Let the games begin

Не прошло даже года, прежде, чем они нашли двойника. Все произошло именно так, как предсказывал Клаус. Они устроили какой-то грандиозный бал, пытаясь заставить Катерину чувствовать себя среди них комфортно… пока она не будет принесена в жертву. Он проходит мимо танцующих Катерины и Элайджи и идет на большую террасу, где находит Кэролайн, стоящей у воды, обнимая себя руками. - Почему одна, любовь моя? – тихо спрашивает он, и она подпрыгивает от неожиданности. - Оставь меня в покое, - говорит она и он подходит только, чтобы увидеть ее слезы. И он знает точно, почему все внимание брата направленно на двойника уже несколько месяцев, он знал, что так и будет. И бедняжка Кэролайн застряла между ними. - Это она, не так ли? – спрашивает девушка, повернувшись к нему лицом, в ее глазах безумие. - Та девушка из твоих рисунков. Он молчит, неуверенный, о чем и сколько ей рассказать. - Так, ты тоже ее любишь? – сердито выплевывает Кэролайн. - Нет, - отвечает он, мгновенно сделав шаг ближе к ней. - Катерина, - произносит она с отвращением, - выглядит в точности, как та женщина, которую ты хотел. - Нет, - твердо отвечает он и Кэролайн ищет признаки лжи в его глазах. – Мне нужна не она. - Ты лжешь, - она почти кричит, зная, что Элайджа ее не услышит, слишком он занят сейчас. - Я не лгу, и ты очень хорошо знаешь, кто мне так нужен, - говорит он в тон ей. Она мрачно смеется и качает головой. - Ты думаешь, я не знаю, чего ты так упорно искала в моем альбоме каждую неделю? – он спрашивает это, теперь находясь в дюйме от ее лица. – Я чувствовал на нем твой запах, Кэролайн, он наполнен тобой. Ты знаешь, кого я хочу и это не Катерина. - Ну, я помню время, когда ты не хотел, чтобы это была я, - горячо отвечает она. Он не знает, что сказать, и потому меняет тему: - Ты ведь тоже не любишь Элайджу. - О, правда? – издевательски спрашивает она. – Думаешь, мне было бы так больно смотреть на них, не люби я его? - Ты только притворяешься, - твердо произносит он, будто пытаясь убедить самого себя. - А ты когда-нибудь задумывался, что может быть, просто может быть, я так долго притворялась влюбленной женщиной, что теперь ею и являюсь? – ядовито шипит она. - И кто из нас теперь врет? – он усмехается, подходя к ней еще ближе, в то время как она делает шаг назад. - Не я, - твердо говорит она. И он не отвечает ничего, он просто целует ее так, будто это последнее в его жизни. Он ласкает ее губы, вбирая каждый стон протеста и удовольствия, что она испускает. Его руки мгновенно оказываются на ее талии, и он притягивает девушку ближе к себе, прижимая ее ладони к груди. Она пытается его оттолкнуть, пока не чувствует его губы на своей шее, вспоминая, как мечтала об этом с тех пор как впервые увидела его. И она позволяет ему прижать ее к стене террасы, не оставляя даже воздуха между ними, когда он поднимает ее вверх, держа за ягодицы и заставляя обвить ногами его бедра. Он проводит своими человеческими зубами по ее ключице, и она глухо стонет в ответ, выгибаясь в спине, вжимаясь в его тело. Когда он слегка прокусывает кожу, она сдавленно кричит и Клаус снова прижимается к ее губам, чтобы приглушить стоны. Он не боится своего брата, но не хочет, чтобы этот момент был прерван внезапно подошедшим Элайджей. Он должен взять ее сейчас, пока у него есть возможность… пока она так этого желает. Его рука исчезает в глубине многослойной юбки, и Кэролайн сглатывает восторженный стон, когда, проведя по внутренней стороне бедер, он проникает пальцами под нижнее белье, гладя разгоряченную, влажную плоть. Вся кровь приливает к его чреслам, заставляя напрячься член от ощущения насколько она возбуждена им. Ему не нужны ее слова, как доказательство желания, гораздо больше нравится чувствовать его пальцами. В этом вся прелесть их отношений – так мало слов и много эмоций, все знать, но никогда не говорить об этом или действовать. Но не сейчас. Она что-то бессвязно стонет, когда он резче погладив комок нервов, скользит пальцем внутрь и Кэролайн мгновенно откидывает голову. Она стискивает меж зубов ткань собственного платья, пытаясь заглушить вырывающиеся крики. Только почувствовав, что ее судороги от его прикосновений утихают, он вставляет еще два пальца, растягивая горячую плоть, гладя напряженные мышцы, представляя себе, как проникает в нее и, чувствуя, как болезненно упирается в ткань брюк член от этих мыслей. Она подойдет ему, словно перчатка, станет его смыслом. Эта мысль заставляет его двигаться быстрее, и она начинает подаваться бедрами навстречу, впиваясь зубами ему в шею. Она неодобрительно стонет, когда он вытаскивает из нее пальцы и чувствует его улыбку на коже. Но в его планах не было останавливаться. Стянув брюки, он в секунду проникает в нее полностью. Они задыхаются друг другу в губы, сливаясь в одно. Впиваясь пальцами в его русые волосы, она чувствует губы Клауса на своей груди. Он следит за ее дыханием, проникая медленно и мучительно, когда оно становится слишком частым и рваным и, двигаясь тяжелее и быстрее, когда она немного успокаивается, сводя девушку с ума, наслаждаясь ее стонами. На спине Кэролайн остаются глубокие царапины от шершавого камня стены, но ей все равно. Потому, что она не может больше притворяться, может потом ей будет стыдно, она будет чувствовать себя использованной, но сейчас.. сейчас она только будет наслаждаться ощущением его кожи на своей. Она знает, во что ввязывается, когда, наконец, приходит к кульминации, отчаянно за него цепляясь, боясь, что момент их близости закончился, и теперь, получив, что хотел, он снова станет равнодушен. Она боится, что он снова ее оставит. Но он этого не делает.