Останемся друзьями? Я откажусь, пожалуй

Ненавижу это ощущение ожидания. Такое чувство, будто я сижу на иголках. Единственная радость – это последняя пара и я, наконец-таки, смогу разобраться со всем, что меня беспокоит. Хотя это больше походит на надежду, а, как известно, она умирает последней. В конечном итоге, если Артемьев сделает или скажет что-то лишнее, то я ему врежу так, что, уж простит меня его будущая жена, детей он иметь не сможет. Если, честно, мне хочется ему сказать только одно, что он – кобель, и таких, как он, могила не исправит. - Где своего ненаглядного потеряла? – поинтересовалась, сидящая рядом Сливинская. - Ему отец позвонил с работы, сказал, что нужно срочно приехать, - ответила я, - так что чисто территориально не знаю, где он находится. - Вы вообще разговаривали друг с другом? – полюбопытствовала подруга. – Например, о том, кто чем увлекается или хотя бы, что делает в свободное время? - Как-то до этого не дошло, - ровно произнесла я, поглядев на девушку, которая качала головой. - Так до постели вы добраться успели, а как просто поболтать, так времени не нашлось? – скептически прищурясь, уточнила Лиса. Она вчера все же умудрилась выудить из меня всю информацию, о том, что происходило у Кареева дома. - Слушай, дорогая моя, мы с Ником вместе всего сутки, - раздраженно буркнула я. – А то, что наши с ним отношения развиваются никак у нормальных людей, ты уже должна была понять давно. Да и в данный момент, я не могу думать ни о чем другом, кроме этой дурацкой встречи с Артемьевым. - Ты попросила его о встрече? – взволновано воскликнула Василиса. Чему она так удивляется? Это все-таки ее собственная идея. - Попросила, и он согласился. Давай, мы сейчас не будем об этом говорить. Сливинская не стала развивать наш диалог, все равно она позже все узнает. И пусть это будет полноценная история, чем одни мои теории. Пара на удивление закончилась достаточно быстро. А вот желание узнать правду с каждой минут становилось все меньше и меньше. Конечно же, это всего лишь страх. Но тот факт, что я это осознаю, не избавляет меня от дрожи в теле. Так еще и сообщение пришло от этого парня. Константин Я жду тебя в машине около университета. Прежде чем выйти на улицу, я подождала пока все мои однокурсники пройдут. Не особо горю желанием, чтобы какая-нибудь крашенная блондинка распустила слух, что я сначала милуюсь с один парнем, а в машину сажусь к другому. Хоть меня не волнует общественное мнение, но прославиться шлюхой не мой удел. «Дыши, просто дыши, - мысленно подбадривала я себя. – Ничего страшного не произойдет, всего лишь один разговор и больше я с ним никогда не увижусь. Просто дыши». Единственная машина, которая выделялась из всех припаркованных – черная Mazda 6. Меньшего даже не ожидала. Хорошо, что Артемьев не вышел и не стал открывать передо мной дверцу, а то бы я не перенесла этого приступа джентльменства. Сев в машину на меня накрыла волна дежавю. Кажется, я припоминаю, что была здесь. Этот запах леса после дождя не может так просто забыться. В полном молчании Костя завел мотор, и автомобиль двинулись с места. Полчаса мы ехали в направлении известном только водителю. Единственное, что избавляло от этой давящей тишины, всего лишь какое-то радио. «Я ничего не чувствую, находясь рядом с ним, - недоумевала я. – Почему сейчас, когда я в трезвом уме и твердой памяти, ничего не чувствую? Алкоголь всегда только помогал собраться, стать более уверенной в себе, чтобы сделать то, что не смогла бы сделать так просто. А это значит, я должна сейчас что-то чувствовать к нему. Но этого нет. Ничего. Ничуточки. Почему? Почему тогда я с ним переспала? Хотя, - на секунду задумалась, - то сексуальное влечение, что я испытала, когда его тогда увидела, может все объяснить. Но это же ничего не значит! Влечение – это нормально. Вон, у меня был момент, что меня влекло к моему преподу по высшей математике. Чего такого? Если вспомнить, что он выглядит, как Роберт Дауни-младший с этой сексуально бородкой… Так что сексуальное влечение ничего не значит». Мой мысленный монолог пришлось завершить, так как я почувствовала, что Артемьев заезжает на стоянку рядом находящегося ресторана. - Я забронировал нам столик, - приятный баритон разнесся по всему салону автомобиля. – Там мы сможем спокойно поговорить, нас никто не прервет. Константин уже стал вытаскивать ключ из зажигания, как во мне что-то екнуло. Он прекрасно понимает, что я не стану с ним ругаться в окружение хоть малого количество людей. Но сейчас, здесь, в машине, мы одни и можем все выяснить без всякого притворства. - Пойдем, - совершенно спокойно произносит парень. - Почему ты со мной переспал? – я не стала ходить вокруг да около, мы знаем друг друга пять лет, нам этого просто не нужно. - Пойдем лучше в ресторан, там поговорим, - чуть ли не умоляющим голосом, промолвил Артемьев. Он не смотрит мне в глаза. Неужели правда изменился? Раньше, если умудрялся затащить кого-то в постель, для него это была очередная победа, которая не заставляла его чувствовать виноватым. - Ответь здесь и сейчас, - ровно, но требовательно прошептала я, всматриваясь в его греческий профиль. Ухмылка заиграла на его губах. - Ты, что ничего не помнишь? – с некой издевкой интересуется парень, на этот раз внимательно всматриваясь в мои глаза. Он читает в них ответ на свой вопрос. – Ты хотела порадовать меня. - Что?! – крик вырвался из моего рта. – С чего мне это хотелось? - Откуда мне знать? – развел руками Костя. – Мы той ночью разговаривали, - парень на мгновенье скривился, - скорее ты все болтала, обо всем, без повода и остановок. Но когда мы приехали по адресу, ты накинулась на меня, сказав, что хочешь вспомнить старые времена, а главное это поднимет тебе, то есть мне, настроение. Этого просто не может быть! Я не могла так легкомысленно поступить, да и не могла такого вообще сказать. Для меня всегда было важно оставлять все «старое» в прошлом. - Я не понимаю, зачем ты поддался мне? Зачем дошел до конца, видя в каком я состоянии? – недоумевала я, переходя на крик. Во мне было столько злости, что меня стала трясти. - Ты думаешь, что одна ничего не понимаешь? – его приятный баритон сменился резким и жестким шипением. – Ты только провела кончиками пальцев по моей руке, и я больше не смог соображать. А когда я смог хоть что-то понять, то все уже случилось. - Так ты сваливаешь все на меня, прекрасно, - фыркнула я, сжав кулаки от злости. Думаю, если взглядом можно было убивать, то сейчас на месте водителя была бы горочка пепла. - Я ничего не сваливаю на тебя, - пытаясь поддерживать в голосе твердость, произносит Артемьев. – Я виню во всем свои чувства к тебе, - отвернувшись от меня, тихо признается парень. Мне кажется, что он ждет, что я сейчас скажу что-нибудь такое…такое правильное, что ли. Но вместо нормальных, адекватных мыслей, меня разрывает бурная дрожь и ужасная ненависть к услышанным словам. - Серьезно?! – срываюсь я на крик, Костя наконец-таки вновь взглянул на меня, сквозь исподлобья. – Серьезно? Чувства ко мне? У тебя? – я закрываю лицо руками, пытаясь выровнять свое дыхание. - Да ты никогда ничего не чувствовал ко мне! Ты изменял направо и налево, - здесь я начала понимать, что та, давно запертая дверь, открылась и все, что когда-то хотела ему сказать в лицо, наконец-то произойдет, - я была для тебя, как коврик, об который ты каждый день сначала терся, а потом вытирал ноги. А я… - на пару секунд затихла, чтобы перевести дыхание, - я все терпела, потому что любила и верила тебе, как последняя идиотка, - он даже не смотрел мне в глаза, - я любила, но не ты! Так что не сваливай на то, чего никогда не было. Повисла тишина. Все, что я слышала, это как сильно бьется мое сердце. Мне так хотелось выйти из машины, оставить его здесь одного с этим ощущением, с этими мыслями. Но от потока эмоций, которые я так долго сдерживала, даже не могла двинуться. Мое тело словно онемело. - Ты, правда, все это время так считала? – тихо, очень тихо спрашивает Артемьев. В ответ я только кидаю в его сторону короткий взгляд. Он все понимает. – Я любил тебя, - впервые услышала в его голосе столько искренности, - просто никогда не понимал, что имел, пока не потерял, - наши взгляды встретились, - прости меня, если сможешь. - Я не живу прошлым, - спокойнее сказала я. – И возможно из-за того, что произошло между нами, я потеряю единственного дорогого человека, которого смогла полюбить после тебя. - Ты ему все хочешь рассказать? - Я не ты, - ухмыляюсь, - лучше он узнает все от меня, чем ему кто-то другой все расскажет, - Костя опустил глаза. Стыдно. – Был бы ты мужиком, поступил бы так же. - Все намного сложнее, - тяжело вздохнув, произнес парень, - она беременна. Честно? Не удивлена. Он однажды мне сказал: «Я никогда не женюсь раньше тридцати, иначе буду считать себя полным идиотом, что ради одной женщины покинуть нормальную жизнь. Но если она залетит, то только ради ребенка я сделаю все, что нужно. Ни один ребенок не должен страдать из-за дибилизма родителей». - Ты хотя бы любишь свою невесту? - Когда делал предложение – да, но потом, через месяц, она сказала, что у нас будет малыш, и я окончательно запутался. - Почему-то мне кажется, и я не верю, что это говорю, ты ее любишь, - Костя удивлено посмотрел на меня. - Тебе двадцать пять, и ты позволил одной девушке, так сказать, посадить тебя в клетку раньше, чем она забеременела. - Наверное, ты права, - улыбнулся парень. Так пора эту милую беседу заканчивать, я пришла сюда выяснять отношения, а не давать советы. Да и теперь мне известно, что произошло. А главное, Артемьев тоже чувствует себя скотиной. Мне для счастья хватит и этого факта. - Ты не проголодалась? – дружелюбно поинтересовался Константин. - Думаю, не стоит, - отрицательно покачала я головой. – Давай, лучше закончим на этой позитивной ноте. - Не будем испытывать судьбу, - согласился парень. – Могу ли я хотя бы подвести тебя до дома? - Пожалуй, не надо, - решила я, - лучше я на метро. - Уверенна? - Вполне. - Ну, тогда, до встречи, - вкрадчиво произнес Костя, протянув мне руку. - Надеюсь, которая произойдет, не так скоро, - добавила я, пожав ее. Ну, все, меня здесь больше ничего не держит. Открыв дверцу со стороны пассажирского сидения, вышла из машины. – А кстати, - вновь заглянула в салон, Артемьев внимательно принялся слушать меня, - поздравляю, кстати. Надеюсь, твой ребенок не вырастет таким козлом, как ты. Улыбка на прощание и все довольны. Да, вот только, мне теперь придется трястись в метро минут так пятьдесят, а потом еще и на автобусе до дома ехать. Но все-таки такая встреча этого стоит. У меня такое чувство внутри, что я стала более свободной, словно камень с души упал. Но вот только, там остался еще один, такой небольшой, но до ужаса тяжелый. Нужно во всем признаться Карееву, только ему решать, будем мы вместе или нет.