Я тебя помню

Отпиваю из стакана холодную воду с лимоном, стараясь успокоить мысли. Она такая маленькая, нежная, хрупкая, недосигаемая. Последние фото в профиле были сделаны, по видмому, на главной площади города. Дождь… Она говорила, что редко видит просто дождь в своем городе, это либо ливень, либо трехминутный, неуловимый потом состоящий из мелких капель. Куртка… Дутая, кирпичного цвета… Ее подарила Алена, когда Аня рассказывала, что очень хотела носить подобную, но в городе их не продавали, и вряд ли продают сейчас. Черные ботинки, шапка, сумка… И кофе. Стаканчик кофе в руках. — Принцесса, возьми! — я протянул ей два стакана с кофе и развернулся обратно, расплачиваясь за напитки. — Почему ты так любишь кофе? — девушка улыбнулась, отпивая латте. — Ну, знаешь… согревает, обуючивает. — ее глаза выражали удовольсвтие, от нее исходило тепло. И я поражался этому, она была доброй и нежной со всеми, всегда. Ульяна давно танцует, уведенная от меня Наташей. Девушки пытались утащить и меня, но спаснием стала Даша, которая буквально навалилась на меня с объятиями. И не просто Даша, а Даша вместе с белками. — Ты похудел! — улыбнулась блондинка, а я оглядел ее. Маша похорошела. Сильно. Не то чтобы до этого я считал Панган непривлекательной, дело было в другой. Маша была более смущенной, неуверенной, а сейчас… Сейчас блондинка не уступает в уверенности нашей главной белочке… — Катрин, — хмыкнул я. — потанцуем? — Маша и Даша надули губы, мне просто пришлось пообещать блондинкам по танцу, хотя… разве я был против? — Спрашивай, — у самого моего уха говорит Катя, немного сжимая своими пальчиками плечо. — Крид, я не первый год тебя знаю, все уже по глазам вижу. — хмыкаю, немного сильнее сжимая брюнетку в своих руках. — Егор. — настойчиво говорит Катя, смотря мне в глаза. — Ты знала, что она уедет? — девушка виртуозно прокрутилась вокруг себя, возвращаясь на место. — Предполагала, — тихо отвечает белка. — она пришла к нам с Машей такой… разбитой. Я тем же вечером проронила фразу о том, что ее не удержать здесь. — внутри слова Кати отдаються болью. — Помнишь, ты искал ее? — что-то внутри ёкает. — Кать, — запыхавшись, я поймал Пицентий за руку, когда она собиралась идти обратно в зал. — ты Принцессу не видела? — брюнетка слишком… разочарованно посмотрела меня. — Не видела, — выдыхает она. — мне в зал надо. — спустя минуту говорит девушка, вытащив руку из моей хватки. — Катя! — окликнув ее снова, я подошел ближе, развернув девушку на себя лицом. — Мы можем поговорить? — она прикусывает угол губы. — Крид, мне нужно в зал. — девушка собирается уйти, но не может, в любом случае, силы у меня побольше. — Пожалуйста, Кать. — выдыхаю я. — Пожалуйста. — девушка молчит, а я отпускаю ее, видя, как Пицентий уходит. — И? — почти хриплю я, изучающе смотря в глаза брюнетки. — Она была у нас. — небольшой ступор сковывает тело, но я продолжаю танцевать с кареглазой, стараясь прийти в себя. — Я не сказала не оттого, что не хотела тебе помочь, а оттого, что хотела помочь ей, пойми меня правильно, Егор. — я киваю, а Катя обнимает меня, позволяя зажмурится и выдохнуть в ее черные волосы, зарыться в них. — Ты скучаешь? — я невесомо киваю. — Я нашел ее, Кать, — тихо добавляю я, ощущая, как пальцы девушки снова сжались на мне. — но не знаю, как поступить теперь. Лететь к ней, туда, куда ей так не хотелось, куда заставил вернутьсяы я сам… или написать? Ждать ответа, ее мучать и себя. Не знаю, белка, я не знаю. — брюнетка отстранилась от меня. — Знаешь, я бы написала. Ехать туда…, а она тебе откроет? Да и к тому же… мы все люди взрослые, понимаем, чем тебе это может обернуться. Ты выдержишь? А она выдержит? Напишешь… увидишь, ответит она или нет. Но только не бездействуй, Крид! Только не игнорируй попытку, которую тебе жизнь дает! — я смотрю в глаза Кати, которая тихо, спокойно, говорит настолько сильные слова и вещи. — Аня любила тебя. — слишком сильный удар по, вроде бы, окрепшему сознананию. Я так боялся своих чувств, к ней, что не замечал… насколько эти чувства были важны для нее. — На самом деле… Я откушу тебе голову, если ты упустишь эту девчонку. Вы же светитесь рядом друг с другом, дурные. — крепче сжимая Катю в своих руках, я прошептал «спасибо», слыша, как она усмехнулась. — Просто… я хочу, чтобы ты смог уберечь ту, которая действительно любит, и… которую любишь… постой, — я слишком старонился таких вопросов. — ты ведь любишь? — настороженно спрашивает Пицентий. — Кать, — свожу брови я, сжимая руки. — Егор? — более сдавленно, настороженно, просит она. — Да. — хриплю я. — Да, Катя, да. — она кусает губу с краю, продолжая танцевать, теперь молча. Я начинаю вспоминать, как отпускал ее. Как мучительно было стараться вытолкнуть Аню из своей души. Темноволосая девочка, как оказалось, довольно сильно ухватилась за фибры моей души. Несносная… я больше не смог без нее нормально вдохнуть. Все стало таким… лживым? Даже не так, все вернулось на круги своя, но без ее искренности и тепла, я уже не смог принимать этот мир. Только рядом с семьей, близкими людьми, становиться немного проще. Но порой, все еще хочется, придя домой, схватить вазу, тарелку, чашку — неважно, что угодно… и расколотить о стену, со злостью, криком. Этого у меня не отнять. То, чем я мало владею — собой, в минуты гнева, боли, отчаянья. Когда все внутри кричит — не могу закрыть рот. В этом проблема впечатлительных, сентиментальных людей, тех, кто долго отходит. Я один из таких. — Ульян, можно тебя на секунду? — танцующая, веселая, она подошла ко мне, довольно улыбаясь. — Когда ты последний раз писала Ане? — ее имя срывается с губ, учащая биение сердца. — Я пыталась написать пару дней назад, но она не ответила. Прочитала, а ответа не последовало… — девушка пожала плечами. — Слушай, — слишком хитроумно протянула девушка. — может ты нам поможешь? — я хмыкнул, смотря в ее глаза. — Чем же? — Уля тихонько провела ноготками по моей рубашке. — Напишешь ей? — в горле пересыхает, небольшой ступор, и… отчетливые стуки сердца. — Тебе-то, поди, девочка ответит! Вы же общались, вроде как? — киваю, отпивая из стакана, который чудом не выронил от слов Ульяны. — Я не знаю, Уль… — Ну Егорчик! — начала уговоривать девушка, к содалению, незнающая о том, насколько мне это… важно. Написать Ане. Но… не про работу, совсем нет. — Поможешь нам? — Попробую, — тихо отвечаю я. — Люблю тебя! — довольно мурчит она, схватившись за мои руки. — А теперь… танцевать! — сам не понимаю, как ей удалось, но… через секунду, я был с ней и ее парой ребят на танцполе. Все становилась менее значимым, простым, все эти вопросы, ответы, просьбы… я погрузился целиком в свои мысли. Танец с Машей, который стал причиной воспоминаний о танце с Аней, последнем нашем танце… Как же мне тогда хотелось впитсья в ее малиновые губы поцелуем. Ощутить вкус ее кожи, касаться, сжимать, присвоить ее себе. Помню, как пьяный, еле дойдя до отеля, переспал с какой-то… потаскухой. По ней видно было. В глазах не было того, что я видел в Ане… Не было тепла, любви, добра и уюта, честности… Была похоть. Выгода, желание денег, готовность на все. Безотказная сука. Как и многие, с кем я ложусь в постель. Чисто физика? Именно. Чистое желание переспать, и не более. Животные инстинкты. Помню, как она заметила эти чертовы царапины! Дурацкие полосы в области шеи, которые я не заметил, просто не увидел, в спешке. Тупое доказательство того, настолько я отвратительно поступил. По отношению не к той, которую имел ночью, а к той… которую хотел иметь, и не просто иметь, а любить. Чувственно, доказывая то, что она важна, необходима. — Черт, — хмурюсь я, хватая в руки телефон. Быстрым движением я набрал имя её аккаунта, пытаясь набрать сообщение в директ. @egorkreed — Думала, что я не найду тебя? Ошибалась… Привет, Принцесса.