Леди Хадсон

Утром я спокойно ела яичницу с беконом, которую сама себе приготовила. Миссис Хадсон о чём -то мило беседовала с мистером Холмсом и доктором Ватсоном на втором этаже. Я старалась не слушать все эти заумные слова и фразы, которые сыпались из уст детектива, потому что до сих пор не могла простить Шерлоку Холмсу тот аппетитный яблочный штрудель, который распластался по лестнице. Его скрипка снова начала меня раздражать. Эти жуткие, невыносимые ноты, которые, были хуже скрипящей двери в ванную миссис Хадсон, просто выбивали меня из колеи. Однако, никто больше не разделял со мной моего негодования. Доктор Ватсон нахваливал мистера Холмса, за то, что тот играет лучше великолепного Паганини, а миссис Хадсон просто срывалась на аплодисменты. Я старалась не подходить к злосчастной гостиной: слишком много неприятных воспоминаний было связано с этой ужасной комнатой. Ближе к вечеру, пока мистер Холмс куда — то ушёл, я пробралась в гостиную и начала смахивать пыль, как вдруг я наткнулась на фотографию. На ней была красивая женщина. Она была шатенка с выразительными чертами лица. Одета дама была в великолепное платье и шляпу с широкими полями. — Мистер Ватсон, а кто эта женщина? — Не удержалась я. Доктор оторвался от книги и посмотрел на меня, а затем на фотографию. — Кто? Ах, вот эта особа, — он закрыл книгу и улыбнулся. — Это Ирен Адлер — первая в мире девушка, которая обошла мистера Холмса. Сейчас, она, конечно, замужем, но… у меня закрадывается ощущение, — он понизил голос, — что мой друг был в неё влюблён, только, мисс Шанель, никому не слова. Я изумлённо кивнула. —Мистер Шерлок Холмс умеет любить? Как такой холоднокровный, суровый и равнодушный мужчина, может вообще кого — то любить? — Я снова упрекнула себя за свои дерзкие мысли. Неожиданно в дверь постучали, и я оставила доктора Ватсона наедине в гостиной. Я открыла дверь, но никого не увидела. У порога одиноко лежала пожелтевшая записка. Напряжение пробежало по телу. Я аккуратно взяла бумагу и развернула её. Записка гласила следующее: «Миссис Хадсон больше нет. Доктор Джон умрёт в обед. Лестрейд только проиграет, его тут же расстреляют. Ничего ты не успеешь, а расскажешь— пожалеешь. Пуля сразу полетит, голова ведь не гранит?» У меня похолодели руки. Я свернула записку и посмотрела в соседнее окно, наверх. Там сидел мужчина, он подмигнул мне и выставил винтовку в окно гостиной. Я перевела взгляд на часы— оставалась минута до полудня! — Мистер Ватсон? — я захлопнула дверь и побежала по лестнице, — мистер Ватсон! Ворвавшись в комнату, я увидела, что доктор стоит у окна. Часы ударили полдень, и я услышала, как миссис Хадсон зовёт на обед. Нельзя было медлить ни секунды— я бросилась на доктора Ватсона и сбила его с ног. Послышался звук бьющегося стекла, и пуля попала прямо в картину, которая с дребезгом рухнула на паркет, прихватив с собой хрустальную вазу. Я посмотрела на доктора, тот изумлённо взглянул на меня. На лбу мистера Ватсона выступили капли пота. — Мисс Шанель, вы спасли мне жизнь! — хрипло сказал он. Внезапно в гостиную вошел мистер Шерлок Холмс. Увидев нас, он подавил улыбку. — Надо же мистер Ватсон, я думал, что вы женат, — в его глазах блеснул сарказм. Но доктор был не в духе, он встал, помог мне подняться и сурово посмотрел на мистера Холмса. — Мой друг, нас пытались убить. Благо, леди Хадсон успела меня столкнуть. Я бы на вашем месте перестал шутить. Детектив помрачнел и попросил рассказать обо всём в подробностях. Джон Ватсон начал свой рассказ, а я, избегая разговора, побежала к миссис Хадсон. Но с тетушкой было всё хорошо. Она напевала известные английские песни и пекла яблочный штрудель, увидев меня она с улыбкой передала мне красивый конверт, украшенный разными чернильными узорами. Оно было из Скотленд —Ярда. Письмо гласило: « Добрый день, леди Шанель. Сегодня прекрасный день, неправда ли? Не хотите ли сегодня вечером составить мне компанию и сходить со мной в казино „Джозеф“ на Мэйлброн — стрит? Могу гарантировать вам незабываемый вечер! Кэб приедет за вами в девять. Всегда ваш, Лестрейд. »