных занятий. Никто особо не думает о дисциплине. Класс пустел быстрее с каждой секундой. Кто-то так торопился, что снёс небольшой цветок в горшке у стены. Юка-сенсей лишь глубоко вздохнула. Она даже не пыталась остановить своих учеников. Всё равно бесполезно. Разве остановишь детей, торопящихся расслабиться после долгого учебного дня. За окном ярко светило солнце — светлый спутник мая. Его лучи освещали полупустую комнату. Как только основная масса подростков покинула кабинет, женщина устало поднялась из-за стола и поставила невинное растение на место. Затем она повернулась к тем, кто всё ещё не покинул класса. — Ты нас извини, Рика. Но мы с Сакурой сегодня дежурные, — Гого, не скрывая досады, пнула ведро с тряпками, которые стояли рядом. — Кимико-тян! Нельзя так обращаться с школьным инвентарём! — Мирай покачала головой и, нахмурив брови, посмотрела на подругу серьёзным взглядом. Темноволосая лишь махнула рукой, уронив средства, стоявшие тут же на парте, что вновь вызвало возмущение со стороны Сакуры: — Кимико! — девушка ещё больше нахмурилась, от чего её лоб исказила маленькая морщинка. Её миловидное лицо на секунду, лишь на секунду, но всё же показалось грозным. — Будь аккуратнее! Нам всё это ещё убирать, — она принялась поднимать бутылки. — Ладно, ладно. Извини, — пробурчала Гого в ответ. — Аккуратистка, — темноволосая задорно хлопнула подругу по спине, от чего Мирай едва заметно съёжилась. — Да уж, Сакура, ты слишком серьёзно относишься к правилам, — шутливо фыркнула Рика, помогая поднимать химикаты. Мирай резко обернулась и взглянула на Ямаду несколько растерянным взглядом, но буквально через секунду вернула суровость и уверенно сказала: — Я следую правилам ровно настолько, насколько это необходимо, — она отвернулась, и её длинные локоны от быстрого движения хлестнули хозяйку по лицу. Рика удивлённо посмотрела вначале на Кимико, та в свою очередь лишь покачала головой, затем на Сакуру, что всё ещё продолжала собирать бутыли, скрыв большую часть лица за чёлкой. — Эм… Ты обиделась? — нарушив молчание, спросила зеленоглазая. — Извини, я не хотела тебя задеть, — девушка положила ладонь на плечо одноклассницы. Мирай вновь повернулась, заглянула в глаза Ямады своими ангельски голубыми очами и улыбнувшись, заверила: — Нет, что ты. Ни капельки. Ты ничего такого ведь не сказала. — Ты уверена? — Рика с сомнением подняла правую бровь. Сакура, конечно, буквально сияла искренностью и доверием, но было в её взгляде что-то отдалённо печальное, что девушка явно старалась усмирить и спрятать подальше. — Конечно уверена, — Мирай заливисто рассмеялась. — Не переживай, — добавила она, успокоившись, но всё ещё продолжая улыбаться. — Ты прямо как мама, Рика-тян, — присоединилась к беседе Кимико, весело хихикнув. — Ага, ещё чего, — Рика абсолютно беззлобно показала девушке язык. Затем все три девочки вновь рассмеялись. Юка-сенсей улыбнулась. Её позабавила непринуждённая, по детски беззаботная беседа учениц её класса. Она с удовольствием вспомнила себя в их возрасте, хотя, назвать Юку-сенсей взрослой, и уж тем более старой было очень трудно. Девушка погрузилась в воспоминания, а когда она вновь «вернулась в реальность», подростки уже заканчивали свой разговор. — Ладно, пожалуй, мне пора. Пока, — Ямада на прощание улыбнулась новым подругам, закинула на плечо сумку и быстрым шагом пошла к выходу. — До завтра, Юка-сенсей. — До свидания, Рика, — молодая женщина улыбается и возвращается к своим обыденным делам. И лишь краем уха она успевает услышать фразу Сакуры. — Рика, постой! Давай я тебя провожу! Мне всё равно надо вещи из шкафчика взять. Кимико-тян, начинай без меня. — Ну давай, — соглашается Ямада — То есть как?! Бросаешь меня одну наедине с опасными химикатами?! — возмущённо восклицает Гого. — Я скоро! — успевает бросить Мирай, перед тем, как покинуть класс. «Ох уж эти дети.» — смеётся про себя Юка-сенсей.

***

Со звонком Аой быстро, отчего неаккуратно записал задание с доски, небрежно покидал вещи в сумку и, не попрощавшись, вышел из класса. — До завтра, Аой-кун! — крикнули несколько ребят, но парень проигнорировал их слова и лишь ускорил шаг. Хёдо очень торопился. Мальчик буквально вылетел из класса вместе с десятком, таких же детей, как и он сам. Парень бежал, как сумасшедший, успешно обгоняя многолюдную толпу и стараясь никого не задеть. Но, к несчастью, на последнем лестничном пролёте всё же врезался и сбил кого-то с ног. Послышался тонкий девичий вскрик, который моментально утонул в общем гуле голосов, а затем звук, характерный для падающего тела. Девушка, приземлившаяся на пол, очень неуклюже растянулась во весь свой немалый рост, а её длинные светлые волосы веером рассыпались по спине хозяйки. Приглядевшись, Аой узнал в ней Сакуру Мирай — скромную и тихую девочку, которая учится в одном классе с дикаркой. К ней уже спешила подруга, и чёрт возьми! Это оказалась Рика Ямада — собственной персоной. — Сакура, ты как?! Сильно ушиблась? — девушка опустилась на колени рядом с голубоглазой и помогла ей встать. — Эй, Яой! — она повернулась к Аою. — Смотри куда бежишь! Тут вообще-то люди ходят! Услышав, прозвище, данное Хёдо Рикой, многие захихикали, пусть и ничего не сказали, что не укрылось от глаз мальчика. Моментально, вспыхнув, он крикнул в ответ: — — Нечего идти посередине дороги! Недотёпы идут справа! — и круто развернувшись, парень ушёл, оставив обалдевшую от такой наглости Рику и Сакуру, которая, едва сдерживая слёзы, слегка пошатывалась, даже опираясь на перила.

***

— Вот ведь хам! — возмущению Ямады не было предела. — Ну ничего, вот встретится он мне, я ему задам трёпку, — девушка потрясла кулаком в воздухе вслед сбежавшему знакомому. И лишь потом заметила состояние одноклассницы взволнованно добавила. — Сакура, ты чего? Что-то болит? Тебя проводить к доктору? Сакура какое-то время молчала, смотря в пол и кусая нижнюю губу. Глаза были влажные, но Мирай старательно сдерживала слёзы. — Нет. Всё нормально, — наконец выдавила она. — Правда, — добавила девушка, видя, что подруга ни на долю не поверила ей и для убедительности попрыгала на каждой ноге и помахала руками. —  Тогда в чём проблема? — несмотря на то, что светловолосая явно не пострадала физически, но что-то было не так. Тут Ямада заметила, что они привлекают слишком много ненужного внимания и, схватив Мирай за руку, потащила её в более уединённое место, а именно в беседку, на заднем дворе школы. Только, когда русоволосая убедилась в том, что рядом нет лишних ушей, продолжила допрос:  — Это из-за того, что сказал придурок-Яой? — Рика пытливо заглянула в лицо подруге. — Нет, что ты, — на лице Сакуры на смену грусти-обиды пришло смущение. — Значит он, — твёрдо закончила Ямада. — Ну ничего, я ему ещё покажу, — девочка хищно сжала руки в кулаки. — Нет! Не надо, ты не понимаешь! — Мирай испуганно замотала головой и руками, создавая освежающий ветерок вокруг себя. — Ну так объясни мне! — Рика недоуменно всплеснула руками. — Сакура, мы ведь друзья? — она наклонила голову набок, отчего её волосы опустились вправо, разрушая впечатление короткой стрижки. — Конечно друзья! — воскликнула светловолосая. — Ну вот, — кивнула Ямада, и вновь уставилась на подругу. — А друзья не врут.* Мирай замерла, не найдя, что возразить, заправила прядь волос за ухо и опустилась на корточки, кладя голову на колени. Рика села рядом и успокаивающе положила руку на голову собеседницы. — Я никому не скажу, какой бы не была правда, — шепотом добавила она. Сакура повернулась лицом к новенькой, глубоко вздохнула и начала свой рассказ: — Понимаешь… Когда-то мы с Аоем были в одном классе, в начальной школе. И с того момента он мне… Как бы это сказать… Нравится? — будто вопрошая саму себя произнесла девушка и с волнением посмотрела на реакцию Ямады. Та сидела с открытым ртом (буквально) и широко распахнутыми глазами: — Серь-серьёзно? — кое-как выдавила она. — Д-да, — аккуратистка зажмурила один глаз, боясь реакции в виде осуждения или истерики. Но ничего этого не последовало, и Мирай всё же решилась снова посмотреть на подругу. Рика сидела с широченной улыбкой и неподдельным восторгом в глазах: — Это так круто, Сакура! — шатенка кинулась обнимать голубоглазую, тут же добавляя. — Но честно говоря, не ожидала, что тебе нравится подобный типаж. — Какой типаж? — не поняла сжатая в объятьях девушка. — Типаж аля мне всё дозволено ведь я маленький извращенец Яой, пускай временами и веду себя благородно! — Ямада отстранилась, закатила глаза и очень похоже изобразила голос Хёдо. — Ты не права! — остановила её Мирай, впрочем, сдерживая улыбку. — Аой не такой! Он очень добрый, самоотверженный и храбрый на самом деле! — Самоотверженный? Храбрый? Что-то сомневаюсь, — изогнула бровь Рика. — Я это точно знаю! И могу тебе доказать! — вера в свои слова так и лилась из губ, взгляда голубых глаз, и даже едва заметных веснушек девочки. — Ну, давай, я тебя внимательно слушаю, — девушка улыбнулась. Сакура перевела дыхание и продолжила: — И так, как я уже говорила, мы с Аоем вместе учились в начальной школе. Я в то время была очень скромной и замкнутой в себе… Не смейся! Я сейчас совершенно другая! — прервалась Мирай, заметив насмешку на лице слушательницы. — Так вот. Тогда я была очень тихой и высокой и особо ни с кем не играла. За это меня дразнили одноклассники и одноклассницы. Обзывали серой мышью и привидением. Каждый день какой-нибудь мальчик или девочка считали должным мне крикнуть: «Эй, мышь переросток, смотри, как бы ты не слилась со стеной!» или «Ой, это ты привидение. Прости, я тебя не заметила. Ты ведь такая незаметная, будто тебя совсем нет!». На меня роняли обеды, ставили подножки, обзывали… И так каждый день. Я часто плакала из-за этого в туалете, пока никто не видел, но никогда ничего не предпринимала. Единственным человеком в классе, кто меня не обижал и был Аой Хёдо. Правда тогда он сам тоже не блистал популярностью из-за того, что однажды пришёл на уроки в девчачьем платье и парике, сказав, что ему так больше нравится. Ох и смеялись же тогда все… Все кроме меня. Мне было искренне жаль его, но я не могла ничего с этим поделать, ведь мне не позволяла моя застенчивость, и я просто продолжала молчать, сидя на своём месте. Я помню, как Аой тогда выбежал из класса в слезах… С того дня он больше никогда не приходил в женской одежде и вообще, стал вести себя ещё более отстранёно, чем раньше. Но однажды, когда я сидела с книжкой в коридоре, ко мне подошли несколько ребят из класса. Я помню, как они отобрали мою книгу и заставили меня бегать за ними, чтобы забрать её, пока они кидали её друг другу и смеялись, смеялись… «Отдайте, отдайте!» — кричала я. А они: «Серая мышь! Серая мышь! Серая мышь!» Наконец, я не вытерпела и схватив, одного мальчишку за руку, смогла отобрать у него свою книгу. Он тогда очень разозлился и начал кричать: "Ты что, мышь, решила характер показать?! Да?!" Он надвигался на меня. Всё ближе и ближе. Я испугалась и прижала книгу к груди: "О-отстаньте от меня! Я ничего вам не сделала! " Вдруг тот мальчик толкнул меня. Я упала на пол и заплакала, тогда он добавил: "Вот именно! Ты ничего не сделала! И сейчас сидишь и плачешь, как серая мышь! " Меня окружили мои же одноклассники. Я плакала, а они продолжали кричать: "Серая мышь! Плакса! Привидение! " — Мирай вздрогнула, окунаясь в неприятные воспоминания. — В этот момент передо мной и оказался Аой. Он загородил меня и закричал: "Отстаньте от неё! Что же вы за люди такие?! Она ведь и в правду ничего не сделала! " Помню, как тогда все удивились, — Сакура улыбнулась и подняла глаза к небу. — Ещё бы. Вечно отстранённый Аой Хёдо заступился за самую непримечательную девочку в классе. Тот мальчик, что меня толкнул вышел вперёд и ответил Аою: "Ты что, извращенец, совсем двинулся? Забыл с кем разговариваешь? " Тогда Аой (впервые за всю школьную жизнь) ударил кого-то и дал отпор. Ох какая это была драка. Потом, того мальчика оттащили его друзья. У него был здоровенный фонарь под глазом и рассечена губа. Аой тоже не вышел с поля битвы нетронутым. Ему тогда порвали рубашку и оставили здоровенную царапину на щеке. Всё это время я сидела на полу, продолжая плакать, и тогда он подошёл ко мне, протянул свою руку и сказал: « Ну что ты ревёшь? Вставай, больше они не будут тебя трогать. Обещаю» — я до сих пор помню его улыбку, с которой он мне это говорил. Я была так поражена, что не могла и слова сказать. Впервые за меня кто-то дрался. Впервые за меня заступился мальчик. Я была так тронута, что снова прослезилась, а Аой вновь обратился ко мне: «Ну и что ты опять плачешь? Всё же хорошо! На!» — он достал свой носовой платок и протянул его мне. «Спасибо» — это было первое, что я ему сказала. «Ты извини, мы с тобой уже второй год в одном классе, но я не могу вспомнить твоего имени» — немного смущённо произнёс он. «Сакура Мирай» — вновь заставила я себя ответить. Аой на мои слова улыбнулся и произнёс: « Запомни, Сакура Мирай. Когда-нибудь мы с тобой перестанем быть изгоями! Это точно!» Его слова были сказаны с такой воодушевляющей верой в них, что я сразу поверила ему. «Что ж, мне уже пора. Пока, Сакура Мирай» — он ушёл, а я ещё долго стояла, сжимая в руках его носовой платок и глядя ему в след. «Пока» — прошептала я, а на моих щеках откуда не возьмись появился первый румянец, не связанный со стыдом. Тогда в моём сердце расцвела, распуская свои нежные лепестки первая влюблённость. И я продолжаю оставаться верна ей, спустя много лет, — закончила Сакура. Её щёки мило покраснели, и Рика сразу буквально увидела маленькую Мирай, сжимающую в руках носовой платок. — Мда… Вот так история… — поражённо протянула Ямада. — Ага, — согласилась Сакура. — Просто потом, когда я увидела его впервые в средней школе, то очень обрадовалась, и уже хотела с ним поздороваться, но он обернулся и…- девушка замолчала. — И? — нетерпеливо поторопила Рика. — И не узнал меня, — голубоглазая сокрушённо опустила голову. — Я тогда растерялась и поспешила ретироваться, поздно подумав, что Аой скорее всего решил, что я очередная чудачка. — Вот нахал! — воскликнула Ямада. — Как он мог тебя забыть за несколько месяцев?! — Не знаю… По этому я была счастлива, когда появилась ты и представила нас друг другу заново. В моём сердце поселилась надежда, что мы сможем сблизиться. Но сегодня… Он так закричал, и это было так не похоже на того Аоя, которого я знала, что мне стало очень обидно и тоскливо, — Сакура снова опустила голову на колени и снова была сжата в объятия Рикой. — Рика, ты чего? — Не переживай из-за этого придурка! Он просто недостоин! — Спасибо, Рика-тян, — Мирай улыбнулась и обняла подругу в ответ. — Я рада, что мы подруги с тобой. — Я тоже. — Ладно, тебе пора идти, — вновь заговорила Сакура. — Да и мне тоже. У тебя же ещё нет дополнительных занятий? — Никак нет, капитан Сакура, — в шутливо-серьёзно ответила Рика. — Тогда иди. Увидимся завтра Рика-тян. Спасибо за всё, — девушки встали и вышли из беседки, направившись в школу. — Пока, — бросила Ямада, когда Мирай забрала нужную вещь из шкафчика и поднялась наверх, и сама принялась переодеваться. «Вот ведь идиот! Надутый индюк! Нет, что б извиниться! Сам ведь виноват, и понимает это! Бесит!» — думала Рика, пока переодевала обувь. Она была очень раздражена и все движения делала резко быстро и шумно, чем пугала людей вокруг. — Интересно, почему Аой-кун такой нелюдимый? — Хотела бы я знать. Он ведь довольно интересная личность на самом деле. И в волейбол отлично играет и, ходят слухи, поёт отменно. Только замкнутый, — донеслось до девушки тихое перешёптывание. Ямада замерла и незаметно для себя прислушалась и перевела взгляд на двух девушек, стоявших в паре метров от неё. Обе были довольно симпатичные. У одной рыжие волосы, у другой русые. — Вот бы он наконец перестал отталкивать тех, кто к нему тянется… — задумчиво протянула рыжая. — Ага, — согласилась её собеседница. — Ладно пойдём, ещё домашку делать надо… — девушки собрали свои вещи и вышли из холла, продолжая болтать, но уже на обыденные темы. Рика продолжала неподвижно стоять около шкафчика, старательно переваривая то, что она только что услышала. По её лицу медленно поползла нервная усмешка. — Вот значит как… — протянула она. — Ну держись, Яой. Нам предстоит серьёзный разговор, - и, хрустнув костяшками пальцев, девушка решительно направилась к выходу.

***

Аой не стал задерживаться в школе и, покинув скучных и безумно надоевших ему одноклассников, сразу направился домой, чтобы подготовиться перед посещением Maid Latte. Солнце на улице припекало и в душном школьном свитере идти было фактически невозможно. Не добавляло хорошего настроения и то, что произошло в конце дня. Он ведь понимал, что сам виноват в столкновении. «Надо было извиниться и помочь. Вдруг Сакура ушиблась? А ведь всё из-за этой дикарки! Надо было ей кричать на весь коридор? Теперь ко мне прилепится это дурацкое прозвище. Сто процентов. Глупая Рика Ямада! От неё одни проблемы!» — Аой живо представил себе лицо девчонки, такое насмехающееся и показывающее ему язык. Парня передёрнуло. «С другой стороны…» — он остановился и задумчиво посмотрел на небо. — «С другой стороны… В любом случае — виноват я. Нужно было сдержаться, нельзя было так резко реагировать…» Постояв несколько минут, Хёдо продолжил идти, откинув все мысли о произошедшем. И так дел полно. Надо ещё выбрать платье для нового образа Аой-чан. И придумать очередной план, как уговорить тётю дать ему роль в кафе, который скорее всего провалится, но это неважно. Всё остальное потом. Быстро зайдя домой, Аой зашёл в комнату и бросил сумку на кровать. На тумбочке стоял макет головы, на котором лежал блондинистый парик. Мальчик подошёл к нему и, стряхнув несуществующие пылинки, взял в руки. Друзья не врут…* — цитата из сериала «Очень странные дела»