Мальчик - который - мой

— Слушай, Гермиона, Рон ведь такой ревнивый. Он как?..— Гарри слегка замялся. — Мы же постоянно уединяемся и секретничаем. Наше трио уже в дуэт начинает превращаться.       Гарри давно замечал, что Рон смотрел с какой-то затаенной то ли обидой, то ли тоской, когда они с Гермионой в очередной раз сливали его, чтобы иметь возможность побеседовать наедине. Гарри было очень неудобно перед другом, с которым они и в огонь, и в воду… и если бы он еще знал о ком велись эти беседы! Гарри был уверен, что их сегодняшний разговор с Гермионой снова будет о Хорьке. Он даже несколько раз ловил задумчивые взгляды, которые его подруга кидала на слизеринца. Было заметно, что она о чем-то напряженно думала и от этого у Гарри начинало противно сосать под ложечкой.       Гермиона утянула его сразу же после завтрака. «Очень нужно поговорить!» — многозначительно шепнула она ему. В ее глазах в этот момент светилось что-то такое, отчего у Гарри почему-то сразу сжалось сердце. Он послушно побрел за ней следом и даже нашел в себе силы уходя, ободряюще подмигнуть растерянному Рону, хотя нехорошее предчуствие уже вовсю выскребало в его душе очередную больнючую саднину. Сейчас они уже подходили к берегу Черного озера. Просто какое-то бесконечное дежавю. — Рон? Ревнует? — Гермиона оторвалась от каких-то своих мыслей и непонимающе посмотрела на него. — Ро-он? Ты смеешься? Он же знает, что мы… что у нас не может быть никаких отношений! — Ну я не в этом смысле… — смутился Гарри и усиленно затеребил рукав мантии. — Просто мы не посвящаем его во все эти наши разговоры, и он может почувствовать себя ненужным. — Гарри, ты такой милый, — Гермиона мягко улыбнулась и слегка погладила его по плечу. — Не волнуйся за Рона. Он знает, что я под Непреложным и что наши с тобой разговоры касаются твоей безопасности. Ему этого достаточно. — Но… — Гарри, мне надо задать тебе пару вопросов. — Гермиона выжидающе посмотрела на него. — Про Малфоя. — Малфой. Всегда и везде Малфой. Даже с тобой мы говорим больше о нем, чем о чем-либо другом! — Гарри непроизвольно поморщился. — Что ты хочешь знать, Гермиона? Я ему сказал, что не сниму перстень. Ну… пока я… пока у меня… — Гарри окончательно смутился и замолчал. — Ты не снимешь его? — Гермиона тоже слегка порозовела и отвела глаза от Гарри. — Не снимешь, чтобы не навредить ему? — Ну, да… — И ты сказал ему об этом? — Гермиона снова тревожно взглянула на Гарри. — Ты же понимаешь, что это практически признание? — Понимаю. — А как отреагировал он? — Гермиона остановилась и нервно закусила губу, как будто испугалась сболтнуть лишнее. — Гарри, мне это действительно нужно знать. У меня есть некоторые подозрения. — Подозрения? — встрепенулся Гарри и напряженно уставился Гермионе в глаза. — Об этом позже! — отрезала Гермиона, отворачиваясь от этого его ищущего взгляда. — Что тебе сказал Малфой? — О! Чего он только мне не сказал! — невесело усмехнулся Гарри. — Может, надо было законспектировать и сдать тебе отчетом? Зачем тебе это знать? — Ну… — Мне неприятно об этом говорить. — Гарри затравленно посмотрел на девушку. — Я мог бы сбросить тебе это воспоминание в омут памяти, но это будет уже слишком. — Подглядывать я не собираюсь! — возмутилась Гермиона. — Ты же знаешь, что я не выношу совать свой нос в чужие дела, но тут мне приходится это делать! Расскажи мне то, что посчитаешь нужным! Я должна знать! Это очень важно! — Что может быть важного в том, что меня сначала допустили к телу, а потом отшвырнули от себя, как опаршивевшего щенка крапа? — Гарри с вызовом посмотрел на окончательно смутившуюся подругу, но тут же отвел глаза. — Я не хочу… мне неприятно об этом говорить. Я сниму перстень, когда все пройдёт. Я и так уже почти… Ну я постараюсь, по крайней мере. Я ему не нужен и… — Гарри, помнишь ты говорил, что он находит тебя странным поисковым заклинанием и даже мантия-невидимка не может помешать ему в этом? — Ну, да… — И что он никогда не пользуется этой непонятной магией на людях? — Так получалось, — пожал плечами Гарри. — Зачем это тебе, Гермиона? Хочешь увериться ещё раз, что Малфой — гребанное магическое совершенство? Этому снобу все всегда давалось слишком легко. Его Сиятельству даже в Хогвартсе аппарировать удаётся. Что тут ещё… — Он может аппарировать в Хогвартсе? — голос Гермионы заметно задрожал. — Ты… ты сам это видел? — Видел ли я? — Гарри снова усмехнулся чему-то своему. Он не смотрел сейчас на подругу, поэтому не заметил с каким напряженным вниманием она ждала его ответа. — Я не только видел это, он меня даже аппарировал. Я имел такую честь… — Аппарировал тебя? — одними губами выдохнула девушка. — Ты ничего не путаешь, Гарри? — Ну, да, аппарировал. Что тут можно напутать? — Гарри недоуменно взглянул на застывшую подругу. — Что с тобой, Гермиона? Тебе плохо? — он подскочил к девушке и схватил её за плечи. — Ты так побледнела! — Нет… нет, все хорошо, Гарри… все хорошо… — Гермиона отстранилась от Гарри и быстро, с каким-то непонятным ужасом взглянула на него. Но тут же собралась и даже попыталась улыбнуться. — Гарри, ты же сильный, правда? — Что такое, Гермиона? Сильный ли я? Что за вопросы такие? — Гарри изумленно уставился на девушку. — Ты что-то вычитала в своих книгах? Что-то неприятное? — Это только предположение и я не могу утверждать… — Неприятное предположение, касающееся этого кусачего гада? И почему я не удивлён? — Гарри слегка нахмурился. — Говори. Твои предположения очень часто оказываются истиной. — Драко Малфой… он… — потерянно забормотала Гермиона, старательно пряча глаза от Гарри. — Всё указывает на то, что у Драко имеются вейловские корни. То, что он делает… Гарри, я перечитала кучу книг на эту тему. Похоже, Малфои не такие чистокровные, какими хотят казаться. — Вейловские корни? — тупо переспросил Гарри, почему-то внутренне холодея. — Что это значит? — Ты же знаешь, кто такие вейлы? — Идеально прекрасные женщины, умеющие обращаться в птиц? Так? Но причём здесь Малфой? — Вейлами могут быть и мужчины. — Гермиона машинально затеребила кончик своей роскошной косы и даже принялась его нервно покусывать. Она всегда так делала, когда сильно волновалась. — Очень редко, но такое случается. — С чего ты взяла, что Малфой вейла? Как-то не вяжется. — Я давно ещё читала где-то, что магия вейл в некоторых случаях может не подчиняться обычной магии. Это касается и зачарованных предметов. Мантия-невидимка не смогла укрыть тебя от поискового заклинания Малфоя, так ведь? — Гермиона опять быстро взглянула на Гарри и отвела взгляд, как будто чего-то стыдясь. — Сначала я не могла понять в чем тут дело, пока мне не попалась книга про магию вейл. Как таковая, вейловская магия не может подавлять обычную магию, за одним только исключением, — тут Гермиона виновато взглянула на Гарри и тихо сказала: — Тебе может не понравиться, что я сейчас скажу, Гарри. — Мне уже это все очень не нравится, — Гарри невольно вздохнул. — Давай присядем? — он кивнул на большой валун, торчавший из земли. — Пожалуй, давай, — быстро согласилась подруга и присела на камень, аккуратно расправляя мантию. Гарри бросил согревающее, уселся рядом и выжидающе посмотрел на Гермиону. — Ты же знаешь, что у любой вейлы есть Партнёр, которого ей дарует магия? Один и на всю жизнь? — Что-то такое слышал, — выдохнул Гарри. Он не был уверен, что вообще что-то знал про вейл. Кроме того, что они просто завораживали окружающих своей неземной красотой. Только к чему этот неуместный вопрос? — И что, если вейла находит своего Партнёра, то обычная магия может подчиняться вейловской… — Гермиона замолчала, как будто собираясь с мыслями. Было заметно, что каждое слово ей давалось с большим трудом. Она была уже вся красная и все так же продолжала терзать свою бедную косичку. Немного поколебавшись и, видимо, собрав остатки воли в кулак, она выпалила: — Именно поэтому Драко всегда находит тебя и даже аппарирует там, где аппарация невозможна! — Ты хочешь сказать, что я и Малфой… — на секунду Гарри показалось, что у него закончился в лёгких весь воздух. — Мы… — Всё указывает на то, что он твой магический Партнёр! — Гермиона уставилась на Гарри с какой-то непонятной жалостью. — Ты Партнёр его вейлы, Гарри!       Гарри ошеломленно молчал. Малфой его вейла? Может быть, ему снится какой-то дурацкий сон, или кто-то под обороткой решил так глупо пошутить над ним? Что если Гермиона и не Гермиона вовсе? Он подозрительно покосился на подругу. Нужно спросить у неё то, что могут знать только они вдвоём. Что же? — Гермиона, ты помнишь, какие слова выбиты на надгробии моих родителей? — тихо спросил он. — Конечно, — девушка непонимающе посмотрела на Гарри. — «Последний же враг истребится — смерть!» — Что я спросил тебя, когда мы посетили их могилу тогда, в сочельник, когда скрывались от Воландеморта? — Ты спросил, что делает лозунг пожирателей смерти на… Гарри ты меня проверяешь, что ли? — лицо Гермионы смягчилось и она слегка улыбнулась. — Ты удивился тогда, почему лозунг пожирателей выбит на надгробии твоих родителей, а я тебе ответила, что тут совсем другой смысл — победа духа над смертью, вечность души… — Да, это ты, Гермиона. — Голос Гарри звучал виновато. — Прости, я подумал… Неважно. Ты говоришь такие, мягко говоря, странные вещи, что я уже начал сомневаться, что это ты. — Ты не должен извиняться передо мной. Осторожность никому ещё не мешала. — Ну и чем мне грозит это партнерство с Малфоем? — Гарри постарался сделать как можно более беспечный вид. — Какую-то зависимость от него? — Нет, — Гермиона отрицательно мотнула головой. — Партнёр никогда не зависит от вейлы, скорее наоборот. Она даже может умереть, если Партнёр отвергает её. — Что? Малфой может умереть от такой ерунды? — похолодел Гарри. — Умереть? — Гарри, Малфой, скорее всего не чистая вейла, а только маг с примесью вейловской крови. Не думаю, что ему хоть что-то грозит, если его Партнёр не захочет иметь с ним дела. Вы так давно ненавидите друг друга, что будь Малфой настоящей вейлой, он уже бы давно не жил на этом свете. — Да-а! — Гарри с каким-то остервенением принялся тереть почти не видный сейчас шрам. — И что прикажешь делать мне с этим знанием? Предъявить свои права на Хорька? — Я подумала, что ты должен знать об этом. — Гермиона выпустила, наконец, из рук свою, почти растерзанную косу и в упор уставилась на Гарри. — Ты можешь расторгнуть магическую помолвку — Малфой не станет после этого сквибом! У него останется вейловская часть магии. Я сделала официальный запрос в сообщество вейл, с описанием вашей ситуации. Без имен, конечно. Мне ответили, что вся остальная магия Малфоя восстановится почти полностью через год-два. Он ничего не потеряет, если вы расторгнете помолвку. Ты свободен от обязательств, Гарри. — Свободен от обязательств, — медленно повторил Гарри. Сердце резко и неприятно заныло. То, что должно было принести желанное освобождение, упало вдруг на плечи тяжёлым грузом. Быть ничего не должным Хорьку — что могло бы быть лучше? Почему же так тоскливо на душе? И почему так трудно дышать? — Гарри, что с тобой? Тебе плохо? — Гермиона взяла лицо Гарри в ладони, повернула его к себе и стала с тревогой вглядываться в него. — Ты весь белый! Ты расстроился из-за Малфоя? Но это только предположение! Нужно лабораторное подтверждение! Ничего ещё не ясно, Гарри!       После того, как Гарри чуть не убил Воландеморт и он побывал За Гранью, у него несколько раз случались такие непонятные приступы. Он весь белел, покрывался холодным потом, взгляд его стекленел, дыхание становилось натужным, свистящим, а сознание почти отключалось. В Мунго его обследовали не раз и не два, но каких-либо патологий так и не находили. Колдомедики сделали вывод, что так проявляется посттравматический синдром и посоветовали Герою больше отдыхать и пить укрепляющие зелья. Уже несколько месяцев приступов не было и Гермиона совсем позабыла, что на стресс у Гарри может быть неоднозначная реакция. — Какая милая картина! Поттер, ты решил отбить заучку у рыжего? — Гермиона вздрогнула и обернулась. Чары неслышимости, наложенные ей, не позволяли подслушать их с Гарри разговор, но прекрасно пропускали все звуки извне. Малфой стоял в нескольких шагах от них, сложив руки на груди и кривя губы в гнусной улыбке. Несмотря на его расслабленный вид, глаза у него были злющие. — А как же я, Поттер? Такой неверный жених… Гермиона, одним движением палочки, сняла чары неслышимости и крикнула: — Драко, помоги! Гарри плохо!       Малфой на секунду замер, но тут же сорвался и кинулся к ним. Подхватив Гарри на руки, он прижал его к себе и быстро спросил у Гермионы: — В Мунго? — К мадам Помфри, она знает! — так же быстро ответила Гермиона.       Драко ещё сильней прижал к себе все еще задыхающегося Гарри, взмахнул палочкой и они моментально исчезли в клубах серебристого дыма. Гермиона буквально остолбенела. Малфой не постеснялся аппарировать прямо при ней. И она первый раз видела такую аппарацию. Тем более, на территории Хогвартса.