Forever

— Ангел-тян, когда ты выздоровеешь… напиши для меня песню. Все равно, какой она будет, грустной или веселой. А еще лучше, вырази через нее все, что думаешь обо мне… — даже не будучи уверенным, что Лихт слышит его, сервамп просто говорил, высказывал все, что накопилось на душе… — знаешь, даже если все твои чувства ко мне, это ненависть, презрение или что-то в этом роде, я все равно буду счастлив услышать их через твою музыку. Просто… Очнись поскорее. Возможно, Хайд надеялся, что его услышат небеса, или произойдет чудо и парень серьезно очнется в ту же секунду. Но, боги явно не были на его стороне, ведь ладонь пианиста оставалась все так же бледна, а лицо выражало полнейшее спокойствие. Хайд прислушался к слабому дыханию и пульсу хозяина, с ужасом замечая, что ситуация усугубляется: сердцебиение слабеет и прерывистое дыхания становится все тише. Мысли сервампа путаются, сейчас у него на глазах умирает самый родной человек, а он снова ничего не может сделать… Он снова полюбил, теперь незачем это отрицать, и снова теряет любимого человека. Решение приходит быстро, спонтанно, и о последствиях парень не думает. В висках стучит лишь одна мысль: «Я не позволю этому случиться вновь» — Прости Лихт-тян, тебе придется провести целую вечность со мной… Мне жаль, что я решил все за тебя. Он до крови прокусывает губу, склоняясь к лицу Лихта. Только секунда уходит на сомнения, но больше времени нет, Хайд буквально чувствует ледяные прикосновения смерти, но он не намерен отдавать в ее холодные лапы своего ангела. Прокусив губу еще сильнее, чтоб было больше крови, он припадает к устам пианиста, целуя его и заставляя свою кровь проникнуть в чужой рот. Да, идея сделать хозяина вампиром не лучшая, но он отчаялся и не видит другого выхода. «Когда Лихт придет в себя, надо будет дать ему больше крови… После обращения так всегда…» — думает Хайд, отстранившись и смотря на все такое же безмятежное лицо пианиста, на губах которого еще осталась его кровь. Потом он решает, что этого все же мало, прокусывает свою руку и набирает в рот крови уже оттуда, возможно, это просто предлог для еще одного поцелуя, но ведь сервампа за это никто сейчас не осудит, так что он просто повторяет свои манипуляции. *** Яркий свет освещает поляну, посреди которой танцует принцесса, напевая веселую и безмятежную мелодию. Хайд сидит под деревом, наблюдая за ней. На душе сервампа давно не было так спокойно. Он улыбается Офелии, и девушка, заметив это, приближается к нему. Он поднимается с земли ей навстречу, хочет что-то сказать, но девушка прикладывает к его губам палец и тихо шепчет: «молчи». Принцесса обнимает вампира, и вдруг он замечает, что она начинает растворяться в воздухе. Слезы сами стекают по его щекам, но парень даже не замечает этого. — Молодец, мой Ромео. Ты смог защитить то, что тебе дорого. Будь счастлив, и пусть воспоминания обо мне не причиняют тебе больше боли — девушка нежно улыбается и исчезает, превращаясь в миллионы сияющих частиц.