Страх Грядущего

      — Кха-а-а. — сиплый выдох раздался в комнате. По телу разливалась свинцовая усталость, а так же нестерпимо сильно болела голова. Попытка открыть глаза принесла ещё больше боли, да такой сильной, что человек не выдержал и застонал. Уж лучше бы он этого не делал. Однако сделанного не воротишь, и со второй попытки, ему удалось разлепить ставшие враз непослушными веки.       Айзек не вставая с пола аккуратно оценивал свое состояние: пошевелил руками, двигаются и боли нет, согнул одну ногу, потом другую, тоже все в порядке, попытался повернуть голову не вставая, и понял, что это было зря.       Ощущения прокатившиеся по всему позвоночнику, оставляли желать лучшего. Это было феерично, давненько ему не доставалось так хорошо. Впрочем, это ещё повезло, что не сломало шею, и броня выдержала, иначе валялся бы пластом все оставшееся время. А то и вовсе сразу в гроб лечь. Да ему очень и очень повезло, все что он мог придумать в той критической ситуации, это слегка довернуть голову, как советовал Кларку его костюм. Кстати о нем!       Айзек мысленно обратился в Индивидуальный Комплекс Самообеспечения костюма, и не получил отклика. Это было странно, и очень неприятно. ИКС-ы ломались нечасто, ибо были встроены во все костюмы начиная с двадцать третьего столетия, и их отказ означал только одно — смерть носителя.       Но если он все ещё дышит, может ощущать боль, и мыслит, то следовательно он все ещё жив. Но тогда в чем причина поломки? Айзек провел пальцами по полу, на котором лежал. Твердое металлическое покрытие коридора, решетчатая структура, какие-то капли. Инженер поднял руку, и приложил к носу принюхиваясь. Да точно это была кровь. Почти засохшая кровь, но её запах, был специфическим. Казалось, бы все в порядке, но что-то не давало Кларку покоя. Какая-то деталь интерьера, что до этого ускользала от его взора. Точно! Едва-едва заметный туман по углам перехода в котором он лежал. Серо-коричневый туман, что сочился из ниоткуда. Не может быть! — Айзек припомнил один случай на Титане. Нет-нет-нет! Инженер в ярости сжал кулаки. Если это правда, то он должен действовать и срочно!       Поднять свое ослабшее тело оказалось интересной и с тем сложной задачей, но он справился. Да это было больно, неприятно, но времени не было. Айзек кинул взгляд по сторонам, и понял, что к сожалению не ошибся в предположениях. Его разум как и тогда на Титане затянуло внутрь обелиска. Он горько усмехнулся, история повторялась вновь и вновь.       Как бы то ни было ему следовало двигаться вперед. Мрачная решимость разлилась по телу, и инженер прихрамывая медленно двинулся вперед по техническим коридорам. Что-то они ему напоминали, вот только Айзек не мог сосредоточиться и вспомнить. Словно что-то блокировало его воспоминания, но он не унывал, проходя поворот за поворотом, он остановился перед дверью с зеленым значком. Секундная вспышка осознания, и Айзек понял куда его затащило. Отсек гидропоники на Ишимуре. Инженер помотал головой надеясь, что галлюцинации пройдут, но увы это как и всегда не принесло результата. Чего у его противника не отнять, так это умения тонко воздействовать на разум людей. Иллюзия в которую его засунули была настолько правдоподобна, и настолько же смертоносна. По опыту прошлых сражений, Кларк знал, что стоит только оступиться, как он проиграет сражение в собственном разуме. Бесславно погибнет, а на его месте появится послушная марионетка, которую за ниточки будет дергать кукловод. Такая перспектива ну никак не устраивала себялюбивого и волевого Айзека. Слишком уж он прикипел к своей жизни, и очень не хотел на тот свет, не смотря на все то гуано, что активно поливалось на его многострадальную тушку. Подобные мысли повлекли череду других, не менее важных. У него не было оружия, но техник находился в своем разуме. Сразу же вспомнились их разговоры с Карвером, когда тот ещё был жив.       Помниться его уже покойный напарник, пробираясь совместно с Айзеком по кораблям ВССК, попал под влияние обелиска, и раз за разом боролся с тенями прошлого. Но оружие у него при этом было. Кларк не понимал, как работает механизм влияния на мозг, но если он в собственном разуме, не означает ли это, что он сам себе хозяин? В любом случае он ничего не терял. Айзек представил шероховатую рукоять, своего излюбленного резака, его плотность и тяжесть, что слегка давила на ладонь, а потом закрыл глаза, и через секунду распахнул в удивлении. В его руках покоился незаменимый уничтожитель некроморфов, да ещё какой. Его любимица 211-V или же Плазменный Резак. Финальная его версия, со множеством силовых узлов, повысивших его КПД. Да именно Айзек раскрыл его истинный потенциал, когда мучился со вставкой особых узлов, повышая пробивную мощность, увеличивая запас заряда, и скорость перезарядки. С каждой секундой уверенность инженера крепла, а улыбка расползавшаяся на лице, могла бы отправить в нокаут слишком впечатлительных. Ласково постучав по корпусу оружия, он поменял угол прицеливания, удовлетворительно прицокнув при этом языком, и двинулся вперед, открыв металлические двери. Представшее перед ним помещение являло собой огромное пространство расчерченное на квадраты, в каждом из которых высились высоко вверх стеклянные купола с агрокультурой внутри. Растения были повсюду. Оплетая каждую стенку, они тянулись вверх, к источнику их жизни. К искусственному солнечному свету, расположенному на панелях в потолке. По краям помещения, располагались закрытые прозрачным стеклом инкубаторы, с оптимальной температурой, для каждого отдельного вида овощей и фруктов.       Но странным было не это, а то что в отсеке гидропоники, работали люди. Несколько людей методично и обстоятельно обрабатывали растения специальным раствором, а другие подрезали лишнее, либо же собирали уже выросшие плоды, в специальные контейнеры. Затем самые крупные представители рода Хомо Сапиенс относили их в пищевое хранилище.       Руководила работами брюнетка одетая в белоснежный костюм колонистов. Стоило Айзеку войти в помещение как взгляды множества людей скрестилсь на нем, а по рядам самых ближайших к нему работников, пробежался ропот. Некоторые люди недоуменно глядели на его костюм, заляпаный разводами крови, и начинали напряженно отходить назад, словно опасаясь. Инженер не знал как поступить в этой ситуации, то ли стрелять, то ли нет? Однако эти размышления прервала руководительница. Бесстрашно приблизившись, она уставилась на Айзека и произнесла: — Кто вы и что вы тут делаете? Уйдите вы мешаете нам работать, и пугаете моих людей!       Такие простые слова загнали Кларка в ступор, все предыдущие похождения в разуме оканчивались атакой некроморфов, но тут было что-то новенькое. Айзек насторожился, и спросил: — А кто вы простите такая? И где это я? — На что тут же получил ответ от злой девушки.       — Вы находитесь в отсеке гидропоники Ишимуры, и мы сейчас заняты. Зовут меня Элизабет Кросс       — Элизабет? Я. Я вас помню. Вы ведь заведуете Гидропоникой на Ишимуре да?       — Что за глупые вопросы молодой человек конечно же я.       — Кхм простите. Я сейчас задам глупый вопрос, но все же ответьте мне на него. — попросил Айзек уставившись прямо в глаза женщины.       — Д.да конечно. — что-то в глазах незнакомца заставило её сказать другие слова, вместо тех которые она хотела произнести изначально.       — Какой сейчас год Элизабет?       — 2508. А какое собственно это имеет отношение к текущей ситуации?       — Нет никакого. — проговорил Айзек, в этот момент судорожно копаясь в своих мыслях. Теории одна за другой вспыхивали в его голове и тут же пропадали, отметаясь рационализмом. Айзек не хотел верить, что это взаправду, и искренне надеялся, что попал в очередной кошмар. Но кошмар был слишком реалистичным, и один раз Айзек побывал в прошлом, так почему он не может попасть в будущее?       За попадание были эти колонисты с Ишимуры, и сама Ишимура. Все живое, реалистичное, обелиску просто неоткуда было взять эту информацию. Не в текущем промежутке времени. А вот против попадания доводы были посущественнее. Например то что там в подземном комплексе не происходило взрыва гипердвигателя, и тем более там стоял обелиск. Плюс появившийся из ниоткуда плазменный резак. Это ли не доказательство того, что он всего лишь в наведенном мороке?       Кларк растерянно огляделся и в тот же момент заткнулся, потому что в одном из работников, он увидел, того, кого никак не ожидал увидеть.       — Сэр? Вы в порядке? Вы что-то сбледнули. Может вам наведаться в мед.отсек?       — Нет-нет все в порядке. Скажите вам знакома фамилия Николь Бреннан?       — Глава медицинской службы? Конечно же знакома, а вам какое дело до неё? — Женщина подозрительно вгляделась в Айзека, о чем-то размышляя.       — Давайте я вас все же отведу, в медицинское крыло. — И не слушая возражение инженера бесстрашно ухватилась за его руку, ведя в сторону выхода. Вот только стоило Айзеку приблизиться к дверям коридора, как проход заволокло сизым туманом, а перед глазами все зарябило серо-коричневыми помехами. Стены украсили инопланетные письмена и чей-то тихий голос зашептал на грани:       — НаЙдИ! нАйДи!

***

      Голова нестерпимо заболела, в глазах потемнело, что-то вспыхнуло, сверхновой, и перед глазами инженера предстала заснеженная пустошь, продуваемая холоднейшим арктическим ветром. Никого из людей рядом уже не было. Только инженер, холод, снег, черные скалы, огромная пропасть по левую руку и протяжное завывание некроморфов вокруг.       Айзек резко выскочил из сугроба в который провалился по колено, и вскинул резак. Воющие звуки прекратились, словно их оборвали, а перед глазами предстала картина десятка некроморфов, что методично полосовали, людей в зимних костюмах. Те уже не сопротивлялись, ибо сил не было. Он сразу же узнал, где находился. Тау Волантис, ему не забыть никогда. Культисты, а кем-то иным быть припорошенные снегом, люди, которых разбирали на запчасти некроморфы, быть не могли, умирали один за другим, разрываемые костяными штыками, немертвой армии. Это было бы не так страшно, если бы культисты Даника кричали, или сопротивлялись, но увы, даже этого они не делали. От того картина сюрреализма зашкаливала.       Даже такой черствый человек как он не мог смотреть на вакханалию, и переведя Резак в режим горизонтальной стрельбы открыл огонь. Раз и некроморф, схвативший культиста за голову своими маленькими ручонками растущими из брюшной полости, разрывается на две неравные части. Два, и некроморфы, вдвоем разрывающие на неравные части, второго культиса, лишаются верхних конечностей, а сам культист, тут же получает заряд плазмы в голову, мгновенно прерывая страдания человека. Три, и ещё один человек мгновенно помирает, благодаря меткому выстрелу в основание шеи.       Естественно некроморфам такая расправа не понравилась, и они рванули от места побоища наперерез Айзеку. Рыбоподобные некроморфы, бывшие коренные обитатели Волантиса предтечи, а ныне всего лишь проводники чужой воли, рвались к своей новой цели.       Первым гостям, Айзек приготовил заряды плазмы, в туловище, второй ряд существ оказался расторопнее и тут же нырнул в снег, избегая попаданий, впрочем и это их не особо спасло. След от них, под слоем снега виднелся отчетливо, и Кларк просто бил на упреждение. Вот остановился один ком, что приближался, вот застыл второй, третий и так всех пятерых, угостил живительной и горячей плазмой инженер.       В сознании выспыхнула красная лампочка с воображаемой надписью ALERT и Айзек тут же развернулся всем корпусом, на инстинктах отправляя за спину к себе стазис. Большой, около двух метров некроморф, похожий на паука, со змееподобными щупальцами. Он застыл перед прыжком, замедленный стараниями инженера.       — И почему именно Ты-ы-ы? — яростно зашипел Айзек, вспомнив что это за тварь, и каких трудов стоило её уничтожить на пару с Карвером.       Но делать было нечего и Кларк вскинул руку во второй раз, запуская стазис в Зверя, и стреляя по появляющимся щупальцам. Там в середине каждого отростка мерцали оранжевым светом, сосредоточие их силы, так неосторожно размещенные на поверхности. По сути эти комки оранжевой субстанции, были чем-то сродни нервных центров, при повреждении которых можно было если не упокоить разбушевавшуюся тварь, то как минимум знатно, так затормозить.       Что с успехом и повторял Айзек. Шесть выстрелов, по два на каждый центр, Тварь взревела, открыв свой рот, и обнажив главный нервный узел, в который тут же полетел кусок скалы, вырванный с мясом, благодаря кинезису. Но Зверю этого было мало, и инженер оперативно сменил позицию, пробегая по самому краю, пропасти к нему за спину.       Остановившись в двух шагах от разверзнувшейся бездны, под ногами, Кларк решился на самоубийственный шаг. Выстрелив несколько раз в хитиновую спину, он привлек внимание Зверя, и призывно замахал рукой. Некроморф несмотря на массивные габариты, резво развернул голову в сторону надоедливого человека, и оскалившись поскакал вперед. Что собственно его и сгубило. Когда до Айзека оставался всего один прыжок, инженер включил ранцевые двигатели на подошвах ботинок, и взлетел вертикально вверх, тут же маневрируя в сторону скал. Снежный Зверь упал на то место где стоял Айзек, хитиновыми лапами пропахав борозду, в снегу и стал заваливаться вперед, в бездну. Отчаянно заверещав, и попытавшись вцепиться конечностями в ледяные скалы, паук переросток канул вниз.       Больше противников на плато у Айзека не осталось, и он плавно пустился вниз. А потом его накрыло осознанием, сотворенного. Инженер нервно рассмеялся, а потом упал в снег, от нестерпимой головной боли. Перед лицом вновь поплыли инопланетные знаки, а сознание милостиво покинуло его.

***

      Сознание словно пропустили через мясорубку, осколки разума, собрались воедино, в новую картину, и Айзек очнулся среди звезд. Яркая холодная Тау Волантис и замороженная кровавая луна покоящаяся на поверхности планеты.       Рывок и он оказывается на поверхности луны, в центре возвышается громада обелиска, а вокруг него в хороводе кружится сонм невиданных доселе существ.       — Что это за хрень? — Кларк устало вздохнул, собирая мозги в кучку, и уже не пытаясь анализировать, тот бред, в который его затянул обелиск. В голове свербила мысль, что это последняя точка назначения, финальный рубеж, после которого, он либо победит, либо погибнет.       В руках покоился давно привычный резак, и отключив логику инженер двинулся прямиком к обелиску, пора было заканчивать этот фарс. Однако не доходя до нескольких метров, он увидел Альтмана, что сидел на коленях молитвенно сложив руки, на груди, и что-то напевал. Голос его резонировал с кружащими хоровод ксеносами.       «А вот и моя цель» пронеслось в разуме и последние шаги Айзек буквально пробежал, танцующей походкой. Положив руку на плечо мужчине он отметил, что тот не шелохнулся, а его температура явно была выше человеческой. Улыбнувшись, он с размаху, ударил Альтмана в челюсть, вырубив мужчину.       Хор существ прекратился на самой высокой ноте, и многострадальную (в который раз уже) голову инженера пронзил низкий вибрирующий голос. Это заговорил обелиск.       — Айзек Кларк, наш враг, какая встреча. Ты так далеко забрался, в попытках спасти своего компаньона, однако слишком поздно. Его душа уже принадлежит нам. Не сопротивляйся и ты. Совсем скоро, вы оба познаете что такое быть частью единого.       — Мне плевать, что вы там себе надумали, я не допущу подобного исхода!       — Остановись подумай, чего ты лишаешь человечества, ты хочешь помешать их будущему, хочешь прекратить возвышение своей расы. Они займут достойное место среди собратьев!       — Человечеству это не нужно, мне хватило того, что вы вытворяли на Ишимуре, на Титане, на Луне и того, что вы сотворили на Тау Волантисе! Это вы называете возвышением???       — Сложные времена, требуют сложных решений и жертв, тебе ли этого не знать, опальный инженер?       — Если для возвышения людей, нужно их всех принести в жертву на алтарь, то я не согласен на подобный исход! — Закончил Айзек и тут же выстрелил несколько раз в обелиск.       От поверхности инопланетной глыбы откололось несколько кусков породы, в разуме человека послышался нечеловеческий визг полный боли, а потом тот же голос уже на пол-тона ниже пророкотал: — Значит, ты выбрал сопротивление.       В ту же секунду хоровод инопланетян, преобразовался. Больше не было песнопений и танцев. Каждое существо, являющее собой представителя какой-либо расы, словно в руках умелого скульптора менялось, теряя свои первозданные очертания и превращаясь в уродливых существ. Через несколько секунд, Айзек и бессознательный Альтман, оказались заключены в кольцо некроморфов самых разных видов, и раскрасок. Больше интуицией, чем чувствами, Кларк понял, что последует за этим. И оказался прав. Существа разом кинулись вперед, соревнуясь между собой, кто первый разорвет чужаков, на множество мелких кусочков.       Зацепив руками Майкла, Айзек врубил ранцевые движки на полную мощность и сходу прыгнул вверх разрывая расстояние между ними, и опасностью. Уже в воздухе, он прицепил тушу Майкла к себе захватами кинезиса, тратя на это ценные ресурсы и прицельным огнем стал расстреливать врагов. А их было много. На каждого павшего приходилось два-три новых противника и сражаться в космосе было очень неудобно. Маневрировать приходилось постоянно, уворачиваясь от острых шипов, которые запускало десятка три некроморфов, стоящих на поверхности луны. Множество тварей стояло на поверхности, клацая челюстями и потирая лапы, ожидая когда Айзека ссадят на землю. Было множество летающих некроморфов, с которыми он крайне редко сражался. Не прибавляло спокойствие инженеру и то, что с таким обременяющим грузом, нельзя было сражаться в полный контакт, так же как и понимание, что его силы далеко не бесконечны, Человеку срочно была необходима альтернатива.       Увернувшись от очередного веерного залпа лезвий, Айзек рванул вперед, прямо на обелиск. Крутясь волчком и не заботясь о состоянии Альтмана, он проскочив между двумя обломками органической породы, и извернувшись в воздухе, отключил двигатели, камнем падая прямиком на верхушку обелиска. Набранная инерция и скорость, помогли ему протаранить глыбу, в буквальном смысле вломившись в обелиск. Кинетический импульс был таков, что отломил спиралевидную верхушку, и та навернулась вниз, придавив несколько некроморфов. А ноги Айзека пронзила острая игла боли, ему ещё повезло, что сервомоторы костюма амортизировали удар, перераспределяя его по всей поверхности костюма.       Если только выводы верны, он может покончить с этой вакханалией так же как и на «Титане.» Отцепив Альтмана, Айзек положил тело ученого рядом и зацепил лучем кинезиса осколок породы, направляя тот вертикально над собой. Заряды костюма стремительно истощались. Отсчитав несколько секунд и подняв его достаточно высоко, по собственному мнению, инженер отпустил осколок, подхватил Майкла под руки, и оттолкнувшись прыгнул вниз, стараясь упасть как можно дальше от скопления врагов. Через несколько секунд порода упала ровно в том место, где минутой раньше стоял человек и вломилась в обелиск, разламывая тот на две части.       Пронзительный вопль, раздавшийся на два голоса раздался по округе, а потом один голос затих, а второй жалобно заскулил. Некроморфы разом лишившись командного импульса, распались на составляющие, образуя единый бульон, подле осколков обелиска. Последнее, что увидел Кларк была странная напоминающая его самого тень, буквально впитавшаяся в Майкла.

***

      Айзек очнулся на полу в том же помещении где происходил бой с Альтманом.       Бросив острый взгляд по сторонам Кларк отметил, что интенсивное свечение обелиска померкло, словно каменная глыба выцвела и стала немного меньше что ли? Подал признаки жизни ученый, застонав и схватившись за голову, в попытках остановить круговорот красок пестрящих в глазах.       Первым делом Айзек проверил работает ли ИКС и рассмеялся, когда понял, что кошмар кончился. Он только что победил, противника на его поле, в очередной раз. Вот уж точно везет ему в этой жизни. Таким смеющимся его и застал ученый, очнувшись от ступора после чужеродного вмешательства.