Грёза

       «Ты придёшь… придёшь… за силой… я буду ждать»        Саске на резком вдохе подорвался с земли, вырываясь из липких лап кошмара, где его неустанно преследовало видение смерти, войны и глаз старшего брата со зрачками, залитыми алой кровью родовой техники. Один и тот же сон уже на протяжении многих лет… один и тот же…        Острые маленькие камешки пещеры глубоко впились в кожу спины даже сквозь одежду, болью отдаваясь во всем теле. Со стоном поднявшись, Саске повёл плечами, стряхивая грязь с рукавов. Он всё ещё был слегка дезинтегрирован, оглядываясь вокруг, но всю слабость смело волной тревоги, стоило едва привыкшим к темноте глазам разглядеть бледный силуэт Хинаты на полу туннеля. Подорвавшись с места, он, буксуя ногами по рыхлой земле, подскочил к девушке, немедля прощупывая слабый пульс. — Чёрт, — выругался Саске, приподнимая Хинату, кисти оказались под ее шеей. Пальцы тут же увязли в густой крови на затылке, мужчина одёрнул руку от неожиданности, мазнув кровавыми следом по женским щекам. — Хината… Хината!        Знакомый голос прорывался сквозь белую пелену бессознательности, но Хината не успевала за него ухватиться, вновь и вновь проваливаясь обратно в темноту. Тяжело вздохнув, Саске решился на отчаянный поступок.        Тишину коридора разорвал пронзающий визг тысячи птиц, молния чидори осветила глубокие рыхлые тоннели на несколько метров вперёд. Буквально на секунду.        Хината судорожно вдохнула, открывая глаза, по телу прошлась невыносимая волна боли, но она пришла в себя. Саске поспешил её подхватить — испуганная девушка отчаянно дышала, словно выброшенная на берег рыба, цепляясь тонкими пальцами за его плечи, комкая рубашку и царапая кожу. — Тихо, посмотри на меня… Посмотри.        Встряхнув шокированную девушку, он пытался сфокусировать её взгляд на себе, схватив ладонями за лицо. Но Хината видела лишь кромешную темноту и белые пятна перед глазами от давящей на голову боли. — Не вижу… — слабо прошептала она, — ничего не вижу. — Понимаю, — кивнул Саске, — дыши. Постарайся успокоиться. — Всё… — Хината сделала долгую паузу, пытаясь отдышаться, — всё тело болит. — Мы упали, ты потеряла сознание, пришлось тебя слегка встряхнуть. Я контролировал силу, — он звучал слегка виновато, видя привыкшими к темноте глазами, что Хинату всю лихорадочно затрясло, — ровно столько, чтобы тебя разбудить. — Упали, да… — она растерянно повторила за ним. — Ты помнишь, что было? — он подался вперёд, поднимая её голову чуть выше, всё ещё держа ладони на её щеках. Хината поморщилась, потянувшись ладонью к затылку. — Да… да, я помню, мы поднимались наверх, но нас сбили, и мы упали. Я поняла. Дай мне отдышаться.        Волосы на затылке были покрыты коркой запекшейся крови и свежей, густой; и даже от лёгкого давления подушечками к горлу подкрадывалась противная тошнота. Хината бездумно ткнулась лбом в мужское плечо, борясь с ней — перед глазами всё ещё плясали мелкие мошки, и гудение в голове будто отражалось иллюзиями в глаза, всё плыло. Девушка была слаба физически, но запасы чакры почти не израсходовала, поэтому поспешно стряхнув с себя путы усталости и боли, с помощью Саске она поднялась с земли. — Можешь использовать бьякуган? — Сейчас, — Хината схватилась холодными пальцами за виски, покачиваясь на месте. — Надо отсюда выбираться. — Понимаю, я постараюсь…        Саске помог девушке опереться на свое плечо. — Бъякуган, — прошептала девушка, сложив печать. — Прямо, направо, прямо, лево, право и… снова прямо… ах, — она тяжело выдохнула, — дальше не вижу. Но тоннели, вроде, пустые, никого не вижу.        Подхватив девушку удобнее, они медленно двинулись вперёд. Затхлый запах сырой земли неприятно забивался в ноздри, мешая дышать полной грудью, но Саске упорно двигался, таща Хинату в полубессознательном состоянии, на повторе держа в голове указания, которые она дала. Когда он свернул за последний поворот, Хината была почти без сознания и висела на его плече, понуро опустив голову вниз. — Эх, Хината, — Саске аккуратно опустил её на землю, приподнимая лицо. Девушка через силу заставила себя открыть глаза, которые так и закатывались назад, не желая фокусироваться. — Куда дальше? — Бьякуган, — едва шевеля губами, Хината быстро зашевелила зрачками, — направо, прямо — и там тоннель расширяется. Что-то похожее на пещеру или яму, оттуда можно будет выбраться наружу, но я вижу пару этих тварей… может, больше, не могу сфокусироваться… Ммм, — она болезненно поморщилась, застонав. Боль от затылка пошла дальше, половина головы онемела. — Понял, — Саске тяжело выдохнул. Он, конечно, сможет протащить Хинату дальше, но если придётся сражаться, она будет абсолютно беззащитна.        Хината беспомощно завалила голову на плечо, тяжело дыша. — Хината… Хината!.. — голос Саске окончательно заглох, затушившись в сознании ярко-белым светом, а затем блаженно наступившей тьмой.        Хината устало приоткрыла глаза, чувствуя странную невесомость во всём теле. Она огляделась, комната показалась ей очень знакомой, но смутные воспоминания ускользали от неё по перепутанным дорогам памяти. В лёгких стало отчаянно мало воздуха, помещение сузилось, подёрнулось пеленой и исчезло.        С неба падали белые пушистые снежинки, Ханаби, ещё ребёнок, носилась по внутреннему двору, разинув рот с высунутым языком. Неожиданно её нога подвернулась, расчертив дугу, и девочка, громко взвизгнув, рухнула лицом вниз, распластавшись на холодной земле. — А-ха-ха, — несдержанно захохотала Хината, прикрывая лицо рукавом кимоно. — Ханаби-сама, вы в порядке? — непременно тревожно подорвался Нейджи, помогая младшей сестре подняться. Хината неспешно подошла следом, помогая отряхивать краснеющую Ханаби. — Так было задумано, — закатив глаза от досады и не смотря на лица брата и сестры, Ханаби цокнула языком, мол, ничего вы не понимаете. Хината не могла перестать улыбаться, оглядывая сестру на предмет повреждений, но ничего, кроме легкой ссадины на коленке, её жизни не угрожало. — Твоё падение — это новый обманный манёвр? Враг будет думать, что ты настолько неуклюжа, что решила помереть сама? — откровенно поддев сестру, Хината вновь расхохоталась, вмиг разворачиваясь и спеша убежать от взъерепенившейся Ханаби, ловко, насколько позволял размокший и скользкий снег под ногами, уворачиваясь от летевших в неё снежков. — Пожалуйста, Ханаби-сама, Хината-сама, прекратите, вы простудитесь, — неизменно сдержанным учительским тоном просил Нейджи, глядя то на одну сестру, то на другую, серьёзно насупившись. Девушки на секунду затихли, переглянулись и, не сговариваясь, наглым образом атаковали брата, закидывая бедного парня с двух сторон. Звонкий хохот и смех эхом проходил по серым коридорам поместья, отражаясь от стен, залетая в пустые комнаты. Потревоженные птицы с громким гулом поднялись с веток деревьев в серое небо. — Всё, Нейджи-сан, вы повержены, — заключила Хината, повалив парня на землю, прижимая его руки по обе стороны от головы. — Голову с плеч, — дьяволёнком подсказывала Ханаби, выглядывая из-за плеча Хинаты. Нейджи замер, глядя на Хинату потемневшей сталью своих глаз. — Не хочу просыпаться, — неожиданно сказал он, устало выдохнув. Что-то ухнуло вдалеке, двор дрогнул, сузился и исчез. Хината осталась одна, сидя на пустой земле. Затылок пронзила жуткая боль, и девушка, вскрикнув, повалилась, удерживая затрещавшую по швам голову. Вновь вспышка боли, крик, пустота…

      

      Карин вытерла дрожащие руки о тряпку, последний раз взглянула на затылок Хинаты и тихо покинула её комнату, пропустив только служанку, едва успев буквально на ходу остановить спешившего ворваться в комнату Нейджи. — Нет, ей нужен покой, она ещё даже не очнулась, — уверенно заявила девушка, удерживая парня на месте. — Я должен… — Мне плевать, что ты там кому должен, ей нужен покой, — Карин сделала особый акцент на последних словах, — она сильная, поправится, тогда и поговорите… Если она захочет. А теперь иди, я не собираюсь, как дракон, охранять её сон, но тебя не пущу.        Нейджи презрительно поджал губы, сморщился и, молча развернувшись, ушёл. — Тебе тоже нельзя, — фыркнула Карин, замечая стоявшего за углом Саске. — Я… Идём, — мужчина мрачно кивнул в сторону, призывая следовать за ним. — Что у нас есть? — Саске устало опустился на скамейку с Джуго и рядом стоящим Суйгетцу. — Не много, — Карин откинулась спиной на стену позади, откинув голову, — большая часть прислуги была в забвении, кажется, какая-то техника той помощницы, когда ты её прикончил, она развеялась. Остальная часть была… мёртвой. Неудивительно, какое это по счёту проклятое место? Второе или третье на нашем пути? Но, чем ближе мы к… горе, тем больше монстров. Это не может не настораживать. — Я допросил некоторых, все говорят одно и то же. В один день просто пришла красивая женщина в чёрном плаще и мужчина с красными глазами…        Саске дёрнулся, сжав челюсти. Он был здесь… — Но если я правильно понял, — продолжил Суйгетцу, — это было где-то месяц назад, потом им подтёрли память. — Джуго? — Саске обратился к доселе молчавшему мужчине. Джуго задумчиво и спокойно взглянул на них, затем перекинул руку себе за плечо, Карин сморщилась, доставая из-за футболки длинную сороконожку. Насекомое перебирало своими маленькими ножками, обвивая крепкое запястье мужчины, пригреваясь на мягкой человеческой коже. — Это правда.        Учиха угрюмо выдохнул, глубокий вдох больно кольнул поврежденный бок, и он поморщился, прикладывая ладонь к занывшим рёбрам. Он не сражался, принял решение проскользнуть мимо тварей, завалив Хинату на плечи. Видимо, действовал тогда на остаточном адреналине, потому что стоило ему выбраться наружу, как всё тело заломило от подступающей боли. — Ну, пойдём, ты следующий на исцелении к лучшей медсестричке — Узумаки Карин, — нараспев позвала его девушка, толкая ближайшую дверь. — Я и роды принять могу, и мозги вправить…        Суйгетцу расхохотался. — Всем вправила, себе забыла?.. — Пошёл в жопу, — совершенно беззлобно ответила девушка, захлопывая дверь прямо перед носом Хозуки, когда Саске зашёл следом.        Саске поморщился от громкого хлопка, но ничего не сказал, молча завалился на ближайший стул, расстегнул рубашку и стянул её с плеч. Карин по-девичьи раскраснелась, сливаясь лицом с цветом своих волос. Но затем медитативно закрыла глаза, глубоко вдохнула и выдохнула. — Небольшой ушиб, трещин нет, кости целы. Могу немного убрать боль, уж справишься дальше сам. — Сойдёт…        Карин кивнула, присела рядом на корточки и активировала исцеляющую технику. Ладони засветились приятным зелёным цветом. — Слушай, Саске-кун…        Саске повернул голову в её сторону, вопросительно приподняв брови. — Отправь Хинату обратно. Она не боец, если мы встретим тех, кого ищем, она первая, кто умрёт. Не то, чтобы я к ней привязалась, — девушка вновь раскраснелась, но уже не так сильно, — но она, вроде, неплохая. Совсем не плохая, в отличие от нас.        Учиха ничего не ответил, только задумчиво опустил взгляд. Они закончили в обоюдном молчании, затем Саске так же молча вышел, лишь накинув обратно рубашку. Он хотел пройти дальше, но чужой голос заставил его остановиться возле комнаты Хинаты. Это была не служанка.        Саске без промедления, но и без лишней резкости открыл скрипучую дверь. Нейджи выглядел ещё более пугающе, своей широкоплечей фигурой нависнув над лицом Хинаты, шепча что-то неразборчивое. — Какого чёрта? — Саске медленно вошёл в комнату, концертируя своё внимание на каждом совершенном действии Хьюги. Он медленно, почти любовно, провёл ладонью по щеке девушки, затем выпрямился, вставая во весь свой рост. — Что ты делаешь?..        Нейджи сощурился, свысока оглядывая Саске, скрестив руки на груди. — Я не собираюсь тебе ничего объяснять, — Хьюга дёрнул щекой, разворачиваясь на выход. — Я тогда, — Саске вскинул ладонь сжав чужое плечо, заставив остановиться, — тебя не убил лишь из жалости к Хинате. Ещё раз притронешься к ней — убью на месте, — Учиха сильнее сжал ладонь, мрачно глядя перед собой, а затем отпустил.        Хьюга растянул губы в ухмылке, дёрнул плечом и вышел из комнаты. «Я сам себя убью…»        Он медленно осел на пол, прикрывая глаза. Он так устал.