Перенос

Диппер очень сильно переживал, настолько, что взял за руку Люси и обернулся к ней с мольбой об успокоении. Девочка понимающе кивнула и произнесла: — Не переживай, если к Томми пускают посетителей просто так, значит не все так плохо… — Надеюсь на это. Постучавшись в индивидуальную палату, им разрешил войти тонкий голосок. Отворив дверь, они увидели его обладателя: худющий юноша на койке, к внутренней выемке руки была устремлена игла от капельницы. Взгляд был словно неживой, казалось, вот вот дух испустит. — Привет, Томми… — Диппер подошёл к нему, держа в руках торбу с различными вещами, которые помогли бы убить время: маленькая дощечка шахмат, книги, журналы. — Привет, — парень даже не показывал возмущения, ничего, хотя ранее просил Диппера не появляется в его жизни. — Выглядишь плохо, — не постеснялся сказать это в слух, улыбнувшись. — Ты тоже, — Томм улыбнулся, действительно так считая. Диппер был бледен, а его голос звучал тихо. — Я тебе принес вещей для досуга… Надеюсь, хоть немного скрасит твое пребывание здесь… — Я тоже принесла тебе кое-что, — Люси села прямо перед парнем и достала оттуда книгу. — Слышала, тебе нравится фэнтези… Я хотела, конечно, купить классическую вязку апельсинов, но побоялась…! — Это мило, — безэмоционально произносит и указывает на стол напротив. — Вам не стоило и вовсе меня проведывать, не то чтобы что-то приносить, но спасибо… — Ну, ты же болеешь, как это мы с пустыми руками-то… — девочка развела руки. — Вам что-то от меня определенно надо, меня пугает эта мысль… — Томми мотал зрачками то к Дипперу, то к Люси. — Я хотел действительно поинтересоваться, как ты, и… Не причастен ли к этому наш очень «любимый» психотерапевт… — говорил бегло, нервничал. — Нет, не причастен… — Фух… — Но он тоже меня проведал, к сожалению. Два дня назад. Эта новость вонзилась словно пуля в сознание Диппера. То, чего он боялся, таки свершилось.

***

Лежать в единичной палате было крайне скучно, но всяко лучше, будь там другие пациенты, что посягали бы на спокойствие Томми. Он время от времени почитывал газетки или книги, но в основном спал: от медикаментов клонило в сон. Его будили либо медсестры, либо мама, что приходила проведать. В этот раз он тоже спокойно открыл глаза, думая, что сейчас его ждёт либо очередной прием пищи или же море любви от родного человека. Но в этот раз его разбудил мужчина, в обширных красивых ретро одежках, зализанными волосами и страшной колобомой в глазу. Это сочетание свело юношу в панику, он резко задергался и хотел уже начать кричать, но не тут-то было: гость щёлкнул пальцами и у парня сразу же пропал голос, параллельно на руках появились наручники, что прикрепились к кровати. Они сияли голубым пламенем, таким же, что и у горла юноши, где распологались связки. — Тише, маленький, не паникуй… — улыбнулся. Эта улыбка наоборот заставила Томми ещё больше сойти с ума. — Я помогу тебе успокоиться. Билл направил указательный палец ко лбу юноши и тот закрыл свои глаза от страха. Через миг его тело расслабились, а сознание отменило всякую тревогу. Но чувствовать он не перестал. Раскрыв веки, он уже мог воспринять появление своего бывшего психотерапевта. Билл понял это и позволил парню говорить. — Вы всё-таки пришли убить меня, — он решил сразу озвучить свой страх. — Ну почему сразу убить? Может, я хотел проведать своего бывшего пациента, — Билл сел на табурет напротив и, положив ногу на ногу. — Не врите мне… — Выглядеть стал хуже, неужели никто не смог тебе помочь? — демонстративно проигнорировал реплику. — Вы ещё смеете мне такое говорить? — У меня ты, помню, набрал пару килограмм. Помнишь заварные пирожные Берты? — А толку, если все равно хотели моей смерти? — Мне нравилось тебя лечить, Томми, — выпрямился. — И насиловать вам меня тоже нравилось, — сквозь безэмоциональное лицо пошли слезы. — Мне было всего тринадцать… Я был ребенком… — Которого я хотел потом убить. Это гуманно, учитывая то, что тебе бы не пришлось далее существовать с травмами, но ты… решил жить, — Билл говорил все это, утаено, с улыбкой выжидая взрыва ненависти в свою сторону. — Ненавижу… — Ещё… — Подонок последний…! — Мог бы назвать меня ещё моральным уродом или клятым педофилом, это в топе в моем списке прозвищ, — Билл довольно вспоминал его. — Зачем?! Зачем вы пришли, ради бога, просто убейте меня, пожалуйста, я не выдержу… — мальчик хотел впасть в громкую истерику, но из-за магии мог лишь только тихо плакать. — Нет, маленький, сам справишься, — мужчина встал с табурета и направился к двери. Обернулся, щёлкнул пальцами и оковы спали мальчика. — В смысле… сам… — Ты не выйдешь отсюда живым, Томми. Твоя болезнь сама тебя в могилу сведёт через два месяца. Мне даже не придется марать руки, — от этой информации у юноши помутнел взгляд. — Прощай, Томми Лоренс.

***

В палате долгое время царила тишина. Томми не хотел говорить в принципе, а Диппер сидел и пытался переварить тот факт, что случилось необратимое. Было настолько тихо, что Люси ощутила себя неловко. — Я, наверное, пойду… Чувствую, вам надо побыть наедине. На это парни ей ничего не ответили, и она вышла под сплошное молчание. Только после этого Пайнс решился на вопрос: — И как? Томми вздыхает. Он не знает, как передать весь ужас, что прятался в репликах этого паршивца. — Никак. Он сказал, что умру через два месяца. Вот и все… — В смысле… Как? — В этой больнице. Я из нее живым не выйду. — Он будет к этому причастен? — Сказал, что «сам справлюсь». Странно слышать от врачей хорошие прогнозы, когда знаешь примерную дату своей смерти… — Билл может ошибаться… — Если бы была вероятность того, что я излечусь, он бы расправился со мной тогда… — Как ты? — А ты как думаешь? — Понятно… Я смогу к тебе ещё раз зайти? — Да. Если к тому времени тебя не убьют, конечно, — в последний момент кинул взгляд в сторону Диппера, чтобы уловить его эмоции. — Не убьет. Пока предпосылок нет, — спокойно отвечает и встаёт. — Прощай. Уже будучи дома, мальчик боялся пересекаться с опекуном, вздрагивая от воспоминания, как они оба в обнимку рыдали, не говоря ни слова. В ту ночь оба предпочли спать отдельно. Диппер боялся, что слезы его возлюбленного могут быть вызваны встречей с Томми. «Может ли быть, что встреча с Томми поменяла его планы насчёт меня? И он плакал вчера из-за этого?» — Пайнс считал, что так оно и есть. В какой-то момент голову зажали тиски, а в грудной клетке стало горячо — вновь плохо. Юноша всё-таки решается пойти к Биллу, так как не знает, что с ним и ему страшно. Постучавшись, мальчику разрешили войти. В кабинете случились изменения: много колбочек с зельями, банки с порошками и сушенными растениями, статуэтки всяких небывалых зверей, картины с демонами, полки наполнились книгами и папками с бумагами. У окна огромный стол, за которым в кресле уместился психотерапевт, с улыбкой пролистывающий фотоальбом. Встретившись с мальчиком взглядом, он подозвал его посмотреть. — Дорогой, почему тебя не было утром?.. — пошел первый вопрос. — Люси срочно попросила приехать, нужно было помочь с проектом по химии, сегодня сдача… — на ходу придумал. — Соврал, конечно же, но я не буду тебя донимать, — уголки губ приподнялись, Билл похлопал по стулу с мягкой оббивкой рядом. — Садись. Диппер выдохнул и сел рядышком. Карие глаза уставились на фотографии с плёночного фотоаппарата. Вот его смешная фотография, где он беспорядочно ест мороженное в ночь перед отъездом в город в Бойсе. Вторая фотография уже в этом городе, где мальчик выглядывает из окна Граньелы на местную улочку. Следующая, где они оба сидят в старом придорожном кафе, за барной стойкой: у Билла в руках пинта пива, у мальчика молочный коктейль, где на горке взбитых сливок была красивая вишенка. Вот ещё снимок, где они оба сидели в обнимку в беседке в саду. Они тогда жили в частном доме у одного из друзей Сайфера. Фотографий не так уж и много, но все были пронизаны атмосферой. Мальчик посмотрел на опекуна — тот с теплотой в лице смотрел в эту книгу воспоминаний. Взгляд его остановился на снимке, где он сам с серьезным лицом сидел за записником, а Диппер на табуретке напротив взмахивал руками, рассказывая невероятное. Билл много фотографировал исподтишка, что не нравилось Дипперу. Мелькали снимки спящего мальчика, иногда оголенного. Вот он лежит калачиком, запутавшись в одеяле. А вот, где он прикрывается рубашкой опекуна. Вот ещё, где он дурачится в ванной. По этой причине этот фотоальбом Диппер так и не показал Люси, далеко не семейный контент. — Так много чего произошло… — Диппер прокручивал свою жизнь. — Вот первая фотография в этом доме, — Билл развернул страницу, где был тот самый снимок с оленятами. — Ты здесь очень милый. — Я всегда милый, — мальчик опустил голову на плечо мужчине. — Временами ещё и вредный, — прикрыл фотоальбом и приобнял за талию мальчика. — Ты что-то хотел? — Мне плохо. Я не совсем хорошо себя чувствую… — Опять в груди горит? — Да… — Сейчас, я кое что для тебя достану… — Билл подвелся и подошёл к огромному книжному шкафу, забрался на специальную лесенку и достал к верхней полке с колбами. Достав округлый сосуд с изумрудной жидкостью, мужчина спустился, сел напротив и налил в крышку чайную ложку зелья и аккуратно передал в руки мальчику. Диппер даже не задавал вопросов, что это, как оно поможет, просто взял и одним взмахом выпил. Билл улыбнулся и поставил зелье на место. — Тебе должно полегчать. Да вот не полегчало. Зелье дало временный эффект всего на пару дней. За это время мальчик разыскивал временное царство, знакомился с другими жителями леса, проводил время с Сайфером и старался забыть все предостережения, которые говорило окружение психотерапевта. Да вот в одно утро пришлось вспомнить — мальчик не смог встать с кровати. Тогда Билл решил вызвать врача на дом, но как же удивился Диппер, когда вместо медицинского персонала к нему пришел… — Падре Актавиан? — мальчик испугался его, хоть мужчина и был миловидным, важный, с чемоданом, но мысль о том, что его будут лечить молитвами и иконами — пугала. — Здравствуй, Стивен. — Я вас ранее не знакомил, как-то не удалось вам пересечься, — начал объяснять Сайфер. — Стивен, это мой давний друг, вижу имя уже знаешь. У него есть медицинское образование, так что не беспокойся. — Да, правда, я без лицензии. Ну что, все у вас так плохо с законом, да? Боитесь в больницу идти? — священнику нравилось проговаривать провокационные факты, его друг, по сути, исполнил одну из самых желанных и рискованных идей с похищением. — Билл…? — Диппер испуганно смотрел на опекуна, тот лишь кивнул. — Сам знаешь, моего мальчика могут там опознать, — Билл сел рядом с ним и взял за руку. — Могу понять. Кстати, имя же не настоящее? — Конечно, нет, — улыбнулся. — Разве ты не помнишь недавние новости, что крутили СМИ? — Какие новости? — Про семью Пайнс, — с хитрой улыбкой, словно его заслуга. — Стой, дай подумать… Случайно не та семья, где все неожиданно пропали без вести? — Да. — Так… Ты Диппер Пайнс? — удивлённо произнес Актавиан, не пряча своего восторга от выходки друга. — Да, сэр… — Диппер испытывал мощный дискомфорт от того, что эти оба так просто вспоминают его семью. Ему больно. — Надо же, я то думаю, где лицо этого чудесного мальчика я мог видеть? — До вашего штата тоже дошло? — Да, конечно. О таком у нас не замалчивают, к счастью и сожалению для вас, — говорил Актавиан, протирая свои очки. Надев их, он открыл чемоданчик с медицинскими инструментами. — Что-ж, давай начнем элементарный осмотр, а дальше как будет. Проделав все возможные обследования, которые возможны в домашних условиях, мужчина сделал свои выводы. — Кашля не наблюдаю, воспалений тоже. Проблем с дыханием тоже нет, была ранее температура? — Нет, — робко отвечает. — Хорошо. Как насчёт икоты? Кислой отрыжки? — Нет, сэр. — Может быть ещё связано с мышечной болью, сосудистыми заболеваниями? — спросил Билл. — Может быть. Явных симптомов не наблюдаю у вас, далее только анализы сдавать.ЭКГ, рентгенография, анализы крови, ЭФГДС… — Мы не можем, — Билл состроил грустный облик. — Тогда, друг мой, пробуй своей народной медициной управляться. — Она не совсем для людей… — Некоторые вещи в твоём шкафу более действенные, чем в местных поликлиниках. Мальчик не так плох, я думаю, ты сам можешь с ним управиться. — Не особо выходит… — Диппер глубже окунулся под одеяло после этих слов. — На любое лечение нужно время, — священник улыбнулся. — Могу дать общие рекомендации. — Давай. — Нормализуйте питание и старайтесь меньше нервничать. Лучше будет. И ещё, если вдруг боль будет в левой стороне, в ключице, лопатке, давление скакать, вам без вариантов нужно будет обращаться в больницу. — До этого не дойдет, — Сайфер махнул рукой. — Пойдем, отблагодарю тебя. Выйдя вместе с Актавианом, они оставили мальчика одного. Рядом с Диппером был записник, через который он всегда мог связаться с опекуном в случае чего, вот только писать туда рука не поднималась. «Неужели он настолько боится, что нас рассекретят, что готов жертвовать моим здоровьем?.. Почему так грустно…» — от этого Дипперу стало хуже, теперь не только в области солнечного сплетения, но и в сердце. «Боже, боже, боже!!! Мне тревожно… Как же мне тревожно… — нервы на исходе. — Я хочу, чтоб он меня успокоил… Я не выношу…». Диппер вертелся в постели от негативного потока мыслей, до тех пор, пока психотерапевт не вернулся. — Дитё, успокойся! — тот зажал его запястья, чтобы юноша не вертелся. — Сейчас папа тебя вылечит… Ты только подожди меня. — Я не верю, что вы сможете меня вылечить! — на уголках глаз появились слезы. — А стоило бы, у тебя выбора нет. У меня есть зелье, исцеляющее человеческих детей, но мне потребуется некоторое время. — А что, если я сам пойду в нормальную больницу? — У тебя есть сомнения насчёт моей магии? — Был негативный опыт, — Диппер вспоминал, как плохо отразилось зелье на его матери. — Если бы регулярно использовал зелье, не было бы проблем. Сейчас же мы не повторим ошибок, да? —… Да… Не стоит повторять ошибок, — Диппер подуспокоился. — Доверься мне. Ты будешь здоровым. А сейчас могу дать тебе снова того элексира. Оно уберет на время боль. Диппер вновь чувствует себя хорошо, и в голове вновь подустаканилось. Когда Билл говорит с таким серьезным выражением, ему хочется верить. Пайнс не терял надежд на спокойное будущее с ним, ему хотелось все также быть в его объятиях и купаться в заботе, как всегда. И неважно, скольких он убил, обесчестил, сколько суммарно зла он натворил. Если по отношению к нему будет все хорошо, то мальчика это устраивало. Он ещё не осознавал, какими опилками наполнена его голова и как это не связывается. Тем не менее, у него созрел план, как спасти себя. У него появилась очень безумная мысль… — Мы должны скоро найти временное царство, — Диппер вел за собой Люси, которой было очень интересно слушать его небылицы. — Зачем тебе это? Что не прогулка, то мы идём в лес на поиски. — Если бы я помнил путь, куда меня вели феи, мы бы быстро нашли его. А так… — Так зачем? — Слушай… Хотя, попрошу заранее не осуждать. Изначально я хотел высвободить оттуда свою подругу Бэль, она во временной тюрьме. И хотел бы попросить ее мне снова помочь… Она умеет мотать время. Если бы она перенесла меня в прошлое, где я бы предотвратил встречу Билла и Томми… — Ого… Говоришь так, словно их встреча решила сейчас твою судьбу кардинально… — Так и есть, Люси. Я не могу вдаваться в подробности, боюсь, что Билл узнает как-то и может навредить тебе за знание… — Он на такое способен? — Да. У него много тайн, он очень осторожен. Я боюсь его из-за этого. — Мне что-то тоже стало не по себе… — Но ты не волнуйся! Все хорошо будет. Вот у меня есть изумруд, с его помощью меня впустят в царство. Также я недавно купил ещё один драгоценный камушек, думаю внести залог за Бэль. — Надо же, все продумал! — Ну так! — Кстати, о временном царстве. Я у папы выведала, где ещё могут быть обрывы в лесу, так что возможно сегодня его и найдем. Спустя полтора часа ходьбы по тернистым дорожкам, чащам, они выходят таки к обрыву. Выглядело крайне опасно, казалось, вот вот и он рухнет в пропасть. На краю мальчик заметил солнечные часы. Прищурив взгляд, он всё-таки решается подойти к краю, где была расположена эта каменная конструкция. Люси очень переживала, но всё-таки последовала за ним. Диппер ничего не понимал и решил начать фантазировать, что к чему. Обернувшись к солнцу, он встал к нему спиной, по направлению лучам. Как только мальчишка эта сделал, его глаза сразу же восприняли огненную арку временных врат. С них словно рекой стекали цифры, циферблаты, таймеры, в центре, на верхушке арки стояла громоздкие деревянные часы с кукушкой, что в ту же секунду выскочила из скворечника и начала куковать. Издав ку-ку три раза, птичка спряталась. Тогда Диппер вгляделся, что же за аркой, а там дивное плоское пространство, переливающейся множеством цветов, словно пятно бензина. Диппер подошёл туда и протянул руку в это пространство, но он было твердое, как стена. И вновь кукушка вылетела, на что Диппер удивился. — Что ты видишь, Стивен? — Врата. Они прямо передо мной… Сказочные. Вот только кукушка… А сейчас, дай сформулирую. Знаешь эти древние часы с кукушкой? — Да, знаю, на двенадцать всегда куковала! — Да, но сейчас же не двенадцать… И она прокуковала уже два раза. — А есть стражи? — В том то и дело, что нет… А врата закрыты. Кому изумруд то отдавать? — на это вопрос из скворечника вновь вылетела механическая птичка. — Может, кукушке? — Логично! — мальчик усмехнулся и положил аккуратно в маленький клюв изумруд. Пружинка сразу же затянула птичку обратно, а красочная навеса врат исчезла — появилось изображение внутри, вид на временной рынок. Диппер посмотрел на Люси и дал последние указания. — Если я вдруг начну неконтролируемо ходить, уведи меня подальше от обрыва. Если же отключусь… Через сорок минут позвони моему отцу и скажи где мы. — Хорошо! Я как раз хотела почитать свою книгу по литературе… — Спасибо тебе большое. Ты действительно хороший друг, — после этих слов мальчик сделал шаг вперёд. Пройдя огненную арку, Диппер вступил на землю, по которой ходили жители царства. Его сразу же сбила толпа воришек, что таскали с собой кнопки с «паузой», спереди же кричала пожилая белка: «Воры!!! Держите их!!!», на что Диппер опешил, закрутился от потока временных зверей. Там были не только Белки, но и другие существа с рогом. — Акция! Пять суток по цене одной! — Продаю паузы, берите паузы! Есть от минуты и до часу! — Лучшее устройство по переносу в прошлое! Ностальгия, берите для ностальгии! Проживите эмоции заново! Отовсюду слышались возгласы, торговцы стараются, а увидев мальчика из другого мира, пытались его ободрать. Но Диппер не обращал на них внимания, он пытался растормошиться и проложить путь. Но за него это сделала временная полиция, что гналась за воришками пауз, но увидя непрошеного гостя, они решили словить его. — Цель вашего визита во временное царство? — уже в отделении устроили допрос мальчику. — Освободить друга из заключения… — О ком идёт речь? — Временная белка Бэль. Я встретил ее в Пэлморе, полгода назад, тогда и приключилось неурядица со временем… — Понятно, — все сразу поняли о ком речь. — Ее срок итак скоро истечет, ей осталось отсидеть 5 дней. — Я могу как-то способствовать ее высвобождению? Я могу заплатить? У меня есть камень. — Нет, платите в конкретном случае вы временем своей жизни. Готовы отдать пять дней? — Готов, — Диппер даже и думать не стал — это мелочь. — Что-ж, оформим документы, это может занять некоторое время… — Перед тем, как начнем… Я хотел узнать, отличается ли время здесь и в моём мире? — Время здесь не считается. По сути, ты вернёшься в свой мир в тот же миг, как и вошёл. — Ну ничего себе… — Диппера это обрадовало. — Ну что ж… Бумажная волокита длилась долго, а извлечения пять дней жизни мальчика — интересно. Его поместили в капсулу, с такими же переливами, как и у врат Временного Царства. Это пространство за пару секунд высосала время мальчика, он ничего не ощутил и с ним ничего не произошло. Выйдя из капсулы, ему устроили встречу с Бэль. Увидя знакомую белку с красным кончиком на хвосте, Диппер сразу же взял ее на руки и начал обнимать, радуясь вместе с ней. Разговор был долгим и довольно-таки шепелявым, Бэль познакомила мальчика со своей семьёй, рассказала о своих буднях в клетке и как устроенно царство. Диппер радовался встрече с давним другом и ему было тяжело говорить о себе. Но белка выведала многое и все закончилось тем, что мальчик в смятении озвучивал свои предположения. —… я думал, что если Билл и Томми не пересекутся, то все будет хорошо, но… Уже не узнаю, они встретились, Бэль… — Ох… — сочувствующее. — Я думал, что ты или кто-то мне поможет отмотать время назад и предотвратить их встречу… — на это белка отрицательно помахала головой. — Нет, их встреча все равно произойдет в любом шлучае… И ишход один и тот же. Время я уже не промотаю, к шожалению. Но ты можешь попробовать кардинально изменить шобытия… — Кардинально? — Да. Ешли тебе от него грозит опашность, то просто беги от него. Прячься. Тем более, что он играет ш тобой в плохую игру. Он не даёт тебе никаких ошобенных лекарштв? — А это здесь причем… — То, што было с твоей мамой… Он может и ш тобой такое шделать. — Хочешь сказать… Я уже никак не смогу сделать так, чтобы мы были вместе? Как бы мне не хотелось? — Прошти, ешли обидела тебя… Я не могу знать точно. Просто предчувштвие говорит, что это невозможно. Твой пшихотерапевт далеко не проштой… — Я понял тебя… Что-ж, другого выхода нет. Попытавшись немного сменить тему разговора, Диппер прощается с белкой на позитивной ноте и возвращается домой, где его встречает лицо Люси полного непонимания. — А, так быстро? — она ничего не понимала. — Что? — Ты постоял с закрытыми глазами всего лишь секунду… — Вот классно, — Дипперу нравилось эта особенность времени. — Ты там был? — Очень долго!!! Я такое тебе сейчас расскажу! — рассказ был вначале весёлым, но чем ближе он двигался к заключению, тем грустные говорил Диппер. — Уезжаю я скоро, Люси.