Я люблю член, папа, очень! (полная версия)

Акт 3. "...или я" Вечер первый. - Пап, я купил тебе подарок на день отца! В кожаном переплёте, с глянцевыми страницами и дизайнерскими иллюстрациями специальная подарочная гей-камасура! Давай, опробуем её после шикарного романтического ужина при свечах? - А я думал, что получу только отсос на день отца, - саркастично отозвался «виновник торжества», решив не заострять на том, насколько ошиблось его дорогое чадо с отмечаемой датой. - Я сделаю тебе особый, праздничный отсос, пока ты будешь листать книгу, которую я тебе подарил… Вечер второй. Отец, усталый и злой, весь замороченный, пытается одновременно приготовить капризным в последнее время дочерям внеочередной ужин и составить отчёт. Голос любимого сына, недавно вернувшегося из колледжа, доносится откуда-то из глубины квартиры: - Па! Я сегодня сдавал тест на беременность! - Ну и как? - Всё отлично! Высший балл! - Мо… ТЫ ЧТО, ИЗДЕВАЕШЬСЯ!? - НЕТ! Я ведь ни одной ошибки не сделал! Вечер третий. Короткое платьице с широкой юбкой, колготки, туфельки. Обрамлённое каштановыми волнами лицо без следа косметики. Лёгкая виноватая улыбка на губах. - Ты сказал не краситься. Но про одежду ничего не говорил. - Ты так ходил на пары? - Нет! Я надел это специально для тебя. Я похож на девушку? - Нихрена. Ты что, ещё и транс? - Нет. Я просто гей. Но ведь тебя всегда привлекали только девушки. Если хочешь, я стану одной из них… Я сделаю что угодно для тебя. - Не делай глупостей. Просто найди себе пару! - Хорошо, тогда я пойду на вечеринку с друзьями… - Никуда ты не пойдёшь! - В этом платье? - Вообще! - Ты что, ревнуешь, пап? - Я? Кого? Тебя? Да ни в жизнь! - Тогда я пойду… - Подожди! Не смей никуда ходить! Не смей никому показываться таким! - ПУСТИ! Какого чёрта ты меня привязываешь к своей кровати?! - Потому что плохие мальчики должны быть наказаны. Тем более когда они похожи на плохих девочек! - Тебе-то какая разница?! Ты ведь сам сказал! - Не смей смотреть ни на кого, кроме меня. Пока я тебя трахаю… Не смей никому позволять прикасаться к тебе. Ты понял? - Да… ДААА!!! Акт 4. "...ванна..." Купание первое. - Па, помыть тебе спинку? - Сам справлюсь! - А можно я с тобой душ приму? - Нет. Ты ведь уже не ребёнок, чтобы мыться со мной! Да и в комнате у тебя есть своя ванная! - Её сестрички заняли! Уже четвёртый час волосы красят! - Тогда подожди, я… - Но я хочу с тобой! - Не маленький уже… - Я знаю, пап. Можно я войду? - Чёрт с тобой! Делай что хочешь… Обнажённый Джой проскользнул в комнату, встал под жёсткие струи воды за спиной отца, взял губку и мыло и принялся натирать сильное мужское тело. - ГДЕ ТЫ ТАМ МЕНЯ МОЕШЬ? - Как раз там, где нужно… А потом ты меня этой штукой помоешь в одном месте, да? - Ты с самого начала это планировал! - ДА! Хха… - Джой обвил ногами жилистые бёдра отца, прильнул всем телом к любимому, скользкому от мыла телу, насаживаясь ещё сильнее и жарко выдыхая обжигающий лёгкие воздух, слабо вскрикивая и прикусывая кожу на широком плече, почти у основания. – Вот так! С тех пор они завели привычку вместе принимать душ время от времени. Купание второе. - Пап! Я не оставлял у тебя свою рубашку? - Почему ты всё время моешься в моей ванной?! - Но ведь ты сам разрешил… Так что насчёт рубашки? - НЕ ОСТАВЛЯЛ! Возьми мою в корзине с чистым бельём! - Ок! Спасибо! Тогда я выхожу! - Давай! И вали к себе! Мне ещё отчёт проверить нужно. С этой чёртовой свадьбой всё кверху дном и с ног на голову… Невысокий стройный, крепкого худощавого телосложение парнишка с длинными ниспадающими на плечи влажным каштановыми волосами выскользнул из ванной, одетый лишь в не по размеру большую, расстёгнутую в районе ворота и ключиц, с подвёрнутыми, но всё равно закрывающими целиком кисти рукавами белую рубашку едва достигающую середины бёдер… Батя замер с открытым ртом, пожирая голодным взглядом соблазнительно то ли прикрытое, то ли приоткрытое тело. Потом со звериным рыком бросился вперёд, подмял это самое тело под себя, накрывая пухловатые необсохшие губы своими, врываясь языком в покорный рот, дрожащими руками скользя по внутренней стороне бёдер… И сладостные стоны витали в комнате, отражаясь от стен, до самой поздней ночи… Купание третье. - Сколько ты ещё будешь ходить в одном полотенце после ванны? - Почему нет? Это никому не мешает! – Джой наклонился к открытому холодильнику и, достав с нижней полки коробку апельсинового сока, сделал медленный чувственный глоток. - Мне это мешает! – Расс попытался сосредоточиться на рецепте в книге. – Сначала твои чокнутые сестрички, теперь ты… - А что, они тоже ходят голыми по дому? - Нет! – с громким хлопком закрыв книгу, Расс обхватил руками голову. – Они сводят меня с ума! Да ещё твои заскоки! - Какие заскоки? – притворяясь невинным, Джой кинул на отца быстрый взгляд из-под ресниц, лениво потягиваясь, выгибаясь блестящим от капелек воды, текущих с волос, телом. - Заходишь в туалет, когда я там, носишь женскую одежду, ходишь голышом, провоцируешь… - Никогда этого не делал! – сын позволил капле сока стечь по шее. - Да ты и сейчас это делаешь! Ты так сильно любишь члены? - Твой, пап, только твой… - Не шути так со мной! - Я никогда с этим не шутил! – Джой сунул коробку сока в холодильник и выскочил из кухни… Отец нагнал его у дверей в его комнату, затолкнул, ткнул на узкую, заваленную молодёжными шмотками кровать. - Я не знаю, чего от тебя ждать, - севшим голосом выдохнул он прямо в ухо парня. - Не нужно ждать, - полувыдохнул-полувыстонал сын, улыбаясь одновременно счастливой и беспомощной улыбкой. – Просто дай мне сделать тебя… моим. Акт 5. "Ужин..." Ужин первый. - С возвращением! Ужин готов! Хочешь поесть или сначала помыться? - Хочу спросить, почему ты в одном фартуке по дому разгуливаешь!? Где сёстры? - Ушли на Жизель… Сказали, сегодня их не ждать – у них там какая-то годовщина, так что они поужинают в ресторане, потом снимут номер в отеле… Так что сегодня вся квартира в нашем распоряжении. - Я не буду мыться! Поем и сразу спать! - Тогда иди на кухню… И Джой, соблазнительно виляя нагой задницей, пошёл впереди… Расс сел за стол, но даже не замечал, что ест, не отрывая глаз от провоцирующей фигурки в изящном переднике на совершенно обнажённом теле. И когда эта фигурка нагибалась, у мужчины кусок застревал в горле, а в штанах становилось тесно. - Чёрт побери, Джой, хватит мельтешить передо мной! Хочешь, чтобы я прямо тут тебя… - … нагнул и трахнул? Именно этого я хочу. Я люблю, когда ты это делаешь, пап. Я люблю твой член. - Я уже тысячу раз это слышал! Ты хоть о чём-то ещё можешь думать? - Когда ты рядом – нет. А теперь… - он присел на стол, приподнимая фартук и показывая отцу стоящую колом источающую смазку плоть. – Не сдерживай себя! Ужин второй. - Ужин готов. Ждёт на столе! Рассел вошёл в кухню и замер на пороге, пригвождённый к месту зрелищем распростёртого на столе сына. Ломтики рыбы на животе, две крупных оливки на сосках, разводы кетчупа и майонеза… - Я сервировал на своём теле. Приятного аппетита, пап… - Это не еда! Это извращение! - Пока ты будешь это есть, вылизывать меня во всех местах, я… - Я не буду ужинать! - Почему? - Не привык есть со стола… - Но! - Сделай милость! Не делай такой фигни… - Но Лесли сказал, что ему бы понравилось, если бы… - К чёрту Лесли! К чёрту всех! Не смей общаться с этими уродами! - Тогда что мне сделать? Они ведь мои друзья. К тому же я так хотел тебя порадовать… - Я рад… - Рассел наклонился и, поцеловав сына, съел украсившую шею клубничину. Затем перешёл на одну из оливок, прикусил скрывшийся под ней комочек плоти. - А если девчонки зайдут? – отвлекаясь на минуту от волнительной трапезы, спросил ответственный и мудрый глава семейства. - Они трахаются под Красотку в своей комнате, так что нет. Ну а дальше всё было очень вкусно и хорошо. Потом Расс унёс заснувшего сыночку в свою постель, накрыл одеялом, поцеловал в лоб и сам лёг рядом, обнимая своего единственного в последние месяцы любовника и пытаясь выбросить из головы мысли о том, как глубоко он вляпался.