Deadly Poison

      Новый семестр уже начался, и Пак не мог умереть свой пыл. Совершенно новый этап в его жизни, жажда приключений и открытий. Но больше его, понятно же, волновали отношения с Хосоком. Чимин был во втором классе старшей школы, а Чон был на год старше того. Видеться они могли, но крайне редко. Хотя разницу в возрасте, Чимин особой проблемой не считал. Ну лишили его анальной девственности в семнадцать лет. Жизнь на этом не заканчивается.       По счёту шёл третий урок, вроде английский. Паку было не особо интересно просиживать штаны за партой, но это считалось его долгом. На перемене ему захотелось найти Чона и поговорить о встрече. Коридор был длинный, и, проходя каждый кабинет, на Пака косились призренные взгляды. Но среди толпы он увидел дорого хёна во плоти, ему стало легче. — Привет, Хосок, — Чимин подошёл со спины и полувнятно произнес слова. Ноль реакции. — Хён! — уже сильнее позвал младший. — О, привет, Пак! — Чон улыбнулся и приобнял одной рукой того за плечо. — Знакомтесь, ребята. Пак Чимин. — С Хосоком стояли двое парней. Один был с розовым зачесом на голове, пухлыми губами, и почему-то на нём были очки. Второй парень был чуть ниже ростом, со светлыми волосами и бледной кожей. — Мог бы и получше найти, — отозвался Юнги с полупришуром на лице. Чимин спрятал взгляд. — Да ты бы и такого не нашёл, Мин, — насмешливо ответил Чон. — Знакомься, это Мин Юнги. Тот ещё злюка. — Ничего такой, — сказал Намджун. — рад знакомству. — А это местный интелегент, Ким Намджун.  — Ты же его уже выебал? — как нельзя кстати вывалил Мин. От этих слов Чимин потерялся ещё сильнее. — Давно в постели не водится, а, Мин? Так если не везёт, ты к другим не суйся, — Хосок с хитрой улыбкой посмотрел на Чимина, у того в глазах читался страх. — Я пойду… — пытаясь вырваться из объятий, говорил Пак. — Мы же только начали знакомство. Останься ещё немного, — Чон притянул к себе маленького негодника и стиснул пальцами руки его скулы. Чимин резко оттолкнулся от старшего и неглядя убежал прочь.       Хосок смотрел ему вслед с каменным лицом, хотя понимал, что это неправильно. Но вернулся обратно к друзьям и немного отчитал тех за слова.       Чимин бежал куда глаза глядят, ему было страшно, не зная от чего. Он забежал в туалет и рвано дышал, закрыл дверь. Сердце билось в бешеном ритме, голова пульсировала и будто распадалась на части. Глаза не могли сфокусироваться на одном предмете и бегали в разные стороны. По ощущениям, вот-вот жизнь Пака оборвётся на этом месте. Только он хотел сделать глубокий вздох, в горле встал ком. Чимин не мог нечего сделать, словно эпилепсик в минуту приступа. Прокашлявшись, ему стало немного лучше, но на полу была кровь с чем-то непонятным. Пак присмотрелся получше, его худшие опасения стали правдой. Это были лепестки. Но понять какие именно Пак не мог. Ему пришлось вытирать кровь с пола, а лепестки он промыл и забрал с собой.       В коридоре никого не было, видимо урок уже давно начался. Чимин не особо торопился на урок, а лишь думал об этих лепестках. Это точно был синдром ханахаки* и ничего другое. Всё было намного сложнее, чем можно представить. Пак уже болел этим, но всё обошлось без жертв. Что-то щелкнуло в его голове, и чувства пошли на спад. Он думал, что этого больше не случится, но опять началась эта песня. В то время Чимин был при смерти и находился под наблюдениями врачей. Все так сильно волновались, его мама очень много плакала и говорила, чтобы её сыночек скорее поправлялся. Чимин не хотел снова этой нервотрепки и решил, что сделает всё сам. — Извините за опоздание, — Чимин постучал в дверь и резко поклонился перед учителем. — С тобой всё хорошо? Ты какой-то бледный, — молодая девушка лет двадцати семи подняла голову Пака за подбородок. — Всё хорошо, мне стало плохо, и я направился в медпункт, — Чимин покраснел и направился к своему месту. — Неужели, нашего Чимина кто-то побил? Ну ты сразу пожалуйся своему парню, он всех их накажет, — высказался парень за последней партой. По виду очень крутой. — Заткнись, Чонгук. Это не твоё дело, — резко тявкнул Пак. Ему хотелось уже скорее уйти домой. — Так, прекратили оба. Иначе будете переговариватся в кабинете директора, — учитель умерил их пыл, и урок продолжился.       По приходу домой Пак сразу сказал, что ужинать не будет и пойдет делать уроки. Его мама немного перепугалась за сына и спросила, не болен ли он. Чимин отмахнулся и ушёл в комнату. Включив ноутбук и взяв энциклопедию по цветам, Пак начал своё исследование. Для начала нужно понять, с кем ты имеешь дело, а потом и сокрушить его.

*Два часа спустя*

— Господи, я вообще не понимаю, что это за растение, — Чимин бился лбом о компьютерный стол. — Может, это и не цветок? Аа! Всё равно не знаю!       Вечер, розовый закат и всплывающее синее небо на другой стороне. Чимин вышел в полисадник, дабы попить чай в беседке. Начало осени было не таким и холодным, лишь ветер раздувал выгоревшие волосы Пака. Милый клетчатый плед был как нельзя кстати. В саду росло множество растений, начиная от красочных цветов, заканчивая плодовитыми деревьями. Что-то Чимин всё равно упускал и определено чувствовал, что это что-то прямо перед носом. И вытащил из кармана голубой лепесток. Подойдя к каждому и сравнив листья между собой, Пак отрицательно кивал и продолжал дальше ходить от куста к кусту. Вот ему попалась гортензия, он сразу вспоминал слова мамы из детства. Мол, не бери в рот гортензию, иначе поперхнешся. Но сравнив листья, это было сто процентное сходство. И форма и цвет, даже текстура. Пак был в полнейшем шоке. «И эта зараза сидит у меня в сердце?» — поругался Чимин про себя. Такого он точно не ожидал. Решив порыскать в интернете об этом цветке, он побежал скорей к себе. Растение оказалось ядовитым, и как оно могло действовать на организм, Паку тоже было неизвестно. Вот жесть.       Поутру Чимин направился в больницу, дабы проконсультироваться с врачем. Он же не предвещал никах хороших новостей. — Мистер Пак, мы сделали рентген вашей грудной клетки. В вашем сердце и вправду пробивается куст молодой гортензии, но он пока на ранней стадии развития. Мы можем провести операцию и сделать вашу жизнь беззаботнее, но нужно соглашение ваших родителей, — врач с черненькими усами и в белом халате, говорил слова осторожно и как можно медленнее. — А можно как-нибудь без родителей? — Нет. Вам ещё нет восемнадцати лет. За ваше здоровье несут ответственность родители, так что нельзя. — Тогда может перенести операцию на самый дальний срок? — Нет. В вашем случае, цветок не просто красивый, но и смертельно опасный. Если отложить операцию, в ваш организм начнёт поступать большое количество яда и летального исхода не избежать. — Тогда, я хочу подготовить родителей и сообщить позже. — Только не затягивайте с разговорами. — Хорошо… — Чимин вышел из приемной и долго думал над словами доктора. Если посмотреть, то в прошлый раз чувства прошли сами по себе, и это может быть шансом не делать операцию. Но точно ли это сработает?       Чимин не знал, что ему сделать, чтобы разлюбить Хосока. Ведь любовь была прочная. Возможно, если Чон бросит его и сделает больно, то это может сработать. Пак немного поплачет и забудет про него, а цветок не сможет расти дальше без чувств. Либо всё закончится, так как должно. И этого, увы, не избежать