take it slow

блять. кит опрокидывал четвертый стакан вискаря, и мир уже казался гораздо более радужным, а всё внутри плясало чечетку от алкогольного жара. точнее не все, а кто-то конкретный. с карамельной кожей и дико горячим телом. и не чечетку, а порывистый и жаркий стриптиз. лэнс терся об ребра кита, закидывал ноги на все вены и капилляры, сжимая и разжимая их. кит чувствовал себя настолько плохо, что ему казалось, что это хорошо. — может, тебе стоит остановиться? — бармен наклонился к уху кита, пытаясь перекричать музыку. — лей еще, ты знаешь, что я не остановлюсь, широ, — кит музыку перекричать не смог, но широ понял, что тот хотел сказать по его игривому взгляду и пальцам, стучащим по барной стойке. — как скажешь, дружище, я хотя бы попытался, — широ в очередной раз пытался сыграть заботливого старшего брата, но все это уперлось в упрямство кита. сколько широ себя помнил, кит никогда не слушал мнения окружающих. в подростковом возрасте он всегда делал все наперекор своим родителям: брил виски, прокалывал нос и растягивал уши. ему было глубоко похуй на перешептывания за его спиной в школе, когда он шел по коридору и глубоко похуй сейчас на то, что говорит ему широ. хотя, нет, пожалуй, с широ — это другое. глухие биты долбились в барабанные перепонки, но дома никого не было. кит уже давно танцевал самбу с лэнсом где-то на задворках сознания, позволив алкоголю захватить контроль над своим телом. иногда пьяная молодежь задевала его плечом, пошатываясь и проходя мимо. он даже порывался «набить этим соплякам морду, чтоб смотрели, куда идут», но широ всегда очень кстати оказывался рядом, придерживая кита за плечи и не давая встать с высокого стула. он садился обратно и пару минут матерился себе под нос, опрокидывая уже хуй-знает-какой-по-счету стакан виски. — как тебе наш сегодняшний гвоздь программы? — широ снова наклонился к киту, чтобы задать вопрос, параллельно натирая маленькие рюмки вафельным полотенцем (как и положено настоящему бармену). — ты про кого? — кит сделал вид, что не понял. он всегда говорил широ, что не любит подобных зрелищ. — ты прекрасно знаешь, о ком я говорю. я видел, как он лихо оседлал тебя в середине своего выступления. и ты, кажется, был даже не против, — блять, а кит и забыл, что из-за барной стойки открывается отличный вид на весь бар, в том числе и на сцену, расположенную прямо напротив. — он неплох. где вы его нашли? — кит вспомнил, как лэнс похотливо выдыхал ему в губы, не смея позволить себе большего. — босс устроил. по блату, так сказать. он давно занимался танцами, а у нас как раз освободилось вакантное местечко, после того как шерил ушла в декрет. — так она все-таки забеременела от своего парня? она же его поносила на чем свет стоит, когда я заходил к тебе в прошлый раз, — кит искренне удивился и отодвинул пустой стеклянный стакан от себя. — полюбишь и козла, как говорится, — больше широ ничего не сказал и ушел к клиенту, помахавшему ему рукой в подзывательном жесте на другом конце стойки. кит водил пальцем по верхней грани стакана, подперев внезапно отяжелевшую голову второй рукой. щеки горели, глаза закрывались, а мысли путались и вертелись вокруг одного и того же смуглого лица. где он живет? как давно вернулся в город? а где он был все это время? или может… нет, кит вовсе не думал о том, есть ли кто-нибудь у лэнса. тот, скорее всего, даже не помнил его. лэнс восстановился в университете на последнем году обучения, и кит знал его не так хорошо, как остальных своих одногруппников, хотя этот парень всегда пытался выделиться. не было ни одной девушки на их потоке, к которой лэнс макклэйн не подходил бы с глупым подкатом. и не было ни одной девушки на их потоке, которая не дала бы ему в ответ пощечину. в общем, репутацию горе-казановы он себе заработал и неустанно подтверждал ее вплоть до самого выпуска. кит всегда смотрел на лэнса и вздыхал, закатывая глаза. он никогда не понимал таких парней, старающихся подбить клинья к каждой девушке, а в случае лэнса, тот не кичился даже парнями. кит знает это по себе. а лэнс знает, как больно кит бьет. кит услышал громкие крики и свисты позади себя и обернулся. точно, сзади же находится сцена, возле которой он был буквально полчаса назад. там снова танцевал лэнс. кит потерял интерес к стакану и начал наблюдать за ним, развалившись за барной стойкой. видно было не так хорошо, но он все равно мог рассмотреть, как лэнс закидывал обе ноги на шест, поднимался до самого его верха и, взявшись одной рукой за холодный металл, а другой проводя по мокрой шее, выкидывал одну ногу вперед, второй продолжая держаться на куске металла, и медленно спускался вниз, закидывая голову назад и выставляя на обозрение фигурный кадык. кит нервно сглотнул и голова перестала быть такой тяжелой. он даже поднялся и перестал лежать на зеркальной поверхности, высматривая каждое движение парня на другом конце танцпола. спустившись вниз, лэнс встал на колени, раздвигая ноги в стороны и (черт подери) очень неспешно стягивал с себя майку, усыпанную сине-фиолетовыми пайетками. ту самую майку, под которую кит забирался полчаса и две минуты назад. ненужная деталь одежды летит куда-то назад, под шторы, и лэнс, рефлекторно облизав пересохшие губы, провел ладонями по внутренней стороне бедер, выгибаясь вперед и становясь на четвереньки. как же жалко, что кит не может посмотреть на все это сзади. он на момент закрыл глаза, попытался глубоко вдохнуть через рот, но жаркий воздух обжег горло. кит закашлялся и открыл глаза. лэнс сидел спиной ко всем, кто был баре, выглядывая из-за собственного плеча, и стреляя глазами по впереди сидящим зрителям. руки он занес над собой в замке, прогибаясь и выпрямляя загорелую спину. кит сразу отметил позвоночник, запертый под кожей выгибающейся змеёй, и крайне сексуальную ямку над ягодицами. «почему я тогда отказал ему. сука, почему я тогда отказал ему», — в голове кита бегущей строкой носилась одна и та же фраза, пока он смотрел, как лэнс нагибался, обводя каждый контур своего точеного тела. — а ты сказал, что он просто неплох, — широ неожиданно возник за спиной кита. — он не просто неплох, он охуенен. я вижу это по твоему взгляду, ты тоже так думаешь, меня не обманешь. — широ, твою мать, не пугай меня, — кит резко повернулся и чуть не опрокинул неуправляемой рукой стоящий рядом стакан. — это его последний выход. после выступления он всегда заходит в бар выпить чего-нибудь. ты можешь с ним пересечься, так что — дерзай! — широ подмигнул киту, который, как казалось не мог стать еще более красным, чем сейчас. — заткнись. прошло еще полчаса. лэнса все еще не было у барной стойки. кит начал сомневаться в словах широ, постукивая костяшками пальцев по твердому столу и выглядывая знакомый силуэт в толпе трущихся друг о друга людей. бешеное свечение прожекторов слепило, красные, зеленые, желтые, синие огни бегали по радужке глаз, заставляя чуть-чуть зажмуриться. кит начинал трезветь, и киту это не нравилось. он подозвал широ, который мило беседовал с какой-то раскрашенной курицей, наклоняясь к ней ближе с каждым сказанным словом. — налей мне еще виски. — ты не чувствуешь грани? — налей. мне. еще. кит снова повернулся к танцполу, заполненному разгоряченными телами. невозможно было рассмотреть кого-то отдельного в этой огромной толпе, одежда, волосы — все смешивалось в этом адском танце. кит вспомнил, что он в аду. ждет своего главного демона, который осудит его за все его грехи. кит сожалел, что не грешил еще больше. кит жалел, что не согрешил час назад. кит жалел, что не сможет согрешить сейчас святой отец, я согрешил. самый главный грех еще впереди. — держи, — широ поставил стакан наполненный темным пряным алкоголем перед китом. тот обернулся и осушил его в мгновение. широ лишь приподнял брови и облокотился на стойку, положив голову на ладонь, ожидая следующего клиента. в голове кита пылало жаркое кубинское солнце, гулял дикий карнавал и танцевал лэнс. кит осыпал его лицо поцелуями, спускаясь ниже с каждой секундой. медленно, как можно медленней, доводя каждым своим прикосновением к разгоряченной коже. лэнс выгибал спину как дикая кошка, ластился к киту, запуская свои руки дальше разрешенного. кит молил, чтобы лэнс не будил в нем зверя, а он не слушал, продолжая заигрывать с китом одними лишь глазами и тот удивлялся, как у него так получается. кит был на грани истерики всего-то увидя плавные движения лэнса, что же будет если- — хей, широ, мне как всегда, — рядом с китом раздался громкий задорный голос и что-то плюхнулось на стул, — и побыстрее, мистер бармен. кит развернулся, желая взглянуть в глаза тому уроду, который вырвал его с жаркой кубы, но столкнулся своим пьяным взглядом с теми самыми флиртующими и похотливыми глазами, которые уже видел. только гораздо ближе. — ну как твои выступления сегодня, лэнс? — широ тут же обернулся от стеллажа с несметными литрами алкоголя на зовущий его голос, выделив последнее имя, прищелкнув языком. кит залился краской и отвернулся от лэнса, сгорая от стыда. — просто охуенно, чувак. сегодня у меня просто аншлаг! я думаю это из-за афиши снаружи, — лэнс рассмеялся так заливисто и заразно, что кит не смог сдержаться и тоже хихикнул. — я даже смог покататься на супер-красавчике, вот это был заряд на весь оставшийся вечер. широ прикрыл рот рукой, сдерживаясь, чтобы не засмеяться прямо здесь и сейчас. кит сдерживался, чтобы не кончить прямо здесь и сейчас. — и кому же выпала такая честь? — широ успокоился и, заискивающе улыбаясь, наклонился к лэнсу, чтобы слышать каждое его слово. — ты бы его видел, он невероятный. у него охуенные черные волосы и бледная кожа. меня возмутил лишь его дикий маллет. серьезно, кто ходит с маллетом в наше вре- широ не смог больше сдерживаться и показал направо, прямо туда где сидел кит, и лэнс заткнулся. никогда он еще так не проебывался, как сейчас. кит, услышав, что лэнс замолчал, повернулся к нему лицом. — ты просто ничего не смыслишь в прическах, — только и смог выдавить кит, смотря в широко распахнутые голубые глаза. лэнс неистово захохотал, запрокинув голову. киту нравился его смех, но только не сейчас. — и меня зовут кит, ясно? — у тебя дико знакомое лицо, мы не могли видеться раньше? — он и правда его не помнит. как и ожидал кит-блять-когане, чертов-лэнс-макклэйн его не помнит. да и почему он должен запоминать всех жертв своего флирта. кит молчал, как партизан. он не мог позволить этой хитрой улыбке узнать о том, что он его помнит. или, по правде говоря, вспомнил. как только почувствовал его член, упирающийся прямо киту в штаны. — нет, я бы запомнил твое ехидное ебало, — кит попробовал съязвить, но в пьяном состоянии у него это плохо получилось. теперь, когда лицо лэнса освещал свет от барной стойки, кит мог рассмотреть его получше. острый нос. тонкие губы. узкий лоб, покрытый испариной и едва красные щеки. лэнс также в упор смотрел на кита и его тонкая бровь изогнулась в недоумении. — может ты прекратишь так крипово пялиться на меня, мистер незнакомец? кит тряхнул головой и жестом попросил широ налить еще. лэнс взял свой коктейль со странным соломенным зонтиком и отпил, не отводя синего взгляда от кита. кит же решил первым прервать эту нелепую игру в гляделки, сев прямо и пытаясь держать спину ровно (настолько ровно, насколько ему позволял сидящий в нем литр вискаря). лэнс хмыкнул и взял свой коктейль с нелепым розовым зонтиком, отпил пару глотков, вынув зонтик из зеленой жидкости и поставил обратно. воцарилось неловкое молчание, нарушаемое лишь громким дабстепом на заднем плане, который кит уже почти не слышал. лэнс сидел от него на расстоянии выдоха, а кит даже не смог сказать ничего путного, каков герой. совсем недавно он чувствовал себя гораздо увереннее, когда этот самый лэнс сидел на нем верхом, управляя им своей чертовски охуительной задницей, как кучер лошадью. кит был не против и поддавался каждому движению, совершаемому его упругими ягодицами, иногда направляя их в нужную сторону. у лошади тоже есть мозги. у лошади тоже есть терпение, которое скоро закончится если кучер не прекратит пахнуть терпкими розами со сладкой горчинкой пота. а кит и не заметил, что лэнс вспотел настолько сильно, что его майка прилипала к загорелому телу, очерчивая каждую косточку и худощавые мускулы. боковым зрением он следил за лэнсом. следил за тем, как тот аккуратно потягивает мартини из неглубокого бокала и вертит в тонких пальцах розовый зонтик, разговаривая с широ. хуилионный стакан виски ударил в голову. если быть точнее, поразил нокаутом прямо в яблочко очень неожиданно, и взгляд кита поплыл. — а потом он просто полез ко мне в трусы, ты прикинь? — лэнс крайне возмущенно хлопнул кулаком по столу, а широ закатил глаза. — я въебал ему по челюсти и сказал, чтобы тот катился подальше. неблагодарная у меня работа, да, кит? кит, который все это время сидел, положив голову на сложенные руки встрепенулся, услышав свое имя. естественно, он никогда не признается, что прослушал всю историю, потому что наблюдал за тем, как лэнс ее рассказывает. он активно жестикулировал, менял выражения лица за доли секунды, отпускал какие-то шутки, сути которых кит не уловил, а ему и не нужно было. лэнс тянул к себе, как магнит, а кит не смел сопротивляться. может потому, что у него не осталось сил на это, а может потому, что просто не хотел. так или иначе, но лэнс макклэйн привлекал его сейчас гораздо больше, чем в университете. — кит, ты меня слушал вообще? — лэнс пощелкал пальцами перед заплывшим взглядом кита, и тот очнулся. — а, да, конечно. очень неблагодарная, — пролепетал кит заплетающимся языком. — ты меня не слушал, да? — лэнс поднял правую бровь, усмехаясь. кит никогда не признается ему, что он не слышал ни единого его слова. кроме нескольких последних, сопровождавшихся его именем. кит хотел, чтобы лэнс не просто проговаривал его имя — кит хотел, чтобы лэнс выкрикивал его, выстанывал, пропуская каждую букву через все тело. к и т. три буквы, которые из уст лэнса звучали бы так неистово пошло, что кит закинул ногу на ногу, пытаясь остановить надвигающийся диким штурмом стояк. — как давно ты переехал сюда, лэнс? — кит решил внезапно сменить тему, чтобы не пришлось оправдываться. — около полугода назад. я вернулся к сестре, по работе, — ответил лэнс, также закинув ногу на ногу, — а с чего такой интерес, маллет? — лэнс встал со своего стула и подошел к киту, оказавшись на уровне его груди. хоть когда-то кит оказался выше. — просто интересно, не бери в голову, — кит облокотился на локоть и положил голову на ладонь, стараясь сохранить равновесие онной и не уронить на стол. ну или лэнсу прямо в губы. — у тебя накаченные бедра, ты занимался плаванием? — лэнс положил свою худощавую ладонь на бедро кита и посмотрел на него с лукавой улыбочкой. — я бы тоже хотел такие, — его рука поползла выше. лэнс перебирал пальцами, как паук, поднимаясь вверх по жесткой ткани джинс. кит понял, куда направляется его рука и в недоумении посмотрел на лэнса, кладя свою руку на бедро и спуская ее навстречу лэнсовской. в глазах лэнса заиграли пьяные искорки и он подвинулся ближе к лицу кита настолько, что мог в деталях рассмотреть каждую морщинку и родинку на его лице, а жар от его щек обдавал получше любого солнца. — нет, не занимался, — ответил кит, находясь буквально в паре миллиметров от голубых глаз лэнса. каждое его действие источало дикую уверенность в том, что он владеет этой ситуацией, дергая за ниточки, но, глядя на человека напротив, эта уверенность испарялась так же быстро, как вода с раскаленной сковородки. азартный взгляд лэнса сверлил кита и, казалось, будто тот видит его насквозь и прямо сейчас роется в огромном ворохе пошлых мыслей, раскидывая все в его голове в разные стороны и наводя свой собственный порядок. лэнс резко подался на кита, когда компания толкнула его сзади, неожиданно навалившись на барную стойку. тот быстро отпрянул и сел обратно на свое место, невозмутимым жестом подзывая широ, который носился туда сюда вдоль длинного зеркального стола. во взгляде кита читалось некоторое разочарование вперемешку с недоумением. щеки блестели от яркого белого света, весь здравый смысл кит давно пропил и оставил прямо в руках у горячего латиноса, а стыда у него никогда и не было. — кит, это моя любимая песня, пошли потанцуем! — лэнс вскочил со стула и потащил кита за руку прямиком в толпу пьяной молодежи. — я же не умею танцевать, подожди, — кит начал упираться, но лэнс приставил указательный палец к его губам, заставив того замолчать. — я тоже, — он игриво улыбнулся и ворвался прямиком на танцпол, протискиваясь между разгоряченными девушками и буйными парнями. «кого ты обманываешь, черт». оказавшись в толпе, лэнс придвинулся к киту настолько близко, что буквально чувствовал каждую клеточку его тела. кит двигался очень неловко, то и дело подпихиваемый локтями с разных сторон и собственным пьяным затуманенным разумом ближе к лэнсу, а он и не был против, а даже наоборот — сам прижимался к киту как можно ближе, словно пытаясь слиться с ним. он закинул прямые руки киту на плечи, замыкая их в замок где-то за его спиной, приближаясь с каждым битом и вспышкой светомузыки. кит довольно быстро нашел худые бедра лэнса, очерчивая перед этим каждый его мускул, размещая свои ладони на мягких ягодицах. лэнс усмехнулся и начал двигать ими в такт музыке, слишком томно и наигранно выдыхая киту в ухо, прерываясь на короткие хмельные смешки. кит сам начал невольно глупо улыбаться, вжимаясь в лэнса. он легко и мягко целовал бледную кожу шеи, не позволяя себе оставлять глупых пурпурных меток. поцелуи лэнса были очень мокрыми и нежными; он крайне медленно двигался вверх по шее кита, целуя фигурный подбородок и заставляя кита запрокинуть голову и потерять равновесие. лэнс рывком притянул его обратно к себе, (совершенно случайно, честно) целуя кита в губы. порывисто, резко и страстно. кит чувствовал огромный костер на своих губах в виде лэнса макклэйна, который бесцеремонно тут же ворвался своим языком в его рот. лэнс целовался охуенно. кит когане мог в этом поклясться. на крови. кит легко передвинул свои руки с ягодиц лэнса на его талию, невесомо забираясь под майку и проводя холодными влажными пальцами по выступающим позвонкам. лэнс усмехнулся в поцелуй и сомкнул ладони на шее кита, посасывая его нижнюю губу. кит углублял поцелуй, стараясь почувствовать лэнса как можно сильнее, чтобы никаким алкоголем не запить, чтобы ощущать вкус недавно выпитого им мартини на своих губах и, облизывая их, возвращаться в душный бар, в тугие объятия худых рук под оглушающие биты. лэнс прервал поцелуй, разворачиваясь спиной к киту и кладя свою голову ему на плечо, тонкими пальцами цепляясь за верхнюю часть его джинс, поддразнивая. кит положил свою ладонь лэнсу на шею, слегка сжав, вызывая у того приступ сексуальной асфиксии. он оглаживал большим пальцем выступающий кадык и целовал его затылок, оставляя много, чересчур много, крупных фиолетовых отметин на задней стороне шеи. кит хотел клеймом остаться на теле лэнса, слиться со всем его пылающим существом, покрывать засосами каждый сантиметр горячего молодого тела, вдавливать его в жесткий матрас, извлекая громкие крики, чтобы лэнс выстанывал его имя в приступах оргазма и вспоминал кита, как самое лучшее, что с ним случалось. лэнс пробирался пальцами под затянутый ремень, кокетливо цепляя резинку трусов, оттягивая ее, насколько позволяло пространство в джинсах, проводя горячими подушечками пальцев по лобку. пока получалось так, что кит шептал имя лэнса, умоляя его не останавливаться и продолжать, пока звучит музыка и есть силы. пока кит жив, и в груди лэнса бьется сердце, кит хотел, чтобы лэнс продолжал. на танцполе стало темнее, а музыка стала затихать, готовясь к взрывному финалу. люди вокруг них казались такими далекими и отстраненными, хотя находились в нескольких сантиметрах, непроизвольно касаясь спинами, предплечьями, бедрами и другими частями тела. пространство сжалось, а время остановилось всего на несколько секунд, но кит счел их целой вечностью, в которой он был готов остаться наедине с лэнсом. «и больше никого». лэнс пополз вниз, теснясь ближе к киту, чтобы прощупать своей спиной каждый изгиб и выступ (особенно тот, что находился у кита в штанах; лэнс усмехнулся, когда почувствовал бедрами стояк, но даже не подумал прекращать). кит простонал на выдохе, хваля громкие колонки, которые заглушили его маленькую слабость. лэнс резко повернулся к киту снова, жарко засасывая, поскуливая ему в рот. он беспомощно хватался за отросшие волосы на его затылке, сжимая их и пропуская сквозь пальцы. кит же растерянно шарил под майкой лэнса вспотевшими холодными руками; он уже давно посчитал все его ребра, мечтая увидеть их воочию. маленький ад на земле, а лэнс — их местный асмодей*, упавший с небес вместе с люцифером, изгнанный отовсюду и теперь оказавшийся здесь. кит не жалел о прожитой жизни, ведь теперь он полностью отплатит за все, и заставит заплатить лэнса. — тебе не кажется, что мы кое-что не закончили, там, у сцены? — выдохнул лэнс прямо в губы киту, смотря на него так безумно пошло, что кит мог кончить от одного взгляда этих глаз, цвета глубокого синего океана. — кажется, очень даже кажется. — моя гримерка сейчас пустует и если ты хочешь- — хочу, — кит готов был поклясться, что почти закричал. — тогда прошу в мои скромные покои, niño pequeño**. широ увидел, как лэнс увлекает за собой пошатывающегося кита на второй этаж, в гримерки артистов и, усмехнувшись себе под нос, налил дешевый коньяк какой-то расфуфыренной девице. «ад пуст, все демоны здесь».