Агент номер 82

Первым делом я оторвала от своего топа кусок ткани, чтобы перевязать руку. Сначала кровь не хотела останавливаться, но, в конце концов, остановилась. Потом я глубоко вздохнула и вправила себе нос. Благодаря усилителям, этот характерный хруст разнесся по всей комнате. Взглянув в одно из зеркал, я увидела, что нос у меня посинел. Чертов Малик. Зачем по лицу то? Если у меня будет горбинка на носу из-за него, то я буду убивать его медленно и мучительно, клянусь. Я оттащила Зейна и Найла к столбу, где благополучно привязала их веревкой. Обыскивать их мне не особо хотелось, хотя стоило бы. На улице уже начало светать, но парни еще не очнулись. Может, я милаша слишком сильно огрела по голове? Да нет. Раз он жив, значит, все нормально. Первым очнулся Зейн. А я то ставила на Найла. Парень резко вскинул голову, с ненавистью глядя на меня. Ой, это меня так глубоко ранит. Малик хотел что-то сказать, но я села перед ним на корточки и перебила его: — Что ты задумал, мистер Малик? Он плюнул мне в лицо. Нет, ну он серьезно? Я со злым выражением лица правой рукой обтерлась и встала на ноги. — Значит, будет по плохому. Я оторвала от своего топа еще полоску ткани и обмотала локоть. — Знаешь, из-за тебя я потеряла свой любимый нож. Так что… — я ударила локтем по зеркалу, из-за чего оно рассыпалось на несколько осколков. Я взяла самый большой кусок зеркала в руку. — Буду придумывать что-то новенькое. Я ухмыльнулась и снова присела на корточки перед ним. — Я спрошу еще раз, Зейн, что вы задумали? — я взяла осколок поудобнее. — Думаешь, мы посвятим тебя в наши планы? — Именно на такой ответ я и надеялась, — я с улыбкой провела осколком по его щеке, образовывая рану, из которой тут же пошла кровь. — Однако я хочу, чтобы вы знали. Я не позволю вам убить Стэйси. Зейн в удивлении даже приоткрыл рот. — Но мы и не собирались её убивать. — Да брось, — я наклонилась к нему поближе и прошептала, — Брось, я тебе не верю. Однако знаешь, ты прав. Я встала, вытащила пистолет и направила его прямо в голову парня. — Знаешь, почему я всегда была лучшей, Малик? — Я сняла пистолет с предохранителя. — Потому что я ничего не чувствую. — Нет! — закричал кто-то как раз в тот момент, когда я выстрелила. И промахнулась. Кэтрин Брукс промахнулась. Это даже звучит странно. Я повернула голову влево и увидела Найла, ошарашенно смотревшего на меня. Чертов Хоран. Ну зачем рождаются такие милые люди? — Жди своей очереди, милаш. — я вновь направила пистолет на Малика, но меня удивило его наглое выражение лица. Неожиданно запахло чем-то горелым. Вот черт. — Знаешь, Брукс, я ведь тоже лучший в своём отряде, — неожиданно он дергает руками, тем самым разрывая веревки, которые, скорее всего поджег зажигалкой, и бросает что-то вперед. Это что-то ослепляет меня, и я теряю своё зрение. Черт, надо было их обыскать. Ненавижу свою лень. Хотя… Лишить меня зрения было умно. Однако я тоже не особо глупая. "Урок номер пятнадцать: зрение — лишь помощник. Научись ощущать врага." Видимо, пришло время использовать этот урок. Я на ощупь я нашла ту самую палку, которую сделала в прошлый раз. Хэнд мэйдер, блин. Так, думай. Свет не может лишить зрения насовсем, каким-бы ярким он ни был. Значит, скоро я смогу видеть. Надо бы тогда притвориться незримой, чтобы получить преимущество. Надо бы не забыть об этом. — Двое парней на одну ослабевшую девушку? — я прокрутила в руках палку, ощущая, что они окружают меня. — А это разве честно? Через секунду, кто-то попытался атаковать меня с правой стороны, но я отскочила, ставя этому кому-то подножку. Однако он увернулся. Я принюхалась. — Сюрприз, сюрприз, милый Зейн, — я ухмыльнулся. Что-то Найл не спешит меня побеждать. Ну или хотя бы попробовать. И настала тишина. Эх, наверняка сейчас обмениваются жестами. И тут тишина прошла. Кулак Найла врезается в мое лицо, кулак Зейна бьёт меня в живот, заставляя меня присесть. Однако бдительности я не теряю. У них кулаки, а у меня нет зрения и есть палка. По-моему, не всё так плохо. Я подбиваю палкой их ноги, но кто-то один удерживается на ногах. Найл громко выругался. Видимо, всё-таки упал Зейн. Я попыталась открыть глаза и увидеть что-то, и я смогла. Из-за яркого света мне пришлось прищуриться, но я всё равно я видела. Ну и как люди живут в старости? Я еле сдержала улыбку. А вот и моё преимущество. Передо мной, как я и предполагала стоял Найл. Он как раз замахнулся, чтобы ударить меня, но я быстро отскочила и одновременно ударила его по вытянутой руке. Затем я бью его палкой в живот, а под конец ногой по подбородку, из-за чего он падает. Я услышала позади себя рык и обернулась. Зейн уже стоял на ногах, готовясь к нападению. Что же, я готова. Надеюсь, он все еще думает, что я ничего не вижу. Он бросается на меня с кулаками, но я отбиваюсь от него. На этот раз это делать сложнее, ведь я уже выдохлась, а он все еще не пришел в форму после снотворного. Зейн прокручивается и собирается меня ударить ногой, но я слишком проворная для него. Я приседаю и подбиваю палкой его ноги. Когда он не упал, я быстро оказываюсь у него за спиной и толкаю правой ногой вперед, из-за чего Зейн падает на Найла, который издаёт громкий вздох. Эх, милаш, как же я тебя понимаю. Он весит чертовски много. Я вновь достаю пистолет. Но всё не так просто. Я не могу прицелиться, ведь глаза не могут ни на чем сфокусироваться. Такое чувство, у меня в глазах вода, не позволяющая мне видеть предметы чётко. А стрелять вслепую не вариант, ведь пуля может отскочить от, допустим, стены и попасть в меня. А я, знаете ли, помирать не спешу. Неожиданно мир вокруг меня начал крутиться. Черт, о чем это я. Видимо, моему телу не очень то нравится не спать целый день, при этом бороться с травмами и неожиданным лишениям зрения. Они чувствуют, что со мной что-то не так. Они знают, что я не колеблюсь, и будь моя воля, я бы давно уже из застрелила. Однако они не спешат действовать, хотя уже стоят на ногах. Зейн собирался вновь на меня кинуться с кулаками, но его остановила рука Найла. — Она нам не враг, — сказал он и поковылял к выходу, таща за собой разгневанного Малика. Черт, и что это значит? Как это понимать вообще? Она нам не враг, она нам не враг. А объяснить не судьба? Тьфу на него. Да и вообще, почему я не выстрелила? Он стоял прямо передо мной. И пусть у меня кружится голова и всё плывет в глазах, он стоял прямо передо мной, буквально в метре от меня. "Урок номер шестнадцать: никаких колебаний." Однако я заколебалась. Почему? Что изменилось? Именно тогда, когда я задала сама себе этот вопрос, я почувствовала, что ноги подкашиваются. Я упала на ледяной пол, при этом стукнувшись об него головой. Какого черта? И тогда меня поглотила тьма.