Перенос

Дивное пространство, сложенное из цветастых лоскутков переливающиеся материи, окружало мальчика. Он чувствовал себя невесомо, словно он сейчас оказался в космическом корабле и вылетел за пределы гравитации земли. Тело словно пропало, он не чувствовал голода, зуда от комариных укусов, ему не надо было по нужде, ничего не ощущал. Но Диппер не волновался, это же сон, так ведь? «О, я в осознанном сне! Надо представить что-то хорошее.!» — он знал, что от напряжения мозгов случалось все точь-в-точь да наоборот, и сон превращался в кошмар. Он задумался о том, как встречает прадядю Форда. Он виделся с ним в детстве, когда гостил у Стэна и запомнил его хорошим человеком. А подарок в виде его личного дневника был очень ценным для Диппера. Юноша представлял, как его забирают, и все вновь кардинально меняется. С надеждой он фантазировал себе хорошую жизнь… Вот только сильно думать не стоит, от напряжения в голове, как уже говорилось ранее, у него начинаются кошмары. Вот главный монстр и объявился — мужчина, что полностью перечеркнул его жизнь. Он явился из воздуха, в красивом костюме тепло-пшеничного цвета, с немного взъерошенными волосами. Его глаз с колобомой, как много раз до этого, уставился на перепуганного мальчишку. На лице сразу улыбка, взгляд подобрел, видимо, Билл решил разрядить обстановку проявлением эмоций, но это лишь только заставило сжаться мальчика сильнее. — Это всего лишь сон, это всего лишь сон… — с паникой шептал Пайнс, стараясь лишний раз не открывать глаза. — Сосенка, это не сон, это уже конечная, — Билл подлетел к мальчику и щёлкнул пальцами прямо перед его лицом, чтобы тот очнулся. Он действительно встрепенулся, вместе с этим оглядываясь: вокруг начали образовываться стулья с мягкой обивкой, сияющий гранитный стол, много цветов и всяких яств. — Вы пришли убить меня или чаепитие устраивать?! — сказано было на взводе, он очень нервничал и не обращал внимание на пышную красоту, что материализовывалась повсеместно. — Нет, — отрицательно помахал головой. — Я пришел сюда просто поговорить с тобой. Захотелось немного разбавить пространство обычными вещами. — Мне не о чем с вами разговаривать! — очень агрессивно. — Я знал, что ты так ответишь. Что-ж… — мужчина взмахнул кистями, отчего мальчика охватили невидимые руки и усадили на парящий стул, после чего подлетел к столу, где летающий фарфоровый чайник с выпуклыми декоративными глазами наливал в такую же по дизайну чашку чай. — Вы этим меня не удивите, я же сейчас сплю! — Спишь?.. — мужчина очень жалостливо смотрел на мальчика. Думал, уведомить ли его? — А что ж ещё?.. На конечной, как вы сказали? Что это значит… — Ты уже мертв, Диппер. — Уже… — вновь потускнел. Он не верил, это же просто кошмар, да? Сейчас он доспит этот сон и проснется. «Я подыграю, словно поверю в это. Интересно, что он мне скажет?», — принял в своей голове решение мальчик. — Но как же так? — Я тоже удивился, я должен был зайти за тобой на пять дней позже… — Пять дней… Пять… — мальчик понял, что это дата приезда дяди. Что должно было случиться в тот день, что это изначальная дата его смерти? — Ты как-то грезил временным царством, ты, случайно, не расплачивался там временем? Мальчика кольнуло в нутро, он вспомнил, как его запихнули в капсулу и вытягивали из него те самые пять дней. Тремор. Кошмар перестает казаться таким нереальным… — Понятно… Что-ж, пять дней не так уж и много. Или я путаю по человеческим меркам? — Замолчите… — О, ты только сейчас поверил. Ладно, я подожду, времени много… Мечты о счастливом будущем разрушились в миг. Как много раз до этого, только сейчас, кажись, без возможности их восстановить и исполнить. От этого удушающий ком становился поперек горла, а на глазах образовывались слезы. Он так устал плакать… — Я скучал по твоему слезливому личику… Ты постоянно плакал, помню. Особенно вначале наших отношений, такой хрупкий, тебя, казалось, сломить легче простого… — говорил с воодушевлением под плачь мальчика. — Ну-ну, не надо плакать… Сейчас настанет самый важный момент для тебя, тебе бы глаза протереть, — мужчина взмахом указательного пальца, с помощью магии, направил на него носовой платочек, точно такой же, как при их первой встрече — белый и хлопковый. Юноша вытер им свои слезы и послушно уставился на своего мучителя. Делать нечего. — Вы разве не злитесь на меня? — На что злиться? — Действительно, уже не на что, вы итак отомстили сполна… — Это не месть, отнюдь. Так должно было случиться, уж прости… — Вы мне хотя бы расскажите в чем дело? Зачем вы убиваете людей? Для чего ищете всех нас… — Это пространство и время я выделил как раз для того, чтобы рассказать тебе свою историю. Ты мне полюбился, честно скажу, отчего-то меня распирало от мысли все тебе рассказать… — на его лице улыбка и воодушевление, что явно не отзывались в Диппере. Мужчина стал чуточку серьезнее и продолжил. — Начнем с первого вопроса, кто же я? Ты часто акцентировал, что я не из мира сего, хо-хо, это так. — Ну и кто? — Я не человек, уж точно. Я — злая сущность в вашем понимании, и, наверное, сейчас прозвучит смешно и несуразно, но я — демон разума. —… вы несёте чушь… — Диппер широко раскрыл глаза. — Я бы сам себе так сказал, будь по твою сторону, уж явно я не похож на демона, да? Проблема кроется в этом. Скажи спасибо своему прадяде Форду, он спонсор этого веселья! И тут началась долгая история, которую Диппер слушал, раскрывая рот. В голове находились объяснения. Билл поведал, как лет тридцать назад его призвал Стенфорд Пайнс, чтобы заключить сделку. Стенфорд был ученным экспериментатором, что знал мальчик, но то, что все дело его жизни заключалось в разработке портала в другие мира, он не подозревал. Билл подчеркнул, что человеческому разуму было неподвластно такое изобрести и без магии тут не обошлось. — Ты думаешь, куда бесследно исчез твой прадядя? Ха-ха, у нас получилось. Он первый человек, побывавший в других измерениях. Но не все так гладко было в их истории. Билл до конца не обозначил сумму расплаты за соучастие, попросту обманул ученого. Теперь он мог требовать все что угодно, Форд был на его «привязи» Одной из прихотей демона было вселиться в человеческое тело и ощутить, что из себя представляет трехмерность, и в целом — плоть. Его желание было исполнено, тело подыскали — среднестатистический молодой мужчина, работающий психотерапевтом. — Звали его Билл Меплвуд, даже имена сходились, иронично, да? Он даже подходил мне внешне, глядя на него, я сразу понимал, будь я человеком, то обладал именно такой оболочкой. Но перед тем, как заселиться в его тело… Билл решил себя обезопасить и, чтобы это не было «скучно» (демон часто акцентировал на веселье, праздности, забавности, это была его основная мотивация), он решил связать себя с другими людьми. Демон заточил свои силы в них. Это были сорок детей, примерно одного возраста и все они увидели в детстве сказку, как их забирает незнакомец в костюме с фардами, шляпой-цилиндром и тростью. Это был их отличительный знак — они до ужаса боялись этих атрибутов. Оттого Билл разгуливал в таких странных нарядах, усмехаясь, что сказка превращается в реальность. — Почему именно дети? — Времени себе тем самым я выбил больше. — Времени для чего? — Слушай дальше. Приключилось то, чего и ожидал Сайфер — Форд пошел против него. Будучи в человеческом теле, демон был очень уязвим, что знал ученый и хотел ему навредить. Он изобрел оружие, стирающее память, тем самым хотел уничтожить злую сущность. — Знаешь, что уморительно? Это приспособление я сломал моментально, и дядю твоего отправил в свободный полет в другие измерения. Что ещё оставалось, идти да веселиться, вот только я не брал во внимание хрупкость человеческого тела. Памяти я частично лишился, упав с лестницы и очень хорошо получив по голове. Диппер в этот момент усмехнулся, брови взлетели от этой иронии, под конец он помахал головой, передавая эмоцию «умереть не встать». Билл тоже взмахнул руками, подчёркивая тупость ситуации, поддерживая мальчика в этом. — Таким образом я позабыл, кто я. Единственное что — имя было записано в моем записнике, меня долго пытались переубедить, что «Сайфер» не моя фамилия, но я был упертым и никому не верил. Пришлось заново учиться существовать, в роли человека, выискивая подсказки кто я и откуда. — Так вот почему вы спрашивали меня обо всем и вели все эти дневники, списки… Вот почему… — для Диппера раскрылась новая тайна. Некоторая дотошность в вопросах от тогда ещё психотерапевта, казались ему необоснованными. Какая разница, какого роста гном и какой голосок у фей? Как поможет это терапии? Теперь дошло, что цель изначально была другая. — В тебе, как и у остальных тридцати девяти, была заточена моя сила, следовательно ты был связан с моим измерением и мог его видеть. — Через мои рассказы вы вспоминали… — Так точно. То, что я являлся психотерапевтом, было очень кстати, правда, обучаться профессиональному общению с людьми все равно пришлось, много мороки, зато как все складывалось! У этих детей были проблемы, они сами ко мне приходили на лечение, я узнавал про свое измерение и тем самым память понемногу восстанавливалась. — Зачем вы убивали их… Меня… — Диппер находил бессмысленным озвучивать насколько же Билл жестоко распорядился жизнями людей только ради забавы. — Только так я мог вернуть себе силу. — Ладно… Ладно. Хорошо. Допустим, — мальчик переваривал. — Так… — он был возмущен, что замечал Сайфер и улыбался. — Объясните тогда, в чем суть ваших сексуальных отношений с нами? Вам было мало того, что вы превратили нашу жизнь в ад, так ещё хотели разнообразить очередными травмами? — Проблема оболочки. Сексуальные предпочтения свелись к девиациям, Билл Меплвуд был изначально психологически болен. — И вы просто шли на поводу у тела? — А почему нет? Я ничего не терял, понятия как стыд и совесть мне чужды. — Оно и видно… И все то, что было между нами, — наивный взгляд с множественными бликами от недавних слез уставился прямо на мужчину. — Все то человеческое, в том числе и любовь, что ты во мне увидел, это магия. Благодаря ритуалу я мог чувствовать и действовать соответственно. Иначе ты бы со мной и дня не выдержал. — Все это было ложью… Изначально. Ничего не было. Я не особенный и ваша история… — Насчёт особенного я бы поспорил, — Билл его перебил. — Ты выделялся из всех, не только тем, что был родственником Стэнфорда, хо-хо, да, это тоже конечно сыграло роль… Но и тем, что ты обладал чувствами ко мне. Могу сказать только тебе спасибо, я смог побыть в состоянии влюбленного человека и распробовать обычную рутину, что так вам нравится. Скука смертная, но тогда мне было хорошо. — Скажите, а был шанс, что все так и продолжилось бы? Мы бы так и остались жить в Пэлморе, вместе… Мне кажется, был переломный момент, — Диппер вспомнил о Томми. — Ты это почувствовал? Удивительно. Да, было такое. Память была практически восстановлена, но мысль, что я покину эту жизненную тропу и все нажитое будет ни к чему… Чрезмерная сентиментальность от ритуала и все, я принимаю глупое решение прекратить. Пару месяцев в Пэлморе я даже не пытался искать остальных пациентов, как помнишь. — Но вы встретили Томаса и решили идти до конца, так ведь? — Да, ты прав. Он был предпоследним. — Я — завершающий… — мальчик прокручивал в голове другой исход, все было таким сюрреалистичным. — Что-ж, теперь ты все знаешь… — Нет, не все… Что будет дальше? — У меня к тебе есть предложение… Я сейчас тебя кое-куда отведу, а потом ты примешь решение, — мужчина взмахнул рукой и все предметы вокруг исчезли и мальчик вновь просто повис в пространстве. Замельтешив от неожиданности, он резко остановился по щелчку пальцев, после которого перед ними образовалась маленькая черная пирамида, размером с тенистый пластмассовый мячик. Она приземлилась на ладонь мужчине, второй рукой он аккуратно отворил дверцу, что принимала треугольную форму. Билл перевел свой взгляд на мальчика, у которого был настолько растерянный вид, что создавалось впечатление, словно он так сильно сломлен, что неспособен думать и принимать решения. Но это было не так, что понял демон, когда протянул ему руку. Диппер отказался, отрицательно поматав головой. — Ну же, дай себе хотя бы возможность узнать, из чего выбирать. Если не возьмёшь меня за руку, то мы туда не попадем. — Вы меня обманете… Я знаю. Ничего хорошего из этого не получится. — А ты знаешь, какая участь тебя ждёт, если не пойдешь со мной? Мальчик поник, он не знал что ему ответить. Была бы возможность убежать из этого пространства, спрятаться, он бы это сделал, но дороги назад нет… — Ничего. Тебя ждёт абсолютное ничего. Ты так хочешь попрощаться с собой? В горле ком, Диппера это пугало. Как бы не было все плохо, внутри работал механизм, что вызывал страх конца. — Я могу дать тебе возможность существовать дальше, дай мне шанс… — вновь протянутая рука. Мальчишка тянет свою ладонь в ответ, но под конец вновь передумывает и хочет отдалиться, но мужчина быстро хватает его за руку и также молниеносно их засасывает в эту маленькую пирамиду. Раскрывает юноша глаза уже будучи в теплой, накрахмаленной постели. Вдыхает — запах древесины, хвои, ему приятно дышать. Оглядывается — холодные по цвету стены, белая винтажная мебель, везде его вещи, — это комната в Пэлморе. За окном резвился котик во дворе, солнце дарило тепло и цвели фруктовые деревья, все было настолько идеальным, что у мальчика проскочила мысль — постанова, мираж. Диппер протирает глаза, замечает на себе красивую пижаму в полоску, не ту, что ему выдали в детском доме. Его ноги опускаются на знакомый деревянный пол, он идёт по коридору, вспоминая все. Сердце колотилось. Как обычно, из кухни доносилось старое радио. Зайдя туда, он видит Билла в красивой одежде — в рубахе с пышными рукавами, внизу — черные классические брюки. Мужчина, как и раньше, курил у раскрытого окна, после чего перевел на него взгляд. — О, проснулся. Как тебе? — Не знаю, что чувствовать… — Пошли, выйдем. Он выводит мальчика в сад, так как юноша очень любил проводить там время. Плетённые кресла, столик, рядом был импровизированный пруд, где красиво разбросали камни разных пород. Диппера пробивают теплые чувства и воспоминания, как ему было хорошо здесь с мистером Сайфером. С другой стороны, отбелить его репутацию в своей голове уже не получится. — Я создал копию вашей вселенной, только поменьше. Здесь есть все твои друзья и близкие. Твоя подруга Люси, работник отеля Вивьен, Лия… Они предоставлены тебе. — Но это же подделки, по сути… — Ты не отличишь. Я предлагаю твоему сознанию прожить ту самую жизнь, которую ты хотел. Время здесь течет также, ты будешь жить, осознавать, чувствовать счастье и горе, взрослеть… как обычно, постареешь… Это моя благодарность тебе. — Но если я не представляю жизни с вами, или в этом доме? — Твое право, ты можешь делать здесь все, что тебе захочется. Хочешь, езжай снова в Пьемонт. — А моя семья… — Они здесь. Ты можешь их увидеть. Я потому и настаивал тебе рассмотреть этот вариант. — Но я же все равно не буду счастлив, так как знаю, что это все создано вами и все не настоящее… Я не вижу в этом смысла… Я учахну здесь. — Я могу стереть тебе эти воспоминания. Да, это будет обман. Но ты будешь чувствовать счастье и покой, ровно столько, сколько тебе было отведено без моего вмешательства в твою жизнь… Понимаешь? — Понимаю… и одновременно с этим не понимаю… — Ты всегда сможешь отказаться. Только скажи мне и я покончу с тобой. Это будет быстро. — Да? — Да. Ещё раз, ты мне действительно полюбился, — мужчина положил ладони на щеки мальчика, отчего они сразу же покраснели. — Может даже буду заходить к тебе в гости на самом деле, кто знает… — Мне нужно подумать… — Диппер убрал руки со своего лица и отвернулся. — Я уже знаю твой выбор наперед, деревце, — мужчина вновь заставил его обернуться к себе. Юноша был красный от чувств и крайне растерян. На глазах блестела пелена слез от противоречий в голове. Билл подмечает, что человеческая влюбленность удивительная вещь, несмотря на все пережитое, юноша не равнодушен к нему. Ухмыльнувшись, мужчина целенаправленно наклоняется к нему и примыкает к устам. Диппер вначале не понял, что происходит, почему Билл заключает с ним поцелуй. Но ощутив ту самую лёгкость в области лба и характерное сияние, к нему доходит, что ему уже стирают память. Он ответил на поцелуй, ощущая, как его собственные слезы стекали по щекам. Он согласился. Внутри буйство чувств, и воспоминания, как он ощущал эти губы много раз до этого — вечно холодные, тонкие, но не шершавые, а нежные. Вместе с этим в голове вспышками начали появляться воспоминания, одно за другим, некоторые отпадали окончательно, что-то оставалось на месте. Но кое-что не до конца чисто, начали появляться новые воспоминания и замещать удаленные. Дипперу уже все равно, что с ним будет. От этого конец не перестанет быть концом. Закончив, мужчина отдаляется и смотрит в большие карие глаза, с которых сочилась та самая наивность и влюбленность. Для мальчика все вернулось вспять, где он не познал смерть сестры, он все также недолюбливает маму, но считает ее живой, а мистер Сайфер — добрый лечащий врач, что отвечает на его чувства взаимно и забирает к себе на каникулы в Пэлмор. Все настолько благоприятно, что мальчик сразу же бросается его обнимать. — Билл, вы опять уезжаете по делам в Берлингтон и меня оставляете? — вдруг выдает мальчишка. — Оу, — Билл сам немного удивился, но догадался, что мальчик так решил из-за его парадного вида. — Не бойся, дитё, я быстро вернусь. Я не надолго, — он гладит мальчика по завиткам, тот охотно подставляется под руку. — Вижу, Люси тебя ждёт, или мне кажется? — на эту реплику мальчик оборачивается и видит русоволосую девочку с косами, в красном платье, что стоит у двери и нажимает на звонок. — Ой, и вправду! Я побежал, хорошего вам дня! — Хе-хе, и тебе, мой мальчик! Стоило Дипперу обернуться, как мужчина испарился. Подбежав к девочке, они заключили объятия, но Люси была какая-то взвинченная, что заметил Диппер. — Что-то не так, Люси? — Мистер Сайфер просто взял и исчез… Как в фильмах…! — Да?.. — Диппер не особо удивился. —Не видел. Пошли гулять!

***

Фортепианная музыка Билла Эванса лилась из-под рук пианиста на сцене, в маленьком, приватном ресторане. За огромным ленточным окном раскрывался вид на ночной город, что мерцал сотнями огоньков. За одним из столиком, около этого шикарного вида расположились люди, всем на вид лет под сорок. Статные, дорогие наряды, говорили о высоком. В центре стола сидел златовласый мужчина, покуривая сигару, он самодовольно слушал вопрос своей приятельницы справа от него. — И что вы сделали дальше, Билл? — задала вопрос брюнетка с красными губами, ранее известная как миссис Беверли. — Я запер его в выдуманной вселенной, он буквально здесь, — в руках материализовалась маленькая пирамида, которую он начал перекатывать меж пальцами. Сайфер с ней игрался, словно с игрушкой. — Всё-таки мальчик был очаровательным! — очень задорно отозвалась другая женщина, что любила меха животных, это видно по ее меховому брелоку на сумочке. — Такой милый, вы его всё-таки любите? — Стью, тебе лишь бы романтизировать… — Тогда зачем вы запечатали его сознание, Билл? — задал вопрос уже мистер Хеленберг. — Стэнфорд Пайнс вернулся, — на этой реплике все заулыбались. — То, что сознание мальчика здесь, прямо в моих руках, в этой маленькой пирамидке, создаёт ложное чувство, что его можно еще спасти. После этой реплики Билл оставил сигару в пепельницу, с довольной улыбкой осознавая в своей голове:

Это ещё не конец