2
27 сентября 2017 г., 01:25
Утро следующего дня встретило Чимина яркими лучами солнца, что будто специально светили в глаза, а так же голосом уже разозлившейся мамы, которая пыталась разбудить несчастного сына. Парень толком и не поспал, ведь, как оказалось, в шкафу было слишком много лишних и не нужных вещей, среди которых еле нашлось что-то действительно стоящее. В тот момент Чимин искренне недоумевал сложившейся ситуации, но вспоминая, что он домосед — становится ясно, почему одежда не была разобрана. В итоге рыжик сложил в любимый рюкзак только самое необходимое: две майки, шорты, нижнее белье и полотенце. Юноше казалось, что количество собранных вещей могло вернуть домой ранее, чем окончится лето, но кто бы мог подумать, что спустя какую-то неделю он и сам не захочет возвращаться. Банные принадлежности, фотоаппарат и кое-что из еды не вместилось с одеждой, поэтому Пак занял два пакета. Возможно, все и в один бы поместилось, но мама, появившаяся из ниоткуда, настоявшая на том, чтобы еда лежала отдельно. Как будто знала, что произойдет по прибытии. Чимин все же встает с кровати, услышав хлопок двери. Нет, он не подумал, что мама пошла без него, просто «отца» он недолюбливал и без того, чтобы тот еще и будил. Следующие пару минут они обменивались нежностями, которые постоянно бесили младшего. Не то, чтобы ему это вообще не нравилось, но видя маму рядом с мужчиной, сознание маленького ребенка просыпалось, проявляя себя не в самой лучшей форме. Благодаря увиденному поцелую прилив сил успевает за доли секунды отогнать от себя сон, но сам организм нисколько этому не рад. Рыжеволосый опускает голову и, тяжело ступая на пол, проходит в ванную, как бы показывая все свое недовольство и просьбу «отклеиться». Взрослые смущаются и наконец, отходят друг от друга, на что Чим кривится, как от кислого лимона, и с силой захлопывает дверь ванной, раздражаясь еще больше. Рваными, грубыми движениями руки скользят по лицу, в надежде смыть видение того поцелуя, но как только слышится стук в дверь, парень вздрагивает, словно испуганный ежик, будто это не он злился только что. Пак старается игнорировать, надеется, что о нем просто забудут, но стук повторяется, от чего парень обреченно закрывает глаза, плетясь к двери. Отец стоит на пороге и переминается с ноги на ногу, не зная, что сказать. Чим уже думает захлопнуть дверь, но мама, чей голос был слышен из глубины спальни, заставила выйти, чтобы собраться и попить кофе. Оказывается, отец принес любимый напиток (и кое-что еще), чтобы сын смог проснуться быстрее.
Пока Чимин пил дешевый кофе из автомата, женщина успела перенести упакованные вещи в коридор и положить в пакет кроксы. Рыжик завопил, увидев голубые тапочки, хотел было выкинуть, но мама не разрешила, серьезно сказав, что именно в этой обуви будет ходить удобнее всего, и так он не будет отличаться от остальных. «Что за мода в городе?», — думает Пак, удивленно глядя на довольного и умытого отца. Наверное, он принес, чтобы сын не отличался от других, заодно и опозорился в такой обуви. Чимин не любил голубой цвет, у него даже не было одежды, которая неплохо сочеталась с этой обувью. Парень оглядывает кухню в последний раз и выходит в коридор, чтобы схватить багаж, специально оставляя пакет со средствами гигиены, другими принадлежностями и этим голубым чудом на полу. Мать пожимает плечами, глядя вслед капризному сыну, переводит взгляд на мужа и робко улыбается. За время пребывания в гостях Чимина должны изменить в лучшую сторону.
С хмурым лицом Пак выходит из подъезда и садится на лавочку, ведь билет случайно остался дома, сбежать от родителей не получится. Они, кстати, долго ждать себя не заставляют, а мама, протягивающая пакет и билет, только опускают настроение, хотя куда уже ниже? В метро женщина поправляет рубашку на сыне и взволнованно смотрит в глаза, не каждый день теплолюбивый сын едет за двести километров от Сеула навстречу малознакомым людям. Проверив наличие всех вещей, она решает напомнить маршрут, после как бы невзначай говоря о том, что место, где будет жить Пак, на самом деле историческое, и просит сделать много красивых фотографий, чтобы потом можно что вспомнить. Отец кладет несколько купюр в карман рубашки сына и говорит, чтобы тот покушал в ожидании автобуса, все равно надо будет убить эти полчаса, на что Чим устало кивает, машет на прощание и проходит вглубь, на свою станцию. Поезд ждать себя не заставляет, и рыжик прыгает на свободное место, достает из кармана джинсов наушники и спешит отгородиться от окружающего мира, создавая свой собственный.
***
Красочные и яркие картинки, что видны тогда, когда глаза закрыты, пропадают, уступая место темноте. Этот промежуток времени еще можно отнести ко сну, когда уже ничего не снится, но организм все еще отдыхает, становясь более чувствительным к окружающей обстановке. Тело слегка шатнулось вперед, заставляя проснуться. Чимин широко распахивает глаза и тут же жмурится от света, рука тянется к наушникам и достает из ушей, чтобы понять, что происходит. Испуганно оглядевшись по сторонам, парень замечает, что народу в вагоне поубавилось. Много времени не требуется, чтобы понять, что разбудившее движение — ни что иное как торможение поезда. Наверное, сосед, сидевший справа, вышел на этой станции, и у Пака больше не осталось надежной опоры. Грустно взглянув на пустеющее, но все еще теплое место рядом, рыжик убеждается в своей теории. Постепенно в голову приходят более важные мысли, одна из которых была «а сколько же я спал?». Парень трет кулаком глаза, отгоняя остатки сна, и смотрит в окно. Темно. Ну да, Пак же едет в туннеле, как понять, где он сейчас? Растерянно оглянувшись, Чимин примечает старушку, что сидела напротив и с любопытством поглядывала время от времени на него. Парень кашляет в ладошку и, посчитав в голове до пяти, несмело обращается к пожилой. «Извините, а какая станция была последней?», — едва слышно, чтобы никто другой не узнал. В ответ лишь загадочно улыбаются и говорят, что выходить ему уже через одну. Юноша думает возразить, мол, Вы же не знаете, где моя конечная остановка, но рта так и не открывает, потому что бабушка продолжила свой монолог. Она случайно заметила, как Чимин прощался с родителями, и улыбнулась, услышав, что он тоже едет до Express Bus Terminal. Парень становится чуть смелее и широко улыбается в ответ. Старушка оказалась миловидной и достаточно общительной, так что спустя несколько мгновений вагон оживился за счет беседы этих двоих. Постепенно к разговору подключились и другие пассажиры, которым было не лень поговорить. Чимин активно принимал участие в дискуссии, смеялся и шутил со всеми, и вскоре словил себя на мысли, что еще день назад подобную ситуацию и представить было сложно. Переброситься парой слов с Гуком, или выслушивать его длинные истории — это совсем не то, что оживленная беседа в метро. Сейчас Пак в центре событий, и боже, это действительно здорово! От радости глаза начали слезиться, но вода не скатилась по щекам в этот раз. Бабушка встала с места, давая понять, что скоро выходить, и Чимин засуетился, пряча телефон с наушниками в пакет. С теми самыми голубыми кроксами. Подумать только, эти несколько минут были намного лучше часа прослушиваемой музыки, а всего-то и надо, что жить. Пожимая плечами, юноша проверяет свои пакеты и кивает бабуле, говоря, что он готов.***
До отправления нужного автобуса оставалось чуть меньше получаса, а желудок настойчиво требовал еды. В голове сразу всплыли слова отца о том, что в ожидании можно перекусить, и рука потянулась к карману рубашки. Посчитав деньги, Пак присвистнул, удивляясь щедрости старшего, и не спеша побрел в сторону какого-то маленького кафе. Но, только зайдя внутрь, он понял, насколько оно было таковым. Шесть столиков, за которыми располагалось так много людей, что казалось вот-вот, и мебель развалится под их весом, выглядели действительно жалко, а огромная очередь заставила ужаснуться, но все-таки стать в конец. Сил и желания не было для того, чтобы найти что-то другое, к тому же, с ориентированием Чим не дружил, чтобы так легко гулять в незнакомой части страны. Видя, с каким удовольствием люди уплетают еду, рыжеволосый сделал два вывода: либо это голодный район и это единственная забегаловка, либо здесь поистине вкусно готовят. Но за те двадцать минут, что парень провел стоя в очереди, первый вариант казался достаточно убедительным, чтобы быть правдой. Люди так и шли в это место, а Чим, изнемогая от жары, впервые пожалел, что послушал мать и надел джинсы с рубашкой летом. Стоять и чувствовать затылком чье-то горячее дыхание поистине странно, но быть прижатым к другим людям из-за того, что кто-то выходил из-за столов, просто невозможно. Чим почти что ноет, молясь всем богам, чтобы все закончилось поскорее, а когда он все же оказывается у кассы, даже не сразу понимает, что происходит. Парень покупает вкусную и недорогую еду, которую можно съесть где-нибудь за пределами заведения и, о боже, снова оказывается в толпе, на этот раз, чтобы выйти. Казалось, что температура на улице упала на несколько градусов, а воздух стал чище, хотя, на самом деле, не было чужого горячего дыхания и постоянного запаха пота. Чужого пота. Удивительно, что в этой давке пакеты не оторвались от хозяина, что так упорно все терпел. Но об этом думать было некогда — взглянув на время, юноша ужаснулся и собрал все силы для предстоящего бега. Так быстро юноша еще никогда не передвигался, такой скорости позавидовал бы каждый, но точно не сам Чимин. Дышать было очень тяжело, казалось, что легкие просто сгорят, а воздух перестанет поступать. К сожалению, времени на передышку просто не хватало. Про себя рыжик искренне порадовался, что кафе находилось в тройке десятков метров от остановки, иначе он бы точно не успел. Водитель подтвердил, что его автобус едет до Андона, и вкратце объяснил маршрут, видя неуверенность пассажира. Пак поблагодарил аджосси и сел почти в самом конце у окна. Благо, народа было мало, и Чимин мог позволить поставить багаж на соседнее сидение, таким образом, он последовал примеру трех таких же одиноких попутчиков. Когда дыхание восстановилось, а лицо перестало гореть, парень достал еду и с удовольствием набросился на нее, тут же съедая все до последней крошки. Пища и правда оказалась божественной, поэтому парень отметил в голове, что оба варианта были верны, и переместил внимание на вид за окном. Красивый пейзаж завораживал таких зевак, как Чимин, что впервые ехали по этой дороге, заставляя открыть рот от удивления. Автобус делал еще несколько остановок, но число людей практически не увеличивалось, что не могло не радовать рыжеволосого паренька. За время этой поездки Пак успел устать, сидя на одном месте достаточно долгое время, и от безделья сделать несколько фотографий. Но чем меньше оставалось до прибытия, тем больше росло волнение. А как он доберется? А вдруг его не встретят? Парень мотает головой из стороны в сторону, чтобы отогнать негатив, и переводит взгляд на дисплей телефона — осталось не долго. Все события сегодняшнего дня были в новинку, что не могло и радовать и пугать одновременно. Увидев название своей остановки на сенсорном экране автобуса, Чим сжал ручки пакетов сильнее и поднялся на слегка дрожащих ногах. Рыжик поспешил выйти из транспорта как можно быстрее, опасаясь, что автобус поедет дальше, так и не выпустив пассажира. Выйдя на улицу, парень зажмурился от яркого солнца и приложил ко лбу тыльную сторону ладони. — Эй, ты! — слышится совсем близко, заставляя рыжеволосого дрогнуть от испуга. Парень поворачивает голову и, узнав в говорившем Юнги, заметно успокаивается. — Долго стоять собрался? У нас полно дел! — бросает скомкано, выхватывая пакеты из рук. Чимин не особо рад брату и его внезапной грубости, но наблюдая за таким заботливым жестом, забывает об этом и глупо улыбается вслед. Зеленоволосый от нетерпения оборачивается и хмуро смотрит на младшего, шепча одними губами, чтобы тот поторопился. Пак чувствует себя то ли заторможенным, то ли парализованным, потому что реагирует далеко не сразу, заставляя Мина закатить глаза. Маленькими шажками рыжеволосый доходит до Юнги и виновато смотрит снизу вверх, обезоруживая, по крайней мере, Чим на это надеялся. Мин фырчит и разворачивается, чтобы продолжить свой путь. Чимин не сразу понимает, куда они идут, но заметив скутер на стоянке, тут же отмечает, что его хен невероятно крут. Юнги почти незаметно усмехается, видя реакцию брата, по привычке закатывает глаза, как бы говоря, что ему это совсем не льстит, протягивает шлем и без стеснения заглядывает в пакеты, изучая содержимое. Промямлив короткое «подавится», ставит их под ноги и кивком головы предлагает сесть. Пак неуверенно мнется с ноги на ногу, но заметив взгляд старшего, торопится сесть сзади. Обхватить хена со спины, как он это видел в дорамах, смелости (или совести) не хватило, поэтому пальцы вцепились в края футболки по бокам. Юнги бормочет что-то о безопасности, но младшему это совсем не важно. А зря. Как только скутер сорвался с места, ветер в ушах засвистел. Рыжик от страха прижимается к зеленоволосому, сцепляет руки на его животе, кладет голову на спину в район лопаток и зажмуривает глаза. От страха сердце колотится быстро, а тело пробирает мелкая дрожь. По началу это забавило Юнги, но замечая, что младшему и правда страшно, Мин почувствовал себя неловко, даже скорость немного скинул. Руки, обвивающие тонкую талию, слегка ослабили хватку, отчего Юнги стало как-то грустно от этого, а тело вдруг покрылось мурашками. В такую-то жару? Зеленоволосый пытается сосредоточиться на дороге, отгоняя странные мысли прочь, и на некоторое время ему это даже удается. Уже подъезжая к любимому супермаркету, в голове стали появляться вопросы касательно багажа Чимина. С собой их не возьмешь — в магазине полно таких вещей, а переплачивать никому не хочется. Ответ приходит сам по себе — непутевый рыжеволосый тащит пакеты за собой и оставляет их в камере хранения, пряча ключ по-хозяйски у себя в кармане. Юнги не любит тратить время просто так. Ему прекрасно известно, что необходимо приобрести, но всем интересующийся Чимин ходит от одного стеллажа к другому, как будто будет что-то покупать. Зеленоволосый пытается вразумить парня, но тот ни в какую, даже шагу не прибавил, на что старший злится еще больше, с силой сжимая кулаки. Парень раздраженно уходит вперед, решая дать некоторую свободу младшему, он тут впервые как-никак. Корзинка наполнялась необходимыми товарами, а в блокнотике — очередная галочка. Парень переводит взгляд с вещей на бумагу, сверяясь, а позже кивает себе, решая идти к выходу. Проходя мимо отдела со сладостями, ноги сами останавливаются на мгновение. «Чимин наверняка тот еще сладкоежка», — проносится беззаботная мысль, из-за которой впоследствии голова готова разорваться из-за внутренней борьбы касательно того, стоит покупать что-то или же остаться собой. Оглядываясь по сторонам и не замечая Пака, зеленоволосый сильно встряхивает головой, выбирая второй вариант, и уверенно идет к кассам. Хоть Юнги и спокойный, вывести его из себя достаточно просто, особенно когда ты Пак Чимин. Как бы пофигистично он себя не вел, совесть не позволяет оставить младшего одного посреди неизвестного города. Вот и сейчас, раскладывая продукты и бытовую химию на товарную ленту, Мин озирается по сторонам в надежде высмотреть рыжую макушку. Но как бы долго и сильно он ни щурился, брат на горизонте так и не появился. Юноша матерится про себя, грозясь прикончить мелкого, уже думает собирать вещи обратно в корзинку и отправиться на поиски, как вдруг этот самый мелкий появляется в последний момент с маленькой коробочкой в руках. Клубничное молоко. — Хен, можно это тоже купить? Конца и края наглости просто нет, но всю злость Юнги вымещает во взгляде, грубо бросая «сам расплатишься». Ему уже порядком поднадоела эта игра в семью, поэтому парень решил скинуть на младшего всю работу, тем самым осуществляя свой коварный план. Пак поджимает губы, тихо говоря слова извинения, и несмело кланяется, чувствуя вину. Коробочка с молоком становится в самом конце товарной ленты, а руки слегка подрагивают, доставая из кармана деньги. Они даже не его, а доброго отца, который действительно волновался за здоровье младшего. От этого на душе становится совсем паршиво, рыжеволосый даже не сразу замечает, как пришла его очередь оплаты. Суетливо парень находит самую мелкую купюру и отдает слегка разозленному продавцу. Тот будто заразился от Юнги и прожигает дыру взглядом, бросая чек прямо в открытую ладонь Чимина. Ну что он сделал не так? Это преступление — интересоваться новой местностью? Пак готовится все высказать старшему, пока не замечает кое-что интересное. Пока Юнги стоял с недовольной миной в ожидании, Чимин внимательно глядел за спину старшего, слегка приоткрыв рот. Мин изгибает бровь в удивлении и оглядывается — небольшой зоомагазин. — Эй, ты же не думаешь… Договорить он не успевает, видя спину в клетчатой рубашке, обогнавшую его. Чимин со всех ног несется к павильончику, но сбавляет скорость, почти врезаясь в прохожих. Парень испуганно извиняется и осторожными шажками крадется к входу. Через приоткрытую дверь заглядывает в одну часть магазинчика, затем в другую и еле заметно выдыхает грустно. — Там не будет зверей, пойдем, — раздается над ухом. Чим опасливо оборачивается и, не заметив злости, смело кивает, идет следом, переводя взгляд с лица Юнги на пакеты и обратно. — Если хочешь помочь — так и скажи, я не люблю нерешительных людей. — Пак кивает головой, принимая пакет.***
Хоть Юнги совсем не дружелюбный, Чимин дает себе отчет, что кататься с ним на скутере правда здорово. Скорость такая же высокая, но рыжеволосый вскоре привыкает и позволяет себе приоткрыть глаза, чтобы хоть что-то запомнить из дороги до встречи с бабушкой и дедушкой. Невероятно красиво, хоть почти все расплывчато и ничего не понятно. Пак глупо улыбается, подумывая убрать руки с чужой талии и оторваться от притягательной спины, чтобы хоть что-то понять. Юнги как-то подсознательно чувствует намерения младшего и грубо говорит «не надейся», превышая скорость. Ухмылка не сходит с лица, как только Чимин прижимается сильнее, Мину почему-то нравилось чувствовать страх брата за спиной, и это, несомненно, пугало. Подъезжая к деревне, зеленоволосый с некоторым разочарованием снижает скорость, позволяя Паку расслабиться и открыть глаза. Невероятно красивый пейзаж радует впечатлительного Чимина. Через какое-то время виднеются высокие горы, обзор которых ранее закрывал лесок, где-то вдалеке блестит речка, огромные поля раскинулись так далеко, казалось, что они бесконечны. Сворачивая в очередной раз, рыжик чувствует себя героем исторической дорамы, ведь именно там можно было увидеть старинные дома. Проезжая по узким улочкам, Юнги постоянно с кем-то здоровался, а ошеломленный Пак просто смотрел вперед. Когда скутер останавливается рядом с очередным домом, Чимин понимает — приехали. Не может быть. Он будет жить в деревне. Настроение почему-то падает, и никакой красивый вид не смог исправить. Юнги ждет, пока руки разожмутся и ноги ступят на землю, но сам рыжик, похоже, не стремится к этому. — Пожалуйста, скажи, что ты просто хотел показать мне что-то красивое, — шепчет Пак, чувствуя, как глаза начинают слезиться. — Спусти свою самооценку! — Юнги грубо расцепляет руки, которые так хорошо грели его весь путь, и с недовольством смотрит назад. — Мы приехали, поэтому тебе придется слезть и помочь мне. Чимин отказывается верить в происходящее, но тычок спереди заставляет подчиниться. Парень стоит, сиротливо прижавшись к бетонному забору, и нерешительно заходит внутрь, хватая сумки с едой, чувствуя, что хена уже давно не слышно. Двор оказался намного больше, чем представлялось. Типичная обстановка исторического дома из дорамы, правда современные вещи и небольшой беспорядок заставляют вернуться в реальность. Громкий лай заставляет вздрогнуть и отпустить ручки пакетов, а когда само животное выбегает из какого-то помещения, ноги подкашиваются, не желая держать. Большая и невероятно красивая белая собака набросилась на гостя. В глазах читалась радость, а милый, пушистый хвостик, которым она виляла, лишь подтверждал это. Шершавый язычок без стеснения принялся вылизывать детское личико, вызывая тихие попискивания со стороны человека. Ладошки пытаются спрятаться от песика, но тому, похоже, все равно, что вылизывать, поэтому тыльная сторона ладоней так же быстро намокает. — Джин, на место! — слышится знакомый голос, и собака тут же отстраняется от рыжеволосого. Парень с большим усилием встает на ноги и смотрит на припозднившегося Юнги. Тот будто совсем забыл о брате, с удовольствием чесал животное за ухом и постоянно хвалил. Указав ему жестом на дверь, откуда собака выбежала, Мин подходит к Чимину и поднимает пакеты с земли. — Какая жалость, я надеялся, что он покусает. В любом случае, поздравляю, ты понравился Джину, — и уже чуть громче, — Пойдем, познакомишься со всеми и будешь распаковывать свои вещи. Чимин делает один шаг и замирает. Вещи. Вещи! Дрожащая рука тянется к карману джинсов и, нащупав злосчастный ключ, сжимается в кулаке. Громкий вопль, наверное, слышала вся деревня. Мин спешит заткнуть мелкого, приложив ладонь ко рту, но тот упрямый, вырывается и пытается что-то сказать. «Если ты не будешь вопить, я отпущу тебя, и ты все скажешь нормально», — грозно шепчет зеленоволосый и Пак кивает в знак согласия. — Мои вещи. Они остались в магазине. Секундное молчание перед тем, как двор снова наполняется шумом. Юнги распирает от смеха, ведь правда, как они могли забыть пакеты Чимина? А вот сам рыжик готов расплакаться прямо в руках старшего, только вот тот не позволяет — отрицательно мотает головой и отступает назад. Казалось, сейчас Юнги что-то скажет, возможно, даже разозлится, но нет — разворачивается спиной и входит в комнату. Стоять одному посреди двора с удивленной псинкой, которая не против наброситься еще раз, желания никакого не было. Пак суетливо семенит ножками, с опаской оглядываясь назад, из-за чего не замечает каменный цоколь, спотыкается и падает лицом прямо на деревянную ступеньку. Тело ноет от неожиданного знакомства с фундаментом, а долгожданные слезы все же застывают на лице. Больно. Обидно. Если подумать, Чимин не может точно сказать, что за сегодняшний день его больше всего расстроило, но выплакаться просто необходимо было, к другому поведению он просто не привык. Видимо, здесь и этого не позволят, запугав чуть ли не до смерти, ибо те же сильные руки поднимают сопротивляющееся тело, даже не предупредив, и подталкивают к входу.
