RUSSLAND

Знакомое лицо смотрело сквозь стекло сначала недоумевающе, но после на нем расползлась улыбка. Часть шторы на поясе уже стремилась сползти вниз, но Чанель быстро подобрал ее и постучался в балконную дверь еще раз, в надежде, что его не поймут неправильно. Кенсу чуть не подавился от смеха, глядя на такой наряд. Надо же, этот парень снова заставляет его смеяться. Су открыл дверь и сразу же потребовал объяснения, пропуская нежданного гостя внутрь: – Вот уж встреча! Проходите. Чай, кофе? Курица, рыба? Книгой по ебалу или по сокровенному? Чанель не ожидал более приятного гостеприимства. Он не знал, что хоть До и говорит с каменным лицом, тот все же в душе ликует. Пак немного смутился, но начал говорить, смотря в глаза своего знакомого: – Мне нужно было сбежать из номера, срочно, – тут он сделал небольшую паузу и продолжил, – по важной причине. Кстати, мы с вами соседи, у вас не будет лишних трусов? Я мылся и одежду захватить забыл. Теперь Кенсу полностью расхохотался, но сквозь смех начал отвечать: – Что же это вам, трусы сразу? И без знакомства? – Ну... – Ладно, садитесь. – До указал на стул. – Так уж и быть, не ходить же вам передо мной в таком виде, еще халат в ванной возьмете. – Спасибо. Чан сел, начав следить как Кенсу ищет в шкафу белье. Это был доброй души человек. Он помолчал, а затем представился своему спасителю: – Меня зовут Пак Чанель, мне двадцать три года, а... – До Кенсу, двадцать два, – сказал младший, не отвлекаясь от своего дела и сразу поняв, что брюнет хочет спросить. – Знакомое имя. – Возможно, я писатель. – Правда? Ого! А я только статьи читаю, потому что журналист. Давайте перейдем на ты? – Согласен. Вот, эти, возможно, подойдут, – сказал Су, вертя перед гостем черные трусы. – О, большое вам, то есть, тебе спасибо, ты очень добр. – Взяв их, Чанель поспешил в ванную. Он начал напяливать белье и отметил, что в этом номере почему-то халаты были! Накинув один из них, он вышел с шторой в руках, еще раз поблагодарил До, пообещал отдать трусы в скором времени и уже собирался уходить. Кенсу знал, что они еще обязательно увидятся, но отпускать сейчас старшего не хотелось, поэтому он остановил его, когда тот уже открывал дверь. – Подожди, останься. Мне..Ты в халате, дурак. До хорошо скрывал симпатию отменными русскими матами (которых набрался в игре с русскими игроками пару лет назад). Чанель был прекрасен: высокий, широкоплечий, подкаченный, с низким сексуальным голосом и в халатике. Да, До всегда было плевать, кого любить и выбирать себе в предметы обожания. И этот лопоухий парень сумел понравиться писателю с первого раза, из-за чего мысли о нем не давали покоя в несчастной голове. Чанель остался, увлекая Кенсу в интересные разговоры. До не особо разговорчив, а Чанель компенсирует своей болтливостью. Но все это продолжалось ровно до тех пор, пока на телефон Пака не пришло сообщение от Бэкхена о том, что они закончили раньше, и старший может спокойно валить обратно. Су опять немного поник. Этот Бэкхен снова все портит. Написав ответное сообщение "Что ж, я же говорил. Надолго тебя не хватило", Чанель поблагодарил Кенсу и нехотя пошел к выходу, напоследок сказав, что они еще увидятся. Придя в номер, Пак никого не обнаружил. Он немного удивился, но был даже рад – наконец побудет один и хорошенько отдохнет. Так он думал, пока сенсорный экран телефона не показал десятый час, а тревожные мысли не начали посещать его. Бэкхена до сих пор не было, а мог хотя бы предупредить. Чан набрал номер друга, и тот ответил мгновенно: – Да, я тебя слушаю, Чанни? Голос был пьяным, язык до жути заплетался. – Где ты? – В баре... – Где он находится? – Я пью тут, Чанни... – Да-да, адрес дай, я заберу тебя. – Не знаю адреса, не известен адресат... – Боже, дай трубку бармену. Чанель облегченно выдохнул, с Беном все хорошо. – Да? – незнакомый, но полностью трезвый голос вырвал Пака из раздумий. – Здравствуйте, можно адрес бара? Спустя час оба уже были пьяные в хлам. Захотелось отведать русской водочки, но в баре ее не продавали, и Чан, спотыкаясь почти на каждом шагу, бежал в ближайший ресторан за "специальной покупкой". Все разговоры были только о бэкхеновских проблемах. О том, какая сложная работа, какая тяжелая жизнь, какая ужасная та замужняя девица, которая отшила сегодня Бэка. – Представляешь, говорит, член у меня маленький. Ну не маленький он ведь, да? Смотри, ща покажу! – Бен схватился пальцами за пряжку ремня. – Ты что, дебил, блять? Твою мать, не надо! Через множество тщетных попыток Чанель все же усмирил друга. – Ах она... Ускокала, кобыла. – Бэкхен надул губы и опустил голову, хватая пустую рюмку и начиная ее вертеть. На такое заявление Ченель усмехнулся. Его состояние было уже не лучше, чем у Бэка, но он все равно осознавал, что они порядком засиделись и пора спать. По дороге до отеля они ехали на такси, а когда вышли из него, им предстояло мучительное испытание – добраться до самого отеля, так как расстояние было не маленькое. Они шли медленно, аккуратно, и было малопонятно, кто кого на себе тащит. Все же кое-как идя к своему номеру, Чанель вдруг остановился перед соседним. Интересно, Кенсу спит или... – Чанни, че такое? – Бэк не понимал, в чем дело. – Я тебя сейчас познакомлю с моим новым другом, он очень хороший. – С этими словами Пак начал тихо стучать в дверь. Когда она открылась, оба друга поняли, что грозит им страшная участь. – Чанель, я конечно все понимаю, точнее, ничего не понимаю! Ты смотрел на часы? – Кенсу разбудили, а когда его будят, то гнев накатывает девятым валом. Пак резко склонился над ним и положил руку на его плечо, шепча в самые губы: – Мы смотрели. Я хотел тебя познакомить с моим лучшим другом. – Ага, так вы еще и пили, идите спать, отложим знакомство на завтра, о ' кей? – До отвел взгляд, учуяв запах алкоголя. В принципе, дело было не только в запахе. Чанель остранился и закинул руку уже на макушку Бэка. – Мы не пьяные, нам просто было грустно, мы выпили немного водочки. – Ведочки? – произнес Кенсу на ломаном русском. – Да нет же, оооо, вооодочки, понял? – Ага, все, идите, я вас не звал в таком состоянии. Чанель смеялся, Бэкхен глядел в пол и кряхтел, но во все глаза уставился на До после того, как Пак обоих представил. – Бэк, это Кенсу. Кенсу, это Бэкхенни. "Как ласково", – пронеслось у писателя в голове. – Знакомое личико... Кореееейчииииик! – Бэкхен вспомнил, где уже видел этого человека и заорал на весь коридор, и Чан снова засмеялся. Из другого номера выглянула полная тетка, ее лицо было угрожающее, она оглядела троицу сонными глазами и прокричала: – Олухи, дайте поспать! Че ты ржешь, хулиганье! – Да мы ща уйдем, не ори, женщина! – ответил Пак, так же крича. И она удалилась обратно, не став больше конфликтовать. – Чанни, у тебя прекрасный русский, – проговорил Бэк. – Да, очень. Все, приходи завтра, Чанель, завтра, а теперь спокойной ночи. Было приятно познакомиться. – Помахав рукой, Кенсу захлопнул дверь. – Эх, Чанька, не пара он тебе, мне тааак жаль... – сказал Бен и повис на шее друга, уже немного засыпая. – Ты че несешь? – Я всеее видел. – Ты дурак? Спать пошли. Чанель был по-прежнему пьян. Он лежал на кровати, стараясь поскорее уснуть, но не мог. Все равно он чувствовал вину, не надо было заявляться так поздно. Нужно сходить и извиниться. Хотя, лучше, конечно, завтра. Су наверняка спит. Признаться, этот милый парень с пухлыми губами ему до жути нравится. Наверное, это и заметил в Чане Бен, который никак не против того, что другу нравятся не только девушки, но и представители его же пола. Пак не знает, как поступать дальше.