Незадачливый воришка

      Голова трещала, но сделать Шиничи ничегошеньки не мог, как бы ему не хотелось. Он был связан и раздет, пока где-то смеялся Кид, переодетый в него. Вот же гад...       Детектив почти уверен, что это месть за стащенные предметы одежды ранее. Такая хитрая, незаметная для большинства месть.       В конце концов, Кид нередко так поступает: усыпляет жертву и забирает одежду. Почему же нет сомнений в том, что это именно месть?       Потому что Шиничи видел прямо перед собой одежду, идентичную той, в которой он пришёл. И зачем тогда раздевать Шиничи, если есть полная копия?       Однозначно месть.       Кид прекрасно понимал, что детектив понял его сущность, просто не давил и не мешался под ногами в обычное время. А теперь откровенно издевался над дурацкой привычкой детектива.       Вот же гадёныш.       Что хуже, одежда была издевательски постирана, хоть и сухая. Один сплошной намёк — "если так нужна моя постиранная одежда, то возьми эту". Даже узлы не так сложно развязать, так что через пару минут Шиничи освободился и оделся.       Чёрт, а всё равно приятно. Это не то же самое, что утащить самому... Но почему-то чужая одежда казалась самую малость удобнее.       И вот что за причуды?..       Самое главное, что относительно Ран такого не было. Офицеров — тоже. Вообще ничьи вещи не таскал и не хотел ни капли.       Зато почему-то руки сами накладывались на одежду вора и сами натягивали её на тело, старательно разглаживая, будто самую малость лаская.       И сам он не мог придумать себе никакого оправдания. К психиатру, что ли, записаться?..       Но сначала надо поймать вора, что разгуливает как Шиничи где-то. И заодно что-нибудь с ним сделать. Жаль только инспектор не даст утащить домой весь костюм Кида...       Бр-р-р. Дурацкая мания начала проникать и в мысли, что казалось довольно жутковатым. При всей своей правильности ловить себя на таких мыслях... Это рвало своеобразные шаблоны внутри него.       Наверняка у Кида очень похожие дилеммы. Не от хорошей жизни тот начал воровство. И, возможно, расплачивался за это шрамами.       В следующий момент Шиничи столкнулся лоб в лоб с объектом своих мыслей, ехидно скалящимся во все тридцать два.       Сейчас Кид был абсолютной копией детектива. Одни одежда, манера речи, держаться, причёска... Как если бы отражение в зеркале перевернулось и сошло с металла.       Довольно странное зрелище.       И, поскольку Кид всячески копировал Шиничи, они оба оказались на полу в борьбе, пока офицеры озадачено остановились в стороне. Бедняги терялись, не в силах понять, кому же помогать.       Парни же не торопились им облегчать задачу и, хоть и демонстрировали попытки уцепиться за щёки друг друга, никто реально это делать не торопился.        — Думаешь, сейчас самое время для таких фокусов с одеждой? — прошипел Шиничи, недовольно косясь на вора. Тот же сдерживал смех, подкидывая офицерам гранату с сонным газом.        — Ну а что? Кто из нас двоих вор, чёрт возьми? Ты или я? — фыркнул тот, когда полиция сползла по стенкам. — Я без понятия, зачем ты это делаешь, но...        — А когда ты понял, что я знаю про тебя? — не сдержался детектив, пока Кид никуда не успел деться.       Тот же тихо фыркнул вновь, странно поглядывая на Шиничи:        — Ты нащупал мой шрам и ничего не спросил. С каких пор у обычных фокусников такие шрамы? — риторически спросил тот.       И Шиничи было нечем крыть: такие шрамы он действительно различал даже на ощупь. Кид прав, чертовски прав. И умён, зараза.