Любовь пришла через страх

      На часах было около семи часов утра, когда, надев на себя эту отвратительную форму, я стояла на площадке у пансионата в сборище других девушек. Они все не внушали мне особого доверия. Думала, увижу поколение двадцать первого века, но вместо этого передо мной стояли старомодные высокомерные дамы. Некоторые из них шептались за моей спиной, но мне было плевать. Эти девушки были неприятны моему глазу. У многих были настолько острые черты лица, что они казались мне отвратительными. Их лица были грубыми. - Неопрятная, - произнесла одна из девушек, проходя мимо меня.       Господи, они, что, реально думают, что я испугаюсь этого шёпота за спиной и их неодобрительных взглядов? Тася всё время держалась рядом со мной. Мы не переговаривались, так как она сразу предупредила меня, что всегда стоит молчать. Одно неправильное слово и загрызут.       Вскоре моему взору предстали преподаватели, которые шли за директрисой. Профессор Гудман была просто очаровательна. Не знаю почему, но это молодая женщина запала мне в душу сразу же, как только повстречалась с ней. Наверное, только ради неё я должна остаться в этой школе. Не буду лукавить, ведь я до безумия люблю красивых леди. - Доброе утро, леди, - поздоровалась госпожа Флеминг, встав напротив нас, - Как всем нам известно, завтра суббота, а это значит, что многие получат увольнение. Но некоторые дамы наказаны, так что проведут этот день в своих комнатах.       Она стала называть фамилии девушек, которым предстоит провести выходной в четырёх стенах. Вы не поверите, но и я оказалась в их числе. - Мисс Знаменская, - посмотрев на меня своими холодными глазами, направилась ко мне, - Почему ваши волосы собраны в хвост? – подойдя она, дотронулась до моих тёмных волос, - Первый ваш урок будет всемирная литература и преподаю предмет я, так что соберите ваши волосы в тугую косу, иначе с вас будут сняты баллы. - Я что, монашка? – воскликнула я, - Почему должна скрывать свои прекрасные волосы? - усмехнулась, - Не хочу быть такой же старомодной, как и все вы.       На её лице не дрогнул ни один мускул. Она положила свою руку мне на плечо и, наклонившись к моему уху, прошептала: - Постыдитесь, леди. Ваша матушка сделала многое для того, чтобы такую невоспитанную барышню взяли в пансионат. Заплети волосы и вынь из ушей серьги, это не подобает правилам пансионата. Тут вам не перед кем красоваться. - Почему не перед кем? – спросила я, - Вон, сколько дам, - весело усмехнулась, - Даже вы, например, дама, и я не хочу выглядеть в ваших глазах так ужасно. - Никому из здешних леди не нравится ваш внешний вид, - призналась, - Будьте так добры, заплетите свои волосы в тугую косу и снимите серьги, - строго произнесла она, - Ослушаешься, будешь драить полы в моём кабинете весь год. - Достали, - шикнула и, скинув её руку со своего плеча, отошла. - Знаменская, - директриса грубо схватила меня за ворот, - Возьми расписание. - А я думала, вы меня убивать собрались, - пошутила, и, увидев, как не по-доброму сверкнули её глаза, умолкла и направилась искать класс литературы.       Класс находился в подземельях и внушал такой же ужас, как его владелица. В нём уже сидели девушки. Сев рядом с Тасей за последнюю парту, окинула всех взглядом. Эти девушки как роботы! Они не улыбаются, не разговаривают. Просто сидят и смотрят в стену. - Смелая ты, Александра, - сказала соседка, - Никто до тебя не смел так близко стоять к госпоже Флеминг, а та тебя даже обняла за плечи. - А смелость разве в этом заключается? - Конечно. Ведь твой вид ужасен. Юбка мятая, рубашка не застёгнута на все пуговицы, а бабочка и вовсе отсутствует. Волосы растрёпаны и в ушах серьги. - Знаешь, не вижу в этом ничего ужасного, - улыбнулась я, - В моей старой школе я носила джинсы и кроссовки, могла краситься и распускать волосы. А здесь я чувствую себя пленницей, которая должна следовать правилам. - Можно вопрос? – Тася отложив ручку, которую до этого крутила в пальцах, посмотрела на меня. - Конечно. - За два дня до твоего приезда госпожа директор рассказала, что тебя выгнали из школы за связь с учительницей. Это правда? - Господи, неужели она знает все подробности моей жизни? – воскликнула я, чем привлекла внимание рядом сидящих девушек, - Ложь. Просто строила ей глазки, чтобы она оценку мне повысила, а одноклассники распустили слухи. Против них не попрёшь, как говорится. - Здесь такое не пройдёт, - поспешила сказать Тася, - Даже не смей улыбаться преподавательницам, а то отлупят ремнём. - Что? Куда я попала, - опустив голову на парту, провозгласила я, - Толкни меня, когда эта фурия появится в классе. - Она уже здесь, - после этой фразы соседка стала внимательно смотреть на доску и я, решив поднять голову, увидела, что женщина внимательно смотрит на меня. - Выйди из класса, немедленно, - холодно приказала директриса. - Да что я сделала то? – непонимающе воскликнула я, - Я даже рта не открывала, чтобы как-то задеть вас. - Вы, мисс, задели меня своим внешним видом, - беря в руки учебник, она всё так же смотрела на меня, - Не поняли меня? - Знаете, уйду с превеликим удовольствием, - сказала я, и, улыбаясь, помахала девочкам, которые все как один смотрели на меня.       Волосы я всё-таки забрала в тугую косу и серьги сняла. Наверное, мне стоило бы извиниться, но я не знала, как мне сделать это. На втором уроке была высшая математика, на которой я была вся в работе. Всегда любила этот предмет, так что в будущем проблем с ним у меня не будет. А вот урок физкультуры, который был третьим, выбил меня из колеи. - Давай же, Александра, - торопила меня профессор Холидей, - Не задерживай остальных и прыгай в воду.       Я стояла на деревянной доске. Моё тело сковал страх, страх перед водой. Мне стыдно признаваться в подобном, но в свои шестнадцать, я очень боюсь плавать. - Мне правда не прыгнуть в воду, профессор, - произнесла я, и, дрожа, стала уходить с доски, - Простите, пожалуйста. - Раз так, тогда оббеги школу и возвращайся к нам. Должна же я тебе оценку за урок вывести, - сказала преподавательница сорока лет с очень милой улыбкой. - Прямо в купальнике бежать? – посмотрев на сплошной купальник чёрного цвета с большой буквой «А» на животе, засмущалась, - Я же голая почти. - А кто тебя здесь увидит-то? Беги, давай, трусишка.       Босиком бежать было, конечно, не очень приятно, но я хотела как можно быстрее закончить этот пробег и надеть на себя одежду. Меня трясло от холода, так как, я уже говорила, солнца здесь никогда нет. - Мисс, - донеслось до меня, и я, остановившись, поглядела по сторонам. Ко мне шла женщина, с копной белых волос, - Неужели мисс Холидей наказала вас в первый же день занятий? - Нет, что вы, - попыталась оправдаться я, - Просто бегать люблю, вот и всё. А вы кто? - Я Эрнест Келли, преподаватель астрономии и английского языка, - улыбнулась женщина, - А вы наша новая знаменитость. Довольно-таки много наслышана про вас. - Это хорошо или плохо? – спросила я. - Что? - Быть новой знаменитостью, - скрестив на груди руки, поёжилась от холода, - Здесь правда никогда не выходит солнце? - Мне нравятся такие девочки, как вы, мисс, - призналась женщина, - Которые не боятся высказывать своё мнение, и не будут молчать, и жевать всю обиду в себе. Правда, солнышко в нашем пансионате никогда не увидишь. Всё из-за гор. Я уже привыкла к его отсутствию, так что для меня это не проблема.       Может мне показалось, но на пару секунд её глаза стали красными, такими же, как прошлой ночью у госпожи Флеминг. - Мне уже пора, - сказала, - Всё-таки бегу на время. - Конечно. До встречи, Александра, - улыбнувшись, она, коснулась моего оголённого плеча. - До встречи.       Да что вообще творится в это школе? Все обитатели пансионата кажутся мне странными. Они как будто скрывают какую-то тайну, о которой я никогда не смогу узнать. Вечером, когда я спустилась на ужин, села рядом с Тасей. Она уплетала вторую тарелку картошки с курицей, а я никак не могла заставить запихнуть в рот хотя бы грош еды. Пахло совсем не аппетитно. - Почему не ешь? – спросила соседка, - Ты же не кушала со вчерашнего дня. - Не хочется, - взяв несколько конфет, ушла в свою комнату, провожаемая взглядами всех, кто находился в столовой. Наверное, я единственная, кто посмел встать из-за стола, когда преподаватели ещё трапезничают.       Как только я оказалась в комнате, зажгла свечи. Мне плохо в этом месте, оно действует на меня негативно. Я, можно сказать, срывала с себя это подобие одежды, и, оставшись в нижнем белье, залезла в кровать.       Взяв карандаш с прикроватной тумбочки и дневник, который лежал под подушкой, записав число, оставила запись: «Я люблю одиночество, но в последнее время мне хочется быть в кругу семьи, есть блины, приготовленные бабушкой, и любить свою семью».       Я уже засыпала, когда услышала, как в комнате открылась дверь. Слышала голос соседки, как та прощалась с директрисой. Они о чём-то разговаривали, но я уже не разбирала слов. А потом почувствовала, как женщина, подойдя к моей кровати, положила свою холодную руку мне на голову и нежно погладила. - Помоги Александре сделать завтра утром тугую косу, - попросила женщина и, пробежав длинными пальцами по моему лицу к подбородку, отстранилась, - Спите спокойно, дамы.