Дочь - подарок судьбы

Уже смеркалось, когда начался заключительный тур. День пролетел суматошно. Калейдоскопом мелькали лица подбадривающих болельщиков и улюлюкающих поклонников соперников. Казалось, даже каждый первокурсник считал своим долгом прокричать игрокам свои догадки про возможные ловушки лабиринта. Поэтому, оказавшись в лабиринте один, сразу после воплей и визгов, перекрывающих играющий веселенький марш духовой оркестрик с вечно запаздывающим тромбоном, после убежавшего добывать свою победу неумолкающего от адреналина Седрика, Гарри словно оглох. Так он простоял минут пять, зажмурившись, наслаждаясь тишиной. Перед глазами еще отчетливо были видны лица провожающих друзей. Гермиона обняла и подбодрила Гарри. Невилл пожал руку, а Рон, с которым отношения стали заметно прохладнее, все же пожелал удачи. Слух начал возвращаться и стал слышен тихий шум листвы изгороди и трели сверчков. Гарри попытался собраться, но надутая физиономия Рона не выходила из головы. «Вот чего Рон так взъелся? Я ведь по-прежнему играю с ним в шахматы, когда есть время. Ну и что, что я еще и с Невиллом подружился… Разве это плохо?» — ему вдруг вспомнилось, как они все познакомились. Купе Хогвартс-экспресса было занято всего двумя мальчиками - будущими первокурсниками. Они весело обсуждали разные темы и поедали сладости. Наевшись и поговорив обо всем на свете, рыжий мальчик - Рон Уизли захотел продемонстрировать своё умение колдовать. И только он нацелил палочку на свою крысу, как дверь в купе открылась. На пороге стояла девочка с очень пышными и от того казавшимися растрепанными волосами. — Вы не видели жабу? — строго спросила она, даже не поздоровавшись. — Мальчик по имени Невилл потерял жабу, а я помогаю ему ее искать. — Она обвела взглядом купе и, не найдя жабы, собралась уходить, но заметила, что мальчики собираются колдовать. Невилл же так и остался стоять в коридоре, видимо стесняясь зайти. «Ведь мы могли бы еще тогда подружиться, если бы я не побоялся обидеть Рона, — подумал Гарри. — Я же мог помочь искать ту жабу. Вместо того, чтобы сидеть сиднем... Но что сделано — то сделано. Зато теперь Невилл — мой друг, а Гермиона — подруга. Хорошо, что в тот Хэллоуин я не послушал Рона и пошел предупредить Гермиону о тролле. Ведь это из-за нас она расстроилась! А сама оказалась смелой девочкой - врать в лицо преподавателям и самому директору! И ведь поверили! — он остановился, тряхнул головой, — или сделали вид. Вообще много странного происходило в предыдущие годы нашего обучения здесь. И тут есть над чем подумать, Гермиона права! — ему от чего-то вспомнилось, какой она пришла на бал. — Она такая красивая! И как я раньше этого не замечал?! Крам вот заметил. А я настолько привык, что она рядом, но будет ли так всегда? Наверное, я тоже должен как-то проявить себя, показать, что моя слава, которой мне все уши прожужжали возникла не на пустом месте и я сам чего-то стою! Она так поддерживает и верит в меня! Я не могу ее подвести, я должен выиграть!» — едва подумав об этом, он попал в первую ловушку. Небо и земля поменялись местами. Оторвать ногу от земли и сделать шаг было попросту страшно. Но и стоять вот так - зависнув головой вниз не имело смысла. Порывшись в памяти, но так и не найдя подходящего заклинания, Гарри покрепче сжал палочку и шагнул вперед — гриффиндорец он, или кто? Все вернулось на свои места. Он продолжил свой путь, теперь уже не расслабляясь ни на секунду, и последующие препятствия смог преодолеть, хоть и с некоторыми трудностями. Впереди показалось сияние: «Это он, кубок!» — Поттер со всех ног бросился к цели, но его остановил крик. — Помоги, Гарри! — он обернулся и увидел, как Седрика затягивает под живую изгородь. Не раздумывая ни секунды, он помог Диггори освободиться, но не стал его ждать и поспешил к кубку. Диггори нагонял его и они почти одновременно приблизились к постаменту. Но Гарри оказался проворнее и первым коснулся кубка. Разочарование на лице Седрика сменилось удивлением: Гарри Поттер исчез во вспышке портала. «Наверное, его перенесет прямо к трибунам. Я проиграл... Но это было честное противостояние! Делать нечего, надо возвращаться», — подумал старший чемпион Хогвартса, отправляясь в обратный путь по лабиринту. Тем временем, коснувшийся кубка Гарри перенесся на кладбище, которое весь год снилось ему в кошмарах. Он огляделся пытаясь в темноте разглядеть опасность. Опасность предстала перед ним в виде грушеобразной фигуры в нелепом одеянии. Петтигрю, а это был он, стоял в комичной позе вытянув правую руку с палочкой направленную в сторону Поттера, левой же прижимая к груди какой-то сверток. Кувшинная голова с залысинами и неровными бачками была горделиво откинута. Губы натянуты в сардонической улыбке, которую портил торчащий верхний зуб. В крысиных глазках торжество каруселью сменялось страхом и безумием. Петтигрю наслаждался моментом. - Поторопись, Хвост! - раздался жуткий голос из свертка. Тот вздрогнул и махнул палочкой Гарри с силой притянуло к одному из огромных памятников и он понял, что попал в в серьезную ловушку – между телом памятника и древком косы, которую тот держал в руках. Он не смог двинуться, несмотря на свои попытки освободиться. Оставалось лишь наблюдать и думать. Под огромным чаном, расположенным почти перед ним, зажегся огонь, и Хвост торжественно вывалил в него существо из свертка. А также добавил туда прах Тома Риддла-старшего, кровь Поттера и, зажмурившись, с подвываниями отрубил свою кисть. Несколько мгновений ничего не происходило и устоявшуюся тишину нарушали лишь всхлипы Хвоста, баюкающего свою культю замотанную носовым платком. Но вот пламя под котлом взметнулось и погасло, а из чана показался высокий мужчина с абсолютно лысой головой без носа и длинными пальцами. Завернувшись в покрывало, Волдеморт ощупал себя и, найдя новое тело приемлемым, остановил свой взор на пленнике, не обращая внимание на хнычущего Хвоста. — Вот мы и встретились, Гарри Поттер! Нашу прошлую встречу, ты, к своему счастью, не помнишь. — Отчего же не помню?! Воспоминание из дневника так кричало, что до сих пор иногда уши закладывает, – зачем-то Гарри подначивал Волдеморта. Тот смотрел спокойно, но был очень удивлен. И молчал. Тогда Поттер продолжил. – А до этого профессор Квиррелл феерично рассыпался прахом. Зрелище, конечно, не для слабонервных… — он передернул плечами. И умолчал о том, что он все же потерял сознание – ни к чему врагу такие подробности. — Или ты о той ночи, когда убил моих родителей? Эту встречу я не помню. Почти не помню. Ты пытался убить младенца и проиграл! На что же ты рассчитываешь теперь? — он усмехнулся. — Я уже трижды побеждал тебя! — Но теперь все изменилось. Твоя мать дала тебе защиту, которую я не учел, но теперь… — Теперь ты тоже что-то не учел, — не сдавался Гарри и снова шмыгнул носом, пытаясь тянуть время разговорами и думая как добраться до кубка – надо вернуться в школу как можно скорее и как это сделать иначе не представлял, а лишь надеялся, что портал окажется двухсторонним. Только прекрасная выдержка позволила Темному Лорду скрыть удивление. «Один раз в младенчестве, еще один раз, когда я был в теле Квиррела, а третий —воспоминание? Мальчишка прав, я что-то снова упускаю. Нужно подумать!» — Уходим, Хвост! — внезапно приказал он. Взглянув на покалеченную руку слуги он взмахнул палочкой и серебряная кисть появилась на месте прежней. Молча Волдеморт аппарировал. Петтигрю освободил Поттера и поспешил за хозяином. Растерянный Гарри слез с могилы отца Волдеморта и наконец-то коснулся кубка Огня. Когда он оказался на поле перед трибунами, заиграл бравурный марш. Зрители первых рядов радостно бросились поздравлять победителя и никто не замечал, что сам чемпион совсем не рад. Дамблдор и Министр уже спешили к лежащему на траве юноше — Поттер отшвырнул погасший кубок подальше и сел совершенно потерянный. — Что случилось, Гарри? — директор опустился на колени прямо на траву рядом с юношей. — Он вернулся! Волдеморт вернулся! – что есть сил закричал Поттер. — Здесь ты в безопасности, Гарри, — ответил директор и положил руку ему на плечо. — Подождите, Дамблдор, — вклинился подоспевший министр, — о чем говорит мальчик? Его нужно показать колдомедику! У него, видимо, галлюцинации! Дамблдор выпрямился во весь свой рост и превышая министра чуть не вдвое спокойно ответил. — Вы правы, Корнелиус, нам следует во всем разобраться, и лучше это сделать в моем кабинете. Идем, Гарри. Толпа расступилась и зашепталась. Новая волна предположений о том, что произошло или могло произойти в лабиринте, охватила присутствующих. И быстро идущий Грюм, казалось, был никем не замечен. Никем, кроме профессора зельеварения, которого несказанно удивило направление перемещения отставного аврора – противоположное кабинету директора. «Конечно, нас не позвали, но это дело нескольких минут. В лабиринте явно что-то произошло и метка об этом ясно говорит. Так куда же спешит Грюм? Он весь год донимал меня и Каркарова, а теперь, когда все случилось, не спешит это выяснить? Очень странно», — думал Снейп, преследуя Аластора по коридорам Хогвартса. – «Почему он до сих пор никак не отреагировал на меня? Ведь я уже давно иду за ним и не скрываюсь. Тут точно что-то нечисто…» А Грюм тем временем добрался до своего кабинета и даже не потрудился закрыть дверь. Он судорожно начал перетрясать и отбрасывать пустые пузырьки, словно в поисках лекарства. Он был настолько поглощен этим, что не обращал внимание ни на что вокруг. Снейп же, уже какое-то время наблюдавший за этой картиной, приготовился к обороне, ведь отставной аврор и так репутацию имел недружелюбную, а сейчас и вовсе вел себя как сумасшедший. Однако, вскоре все прояснилось: Аластора начало будто выворачивать, отлетел волшебный глаз и протез и вот на стуле сидит… Барти Крауч-младший. Не медля ни секунды, Снейп ворвался в кабинет и связал его, пока тот отходил от обратного превращения. — Не скажу, что рад тебя видеть. А вот министр, похоже, будет иного мнения, — убедившись, что пленник не сбежит, Снейп отправился в директорский кабинет. На подходе он услышал громкие крики министра: — Он не вернулся! Это невозможно! У мальчика шок и его надо осмотреть! Мало ли что могло показаться подростку после всех этих испытаний! Я не позволю наводить панику в обществе! Да это даже смешно: Сами-знаете-кто вернулся! Его речь прервал появившийся Снейп. — Прошу прощения, но в этот раз похоже мистер Поттер прав и как ни странно, я могу это доказать. Дамблдор внимательно наблюдал и не вмешивался. Министр скептически посмотрел на Снейпа и ухмыльнувшись произнес: — Если вы о вашей метке, так это не доказательство. И я на вашем месте не стал бы лишний раз о ней напоминать. Ваше дело можно и пересмотреть. Или открыть новое. О подстрекательстве к свержению власти. — Господин министр, метка, о которой вы вспомнили, действительно потемнела, что является признаком возрождения Темного Лорда, но у меня есть свидетель – Барти Крауч-младший. И Фадж и Дамблдор внимательно посмотрели на Снейпа. Гарри сидел потрясенный тем, что профессор зелий, кажется, на его стороне. «Вот бы еще понять зачем ему это?» — Идемте в кабинет защиты от темных сил, он там, — проговорил Снейп, не дав никому возразить и прекратив тем самым споры ни о чем. Взрослые вышли из кабинета, оставив Гарри одного. Через некоторое время Поттер услышал разгневанные голоса за дверью. Громче всех возмущалась Макгонагалл: — Это неслыханно, министр! Поцелуй дементора без суда и следствия! - Я не обязан перед вами оправдываться,но позволю себе напомнить вам, что он — беглый преступник! — Но ведь кроме того, он важный свидетель! — не уступала Минерва. — Свидетель того, чего не было? Того, что придумал этот мальчишка, а Дамблдор его поддерживает лишь бы посеять смуту и сместить меня с моего поста?! В этот момент они уже вошли в кабинет и не только Северус, и Минерва, но и Гарри удивленно воззрились на министра. Что, впрочем,того не смутило. — Оставьте нас, — повелел он. И все, кроме Дамблдора, вышли. А через час больница Св. Мунго пополнилась двумя пациентами.