По острию ножа

- Чимину дают два с половиной года условного, - говорит мужчина, когда Юнги звонит брату. – Полагаю, он им тупо заплатил. Юнги зло выдыхает. Этого стоило ожидать. - Не удивлюсь, если потом и записи в личном деле о судимости не будет, - он крепко сжимает кружку с чаем, а потом прикрывает глаза. - Всё ещё можно обжаловать решение, - деликатно напоминает альфа, а Юнги моргает. - Я знаю, подумаю над этим. Потому что…сам ещё не уверен, достаточно ли будет просто посадить его за решётку. - Только, пожалуйста, хён, давай без всяких мерзостей, ладно? – с легкой усмешкой говорит брат. – Я и так тут с ума схожу, когда вижу все твои отмытые инвестиции, честное слово, - Минсок хмыкает и тихо смеется на фырканье брата. - Не делай вид, будто не ожидал этого, - Мин закатывает глаза, а потом поворачивается в сторону выхода из кухни, когда слышит, как хлопает входная дверь. – Тэхён пришёл, потом позвоню. - Хорошо, привет ему, и когда вы уже вернетесь? - Не знаю пока. Давай, перезвоню, - Юнги быстро сбрасывает, когда Тэхён с холодом улицы входит в кухню. Тот улыбается и кладет на стол пакет с продуктами. - Ты ушёл без предупреждения, - говорит Юнги, когда Тэхён быстро склоняется и целует его холодными губами в щёку. - Ты спал, так что я не стал тебя будить. И с кем это ты разговаривал? Ещё и сбросил, стоило мне прийти, - Тэхён включает чайник, и вопрос звучит иронично, но Юнги будто бы улавливает напряжение в голосе Тэхёна. - С братом, - отвечает Юнги, а потом сам вдруг вдумывается в вопрос Тэ, и до него кое-что доходит. Блять, ну это должно было быть очень очевидно. Просто…Юнги знает, что не должен чувствовать себя так, но не может не ощущать что-то вроде разочарования. Он вдруг думает, что это будет самым ужасным чувством за всю его жизнь, если Тэхён будет продолжать сомневаться. Юнги знает, что дыма без огня не бывает, а сказать, что у Тэхёна нет поводов сомневаться в Юнги, будет слишком нечестно. Но он считает это обидным, потому что он доказывал Тэхёну и не раз, что больше не сделает того, в чём его можно было бы упрекнуть. Да, их ситуация не располагает к полноценному доверию сразу, потому что быстро справиться с тем фактом, что ты увел альфу из семьи, даже пусть и не совсем счастливой, и доверять потом на все сто процентов сложно, но Юнги казалось, что они уже перешагнули тот порог. Оказывается, он ошибался. Тэхён понимает, что Юнги заметил эту ненужную нотку недоверия за иронией, поэтому ему становится чуть тяжелее. Потому что он не хотел этого, именно он громче всех заявлял, что ему наплевать на общественные предрассудки, но, как оказалось, на деле их игнорировать гораздо сложнее. Тэхён буквально чувствует за собой тянущийся шлейф клейма, которое не так уж и благозвучно, а посыл в себе несет такой, какой не любит никто. Статус любовника никто не примерит на себя просто так, а быть тем, из-за кого альфа уходит из семьи, не очень-то и хорошо, как бы ни обстояли дела в этой самой семье ещё до появления чужого человека. Он поворачивается к Юнги, чтобы исправиться и объяснить, но вздрагивает от резкого приближения альфы. Они оба замолкают, глядя друг на друга. Тэхён потерянно мечется взглядом, а потом опускает его, поджимая губы. - Прости, - невнятно говорит он. Юнги тяжело выдыхает. - Мне очень хочется думать, что я неправильно тебя понял. Пожалуйста, Тэхён, скажи мне, что я сделал не так. Не считая того, что я полнейший мудак, конечно же. Тэхён, не сдержавшись, тихо фыркает. - С кем ты разговаривал? – приподнимая брови и делая излишне вопросительное лицо, спрашивает Тэхён. - С братом, Минсок звонил, - отвечает невозмутимо Юнги: - могу даже показать. - А почему сразу сбросил, когда я пришел? – всё также переигрывая, продолжает омега. - Потому что разговор был не из лучших, - честно говорит Юнги. - О чём был? – Тэхён склоняет голову набок, приподнимая бровь. - Про Чимина, - Юнги решает быть до конца честным. Тэхён тут же меняется в лице, отворачивая голову, и Юнги не уверен, что стоило говорить это. - Что с ним? - Дали два с половиной года условного, - говорит Мин, даже не пытаясь скрыть презрительную насмешку. - Ясно, - Тэхён убирает руки со стола, поворачиваясь к выключившемуся чайнику и доставая из шкафчика кружку. - Хочешь вернуться в Корею? – не отходя от Тэхёна, спрашивает Юнги. У него есть кое-какие планы на младшего прямо сейчас, но надо чуть-чуть повременить, потому что ему хочется знать его мнение. - Мне нравится здесь, - чуть помедлив, говорит Тэхён. – Но…если честно, то хочется увидеть папу с Тэсоном. - К тому же, нам надо сообщить твоему папе о нашей свадьбе, - с сарказмом замечает Юнги, а потом давится воздухом, потому что Тэхён несильно пихает его локтем в грудь. - Он убьет тебя, - мрачно говорит Ким, а потом добавляет: - и затем меня. - Будем как Ромео и Джульетта, - пожимает плечами легкомысленно Юнги: - так что? - А почему тебе вдруг приспичило вернуться в Корею? – с возросшим недоверием в голосе вдруг интересуется Тэхён. - Моему брату приспичило, а не мне. И я вовсе не хочу возвращаться туда. Предпочел бы остаться здесь. Но рано или поздно это стоит сделать. - Ну, я думаю, что ещё пару недель…или…месяц? Ну-ка, дай пройти, мне нужна капуста, - Тэхён выворачивается из полуобъятий альфы, когда тянется за пакетом с продуктами, но его ловко выдергивают из рук и откладывают в сторону. – Юнги! – грозно сдвигает брови к переносице Тэхён. Юнги толкает его к обеденному столу, ухмыляясь. - Мне нужно готовить обед, Мин Юнги, - напоминает Тэхён. Юнги не слушает его и обвивает одной рукой его талию, притягивая к себе, а второй оглаживает бёдра Тэхёна, попутно целуя его шею. - Юнги-и-и, - чуть стонет Тэхён, срываясь: - не сейчас… - Сейчас, - отрицает Юнги, а потом целует в губы, заставляя Тэхёна замолчать. Тот слабо пихает его руками в грудь, а потом охает в поцелуй, когда чувствует ладони альфы на своей заднице. - Юнги, я тебя убью-ю-ю, - хрипит сипло Тэхён, а потом чуть стонет, когда Юнги несильно сжимает ягодицы руками. – Черт, если ты сейчас же…не…ох…перестанешь…Юнги… - Ты что-то сказал, милый? – с насмешкой переспрашивает Мин, перемещая одну ладонь на ширинку брюк младшего. - Будешь…господи…сам готовить нам обед, чё-ё-ё-ё-рт, - выдавливает из себя через слово Тэхён. - Идёт, - бездумно соглашается Юнги, а потом, чувствуя свою полную безнаказанность и теперь уже безоговорочную победу в этой схватке, впивается в губы Тэхёна поцелуем. Кажется, Тэхён начал забывать, кто здесь главный, поэтому время ему напомнить.

***

Чимин смотрит на бумаги с неподдельным страхом и ужасом. Два с половиной года условно с испытательным сроком год. Его адвокат сказал, что это был самый лучший вариант при таком раскладе. Доказательства были слишком неопровержимыми, а состояние пострадавшего относилось к тяжелым. К тому же, как сказал адвокат Юн, похоже, что обвинитель оказывал явное влияние на сам процесс суда, несмотря на то, что пострадавший даже не принимал никакого участия, включая и дачу показаний. Чимин с горькой усмешкой вспоминает эти слова. Обвинитель. Юнги сам занимался этим. Его бывший муж делал всё для того, чтобы лишить Чимина свободы. Он вздыхает. С каждым днем его самочувствие ухудшалось, и ему было слишком тяжело засыпать, поэтому ребенком в основном занимался Чонгук. Чимин сам запутался. Он не знал, чего хотел. Порой ему казалось, что он всё это заслужил. Потому что нельзя было так делать. Но с другой стороны…он ведь не хотел сбивать этого чертового Ким Тэхёна. Не хотел этого. Он не был виноват… Чимин находился на грани истерики, ему казалось, что он уже сходит с ума. Отец принял его сторону, поняв, что сын сделал это не специально, и всё также злился на Юнги, который, как ему казалось, перегнул с этим палку. Даже надавил на судью через своего брата, чтобы тот дал наиболее жестокое наказание. Сунёну пришлось напрячься, чтобы добиться наименьшего срока для сына, и именно проблемы с этим заставляли его ещё больше проклинать Юнги. Подумать только, сколько оказалось в нём жажды справедливости, стоило речи зайти о том омеге. - Доброе утро, - говорит Чонгук, когда входит в гостиную. Чимин сидит, свесив одну ногу с кресла, и тут же пытается убрать все бумаги со стола, но Чонгук замечает их раньше. – Что это? - Решение суда, - сквозь зубы произносит Чимин. Чонгук присаживается рядом, кладя руки на колени омеги. - Они дали мне два года условно, Чонгук-а. Чёрт, я ведь даже… - Пак давится воздухом и замолкает, опуская взгляд. – Ох, будь проклят этот Мин Юнги! Это он! Этому Тэхёну к черту не был нужен этот суд, это всё Юнги устроил, понимаешь? Понимаешь? Это из-за него…из-за него мы не могли решить вопрос быстрее… - Хватит, Чимин, - Чонгук устало вздыхает, чуть сжимая колени Чимина. – Обжаловать решение суда можно? Чимин обреченно качает головой. - Можно…но какой в этом смысл? Юнги не даст возможности смягчить наказание. Черт, - Чимин опять впадает в истеричное состояние: - наказание. Я итак понял свою вину, какое же это наказание. - Хватит, Чимин, - повторяет Чонгук уже жестче. Чимин напрягается. Раньше Чонгук никогда не допускал такого тона по отношению к нему. – Я узнавал про этого омегу. Это заслуженное наказание, Чимин. - Ч-что? – Пак поднимает неверящий взгляд на альфу: - повтори, что ты сказал. - Он был беременный, Чимин. И этот ребенок погиб. Чимин чувствует, как холодеют его кончики пальцев. - Юнги сказал спасать Тэхёна, потому что двоих врачи не могли бы спасти, после этого Тэхён впал в кому, а после выхода из неё он не мог говорить. Чимин быстро моргает, буквально задыхаясь новой информацией. - Хватит, Чонгук, пожалуйста…хватит…я не хочу…не хочу слышать, - Чимина начинает трясти, и он отчаянно машет головой. - Поэтому…Чимин, просто пойми, что это заслуженно. Я сам от этого устал. Потому что прекрасно понимаю, что должен был тебя остановить ещё в начале, этого не должно было произойти. Я не должен был соглашаться с тобой, не должен был позволять тебе выходить за него замуж и не должен был плясать под твою дудку, - Чонгук, кажется, решает высказать Чимину всё сразу. Потому что он действительно устал. Теперь он видит все свои ошибки, которые привели в итоге ко всему этому. Именно его мягкотелость и любовь к Чимину ослепили его, он должен был пресечь все эти «гениальные» планы Чимина ещё на корню. Чонгук оказался слабаком, когда надо было проявить жесткость, а не склоняться под тяжестью характера и нрава своего омеги. - Хватит, Чонгук. Чонгук берет его за руки и бережно целует ладони омеги. Пусть его жизнь была превращена в ад после решения Чимина выйти замуж за вариант, который предложил ему собственный отец, Чонгук никогда не пытался отказываться от него. Многие друзья считали его слабаком и тряпкой, который позволил своему омеге вертеть собой, как тому думалось, но Чонгук вообще никогда не задумывался об этом. Ему было наплевать. Впрочем, у Чонгука было так по жизни. Он мало думал о последствиях и мнении других. Они с Чимином познакомились на втором курсе университета, и Чонгук буквально спустя минут пять общения потерял голову от простой улыбки омеги и его стеснительной манеры речи. Его лучший друг Югём покрутил на это пальцем у виска и заявил, что Чонгук последние мозги отбил себе, раз запал на Пак Чимина, у которого отец как Цербер, да и сам он стерва ещё знатная. Но Чонгука это мало останавливало. Да и вообще, Чимин оказался на поверку самым милейшим омегой на всей планете, и Чонгук пребывал в этой святой уверенности до того момента, пока Чимин не сказал, что у него гениальный план. И что у него теперь есть жених. Вот тогда альфа понял, что связался не с ангелом небесным, а с самым настоящим расчетливым охотником. Но возразить Чонгук не смог, да и нечего было. План Чимина был прекрасен и без единого изъяна, кроме того, что он должен был стать мужем другого. Чонгук ошибся, когда сказал, что согласен.

***

- Добрый день, господин Пак, - голос Юнги звучит бодро и очень язвительно, когда мужчина берет трубку. - Сукин сын, - шипит Сунён вместо приветствия. – Ты ещё имеешь наглость мне звонить? - Да, в конце концов, мне же нужно донести до вас то, что я не смог сделать в тот вечер, когда ваш сын чуть не сломал жизнь моему омеге. - Мне противно тебя слушать, что уж говорить о том, чтобы видеть… - О, и я не горю желанием видеть ваше лицо, так что я отправлю документ почтой, - холодно говорит Юнги. – Поэтому ждите уведомления. Надеюсь, вам понравится, - и прежде чем Сунён успевает что-то ответить, Юнги сбрасывает, нажимая на кнопку отправки документов. Две недели сбора всех доказательств после возвращения в Корею, доплата работникам операторских телефонных служб, и вишенкой на торте – результат ДНК-теста. Юнги не собирался больше кормить правоохранительные органы, сделав всё гораздо проще. У него не было в планах разрушать репутацию всей династии Пак, но Чимин должен был хоть раз встать на колени. Неважно перед кем, Юнги больше не интересует он. Он с каким-то истинно садистским выражением лица выжидает время после того, как отправляет всё. Полчаса, за которые Юнги замирает у экрана ноутбука, а потом звонок. - Что…это? – сдавленно шипит Сунён. - О, так у вас проблемы, - язвительно отзывается Юнги: - можете прослушать ещё раз, если не поняли с первого. - Ты…думаешь, я поверю? – зло спрашивает альфа. - Спросите у своего сына и его прекрасного лучшего друга Чон Чонгука, так ведь вы считаете, правда это или нет. Поверьте, его ответ вам понравится больше моего, - ледяным тоном чеканит Юнги: - надеюсь, теперь я действительно прощаюсь с вами, господин Пак. Ваш сын забрал уже всё, что хотел, поэтому у нас больше нет причин пересекаться. И научите уже своего сына следить за своими словами, потому что я больше не хочу, чтобы он упоминал моего омегу, - Юнги делает огромный акцент на слове «моего»: - в каком-либо тоне. Всего хорошего, господин Пак, - голос сочится ядом, и Юнги кладет трубку, а потом откидывается в рабочее кресло, чувствуя себя ещё лучше. Неважно, что теперь Чимин попробует сказать в свое оправдание, Юнги собирается теперь с чистой душой вычеркнуть его из своей жизни.       Папа Тэхёна дает разрешение на брак с некоторым сомнением, но Юнги очень старается понравиться ему, потому что, прошу прощения, но мне, чтобы с вашим сыном обручиться, пришлось ещё четверых разгневанных сопляков устранять, изъявивших такое же желание. А вот у своих родителей он даже не спрашивает, а просто приводит Тэхёна и говорит, что женится на нём. На вопрос «а куда делся предыдущий муж?» младший брат Юнги получает красноречивый ответ в виде злобного взгляда Юнги, подзатыльника от Минсока и удара по ноге от Сынхуна. Отец пожёвывает губу, а потом приглашает всех к столу. Идеальное решение. - Юнги, ты… - отец выводит Юнги поговорить, когда все ужинают. Тэхён с напряжением смотрит на оставшихся трёх братьев и их мужей, особенно на младшего Тэёна. - Не начинай, отец. Я уже принял решение. И ты его не изменишь. - Да…просто…я не думал, что у вас всё так серьёзно, - задумчиво произносит альфа, поглядывая на омегу из-за двери. - Надеюсь, папа против не будет, - пожимает плечами Юнги. - Ему без разницы, ты же знаешь, - машет рукой мужчина. – Что же, ладно. В таком случае, мне нечего возразить, ты прав. Тэхён утыкается взглядом в тарелку, потому что муж Минсока смотрит очень испытующе и изучающе. - Извини за вопрос, но… - Тэхён понимает, что обращаются к нему, и поднимает голову: - ты делал пластику? Тэхён непроизвольно открывает рот. - Ч-что, прости? – он думает, что ослышался. - Ну, лицо, - как ни в чем ни бывало, переспрашивает омега. Тэхён быстро отрицательно машет головой. - Сонмин, хватит, - закатывает глаза Минсок. – Прости его, он… - Ну не может такое лицо быть натуральным, - бурчит Сонмин. Тэхён заискивающе улыбается. - Сочту за комплимент, - он поджимает губы и хватается за стакан с соком. Почему-то он думал, что знакомства с семьей будущего мужа проходят не так. Ну, в фильмах обычно спрашивают про учебу, возраст, родителей и всё такое. Но ему было задано только два банальных вопроса о родителях и возрасте от главы семейства, и вот, кульминация – вопрос о пластике. Тэхёну, конечно, очень приятно, что его считают красивым…ведь об этом спрашивал Сонмин?..., но это не то, что он хотел бы услышать на встрече с семьей. Ну где там Юнги? Слава Богу, никто не задавал вопросов в стиле «как ты увёл Юнги из семьи?» и не смотрел на него косо, а то Тэхён бы удавился собственным воротником рубашки. Он почти прыгает на своем месте, когда видит возвращающихся отца и Юнги. - Пожалуйста, не обращай внимания на Сонмина, - говорит ему муж второго брата, когда Тэхён и Юнги собираются уходить. Юнги отходит, чтобы поговорить с Минсоком по поводу компании. Он подает омеге шарф и улыбается. – Он хороший, но просто одержим традициями о старшинстве. - В смысле? – Тэхён чувствует неловким и глуповатым, но он правда не знает, что за традиции. - А, тебе не говорили? Ну, знаешь, младшие мужья в семьях с большим количеством братьев тоже состоят в иерархии своей. - О, ты об этом! – Тэхён понимающе кивает. Он понял. – То есть, я ему не нравлюсь, потому что не он теперь старший омега? – Ким хмыкает на заговорщицкий кивок омеги. - Просто когда вы официально поженитесь, он не сможет задавать такого рода вопросы, - пожимает плечами омега, помогая надеть пальто. - Да ладно, мы же не в двадцатом веке живём, никто не станет его за это упрекать, - фыркает Тэхён. Как можно загоняться в их время по поводу подобных традиций. Ну, то есть, иерархия в школе – это ладно, а в семье. Ну, несерьезно как-то. - Ну, Чимин как-то велел ему заткнуться, когда Сонмин сделал замечание по поводу его командных тонов, - хмыкает Чжун. Тэхён замирает, а потом выпрямляется, приподнимая брови. – Так что его можно понять. - Воу, - только и умудряется выдать Тэхён, когда Юнги появляется в поле его зрения. – Ну, не беспокойтесь об этом. Серьезно, меня это мало интересует. - Что именно? – спрашивает отстраненно Юнги, надевая пальто. - Да нет, ничего. Пока Юнги прогревает машину, Тэхён прокручивает в голове разговор с Чжуном и только умудряется удивляться нраву Чимина. - Не знал, что у вас в семье осталась штука с иерархией, - замечает Тэхён. - Отец слишком консервативен, - кивает Юнги: - к тому же, четыре сына и все альфы – хаос, и многовато, разве нет? - Зато это, наверное, весело, - пожимает плечами Тэхён. – Много детей – это круто. - Возьму на заметку, - с усмешкой говорит Юнги, паркуясь, и уворачивается от ладони Тэхёна. – Особенно круто, когда вы все вчетвером идиоты, а один из вас ещё и ябеда. - Ну, - философски пожимает плечами Тэхён и, не придумав больше ничего, вылезает из машины.

***

- Чимин, иди сюда, - Чимин поёживается от холода в голосе отца. Но стоит тому обернуться и взглянуть на сына, Чимин понимает, что это конец. В глазах отца такая пылающая ярость и презрение, что омега готов бежать из этого дома, лишь бы спрятаться от этого взгляда. - Что-то случилось? – напряженно спрашивает Чимин, глядя на бумажку в руках отца. Отчего-то она ему не нравится. - Что случилось? – равнодушным голосом переспрашивает альфа, а потом переводит взгляд на текст на бумаге и зачитывает: - отцовство Мин Юнги по отношению к Мин Джиёну исключено. Вот что случилось. Чимин чувствует, как внутри всё обрывается. Не может быть… Он прямо-таки ощущает, как внутри всё холодеет, а сердце пропускает удар, когда отец поднимает взгляд вновь на него. - Не хочешь объяснить? Это…правда? Джиён не сын Юнги? – голос звучит так, словно отец знает правду. Чимин хочет солгать. Потому что он боится гнева отца. Он не хочет быть виноватым, он не хочет, потому что он не заслужил этого. Чонгук тоже не заслужил, чтобы его сына считали сыном другого. Джиён не заслужил быть сыном не своего отца. - Да, - еле произносит Чимин, а потом вздрагивает от яростного окрика Сунёна. - Повтори немедленно! - Д-да, - омега кусает губу, а потом зажмуривается, когда видит, как стремительно приближается к нему отец и вскрикивает, когда получает пощёчину. Сильную, обжигающую раскаленным железом кожу, и омега падает на пол, хватаясь за больную щеку. - Как ты…мог? Я тебя спрашиваю! – Сунён кипит яростью, зло выплевывая слова в лицо сыну: - как ты смел так позорить меня, нагло рассказывая ложь всем? Кто отец? Кто отец, я спрашиваю! - Неважно, - выдавливает сквозь подкатывающий ком к горлу Чимин, и моргая, желая прояснить зрение от напрашивающихся слез. - Отвечай мне, живо! – Сунён хватает Чимина за воротник рубашки и поднимает, встряхивая: - я… Он вдруг вспоминает слова Юнги. - Это Чонгук, - потрясенно говорит он, расслабляя руки на вороте рубашки. – Ты…вы разыгрывали спектакль, обдурив меня. Я был на твоей стороне, а ты даже не соизволил рассказать всю правду. Я позорился, думая, что ты прав, а ты воспользовался тем, что я тебе доверяю, - альфа отступает, глядя потрясенным взглядом на сына. Решение сформировывается моментально. – Убирайся из этого дома. - Отец… - Чимин вскидывает на него отчаянный взгляд. - Убирайся из этого дома! Мне стыдно, что у меня такой сын, - произносит с желчью альфа, отворачиваясь: - пошёл вон, я сказал! Чимин сглатывает ком в горле и смаргивает слёзы, а потом направляется к выходу из кабинета, чуть пошатываясь. Как же…как же всё дошло до этого?

***

Юнги не может не вспоминать слова парня Намджуна, Сынюна, когда смотрит на Тэхёна в окружении его знакомых. «Все на него ведутся» Юнги чувствует всепоглощающую ревность, пока идёт к болтающей толпе. Он видит это восхищение в глазах других альф, пока Тэхён что-то рассказывает Хосоку. Юнги бесится от того, что те так пялятся на него. Только Тэхён, кажется, равнодушен к этому: он увлеченно продолжает вещать что-то, но слушает его внимательно только один Хосок, и именно он вникает в то, что рассказывает Тэхён, а не в его голос. Юнги готов взвыть сам, когда на его пути появляется его деловой партнер, один из акционеров, не позволяя ему пройти к Тэхёну и забрать его от этих альф. Он поздравляет его с возвращением в Корею и к делам компании, а попутно расспрашивает о недавно объявленной помолвке. Все знали об этом, потому что это была одна из самых скандально известных помолвок за этот год. Именно из-за этого, что только полгода назад этот самый Мин Юнги развелся со своим мужем из семьи чеболей в третьем поколении. Процент разводов в Корее низок, а из тех успешно заключенных между чеболями и вовсе приближается к мизерному одному, поэтому никто из газет и новостных порталов не дал себе возможность пропустить такую сенсацию и не дать всем обсосать эту новость со всех углов. Подняли и биографию Тэхёна, узнали о его месте учебы, и даже парочка наглых пыталась взять у него интервью. Юнги оглядывается и очень вовремя, потому что видит, как к ним идёт Тэхён. - Добрый вечер, - он тут же меняется в лице, увидев ещё одно лицо, и вежливо улыбается. Юнги смеряет презрительным взглядом вмиг преобразившегося альфу и незаметно корчит рожицу. - Добрый вечер, полагаю, это и есть ваш омега, директор Мин, верно? Я – Ли Сонхун, партнер вашего будущего мужа, - альфа максимально вежливо улыбается и целует руку Тэхёну, который чуть приоткрывает рот, не готовый к таким проявлениям уважения. Юнги округляет глаза, а потом крепко сжимает зубы и отлепляет альфу от Тэхёна. - Эм, да, Ким Тэхён, приятно познакомиться, - неловко говорит Тэхён, становясь еще ближе к Юнги. - Полагаю, теперь я понимаю, о чем толковали все эти журналисты, - хихикает Сонхун, а Тэхён недоуменно вскидывает брови. – Такой омега стоит того, чтобы забыть обо всех остальных, - поясняет альфа, а Юнги жалеет, что не может выкинуть его из списка акционеров. Тэхён же моментально меняется в лице: - Ох, ну, вы преувеличиваете, - Юнги косится на омегу, который старательно изображает на лице смущение. Так, Тэхён, вот сейчас не понял! - Нет-нет, вы что, - мужчина тут же вскидывается, а Юнги поднимает руку, подзывая официанта и вручая альфе бокал с вином. - Выпейте, а нам нужно отойти, - и уводит под локоть мило улыбающегося Тэхёна. – Вот сейчас не понял, Тэхён. - Что я сделал не так? – изгибает бровь омега. - Ты флиртовал на моих глазах с другим альфой, - по-детски обиженно говорит Юнги. - Я пытался быть вежливым, Юнги, раз он акционер в твоей компании, - закатывает глаза Тэхён, а Юнги под его строгим взглядом сдувается. – И уж поверь мне, это не флирт. Флиртую я совершенно по-другому, - игриво говорит он, играя бровями. - Не хочу этого видеть, - машет головой Юнги. – Мы едем домой. Зря я тебя привел сюда. - Это ещё почему? У тебя очень милые друзья. О, Джисон-ши, вы…тут, - Тэхён опять цепляет вежливую улыбку, когда к ним подходит один из компаньонов Юнги. Мин сверлит того злым взглядом, но тот совершенно не смотрит на альфу, потому что занят несколько иным делом. Юнги чувствует какое-то странное ощущение, будто сейчас устанавливается какая-то новая планка соперничества. Он теперь понимает, что все эти альфы в этом помещении фактически его соперники, какими бы друзьями до этого момента они не казались. Так, стоп. Тут никто, кроме Хосока, и другом считаться не может. Юнги видел, как Тэхён ловко сглаживает углы в общении с каждым из присутствующих на сегодняшнем мероприятии, как тот мог заполучить внимание любого человека, стоило ему заговорить или просто пройти мимо кого-либо. Такие омеги не могут не вызывать восхищения и почтения. И Юнги теперь полностью понимает, что значит быть альфой. Потому что Тэхёна нужно завоевывать. Именно когда-то тогда, в том баре, в тех «подвезти до дома», подарках и цветах было завоевывание. Такие омеги, как Тэхён, достаются только победителю. За таких нужно действительно бороться, а не ждать, что те сами пойдут навстречу. Теперь Юнги понимает: чтобы быть достойным Тэхёна, нужно быть лучшим.

***

- Что-то случилось? – Тэхён присаживается рядом после того, как выходит из душа. Он устал, но не настолько, чтобы завалиться прямо сейчас спать. - Нет, нет, - Юнги отрицательно качает головой, но Тэхён уже заметил, а значит, не отстанет. Он опять в своей светлой рубашке, которая больше него в два раза, и Юнги понимает, что это такая концепция соблазнителя. Потому что других разумных объяснений у Юнги нет. А может, проблема просто в том, что до размышлений об объяснениях иного типа дело не доходит, потому, что взгляд в таких случаях уже добирается до стройных бедер. Поэтому именно в этой рубашке он забирается на колени к альфе, обхватывая его шею ладонями, и целует мягко, прихватывая губами слегка нижнюю губу Юнги, оттягивая её. - Ты мне расскажешь или мне опять из тебя всё клещами вытягивать? – насмешливо интересуется он, отрываясь от своего занятия. Юнги кладёт руки на талию, а потом ведёт вниз, и вновь возвращается вверх, задирая рубашку и оголяя нежную кожу. - Ты не жалеешь? Что сказал мне «да»? – спрашивает Юнги, глядя в глаза Тэхёну, чтобы если что, уловить малейшую ложь. - А есть повод? - Тэхён, - Юнги вздёргивает бровь. - Сомневаюсь, что смогу это когда-нибудь сделать, - хитро улыбаясь, говорит Тэхён. – Почему ты задаешь такие вопросы? - Просто показалось, что сегодня тебе другие альфы были интереснее своего будущего мужа, - воинственно настраиваясь, отвечает Юнги. Он по-хозяйски сжимает бёдра Тэхёна, а потом подается вперед, целуя в основание шеи. - Чушь, - фыркает Тэхён: - так вот почему ты так странно вел себя. Уж не думал, что твою самоуверенность могут пошатнуть какие-то альфы, - раззадоривает Юнги Тэхён. Тот глухо рычит, сильнее сжимая ладони и впиваясь зубами в кожу под подбородком. - Не альфы, а то, как ты вёл себя с ними, - отрицает Юнги, а Тэхён хмыкает. А потом ойкает, когда Юнги снимает его со своих колен и укладывает на диван, располагаясь меж его ног. - Знаешь, в чем отличие между всеми остальными и тобой, м? – томно спрашивает Тэхён, тянясь руками к ремню брюк Юнги. Звякает бляха, и Тэхён расстегивает пуговицу. Юнги очень не хочет поддаваться провокации, но разве это возможно? - В том, что ты принадлежишь мне, - грубо говорит Юнги, скидывая руки омеги. Он расстегивает самостоятельно рубашку и снимает её с себя, а потом возвращается к загадочно улыбающемуся Тэхёну. Омега внутри того чуть ли не пищит от восторга. Он тянет руки к альфе, и тот склоняется к нему, позволяя притянуть себя. Тэхён смотрит блестящими глазами и медленно проводит языком по губам, дразня альфу, а потом хрипло выдыхает, притягивая Юнги для поцелуя: - Вот чем мой мужчина отличается от других, - и целует. Отличие Юнги от других для Тэхёна в том, что ему ничего доказывать не надо. Всё, что нужно было ему, Юнги доказал уже давным-давно.

***

- Так, как я выгляжу? – Тэхён нервно оглядывает себя в зеркало, а потом смотрит на скептически выгнувшего бровь Сонмина. - Ну, пойдет, - он морщит нос: - пойдем уже. - Юнги уже пришёл? Ох, я же… - Тэхён, вы женаты уже девять лет, думаешь, Юнги не запомнил, как ты выглядишь? – омега закатывает глаза. - Слушай-ка, научись уже уважать меня, окей? – возмущается Тэхён. – Язвит он. - Понял, хёоон, - саркастически тянет Сонмин. – В любом случае, со своим животом ты не выглядишь, как супер-модель. Хён, - добавляет он уважительно в конце и убегает от кулака Тэхёна. - Юнги-хён слышит тебя, Сонмин-хён, - говорит Чжун, выглядывая из комнаты: - так что я бы на твоем месте не шутил бы так со своей жизнью. - Ладно, ладно, просто пора бы Тэхёну сесть на диету, наверное, - отзывается из угла Сонмин. – А то разнесло как. Тэхён нервно пялит на Сонмина, и тот вежливо прикрывает рот. - Очень смешно. Пятый месяц это не две недели. Я на тебя посмотрю, когда как хён, третьего ребенка будешь вынашивать, - с усмешкой замечает Чжун, а Тэхён поправляет челку. - Минсок не Юнги-хён, ему такая орава не нужна,- претензионно сообщает Сонмин, а Чжун хихикает, пока листает новости на Нэйвере. - Ой, просто Минсок-хёна ты не интересуешь так сильно, как Тэхён-хён Юнги-хёна, - подает голос Санджин, а Чжун взрывается хохотом. - Заткнитесь уже, - устало говорит Тэхён. – Вы мне все надоели. И поучитесь-ка уважению, я ваш хён, - омеги покорно смолкают, потому что с беременными, ну, осторожнее надо. Ну, и уважение тоже.