Игра Империи: Еще один шанс

- Ваше Величество! К вам уполномоченный посол из, цитирую: "Святого города Норвоса". Зовут его Урд Бьорген. Говорит, что его послало жречество Норвоса на переговоры. - Зови, - кивнул Франц. Вошедший в парадную, специально приготовленную для приема гостей пещеру (эх, дворец в Альтдорфе, где же ты?), гость настороженно осмотрелся вокруг. Посол оказался лысым, бородатым человеком. Борода его была каштанового цвета, в то время как брови - черного. Карие глаза хмуро выглядывали из-под кустистых бровей. Телосложения гость был некрупного, но притом норвосец был весьма крепко сбит и ладно сложен. На одежде был вытатуирован символ двулезвийного топора. Слегка склонив голову, причем скорее обозначив поклон, чем реально поклонившись, Урд произнес: - Я, Урд Бьорген, говорю от имени святых людей Норвоса, истинных и законных владык этой земли, волею нашего бога, чье имя положено скрывать от неверных. Меня послал Верховный совет Норвоса. Мое имя вам уже назвали, как и ваше - мне, Император Карл Франц. Что вашему народу нужно в землях Норвоса? И зачем вы пленили вольных людей, что пришли сюда искать удачи и богатства? Карл помедлил с ответом. Внимательно взглянув в глаза гостя, Император ощутил некое опасение. И в то же время толику азарта. Еще - интерес. Наглости жрецу, впрочем, было не занимать. Поединок взглядами продолжался четыре секунды, после чего посол не выдержал и отвел глаза. Всего на мгновение. Тут же вновь вперившись взглядом в лицо Франца, норвосец покачал головой и произнес: - Я жду ответа. Карл не стал юлить или врать. Он тоже ответил прямо: - Я, Император Карл Франц, курфюрст и великий князь Рейкланда, князь Альтдорфа, Владыка Западного Предела, сюзерен Империи из династии Хользвиг-Шлизштейн (29). И от имени моего народа - народа Империи, - а также от имени Союза Порядка я буду говорить. Наш народ, народ Империи, равно как и дружественные для нас народы Союза Порядка, бежали из нашего мира. Там нас ждала ужасная гибель. Веками и тысячелетиями мы сражались против извечного врага - извращенных сил Хаоса. Темные Боги Хаоса, коих четверо, жаждут извратить землю, осквернить ее и превратить весь мир в арену вечной битвы во их славу. Они алчут пожрать все души - они и их бесчисленные слуги из потустороннего мира, демоны. Мы бились с ними во имя нашего бога Зигмара, защищавшего наши тела и души до конца. Тем не менее даже наиболее доблестным и умелым воинам есть предел. Наши ряды редели с каждым нашествием, их - пополнялись. Они пировали над нашими трупами, вызывая все больше и больше демонов из энергии пожранных душ - зверски замученных и принесенных в жертву мирных жителей и солдат, которым не повезло выжить после проигранной битвы. Каждый раз это повторялось вновь и вновь. Оружие в руки взяли все, от мала до велика. Тем не менее, все, что нам оставалось, это умереть с честью. Но Зигмар, Млатодержцем именуемый, в бесконечной своей отваге ринулся в бой против Темных Богов и орд демонов, и послал своих воинов - грозорожденных повелителей бурь, чемпионов человечества - на помощь нам, детям своим. И указал путь к спасению - через портал древних. Мы дети мира вечной войны. Наш дом захвачен и осквернен, мы намерены вернуть его. И отомстить. Для этого нам нужны силы. Много сил. Территории, земли, ресурсы, люди - все сгодится для того, чтобы выковать Империю, способную сокрушить исчадия ада. Вы или станете верными подданными, чья судьба - добродетельный труд на благо человечества и Империи, или же будете преданы огню и мечу. Выбора у нас нет. Победа или смерть. У вас же, напротив, выбор есть. Согласие или пламя. Ваша судьба в ваших же руках. Наши армии бесчисленны и закалены в вечной войне. Наши союзники могущественны, а чародеи повелевают самой тканью реальности. Ваши стены падут от огня артиллерии, а ваши солдаты будут истреблены сталью наших воинов. Не потому что мы жестоки. Наоборот, - мы милосердны. Ваши души будут вольны покинуть этот мир или остаться в нем. Их никто не пожрет. Вас никто не принесет в жертву. А смерть... Мы к ней привыкли. Она всегда была с нами. И смерть от старости редка в наших землях. Доблестная же гибель в бою за мир и будущее - великая честь. Став частью Империи, вы поймете, что такое порядок, власть закона, благо прогресса и цивилизации, истинная вера и верность. Новые машины и технологии, целители Азур и механики гномов... Впрочем, я уже все сказал. Думайте, Урд Бьорген, как следует думайте, - закончил не громким голосом свою речь Карл Франц. Гость же явно был впечатлен услышанным. Он не впал в панику или не разъярился, хотя мог бы, но, судя по участившемуся дыханию, каплям пота на лбу и прочим тому подобным признакам, норвосец явно был взолнован. И шокирован. Чтобы лучше понимать происходящее, следовало бы немного повнимательней рассмотреть историю жизни "уполномоченного посла". Урд Бьорген считал себя умным и начитанным человеком. Средний сын старшего жреца - ему прочили блестящее будущее. Однако, ввиду своего любопытства и врожденной живости характера мальчик часто общался с иноземными купцами и путешественниками. И заразился от них желанием повидать мир. Отец нещадно порол его за подобные мысли. Место сына вождя, а старший жрец таковым и был, - дома, в верном служении роду! У старшего жреца было право на такую точку зрения - его жена, Лиальда Бьорген, погибла как раз-таки далеко за пределами дома, ушедшая в горы в поисках трав. Мама Урда привыкла к безопасности, так как была дочерью Старейшины деревни, рядом с которой эти травы росли, и женой старшего жреца Норвоса. Ни к чему хорошему такая беспечность не привела: Ее нашли убитой, разрубленной надвое топором. С тех пор глава рода Бьоргенов не отпускал своих сыновей без надежной стражи куда-либо. А среднему и старшему и вовсе запретил покидать город до совершеннолетия. Страсть Урда к путешествиям сменилась такой же страстью к книгам. Сначала он искал информацию о дальних странах, потом просто читал все подряд запоем. И у уже юноши стали появляться вопросы. Нехорошие такие вопросы, опасные. Почему наш Бог Урсен (27) велит сократить контакты с чужаками до минимума? Почему нельзя раскрыть заветы Урсена народу? Даже нашему? Почему существует рабство? Почему ему нельзя путешествовать по миру? Он бы столько полезного мог бы сделать! Почему одни богаты, а другие бедны? Почему существуют болезни, голод, и можно ли их победить? И некоторые книги, особенно книги некоторых ученых говорили - да, можно! При научном подходе к миру, можно изучить и познать все, что угодно, и преодолеть любые невзгоды! Урду пришлись по душе эти идеи. Ему хватило, однако, ума держать свое истинное мировоззрение при себе - пример с путешествиями, а также знание о судьбе еретиков-отступников ясно показывали, что о своем настоящем мнении нужно молчать. Однако шила в мешке не утаишь - пускай сына вождя и не обвиняли в ереси, но в чем-то таком все равно заподозрили. Чтобы "выбить дурь" из головы, отец посылал Урда в самые опасные и напряженные миссии. В самые дальние и укромные уголки Норвосских владений. Урд был благодарен ему за это. Пускай он и не набрал авторитета среди жречества, но зато он исколесил и исходил вдоль и поперек весь Норвос. Хоть это и не дальние земли, о которых юноша мечтал в детстве, однако земли вокруг Норвоса - уже немало. Так он стал курировать происходящее в окрестностях Норвоса. Ничто не укрывалось от бдительного ока Урда Бьоргена - он потихоньку взял контроль над практически всеми авантюристами, лесорубами, охотниками и вообще - путешественниками области. Рассылая шпионов по всем окрестным селам, чередуя кнут и пряник, не гнушаясь использовать детей в своей разведывательной сети, Урд добился, как уже и было сказано выше, полного контроля за окрестностями Норвоса. О самом городе он и не мечтал - там свои зубры сидят, контролировавшие город еще тогда, когда он пешком под стол ходил. Да и отец вряд-ли бы спустил покушение на свою власть... На данный момент, всех все устраивало, и расстановка сил шла на благо власти старшего жреца и Норвоса. Внезапно, в месте расположения входов в подземный мир - обширную сеть пещер, тянущихся далеко на север, - стали пропадать люди. Урд насторожился. Травники, вольные старатели, охотники, искатели приключений, надеющиеся найти в подземном мире "несметные сокровища" (и, как правило, обламывающиеся - нет там кроме пещер ничего!) - иногда такие люди и пропадали. На севере полно опасных мест, зверей, несчастных случаев... Однако такое если и происходило, то весьма редко - норвосцы люди смекалистые, находчивые, умелые и выносливые. Мало что их может убить в их же родной долине. А тут... Буквально все люди, что отправились на север, не вернулись. О вторжениях из-под земли никогда ничего не говорилось. Испокон веков Норвосцы считали подземный мир пускай и явно странным местом, но делом рук природы и бога, а вовсе не источником опасности, откуда может прийти недружелюбный кто-то. И теперь на севере начали пропадать люди. Ох, не к добру это... Выяснять, в чем дело, послали конечно же Урда. Он отвечал за происходящее в окрестностях долины, и кому, как не ему было со всем этим разбираться?.. В сопровождение ему выделили сотню солдат святой гвардии. Все конные, из них многие немало времени провели на севере и в пещерах. Почти одновременно с выездом поисково-спасательной экспедиции пришли сообщения из деревень. Сообщения о неких странных людях, говорящих на чужеземном языке, на лошадях, при оружии (притом часть из этого оружия тоже непонятная и странная - "гремящая извергающая пламя"). Эти люди пока что не совершали агрессивных действий. Но сам факт появления большого количества чужаков, и где - на севере долины! - означал одно: Здесь творится какая-то чертовщина, и что-то произошло. Скорее всего, лагерь или базу этих людей с "громовыми палками" стоит искать в пещерах подземного мира. И Урд не ошибся - так оно и вышло. На каменистой пустоши перед пещерой ошеломленные норвосцы увидели стройку от горизонта до горизонта - строился город. Люди, как и доносили деревенские, говорили на незнакомом наречии. Уже через минуту сотню окружило несколько десятков солдат, вооруженных копьями, алебардами, самострелами и длинными деревянно-металлическими трубками - по-видимому, теми самыми "гром-палками". Воины не предпринимали агрессивных действий, а просто построились в квадрат вокруг конной сотни. Командир гвардейцев Альт Стрессен предлагал было опрокинуть наглых чужаков кавалерийским ударом, однако Урд остановил его - не хватало еще только начать войну с, судя по всему, многочисленным и хорошо вооруженным народом. Спустя полчаса, прибыла сотня тяжелобронированных всадников - кажется, на далеком Вестеросе их называют "рыцарями" - и десяток воинов на диковинных зверях, будто бы помеси льва и орла, с телом льва и головой орла. Гвардейцы сразу же зашептались, подозревая гнусное колдовство. Аль с Урдом, как могли, успокоили служивых, но кто бы их успокоил - уж не подготовка ли это к атаке?.. Но нет, чужеземные воины как стояли квадратом вокруг них, так и стоят. Неужто получится разойтись миром?.. Прошло еще 20 минут. Солдаты вокруг по-прежнему не проявляли ни малейшей агрессии, а лишь изучали любопытными взглядами норвосцев. - Командир, чего эта они пялятся? - послышались недовольные возгласы бойцов. - А ну шиш! Тихо! - рявкнул Альт. Солдаты вокруг засмеялись, видно и без слов поняв произошедшую ситуацию. Неизвестно, чем бы это все закончилось, но тут из переплетения строящихся домов вынырнул высокий старик в изящном камзоле и в шляпе с плюмажом из перьев, в основном, красных. За ним шло несколько знакомых Урду авантюристов, и что-то они не проявляли особых признаков недовольства или каких-либо иных негативных эмоций. - Я Канцлер Его Величества Императора Карла Франца. Меня зовут Карлос Бауэн. Кто вы и зачем пришли сюда? Пока знакомые охотники переводили, Урд внимательно вгляделся в лицо пришельца. Сетка морщин на лице, седые волосы, столь же седая пышная борода... Меч на поясе, странная изогнутая трубка. Несколько сумок с торчащими из них свитками. Еще одна труба, на этот раз прямая, с блеснувшим стеклышком на ремне. Видно, подзорная труба - недавняя новинка, получившая распространение среди моряков Вольных Городов. На моряка Карлос не похож, так зачем она ему?.. По старику видно, что он - бывалый воин. Несмотря на звание и писчие принадлежности, мозоли на руке, по прежнему внушительные мышцы, "острый", подмечающий любую важную деталь и оценивающий опасность взгляд, координация движений, боевые шрамы на лице, - признаков было еще много, но среднему сыну старшего жреца и уже перечисленного было достаточно. Значит, среди этих чужаков должности заслуживаются потом и кровью. Не самая хорошая новость. Ведь это означает, что командиры у них тоже опытные, и армия, скорее всего, отлично слажена и обученна. А если у нее есть еще и боевой опыт... Война со столь могущественным, возникшим буквально из ниоткуда соседом, даже учитывая возможную помощь Квохорцев, обещает быть тяжелой, затратной и, очень даже что и возможно, весьма затяжной. Потому лучше попробовать договориться без войны. Благо, это его работа, не так ли?.. Пожалуй, можно назваться послом - все равно это его зона ответственности, так что его Верховный Совет сюда так и так послал бы. От Канцлера не укрылся изучающий взгляд. Хмыкнув, старик вновь повторил свой вопрос. Извиняюще кашлянув, Урд ответил: - Я уполномоченный посол Священного Вольного Города Норвос Урд Бьорген. Верховный Совет обеспокоен внезапным появлением из ниоткуда такого количества чужако... Иностранцев. Нам бы хотелось прояснить этот вопрос и ваши намерения. Надеемся, что вы надолго не задержитесь в пределах границ Норвоса. Даже если и да - то все имеет свою цену, мы не намерены позволять чужеземцам обрабатывать нашу землю без платы за нее. Это если мы вообще договоримся о выделении вам права на ее обработку. Но, впрочем, я бы хотел вести переговоры с более... Высокопоставленным лицом. Я не сомневаюсь, что вашей компетенции вполне достаточно, чтобы вести переговоры на государственном уровне, но мне бы хотелось решить вопрос несколько... Быстрее. И переговорить напрямую с вашим лидером. Кто он, кстати? - Не хотите позволять, значит, без платы... - усмехнулся Карлос. Нехорошо так усмехнулся - на неискушенный (хотя какое там - сколько с людьми имел дело, уже знает, что к чему) взгляд Урда. - Нашего Императора зовут Карл Франц. Полное его имя - курфюрст и великий князь Рейкланда, князь Альтдорфа, Владыка Западного Предела, сюзерен Империи из династии Хользвиг-Шлизштейн. Обращаться можете по титулу или имени, посол. Следуйте за мной, вас проводят. Охрану оставьте здесь, ее проводят и накормят. Можете взять с собой нескольких самых доверенных своих людей, числом не более трех. И не дергайтесь - ничего Империя с вами не сделает. Мы же не дикари какие-то - вредить дипломатам, да к тому же - уполномоченным. Так что позвольте вас сопроводить по всем правилам нашего этикета - хотя мы и беженцы, наши города разрушены, но имперцы всегда были одними из самых цивилизованных людей на планете, и мы сможем организовать вам достойный прием. Как я уже говорил - следуйте за мной, и без глупостей! - и, не проронив более ни слова, Канцлер развернулся и пошел между домами. Впрочем, шел он неспешно, давая Урду время выбрать себе сопровождающих. Быстро переглянувшись с Альтом, жрец кивнул. Стрессен поморщился - ситуация явно не нравилась бывалому вояке. Но выбора не было - не устраивать же войну из-за такого пустяка?.. Да и воли жреца, действующего по воле Верховного Совета (куда входило и непосредственное начальство капитана), не ослушаешься. Оглядев скорым взглядом своих бойцов, Альт произнес: - Кейвен, Шуга, остаетесь за старших! И чтобы без глупостей мне тут! В драки не ввязываться, спиртного не пить, на баб лишний раз не глядеть, мужиков не задирать - тут вам не родной Норвос, тут вы и ваши ребята плетьми и разжалованием до рядовых (30) не отделаетесь - тут голову с плеч снимут! Все поняли? - дождавшись утвердительного кивка от каждого из полусотников, капитан повернулся к средних лет воину с здоровенной секирой на плече: - Хотах, со мной! Подбери мне еще двух из твоего десятка - ты на хорошем счету, я тебе и твоим ребятам доверяю, глупостей делать не будете, - на что десятник кивнул и подозвал пару бойцов. Все это заняло не более половины минуты. Гвардейцы с принявшими уже не столь конвойное построение солдатами и парочкой притершихся сбоку переводчиков отправились в одну сторону, а Урд с телохранителями и Канцлером со свитой - в другую. Идя по прямым улицам будущего города, Бьорген не уставал поражаться скорости строительства - еще три месяца назад здесь лежала каменная пустошь без каких-либо намеков на следы цивилизации, а теперь место безжизненной равнины заняли сотни зданий, тысячи (если не больше!) суетящихся людей между ними. Но отнюдь не только упорство, трудолюбие и мастерство имперцев восхищало посланника. Пускай и редко, но Урд видел представителей неизвестных ему рас: Низенькие коренастые бородачи, щедро раздающие тумаки, постоянно прикладывающиеся к бочонкам с, судя по всему, спиртным. Если всмотреться более внимательно, можно было понять, что именно они руководили строительством зданий. Высокие и будто бы совершенные утонченные создания, внешне напоминающие людей. Но раскосые глаза, остроконечные уши и уже упомянутое выше изящество не давали спутать этих разумных существ с людьми. А пронырливые невысоклики человеку по пояс, шныряющие по своим делам тут и там? Тоже ведь явно не относятся к роду людскому - краем глаза Бьорген заметил их женщин, и, судя, кхм, по "атрибутам", они явно не девочки! Народом людей-карликов их тоже назвать нельзя - Урду доводилось поглядеть на карлика, так вот, первое, что бросалось в глаза при виде этих уродцев, так это диспропорция тела. Здесь же полурослики были низкого роста, да, всего лишь человеку по пояс, но они были отнюдь не уродливыми, а вполне себе гармонично сложенными - будто бы какой-то волшебник или бог просто-напросто взял, да уменьшил человека, сохранив все его пропорции! - Поистине, интересные дела тут творятся... - задумчиво протянул норвосец. Из разумных существ мира, кроме людей даже мужи начитанные и образованные знали до неприличия мало. Точно было установлено существование Детей Леса на Вестеросе и великанов по всему миру. И те находились на грани вымирания. Еще ходили неясные то ли байки, то ли слухи о людоящерах на Соториосе и Ультосе... Но доподлинно это неизвестно - еще никто не смог повидать людоящера вживую и рассказать об этом. Не говоря уже о привезенном трупе или живом образце. Так что появление даже не двух, а трех новых рас, причем, судя по всему, явно союзных и дружественных человеку, произведет просто фурор в научном и иных обществах, да что там фурор, сенсацию! Весьма соблазнительная и тщеславная мыслишка посетила голову Урда - а ведь он, Урд Бьорген, средний сын старшего жреца Норвоса, впервые увидел этих созданий иного мира. Сомнений в иномировом происхождении пришельцев уже не было - ну не может такая поливидовая могущественная цивилизация возникнуть из ничего! О ней бы давно знали... А единственный вариант, при котором могли не знать - это если бы они жили под землей. Но не похожи имперцы на подземных сидельцев, уж это-то насмотревшийся на рабов в рудниках Урд знал точно. Среднему сыну старшего жреца было отчетливо ясно, что судьба предоставляет такой шанс раз в жизни. Самое важное для него сейчас - закрепиться на посту главного дипломата, ведущего дела с чужаками. Вряд-ли их удастся уговорить съехать отсюда, но, быть может, они согласятся стать вассалами Норвоса? Кто знает. Следовало, конечно, учитывать и худший вариант - они пришли сюда с войной. Но даже если так, то при удаче именно его пошлют принимать капитуляцию, - а в том, что святая гвардия Норвоса пускай и не без потерь, но одолеет чужеземцев, сомнений у Бьоргена не было. Армия Норвоса не знала крупных поражений со времен войн с дотракийцами, когда после жестокой сечи стало ясно - диких и жестоких кочевников попросту больше, их не удержат никакие стены - за каждого защитника они отдадут десятерых, завалят трупами крепость, но возьмут ее. Тем более что когда дикари прорывались в ближний бой - размен шел уже не настолько благоприятном ключе - два-три дотракийца за гвардейца. О боях в степи и говорить нечего - уж там дети равнин чувствовали себя привычно и привольно, уничтожая какого угодно размера армии. Несмотря на то, что Норвос принимал бой на стенах - дотракийцы все равно медленно, но упорно побеждали. Тогда старший жрец был вынужден откупиться, и пообещать платить дань свирепым кочевникам и впредь. Дотракийцы согласились, потому что им нужно было ограбить еще много городов, а осаждать конкретно этот город им надоело - да и зачем резать курицу, несущую золотые яйца?.. Изредка Кхалы сменялись, и тогда все повторялось по новой. В последнее время, впрочем, у дотракийцев появился на редкость удачливый и смелый вождь, некий Бхарбо. Он не знает поражений, его кхаласары несут смерть врагам и горе вдовам. Норвос уже получил предложение начать платить дань ему, а не тому, кому вольный город платит ее сегодня - кхалу Пхара. Совет старейшин занял пока что выжидательную позицию, что, впрочем, нисколько не расстроило и не оскорбило гордого вождя дотракийцев, ведь это обычная практика - данники кхалов платят дань сильнейшему, после того как тот силой доказал свое превосходство над всеми соперниками. Эта нежданно-негаданно вылезшая Империя может прийтись очень кстати... Но хватит ли сил на ее покорение? Хотя городов у беженцев нет, но войско может быть внушительным. Сколько у них может быть воинов?.. Тысяча?.. Десять? На крайний случай - двадцать. Святая гвардия Норвоса насчитывает пять тысяч человек основного боевого состава, и еще пятнадцать тысяч ополченцев, причем как рабов, так и свободных, которые встанут на стены города если придет беда. Но ополченцев еще нужно собрать, в то время как гвардия всегда готова к бою. Не уверен, что наших сил хватит для покорения этих чужаков. Следует разузнать о них побольше - подумал Урд и в этот самый момент взгляду посла открылся вход в пещеру. Он был весьма широким, более того - уже были сделаны широкие и вместе с тем высокие ворота. Они были сложены из серого камня, искусно обработаны и выражали ощущение монолитности и непреклонности. Уже? Так быстро? Что же, еще один повод захватить чужаков как можно быстрее, пока они тут не обосновались как следует. Выковыривание их из пещер будет той еще задачкой... Канцлер провел Бьоргена и его спутников извилистыми ходами. Наконец делегация очутилась перед простой дверью. Ее, впрочем, отличала особая ручка, исполненная в форме головы льва. Более никаких украшений на двери не было, простая деревянная дверь. Один из местных придворных открыл дверь, вошел в нее и быстро прикрыл. Из-за двери раздался громогласно произнесенный вопрос на местном языке, содержание было очевидно без перевода. Спустя несколько секунд, слуга вышел из двери, открыл ее перед ними, слегка наклонил голову и произнес: - Посол, вы со своими людьми можете заходить. Прошу. И Урд последовал рекомендации. Взору посла предстала (кто бы мог подумать!) пещера. Выделяющихся из обстановки предметов было ровно три - алая дорожка ведущая к трону, собственно сам трон на каменном возвышении - роскошный, отделанный алым бархатом. Подлокотники трона были выполнены в форме львиных лап, а навершие венчала пара распахнутых орлиных крыльев, в их центре - молот. На троне сидел статный мужчина в полном доспехе. На коленях его лежал внушительный золотой (скорее всего, позолоченный) молот с непонятными символами. Сам Франц был немолод, а лицо его было устало, однако взгляд - тверд. В том, что обладатель трона занимает его по праву, никаких сомнений не было - что и подтвердило последовавшее мгновение спустя перечисление титулов. С некоторой опаской, и, в то же время, не без толики азарта, Урд откашлялся и начал переговоры. Последовавший практически сразу прямой ответ ввел мужчину в ступор. Сначала он просто не верил в происходящее. Потом отмер и начал оживленно размышлять. Первым, что он брякнул (с перепуга, видать), было: - Это ультиматум? - и замер в ожидании ответа. Император усмехнулся и ответил: - Да. Сроку у вас - три дня. После чего вместо слов заговорят пушки. Я вас более не задерживаю, посол. Канцлер вас проводит и ответит на все ваши вопросы. И ошарашенного свалившейся на него информацией и грядущим валом проблем Урда увели из зала. Спустя час Бауэн вернулся. Присел на специально принесенный после ухода гостей стул и, крякнув, взгромоздился на него. - Как все прошло? Ты оказал... Нужное воздействие на нашего гостя? - Да, Ваше Величество, мне удалось напугать его до тролльей усрачки, уж простите мой аверландский. Я не стал говорить ему, сколько точно у нас воинов, ответил лишь, что сотни тысяч. Думаю, мужик не поверил, но и демон с ним, это его проблемы. - Может быть, зря мы решили давить на них сразу? - Вовсе нет, Ваше Величество, - покачал головой Карлос. - Как вы сами сказали, выбора у нас нет, и это правда. Мы или завоюем этот мир, причем завоюем быстро, жестоко и безжалостно, или же Архаону даже не придется приходить по наши души - мы сами вымрем здесь. - Да. Ты прав, старый друг, - вздохнул Франц. - И все-таки, мне бы хотелось надеяться, что местные ассимилируются и вольются в наше общество. Не хотелось бы уподобляться исчадиям ада, с которыми мы так долго и упорно сражались. Как там святой отец Отто Фолькстер говорил? "Не уподобляйся волку, сражаясь с ним, иначе ты сам можешь стать волком, и тогда твоя борьба бессмысленна?" - Этот же уважаемый служитель Зигмара обожал еще и такую фразочку: "Но воздерживаясь от убийства убийц и искоренения зла огнем и мечом, мира и самой жизни не добиться никогда". От себя добавлю, Ваше Величество, что там, где это возможно, мы будем действовать мягко, применяя силу дозированно и аккуратно, так, чтобы простой народ не пострадал. А с местной элитой нам так или иначе придется враждовать не на жизнь, а насмерть. Этого не избежать, Ваше Величество, так давайте возьмем то, что должно принадлежать нам - по праву силы и ради свершения возмездия! Покорив этот мир, мы спасем его от куда более худшей участи - быть захваченным Хаосом. Так не пора ли начать, мой Император? - Да. Пора, - ответил Карл Франц. Давно пора.

***

Мир менялся. И ранее на всех четырех континентах обители льда и пламени не смолкала песнь войны, а теперь она постепенно начинала звучать с набирающей обороты силой - все громче и громче. В семи королевствах Вестероса начал свое восстание уставший от безумия короля Эйриса бравый вояка Роберт Баратеон. И нашел немало стронников себе - Старки, Талли, Аррены... Гражданская война обещала быть кровавой - никто не отдает свою власть просто так, а уж король Эйрис II из династии Таргариенов, прозванный за свою жестокость (пристрастие к сжиганию людей заживо с поводом и без него) и сумасшествие Безумным, постарается утопить бунтовщиков в крови. В Эссосе начинался новый передел власти между кхалами, ведущими свои кхаласары уже не на грабежи соседей и славные походы за рабами, а на жестокую резню своих соплеменников. Вольные города усилили противостояние - конкуренция между купцами угрожала перерасти в самые настоящие, доселе невиданные полномасштабные торговые войны. Тьма востока начала поднимать голову. То, что было запретно годы и века назад, постепенно становилось доступным. Древние силы, вечно алчущие крови, поднимались вновь, почуяв вторжение иномирцев. Не остались безучастно внимать и ящеры Соториоса. Тысячелетия они сторожили наследство древних под мудрым руководством хозяев-слаанов. Теперь настало время выйти в кхаш-малак - поиски утерянного. Портал был активирован на континенте людей. Надо найти его и защитить от лап грязных и невежественных приматов, кои лишь по недоразумению и ошибке древних получили разум! Ультос молчал. Кто есть на нем? Покажет будущее. Империя И-Ти начала особенно яростно уничтожать своих врагов. Новый Император-Солнце, Богоподобный У-Цзяпунь готовился объединить земли под своим владычеством. Любой ценой - несмотря ни на какие последствия и невзирая на любые жертвы. Мир льда и пламени оживал. Все чаще в нем лилась кровь. Все сильнее в нем проявлялась магия и всплывало из темных глубин забытое знание. Древние существа, что всегда жили в этом мире, теперь пробуждались. Медленно, неспешно, но верно. Быть может, столетия займет их пробуждение, но оно настанет. И тогда - бойтесь обитатели этого мира! Ведь час Крови и Безумия настанет! В некогда относительно спокойном и поделенном на сферы влияния Эфире начались волнения - новые духи, демоны, боги начали теснить старых. Пока что незначительно, но это лишь начало. Темные Боги смеялись, глядя на новый мир, готовый рухнуть к их ногам. И смех этот, не слышимый никем, кроме самых безумных их слуг не предвещал ничего хорошего...