Грёза

       Раскаты грома прорезали шумящую тишину, и Хината дёрнулась, поднимая глаза к серому небу. Карин рядом недовольно цокнула, останавливаясь на толстой ветке дерева, так же вскидывая голову. Первые капельки упали на линзы очков, но дождь пока мелко накрапывал, только обещая разрастись в мощный ливень. — Там в паре километров за деревьями есть деревня, — тихо сказала Хината, рыская активированным бьякуганом по местности. Кивнув друг другу, девушки, не сговариваясь, двинулись в направлении деревни. По пятам они следовали за Саске и остальными, пока буквально три дня назад не потеряли их из виду, когда непогода застала их врасплох, заставив спрятаться на время урагана в ближайшем укрытии. Теперь оставалось надеяться только на чутьё Карин и на следы чакры, что невидимыми пятнами вели всё ближе к морю Сиигару, всё дальше на восток.        Густая буйная листва вилась вокруг разрушенных построек некогда процветающей деревни. Каменные строения поросли пушистым мхом, а деревянные — сгнили, перемешиваясь в одно целое с вросшими в них кустами и сорняками. — Найти бы здесь целую крышу, — поморщилась Узумаки, накидывая полы дорожного плаща себе на голову, защищаясь от разбушевавшейся стихии: ветер хлестал волосами щеки, а капли яростно разбивались о макушку, противно затекая за шиворот. — Сюда, — прокричала Хината сквозь столб ливня, утягивая Карин в один из наполовину уцелевших домов. Укрывшись, девушки первым делом простейшим дзюцу развели костёр, скидывая с себя сырые плащи и присели рядом с пламенем, отогревая оледеневшие ладони и ступни. — У меня, кажется, осталась какая-то еда, будешь? — робко проговорила Хината, роясь в сумке. — Умираю с голоду! — Карин подползла ближе к девушке, с нетерпением заглядывая ей за плечо. Коротко вздохнув, Учиха разломала пополам рисовую булочку и выложила на расстеленный на земле платок их импровизированный ужин — половинка булочки, два яблока и кусок холодной запеченной вчера рыбы. — Такими темпами ты совсем исчезнешь, — хмыкнула Узумаки, щипая Хинату за открытое бедро. — Всё в порядке, — улыбнулась в ответ девушка, аккуратно пальцами разламывая мякоть рыбы, — я быстро набираю вес.        Незаметно день сменился ночью, и Карин сладко засопела, свернувшись калачиком возле костра, пока Хината поддерживала огонь, стеклянным взглядом рассматривала пустоту на улице — дождь прекратился, но влажность поднялась такая, что ей казалось, будто она даже дышит водой, а всё тело покрылось противной холодной испариной.       Чуткий слух брюнетки уловил едва заметное движение, она вскинула голову, но активировать бьякуган не спешила — силы ещё не совсем восстановились, а шуршать в кустах мог любой дикий зверь, пришедший на свет костра. — Глупые-глупые… человечки-человечки… сожрём-сожрём…        Зловещие шепотки послышались со всех сторон, эхом повторяя друг за другом слова. Хината встрепенулась, вены на щеках и вокруг глаз вздулись, а рука незаметным движением нащупывала запрятанный за поясом кунай. За словами последовало глумливое хихиканье. — Карин, — тихо позвала девушку Хината, подёргивая ту за плечо. Узумаки сонно поморщилась, приподнимаясь с земли, слепо щурясь слипшимися ото сна глазами. Но, едва разглядев замершую в боевой позе Учиху, как весь сон рукой сняло. — Что случилось? — Там кто-то есть… — Хината только коротко кивнула в сторону тёмной улицы. — Кто? — Карин поднялась следом за девушкой, предусмотрительно вставая за её спиной. — Я не чувствую ничьей чакры… — А я не вижу, но они только что переговаривались, — кивнула Хината, аккуратно подкрадываясь вперёд, бесшумно, словно кошка. Бьякуган, казалось, ослеп и ничего не видел, кроме мерзкого сгустившегося вокруг мрака: даже на небе не светилась ни одна звезда, а луну заволокли тяжелые грозовые тучи. Хината почти оказалась на улице, Карин испугано взвизгнула за её спиной, и Учиха резко попятилась назад, когда тень с улицы, будто вода, поползла вперёд, поглощая дом: дощечка за дощечкой, как огромная пасть хищника свою добычу. — С этой стороны тоже, — дрожащим голосом сказала Карин, когда пятки Хинаты уже облизывал играющий огонь костра. Учиха обернулась, замечая, что темнота просто обступила их со всех сторон, заключая в ловушку.        Хинате было знакомо это чувство, когда поперек горло встаёт удушливый комок страха, руки трясутся, а ты просто не знаешь, что делать, потому что выхода нет. Тьма буквально касалась кончиков пальцев на ногах, ещё чуть-чуть… — Хината! — пронзительно завизжала Карин, когда Учиха, не успев и пискнуть, была повалена на землю и утащена во вмиг поглотившую её пустоту.        В голове как будто защёлкали шестеренки, твари рычали со всех сторон, переговариваясь на своём шипящем языке, и протяжно заскулили, когда девушка смогла прицельно дать в морду тащащему её существу, подскочив с земли. У Хинаты сердце билось быстро, как у кролика, и болезненно, разрываясь от страха, при этом чакра текла по каналам с бешеной скоростью, заставляя уверенно держать руки в боевой стойке, а ноги — твёрдо упереть в рыхлую склизкую землю. Бьякуган по-прежнему был слеп, Карин злобно зарычала, выпуская волны чакры, уворачиваясь от клацающих челюстей.        Всё закончилось в один миг — чёрное пламя Аматерасу взвилось в воздух, затрещав, преследуя визжащих дьявольских тварей, что корчились от боли, заживо сгорая в прожорливом огне. Темнота постепенно рассеивалась, тучи расходились, позволяя яркому диску луны осветить деревню, где теперь развевался пепел мёртвых тел, сгоревших построек и жжённой травы. — Саске, — всхлипнула Хината, разворачиваясь к нему лицом, с сожалением оглядывая кровоточащий глаз с замысловатыми красными завихрениями Мангекьё шарингана. Мужчина был зол, чертовски зол, со светящимися в темноте радужками, хмуря брови и сжимая желваки на щеках. — Обязательно надо было тащиться за нами? — устало спросил Суйгетцу, выходя из-за спины Саске, но никто, кроме Карин, не обратил на него внимание. Хината так и продолжала таращиться на мужа, не смея отвести взгляд, натужно сглатывая — ей казалось, что Саске её сейчас убьёт. Но он только медленно прикрыл глаза, смахивая кровь со скул и разворачиваясь к ней спиной. — Ты вся в грязи…        Сердце пропустило удар, а облегчение волной прошлось по телу Хинаты, снимая напряжение с мышц — она чуть не рухнула на землю, когда ноги размякли, а руки мелко задрожали. Лучше быть грязной, чем мёртвой…