Петь, не видя нот

Спустя четыре дня, за которые Тикки и Плагг успели раз пять тщательно все обсудить с Маринетт, позвонила Жозефина. Когда Тикки убрала телефон от уха, бледная Маринетт, прекрасно слышавшая их разговор, только подтверждая уже и так ясное, спросила: — Что, уже? Тикки кивнула. Маринетт, хотя и не видела этого жеста, больше не спрашивала.

***

Встречу назначили на три часа дня. Тикки проснулась в девять утра, хотя будильник не ставила и в любое другое время проспала бы ещё часа три. По виду Маринетт можно было сказать только то, что она не спала вообще. За завтраком они перекинулись парой вялых фраз. Тикки одновременно хотелось и молчать как можно дольше, и как можно подробнее поговорить с Маринетт обо всем ещё раз, начиная от самого дуэта, и заканчивая цветом её помады на будущем выступлении. За утренними процедурами, делающимися сегодня особенно долго и неохотно, прошло около полутора часа. — Тикки… — высушивая помытые волосы, позвала Маринетт. — Скажи, кто будет присутствовать на этой… ммм… встрече? Тикки, только вышедшая из душа, бросила полотенце на диван и достала фен. — Адриан, Плагг, Жозефина, Роза. Знаешь её? Маринетт постучала пальцем по подбородку, вспоминая каждого из названных. — Я знаю только одну Розу. Она училась с нами в коллеже, и что-то подсказывает, что это не она. — Верно подсказывает. Подруга Адриана… Просто подруга, как я смогла понять, — заметив оговорку, сразу же поправилась Тикки. — Сама по себе актриса, когда-то снималась вместе с ним… Вроде все. — Перед глазами встала картина того, как Роза начала себя вести, стоило Тикки переступить порог комнаты. Девушка с усмешкой добавила: — И да, если она с порога кинется тебе в ноги, как обезумевшая фанатка, не пугайся. Маринетт понимающе покачала головой, отчего несколько капелек воды с мокрых волос полетели в разные стороны. — Все так серьёзно? — Не представляешь, — хихикнула Тикки. — Когда мы встречались в воскресенье, она буквально засыпала меня вопросами! Но… — Тикки оборвала себя, понимая, к какой теме пришла. — Не знаю, нужно ли это тебе знать… Короче, пришлось рассказать ей о твоих родителях. Тикки ожидала по крайней мере банального удивления. По большей — истерики. Но нет, Маринетт абсолютно спокойно поправила ещё влажные волосы и пожала плечами. — Я знаю. — Откуда? — вырвалось у Тикки. Маринетт пожала плечами. — Я общаюсь не только с тобой. Плагг тоже знает мой номер телефона. Тикки хлопнула себя ладонью по лбу. «Я не знаю, как отреагирует на это она!». Похоже, сам захотел узнать. Хоть бы предупредил! — Хорошо, ты сейчас посиди тут. Мне нужно позвонить Хлое. Не просто же так она просила говорить ей обо всех важных событиях! После десятиминутных разборок «почему ты не сказала, что вы сегодня туда едете, я бы хоть машину вам прислала, неужели незаконченное дело можно считать и правда добрым?», Тикки со спокойной совестью отправилась обратно к Маринетт. Времени ещё достаточно, можно немного просто поболтать.

***

Маринетт протянула руки вперёд, ожидая ощутить мягкую ткань толстовки. Но нет, Тикки дала ей какую-то другую, более шелковистую на ощупь вещь. — Что это? Тикки усмехнулась. — Блузка, сшитая по твоему собственному эскизу. Даже не представляешь, как в ателье хвалили такой набросок! Маринетт крепче сжала в руках ткань. — Тикки, ты чудо! — Я знаю, — как само собой разумеющееся подтвердила девушка. — Давай ты уже будешь одеваться, а то осталось всего два часа. Маринетт активно закивала. Мысленно она перебирала все те эскизы, которые сделала, будучи школьницей. Как ни старалась, она не смогла вспомнить чего-то подходящего, поэтому списала все на «наверное, забыла». Блузка оказалась с рукавом три четверти и круглым вырезом. Отлично. Если сильно напрячь воображение, то можно было представить себе, что на ней белая футболка с круглым вырезом и пиджак с точно такими же рукавами. — Ты все? — спросила наверняка уже собранная Тикки. — Причёска и макияж. — Конечно, как можно забыть про это? — Маринетт плюхнулась на кресло и откинула все волосы на спину. — Только маску не рисуй. Не хочу. Тикки вздохнула. — Я и не собиралась.

***

Тикки, Маринетт и Плагг подходили к дверям ресторана. По иронии судьбы Жозефина выкупила здание для встречи именно напротив студии звукозаписи «Тысяча голосов». Она объяснила, что «лишние глаза нам не нужны, а подобную услугу так быстро предоставили только там». Она смогла найти какую-то песню за сутки, но не смогла найти ресторан за четыре дня? Странная. Тикки толкнула дверь, пропуская Плагга и вцепившуюся в него Маринетт вперёд. Звякнул колокольчик, отчего Дюпен-Чен вздрогнула. Маринетт уже перестала бояться резких сигналов машин, а тут дрожит от звона колокольчика. — Здравствуйте, извините, сегодня наше кафе закрыто для посетителей. Приходите позже, мы всегда рады… — отрапортовал явно заученную речь официант в строгом чёрном костюме. — Мы те люди, для которых это кафе заказали на сегодня. Плагг снял с Маринетт куртку и повесил на вешалку рядом с пальто Тикки. — Плагг Ариас, верно? — спросил официант, разглядывая парня. Тот кивнул. — Тогда проходите. Месье Агрест ещё не пришёл, так что вам нужно будет подождать. Занимайте любой столик. Ваши спутницы могут подойти к тому зеркалу, если требуется. Тикки проследила за его взглядом, который изучал лицо Маринетт. Та, старательно делая вид, что поправляет прическу, закрывала прядью волос часть лица. — Нет, спасибо, — вежливо отказалась Тикки и быстро осмотрела немаленькое помещение. Оно было оформлено в бело-золотой цветовой гамме. Столики, видимо, из натурального дерева, были выстроены возле окон. Посередине стояла красивая витрина с различными блюдами на маленьких тарелочках. — Пойдёмте туда, — Тикки потянула друзей в сторону самого дальнего столика. Возле него стояло восемь стульев с мягкими подушками на сиденьях. На столе лежало красиво украшенное меню. Тикки дотронулась до стола. Настоящий. Не иллюзия. — Садитесь, чего стоите? — уже усевшийся возле угла Плагг посмотрел на них. — Если Жозефина что-то делает, то только на высшем уровне. Она бы и ещё что-нибудь подороже нашла, но видимо не успела. Тикки, зыркнув на глядящих на них официанток, взяла оробевшую Маринетт за руку и подвела к стулу возле окна. Девушка молча села и опустила голову. Незнающему человеку могло бы показаться, что она рассматривает пол и ткань собственной одежды. — Не хотите ли чего-нибудь? Все оплачено, — услужливо спросил возникший из ниоткуда официант. — Можно воды? — тихо попросила Маринетт. — И все? Может, какого-нибудь более… изящного напитка? В нашем меню есть различные коктейли, соки… — не унимался официант. — Если она сказала, что воды, значит воды, — нервно прервал его Плагг. Тикки вдруг подумала, что со стороны они выглядят так, как будто Плагг не её парень, а как раз таки Маринетт. Смешно. Ха-ха. — А вы, мадемуазель? — обращаясь уже к Тикки, продолжил официант. — Чего-нибудь желаете? — Нет, спасибо, — прервала его Тикки, отворачиваясь к окну. — Вам… — продолжил допытываться официант уже у Плагга. — Ничего. Тикки поймала себя на мысли о том, все ли официанты такие? Может, это входит в их обязанности? А ещё она подумала о том, что тут наверняка принято оставлять огромные чаевые. Следующие три минуты прошли в молчании. Говорить было о чем, но вот желания… Звякнул колокольчик. Тикки, как ужаленная, подскочила со своего места и рванула к двери. Оттуда уже слышались причитания Розы насчёт неизвестных Тикки людей. Адриан, как и подобает джентльмену, помогал снять пальто Жозефине. Та, в свою очередь, уже успела заметить Тикки и быстрым шагом направилась к ней. — Вот текст, — вместо приветствия ей в руки сунули несколько листов бумаги. Адриан мягко улыбнулся и поприветствовал её. Роза, казалось, привстала на цыпочки, чтобы разглядеть, где же находится ЛедиБаг. Но пройти дальше не решалась. Тикки посмотрела на текст. — Miraculous? — прочла название девушка и тут же подняла взгляд на Жозефину и Адриана. — Чудо, если не ошибаюсь? — Не ошибаешься, — подтвердил Агрест. Весь текст был на английском. Тикки тысячу раз отругала себя за то, что плохо учила этот язык в школе. Вот, вернулось ей бумерангом! Понимая только отдельные слова и фразы, Тикки дочитала до конца. — Я, конечно, не переводчик… Но, по-моему, неплохо, — она тепло улыбнулась и убрала бумагу от лица. — Это отлично! Теперь, может быть, пройдём дальше? — ненавязчиво намекнула Роза. — Точно, конечно, вас, наверное, уже заждались… — увидев, как взвизгнула Роза, при слове «заждались», Тикки закатила глаза. Адриан пошёл рядом с Тикки, как будто пытаясь что-то ей сказать, но не решаясь. Тикки решила сделать вид, что не замечает этого. Если он и правда хочет что-нибудь сказать — скажет, а по-другому она только смутит парня, и все. Они подошли к нужному столику. Плагг лениво посмотрел на них, но ничего не сказал. Маринетт сидела, низко опустив голову так, что волосы упали на лицо, и вцепившись в стаканчик с водой. Знала бы она, какими глазами на неё сейчас тут смотрят. Даже Жозефина, кажется, замерла на какое-то время, разглядывая Леди-Загадку перед собой. — Садитесь, — голос Плагга как будто вернул их в реальность. Тикки быстро юркнула на стул рядом с Маринетт. Роза, Жозефина и Адриан расположились напротив. — А… Так о чем мы… — стараясь придать голосу как можно больше привычной солидности, начала Жозефина. Получилось плохо. Даже она, их железобетонная Жозефина, на какое-то время потеряла дар речи. Что уж говорить про Розу и Адриана, не открывающих от Маринетт взгляда, и, кажется, не моргая. Тикки положила бумаги с текстом на стол и вновь попыталась понять ещё хоть пару слов. Для Жозефины это послужило своеобразной подсказкой, и она окончательно вернула своё самообладание — Ммм… Как мне обращаться к вам? — вежливо обратилась она к Маринетт. — Она ЛедиБаг, — ответил за подругу Плагг. Похоже, для него эта ситуация была вообще чем-то ежедневным и не выделяющимся. — Хорошо, — согласилась Жозефина. Может быть, это вообще первый раз, когда она так просто соглашается с Плаггом? — Тикки, пожалуйста, дай ЛедиБаг текст для ознакомления. Тикки, не отрывая взгляда от текста, покачала головой влево-вправо. — Нет смысла, — прошептала она, всматриваясь в слова «I look away». В памяти всплыл образ учительницы, повторявшей: «Look — смотреть, запомните уже!». Иронично. — Почему нет смысла? — с мечтательными улыбками хором спросили Адриан и Роза. — Просто. Нет. Смысла, — выделяя каждое слово, чётко ответил им Плагг. Тикки положила бумаги текстом вниз. Почему-то защипало в носу, в уголках глаз слегка закололо. Тикки закусила костяшки пальцев, чтобы не заплакать. Если ей, слушая эту беседу и зная, почему нет смысла, тяжело, то каково Маринетт?.. Плагг одними губами шепнул: «У тебя глаза красные». Тикки незаметно вытерла их. Маринетт совсем рядом глубоко вздохнула. Тикки напряглась. Да, это случилось. — Нет смысла отрицать то, что все и так узнают через десять минут, — произнесла Дюпен-Чен. Роза, казалось, была готова прямо тут упасть в обморок, и не делала это только из-за интереса к тому, что же сейчас произойдёт. Тикки ужаснулась той громадной разницей, что была между Бонне, не знающей пока ничего, и ней, прошедшей вместе с Маринетт весь путь от аварии до этой секунды. — Я хочу вас предупредить. Вернее не так. Адриан, я хочу предупредить тебя. Хотя нет… Наверное, ты уже забыл обо мне, — Маринетт закрыла лицо руками. Тикки перевела взгляд красных глаз на Агреста. Тот был готов прямо сейчас вскочить и закричать от смешанных чувств. Что уж говорить, Тикки бы с удовольствием присоединилась к нему. Правда, она бы сейчас ещё и давилась слезами, позволь себе такую выходку. — Мы знакомы? — счастливо спросил Адриан. — Были, — подтвердила Маринетт. — Поверь, та я, которую ты знал, пропала полтора года назад. Тикки говорит, что я не сильно изменилась, но… Тикки вспомнила, как мысленно закрашивала шрам на лице Маринетт, зажигала в пустых глазах тот былой огонёк и возвращала цвету кожи нормальный оттенок. Тогда да, Маринетт совсем не изменилась. — Сам решай. Маринетт резко отбросила волосы назад и подняла лицо. Тикки широко распахнутыми глазами следила за этим действием. Оно каким-то неведомым электрическим током закралось в память каждого присутствующего и наверняка надолго там останется. Случилось. Это случилось. Адриан, Роза и Жозефина второй раз за день потеряли дар речи. Первый пытался что-то то ли спросить, то ли объяснить. Получались разве что отдельные звуки и дерганные жесты. Роза замерла, переводя взгляд то на Маринетт, то на Адриана. — Но ты же… В Китае… — прошептал парень, рассматривая Маринетт как в первый раз. — Там… Далеко… — Да, — Маринетт смотрела куда-то чуть выше голов Адриана и Жозефины. — Работаю там дизайнером в компании моей двоюродной тётушки. Ты не заметил, какой из меня хороший дизайнер? — просто спросила девушка и как бы случайно провела рукой перед лицом. Роза ахнула и прикрыла рот ладонью. Тикки и Плагг переглянулись. Только не говорите, что Роза догадливее Адриана. — Да, в коллеже ты хорошо шила и рисовала, но… — Адриан запнулся и жалобно посмотрел на присутствующих. — Я ничего не понимаю. «Или не хочешь понимать. Я тоже не верила». — Адриан, она… — Роза коснулась его плеча, пытаясь привлечь к себе внимание. Её взгляд бегал туда-сюда, захватывая только отдельные кадры. — Тише, Роза, — слабо улыбнувшись, прервала ее Маринетт. — Ты ведь Роза? — уточнила она, не пытаясь перевести взгляд на ту, с кем говорила. — Мне кажется, ты уже все поняла. Я ведь права? Роза кивнула и послушно убрала руку. — Но почему… Почему ты не можешь сказать все прямо? — уже почти взмолился Адриан, смотря то на Розу, то на Жозефину (та все ещё молчала, разглядывая Маринетт). — Догадайся. Почему Тикки не дала мне прочесть текст? Почему за все время нашей беседы я ни разу не посмотрела ни на кого из вас? Ладно, чёрт с ним, почему у меня шрам на пол-лица? Судя по изменившемуся лицу Агреста, шрам он заметил только тогда, когда Маринетт о нем сказала. А может быть, смог понять, что означает эта ужасный свод фактов. — Адриан… Она не видит тебя, — не выдержала Роза, не отрывая взгляда от лица Маринетт. — Ты очень долго соображаешь, Агрест, — заключил Плагг. — Но ты ведь не можешь… Тикки ведь говорила, что ты в Китае… А… То есть мадам Чен и месье Дюпен… Это они… — сбивчиво затараторил Агрест, иногда останавливаясь, чтобы перевести дыхание. — Все слишком сложно… Да, Адриан. Ты даже не представляешь, насколько все сложно. — Кто-нибудь скажет мне более точную информацию? — прервала бессвязную речь Адриана Жозефина. Маринетт безразлично пожала плечами (пытаясь скрыть дрожащие руки) и повернула голову в сторону брюнетки. Тикки почувствовала, как по спине пробежал холодок. Что произошло за эту неделю, что Маринетт может себя так вести? Плагг действительно как-то убедил её? Тогда Плагг — волшебник. Не иначе. — Меня зовут Маринетт Дюпен-Чен, мне почти что двадцать лет. Раньше я училась со всеми, кто сидит за этим столом, кроме тебя и Розы. Полтора года назад лишилась родителей и зрения за раз. Теперь живу в квартире над нашей пекарней. Мне помогает Тикки, — Маринетт говорила непрерывно, как будто готовила эту речь все те четыре дня, которые у неё были. — Что ещё? Да, ЛедиБаг, то есть я, всё-таки хотела бы узнать, что это за песня, из-за которой люди чуть ли не плачут. Тикки вздрогнула. Как она узнала? — А… — опешила Жозефина и посмотрела на Тикки, как бы прося помощи. — Ну… К такому я не была готова, признаюсь. Плагг язвительно хмыкнул. — Никто из нас не был готов к… такому, — неестественно твердым голосом отчеканил Адриан. — Однако разве это так важно? Это ведь Маринетт, та самая девочка, которая сидела за моей партой и рисовала на полях тетрадей! Та самая оптимистка до мозга костей! Маринетт ведь не могла так сильно поменяться… Тикки подумала, кого именно он убеждает. Себя или всех присутствующих? Правдоподобно получается. Но тем не менее Тикки бы не удивилась, спроси Адриан: «Это ведь ты, Маринетт?». Можно было хоть в лепёшку разбиться, но Маринетт все-таки изменилась. Невозможно не измениться после такого. Но кто сказал, что это только в худшую сторону? — Я сегодня дождусь текста нашей песни? — фальшиво обидчивым голосом напомнила о причине их встречи Маринетт. — На шрифт Брайля* её переведите, если вслух читать не умеете, что ли.

***

Домой они вернулись спустя четыре часа, совершенно обессиленные после такого сложного разговора. Маринетт чувствовала, что та уверенная в себе несмотря ни на что девушка медленно засыпает, оставляя место только чувству опустошенности. Все. Назад она точно не вернётся. Все то, что она так хранила, становится не только её. Теперь уже шесть человек знали о главной тайне Леди-Загадки. Восемь человек знали, что Леди-Загадка в любом случае не увидит своих поклонников. Сама Леди-Загадка знала только то, что вскоре придуманное журналистами прозвище перестанет быть актуальным. Плагг заявил, что не сможет оставить их одних в таком состоянии, поэтому Тикки сейчас искала ещё одно одеяло и подушку в шкафу. Маринетт, уставившись в одну точку (насколько это возможно, конечно), сидела и обдумывала весь сегодняшний день. А в особенности то, что через три с половиной недели, на ближайшем концерте Адриана в Париже, Кот Нуар и ЛедиБаг будут на одной сцене. Причём одна из них уже без нарисованной Тикки маски и капюшона.