Ревизор по-хеталийски

      Солнышко дарило всем лучи добра. Всем. Кроме Альфреда.       Мало того, что Обама ответил взаимностью, так ещё и этот ДядиВасинский коктейль зашёл на «ура». Жуть полная. Что уж тут говорить о недавно образовавшейся секте Почитателей Носков Трампа, предводитель которой упорно бегает за Джонсом, как Беларусь за Россией, и уговаривает вступить. Даже носки новые подарить обещал. Новые носки, это, несомненно, шикарно. Альфред уже подумывал о том, чтобы присоединиться. Нет, серьёзно. Может, хоть что-то хорошее в этой жизни произойдёт.       Так вот, о чём это я. Джонс, старательно избегаемый лучами солнышка, стоял в аэропорту Домодедово. За день, прошедший после пьянки, горе — реформатор успел слетать из Москвы в Нью-Йорк, дабы поглядеть на эту несчастную статую, из Нью-Йорка в Вашингтон, ибо ярости правительства не было предела, из Вашингтона к Обаме, от Обамы в Макдональдс, из Макдональдса опять в Нью-Йорк… Или в Вашингтон? Голова не только ещё не отошла от вчерашнего и жутко болела, но и гудела от усталости, а живот крутило из-за гамбургера с сушёной воблой. Нет, ну кто мог до такого додуматься, а?!       Проклиная создателя сего кулинарного «шедевра», Альфред снова сел на унитаз. После покрытия повара отборным американским матом небоскрёбной высоты, к Джонсу — таки пришло осознание того, что сию оригинальную концепцию по пьяни сотворил он сам. Солнышко где-то вдали зло похихикивало.       Что же наш герой забыл в Российском аэропорту?       Просто на днях (а, точнее, поздней ночью) он, представившись руководителем федеральной службы по надзору в сфере образования и науки, потребовал срочного исследования системы обучения в российских школах. Каким чудом ему там поверили и дали согласие на эту проверку, для всех остаётся тайной, окутанной мраком. Наивный Альфред и не подозревал, как его прокляли все ученики, которым, как снег на голову, свалилась такая радость. Да ещё как прокляли! Самые сильные экстрасенсы кажутся одуванчиками, излучающими сияние добра и позитива, по сравнению с опечаленной и озлобленной школотой. Даже Англия со своим чайком и единорогами на их фоне выглядит, как дилетант, ибо и там, в Лондоне, прекрасно чувствовалась концентрированно чёрная аура, исходящая от ребятишек.       Вот, собственно, в этом и заключалась причина прибытия Альфреда в Москву. Сегодня он — ревизор, а сопровождать его обязан Брагинский. Который, к слову, опаздывает. «Ведь должен же был встретить, колхозник! Заставляет героя ждать!» — мысленно возмущался Джонс, выходя из туалета и садясь на лавочку около здания аэропорта.       «Колхозник» явился через час и, со словами: «Как я быстро сюда добрался! Почти без пробок! Да ты, наверное, изголодался, горемычный?» протянул Альфреду шаурму.  — Да ты кушай, не волнуйся! — Сказал Иван в ответ на брезгливую улыбочку Джонса. — Она очень свежая, ты только послушай!       Альфред уставился на Брагинского с явным недоумением во взгляде.  — Послушать шаурму?! Да ты совсем больной! — К этому Америку явно жизнь не готовила. Решив не рисковать, ибо был легко возможен такой поворот событий, что жизнь на этом не только свои уроки кончит, но и кончится сама — аура вокруг Вани начала сгущаться и окрашиваться в лиловый — Альфред-таки приложил шаурму к уху.  — Слышишь? — Радостно изрёк Иван.  — Что, по-твоему, я должен услышать? — Спросил Аме, откусывая кусок.  — Странно… Вроде бы кошка была настолько свежая, что ещё мяукала…       Альфреду внезапно поплохело.       Из шаурмы раздался мявк.       Альфреду поплохело настолько, что до такси Брагинский тащил его… Нет, не на руках, как вы могли о таком подумать, а удобненько схватив за шиворот куртки.       Вода в голове Джонса булькала, слегка задевая ниточку, что держала уши. Ваня доедал вполне съедобную шаурму и загадочно улыбался.

***

      Когда несчастный ревизор очнулся, то обнаружил плотную повязку у себя на глазах. Бурную реакцию не надо было долго ждать. — Чёртов Брагинский! Проклятый колхоз, да чтоб ты сдох в страшных мучениях, подавившись своей палёной водкой! Да ты — не просто мировое зло, ты! Ты!!!!!!! Похитить героя, отравив его — как это низко! Ну ничего, я на то и герой, чтобы расправиться с тобой!!! Получааай!       Альфред со всей силой ударил в неизвестном даже ему самому направлении. Порвалась бумага. Повязка упала с глаз. Перед ним со счастливой физиономией сидел Иван. Он держал в руках карту Российской Федерации, нехило порванную в одном месте.  — Ну что, Фёдор… О! Иванович, вот туда мы с вами сейчас и отправимся! Подготовьтесь, господин ревизор, дорога предстоит дооолгая…       Новоиспечённого Фёдора в который раз осветила дружелюбная и жизнерадостная русская лыба.