Тишина

Снейп нагло ухмыльнулся вслед раздраженному Верхнему. Скука! У него запрет на кляп и ничто не может препятствовать его комментариям. Порой весьма едким. У него репутация саба, заставляющего доминантов делать то, что хочет он. Вспомнился недавно услышанный разговор в клубе, куда он наведывался, чтобы хоть немного утолить «голод» именно такого характера. Верхний всеми возможными способами отказывался от едкого Нижнего. — …Этого хитровыделанного носатого?.. Ни за что. Не знаю кто еще согласится с ним… *** Аврор Поттер бросил перчатки на маленький столик, задумчиво покусывая нижнюю губу. Какая встреча! Кто бы мог подумать? Клуб, предлагающий острые развлечения, свел их — желающих получить от жизни все. Свел бывшего ученика и профессора. Поттер еще раз пролистнул «досье» на вредного саба, обломавшего уже не одного доминанта. — Запрет на кляп, мистер Снейп? Посмотрим, посмотрим, — вспоминая надменное лицо Нижнего. Завораживающего глубиной глаз, словно бросающего вызов. Надо сказать, что за пять лет Снейп совершенно не изменился. Гарри сглотнул внезапно ставшую вязкой слюну. Он быстрее съест свою аврорскую мантию, чем признается, как неистово дрочил на профессора, представляя того у своих ног. И вот судьба преподнесла такой подарок. — Снейп — Нижний. С ума сойти, — ероша густую шевелюру и возвращаясь к чтению «досье».— Стоп — слово: лев. Однако! Почему-то моментально нарисовалась перед глазами картина: обнаженный желчный зельевар стоит на коленях в гостиной Гриффиндора. И ждет. Ждет только его. Гарри Поттера. Гарри оттянул ворот водолазки — стало невыносимо душно от разыгравшегося воображения. — Запрет на «золотой дождь», боллбастинг*, скарфинг*… Предпочтения: фистинг, бладплей, обездвиживание, фиггинг*… Минуту спустя Поттер отложил «досье» и подошел к окну, всматриваясь в дождь бьющий по стеклам. — Ну что ж, начнем, пожалуй, с Оперы, мистер Снейп. *** Сова доставила почту и тут же поспешила обратно. Северус осторожно развернул свиток. Будто бы Поттер мог придумать какую-то очередную шалость. Как тогда. В школе. Нахальный, пробивной Поттер был чертовски обаятелен и ему многое сходило с рук. Но только не у Снейпа. Тот словно боялся показать свою слабость перед улыбкой, ямочками на щеках… И чистка котлов сыпалась на Гарри Поттера как из рога изобилия. — Так, так… Опера? Это что-то новое. В его прошлых Верхних не доставало какой-то завершающей детали. Может быть дело было в том, что никто из них не мог долго выдерживать проницательный взгляд Северуса Снейпа? И сессии, следовательно, не приносили удовлетворения обеим сторонам. А Поттер смог. Смог выдержать и изучающий взгляд с головы до ног, смог ответить на колкость, не отводя зеленых глаз. О, эти глаза. Но Снейп никогда не признается в своих фантазиях. Или признается? Черт, да, именно возмужавший Поттер в его безудержных мечтах носил аврорскую форму, именно Поттер заставлял его заткнуться. И наступала Тишина. Да, именно так. С большой буквы. Тишина, которую нарушали лишь всхлипы-полустоны Снейпа, кончающего от рук Верхнего. Снейпа, желающего прикосновений не только ладоней — с мозолями от вечных тренировок, а также жадно желающего прикосновений бондажной нити, скольжения стека по влажной от испарины коже… Он всегда был уверен, что Поттер станет аврором. И вот теперь аврор Поттер приглашает его в Оперу. Никаких указаний, назначения встречи для сессии… Всего лишь Опера. И это, пожалуй, было интересно. *** Вечер был великолепен. Как и Поттер в темно-синем костюме с бабочкой: вымахавший настолько, что теперь был почти одного роста со Снейпом, явно обожающий солнце, что было заметно по золотистому матовому загару. И Северус каждый раз невольно задерживал дыхание, когда тот бросал на него взгляд, чтобы удостовериться, что его спутнику нравится Опера. Поттер изменился. Очень. Нет — все та же открытая улыбка, ямочки на щеках. Но было в нем что-то, что теперь заставляло Северуса незаметно прикусывать губу, ощущая, как расцветает полным цветом «голод». Но все кончается. Кончилась и Опера. А потом они, к удовольствию Северуса, прогуливались по набережной, обмениваясь впечатлениями. А «голод» цвел… Северус обнаружил, что ему с Гарри невероятно интересно. Поттер был начитан, деликатен. И ни намека на сиюминутное желание сессии. И это озадачивало и… будоражило. Казалось, Гарри вкушает самого Северуса, желая «разобрать на составляющие». — Благодарю за вечер, мистер Снейп, — невесомо касаясь запястья своего спутника. И «изголодавшийся» Северус почувствовал рой мурашек на коже. Казалось бы такой пустяк — деликатное прикосновение, а результат… — Я бы хотел вам кое-что оставить, — глубоко, не сводя зеленых глаз. Касаясь белоснежной манжеты, матовой черной запонки с ювелирно выбитыми «S.S». И вновь касание кожи… И на ладонь Снейпа легла монета с изображением льва. — Вскоре я потребую ее, мистер Снейп, — низко, касаясь выпуклой фигурки зверя. — И не только ее, — побуждая спутника чуть приоткрыть губы, словно для поцелуя. Но поцелуя не последовало. Вежливо попрощавшись, аврор Поттер оставил Северуса Снейпа возле его дома. ------------ Боллбастинг * — удары по мошонке. Относится к экстремальным видам БДСМ -практик и требует высоких навыков Верхнего. Фиггинг* — очищенный корень имбиря вставляется в анальное отверстие для достижения наибольшего сексуального наслаждения. Обладает легким раздражающим эффектом. Нередко сочетается с хлопками по бедрам и ягодицам. Скарфинг* — эротическое удушение. Одна из опаснейших БДСМ — практик. За счет удушения достигается максимальный выброс гормонов. Допускается для проведения только опытнейшими Верхними и абсолютно доверяющими Нижними.