Nirvana

      Кажется, за всё это время Адам полюбил носить Томми на руках. Вот и сейчас он уложил своего Kitty в постель, попутно зацеловывая его, не в силах от него оторваться. — Я опять напугал тебя, малыш? Ты снова хотел от меня убежать? — Адам рассматривал раскинувшегося перед ним на постели, обессиленного и абсолютно счастливого, Томми Джо, весело улыбаясь, и гладил его по всему телу. — Я просто не ожидал… такого… я, — Томми опять залился краской, и поспешил спрятаться на широкой груди Адама, — Чёрт, только ты можешь заставить меня так смущаться, Бэйбибой. — Привыкай, радость моя. Мне ужасно нравится тебя смущать, — Адам уложил Томми на себя и обнял его, перебирая пальцами волосы на затылке гитариста, — Я так люблю тебя, малыш. Возможно, я слишком многого хочу, но я хотел тебя спросить. — Я слушаю, Бэйбибой. — Томми, мне очень сложно, если мы проводим врозь даже несколько часов в сутки. Я хочу, чтобы ты переехал ко мне, Kitty.       Адам умел заставать Томми врасплох. Приподняв голову и посмотрев на Адама, Томми тихо произнёс: — Адам, у меня Этта… да и вообще, со мной сложно уживаться под одной крышей. — Не сложнее, чем со мной, малыш. Этту мы возьмём с собой. Неужели ты думаешь, меня пугают животные в доме? — Адам поцеловал Томми в приоткрытые губы, — Так ты согласен, родной? Если тебе нужно подумать, не отвечай прямо сейчас. Если ты не можешь согласиться сию же минуту, я буду ждать, сколько будет нужно. — Нууу… если ты готов смотреть со мной ужастики на сон грядущий, быть разбуженным посреди ночи Эттой, потому что ей захотелось в туалет, и слушать мои бренчания на гитаре, даже если мне приспичит делать это в пять утра, потому что нашло вдохновение, а ещё терпеть мои разбросанные по всему дому вещи, то я с радостью к тебе перееду, — Томми рассмеялся и набросился на Адама с поцелуями, на которые Адам отвечал с неменьшей нежностью и пылом, сжимая хрупкое тело Томми Джо в своих объятиях. — Если ты хотел меня напугать всем этим, то у тебя не получилось, Kitty. Я сам буду выгуливать Этту ночью, чтобы ты мог не прерывать свой сладкий сон, — Адам поцеловал Томми в нос и снова принялся поглаживать его, пока гитарист ни заснул, успокоенный ласковыми прикосновениями.       Рано утром музыканты улетали в Лос-Анжелес. GNT закончился, лавры были собраны, и теперь все имели возможность отдохнуть, прежде чем Адам приступит к записи нового альбома. В самолёт Томми садился в заметном напряжении, однако, изо всех сил стараясь не показать этого. Но Адам своего Kitty чувствовал слишком хорошо. Ламберт сам занял место у окна, отгородив собой Томми от так напрягающего его вида за этим окном, и без лишних слов уложив его на себя спиной, массировал ему голову, зная, что это его отвлекает от ненужных мыслей. — Потерпи, малыш. Мы быстро прилетим, ты даже не заметишь. Закрой глаза, поспи, я рядом, — Адам нежно шептал в ушко Томми, и тот успокаивался от звуков этого голоса, удобно устроившись на груди певца. Томми действительно заснул и проснулся уже перед самой посадкой. Все это время он так и проспал, лёжа на Адаме, в кольце его сильных рук. Из аэропорта все разъехались по домам. Вот только Адам никак не мог отпустить от себя Kitty, с которым уже привык проводить все двадцать четыре часа в сутки. Они договорились поехать сначала к Томми. Уже из дома гитарист позвонил Дие, чтобы сообщить, что за Эттой он приедет через неделю вместе с Адамом, а заодно и узнать, как у них дела. После смерти Рона Дия попросила Лиз на время переехать к ней, одной ей находиться в доме, где всё напоминало о муже, было тяжело. Да и Томми было спокойнее, зная, что мама там не одна. Услышав имя Адама, Дия было попыталась завести разговор о том, в каких отношениях с певцом находится её сын, но Томми ответил, что объяснит всё, когда они приедут, за этим закончив разговор с мамой. А тем временем, родители Адама уже были предупреждены о его приезде и ждали их вместе с Томми. Адам сообщил им, что он приедет не один, и кто приедет с ним, Лейла даже не стала выяснять у сына. Ей и так всё было понятно. Выезжать музыканты решили на следующий день, а пока Адам хотел помочь Томми собрать вещи и перевезти их в свой дом, который, как он надеялся, станет домом и для Томми Джо. Для начала гитарист собрал все игрушки и место Этты, его любимая гитара — подарок Адама и так уже была упакована, плюс ещё одна большая сумка с одеждой, и больше ничего Томми пока решил с собой не брать. В тот же день они перевезли все эти вещи в дом Адама, где Томми теперь предстояло жить. Поначалу он чувствовал себя немного скованно, но вскоре освоился. Ему тоже уже совсем не хотелось расставаться с Адамом на сколько-нибудь долгий срок. — А вот здесь мы разместим всю твою коллекцию гитар, малыш, — Адам показал Томми маленькую комнату возле их спальни, и гитарист согласился, что это место для этого вполне подходит. — Ещё нужно решить, где будет место для Этты. Учти, она любит спать со мной на постели, — Томми хохотнул, шутливо подтолкнув Адама плечом. — Ей придётся выбрать другое место для сна, потому что теперь с тобой всегда буду спать я, — Адам обнял своего Kitty, — ты ведь совсем не против, правда? — Я уже не представляю своей жизни без тебя, Адам, — Томми был как-то несвойственно для себя серьёзен в этот момент. Вероятно, увидев какую-то решимость в глазах котёнка, Адам приподнял его лицо за подбородок и тихо спросил: — Ты хочешь попробовать, мой маленький? Хочешь попробовать сам… взять меня?       От такого вопроса Томми даже вздрогнул. Не то, чтобы он никогда об этом не думал, и не мечтал о том, чтобы обладать этим прекрасным телом, о власти над этим невозможным мужчиной, его мужчиной. Но это всё-таки был мужчина, и Томми понимал, что в этом случае всё это будет совсем не так, как с женщинами. Теоретическую часть техники секса между мужчинами Томми успел изучить и был вполне в курсе того, как это следует делать. Но страх сделать что-то не так, причинить боль, разочаровать, сидел в нём слишком глубоко. — Адам, я в этом полный штиль… ты уверен, что сможешь доверять мне настолько? — Выяснить всё на берегу для Томми было очень важно. — Я уже доверяю тебе больше, чем самому себе, малыш. Не бойся. Я сделаю всё сам, сам себя подготовлю, я тебе покажу, как нужно это делать, — Адам привлёк Томми к себе и нежно поцеловал, — Если ты пока не можешь решиться отдаться мне, возьми меня сам.       От этих слов, исполненных любви и доверия, Томми поплыл. В эту первую ночь их совместной жизни он ласкал Адама так, как не ласкал ни одну из своих любовниц. Адам едва сдерживался, чтобы не перехватить инициативу, как того требовал его характер, но он твёрдо решил позволить Kitty действовать самому, и тот действовал, заставляя Адама разве что только не выть от удовольствия. Поняв, что терпеть больше не в силах, Адам заставил их обоих остановиться на долю мгновений, и сев перед Томми в открытой позе, начал растягивать себя, с удовольствием замечая, как от этого зрелища у Томми сдёргивает тормоза. Томми сам толкнул Адама на постель, уложив его на спину и навис над ним сверху, приподняв его за бедро. — Если я сделаю тебе больно, останови меня, — Томми накрыл Адама собой и прошептал в самое его ушко, не забыв нежно его за это самое ушко покусать, зная, как сильно это заводит, — И… направляй меня, Адам… я должен знать, как мне двигаться, чтобы тебе было хорошо… — Мальчик мой, котёнок, милый… — Адам сдавленно шептал, от возбуждения едва ли в силах что-то говорить, — Я обещаю тебе подсказывать, пока ты не научишься чувствовать всё сам. Возьми меня, давай же, малыш… не бойся причинить мне боль… вначале это всегда неизбежно, — И Томми двинулся вперёд, от узости и жара тела своего любимого мужчины, едва не сорвавшись в первые же секунды. Почувствовав непреодолимую потребность целовать певца и продолжать его ласкать, Томми остановился и последовал этому желанию, зная, что Адаму если не больно, то неприятно сейчас, стремясь его отвлечь. И продолжил двигаться только через минуту, увидев готовность к продолжению в синих глазах певца. Вскоре он и сам привык к в чём-то новым для него ощущениям, и чувствуя, как Адам выгибается и дрожит под ним, постанывая уже в голос, ускорил темп, поняв, что нашёл то самое местечко внутри, воздействие на которое довело его самого до неба в алмазах не так давно. — Теперь можешь ускориться, малыш… не бойся… двигайся смелее, — хрипло прошептал Адам, прижимая Томми к себе и закинув одну ногу на его поясницу. И Томми ускорился, от крышесносных ощущений боясь кончить раньше, чем кончит Адам. А ему очень хотелось довести брюнета до оргазма первым. И он заставлял себя замедляться и искать оптимальный темп движений, чтобы не снизить качество ощущений и не сорваться раньше времени. Иногда Томми останавливался и снова воздействовал на эрогенные зоны певца, пока тот не начинал умолять его продолжать. И Томми продолжал, добившись того, что Адам кончил, не прикоснувшись к своему члену. И пока Ламберт бился в экстатических конвульсиях в тесных объятиях Томми Джо, кончил и сам Томми, издав протяжный стон, от переизбытка эмоций до боли прикусив Адама за плечо, но боли Адам даже не заметил.       Они не сразу разорвали тесный контакт своих тел, но не разорвали тесных объятий, просто не желая отрываться друг от друга. Адам зацеловывал Томми, шепча ему все возможные слова восхищения, какие только знал. Ему практически немедленно хотелось отплатить Томми той же монетой, хотя бы одними ласками довести Kitty до изнеможения, но Томми слишком устал. Всё, что только что произошло, отняло у него много физических и душевных сил. Но для себя он решил, что больше не станет заставлять Адама ждать дольше. Ему уже безумно хотелось полностью принадлежать певцу, и он наконец обрёл готовность подарить Адаму не только свою любовь и свою душу, но и тело.