Маг эпохи неолита.

Лето переходило в осень, неспешно, спокойно, без дождей и уныния. Гарри, привыкший к "печальному унынию осени в Лондоне", радовался тёплым, хоть и коротким дням, обилию ягод, и длинным вечерам. Бык, после знакомства, ничем особым Гарри не отличал, они с Ых жили в шатре родителей Ых, спокойно воспринявших, что в их Ых теперь живёт его далёкий потомок, а узнав, что его родители погибли, часто ласкавшие его, что приводило Гарри в сильнейшее смущение - таких откровенно приятных и добрых, родных прикосновений, он не испытывал, не видел, и даже не знал, что так может быть. А ещё он заметил, что друг друга, родители Ых, гладили и ласкали как-то иначе, а потом исчезали ненадолго, а вернувшись, от них снова сильно и будоражаще пахло. Всего племя, а точнее Род, потому что все были родственниками, было около тридцати, и по объяснениям Ых, они специально собрались здесь, для каких-то действий - тут Гарри его не понимал, а Ых отговаривался "сам увидишь" - а обычно жили семьями, и кочевали, весь год, изредка сменяя место или маршрут обитания, о чём сообщали соседям, при встрече. Кроме переносных шатров из шкур и жердей, были волокуши - Гарри тут же хотел изобрести колесо, но Ых долго смеялся, и объяснил, что с колесом по кустам, траве и камням не проехать, и делать колесо долго и сложно, а на вопрос Гарри, откуда Ых знает, что такое "колесо", совсем зашёлся в смехе, и покрутил в пальцах крохотную бусину, висевшую на ожерелье. Весь эпический энтузиазм Гарри, по повышению уровня цивилизации, так вдохновивший его, пропал. Через несколько дней, за которые Гарри успел познакомиться со всем Родом, и стал любимцем детей, которые точно видели, Гарри сейчас или Ых, и висли на нём, как виноградины на грозди, Бык сам нашёл Гарри, и позвал за собой. Оказалось, он собирал травы, и что-то готовил из них, и обложил небольшой шатёр дёрном и вторым слоем шкур. Выглядело это внушительно, на взгляд Гарри, и сам Бык был как-то более основателен, если это вообще было возможно. Из дымохода выходил не лёгкий дымок, а тяжёлый густой, почти жёлтый дым, а за откинутой "дверью" вообще стояла стена из такого густого тумана, что даже гуляющий меж шатров ветер, не сразу начал шевелить её. Бык поманил Гарри, и вошёл в шатёр. Через несколько минут Гарри выскочил из шатра, задыхаясь, и кашляя. Следом вышел Бык, посмотрел на хрипящего ученика, вздохнул и сказал "Побегай и возвращайся", и вернулся в шатёр. Гарри пробежался, продышался, и снова нырнул в густой и тяжёлый, как кисель, дым. В этот раз он продержался вдвое дольше, но вывалившись на свежий воздух, валялся с очумелой головой, и не мог встать. Потом всё-таки пересилил себя, и снова пробежавшись, и продышавшись, вернулся в шатёр. Входить и садиться у очага, обложенного тлеющими жгутами травы, приходилось силой. Тело протестовало, лёгкие требовали чистого воздуха, голова была тяжёлой и мутило. Гарри выдохнул последний глоток чистого воздуха, сел, как Бык, скрестив ноги, и постарался совсем не дышать. Вскоре оказалось, что вдыхая совсем чуть-чуть и неглубоко, воздуха хватает, и голове стало как-то легче, и дым словно отступил. Бык, посмотрев, кивнул, и протянув крохотную чашу, сделанную из черепа, показал - "пей". В чаше оказалась мутная зеленоватая жидкость, с сильным запахом трав и земли, и Гарри проглотив её - вкус оказался ужасным - посмотрел зачем-то вверх, и сквозь дым увидел небо. Небо было звёздным, чёрным и очень большим, больше чем обычное небо, и когда Гарри раскинул крылья, чтобы взлететь и объять всё, что было под ним, небо разделилось, на несколько, и высшее небо стало недоступно, среднее не манило, а нижнее было слишком простым, и Гарри пришлось найти скалу на нижнем небе, сесть, обхватив сухое дерево на вершине скалы гибким хвостом, и задумчиво точить когти и клюв о камни, пока Солнце делало три оборота вокруг мира, и среднее небо набиралось его тепла, и начав цвести, привлекло Гарри, взлетевшего со скалы, и достигнув бесконечной степи, покрытой цветами, упасть в пахучие травы так сильно, что из земли неба брызнул сок, и забрызгал верхнее небо, и по следам крови земли среднего неба, Гарри смог взобраться, и накрыть крыльями верхнее небо, и стать там человеком.