Я тебя помню

Анна

— Малыш, хватит, ты чего? — Алена тихонько гладила меня по волосам, под ногами валялся разбитый стакан и телефон. Знаете, иногда кажется, что все проходит, и ты говоришь себе« о, это тоже пройдет!», но ночами все равно рыдаешь в подушку. Наступило опустошение. Стакан… красивый, хрустальный, с треском разлетелся на крошечные кусочки, порезав мой палец, прямо в капилляре. На белом полу валялись осколки стекла, медленно покрывающиеся капельками алой крови. Алена подлетела ко мне, отбросив в сторону ящик с косметикой, который разбирала. Мы ожидали клиенток. Я не помню, как опрокинула стакан, и как упал из рук телефон. Дыхание исчезло, я просто почувствовала, что плачу. Плачу в истерике, это безмолвные рыдания, «неадекват», при чем полный. @egorkreed — Думала, что я не найду тебя? Ошибалась… Привет, Принцесса. Все внутри оборвалось. Мне казалось, что я находилась на тонкой нити, подвешенная над пропастью. И одним движение эту нить срезали, оборвали. Боль, которую я старалась тушить работой, многим, пыталась утопить в жизненной суете, появилась снова, в двойном размере. Алена тихонько отмахнула ногой осколки, и подвинула меня вперед, посадив в кресло. По стуку каблуков я поняла, что девушка вышла из кабинета, вероятно, за аптечкой, которая всегда присутствует в ее машине. Поднявшись, будто в трансе, я села на пол, не обращая внимания на капающую кровь, начала собирать осколки. Уложив аккуратно все кусочки в ладони, я дошла до маленького ведерка, пластикового, специально для побитых флаконов, банок, и сбросила туда осколки. Стук каблуков становился звучнее, я подмела пол, и все еще не брала во внимание истекающие кровью пальцы. — Глупенькая, — рвано выдыхает Алена, когда я стираю с белого кафеля красные разводы. — что произошло? — я легонько толкаю телефон в сторону Алены, и девушка смотрит в экран, прикусив губу. — Господи, но… как он смог? — Ульяна… знает аккаунт… Значит он… в Москве? — говоря невпопад, будто в бреду. — Тебе нужно обработать пальцы, руку перевязать… Может, домой лучше? — я мотаю головой, вспоминая о девушке, которая буквально умоляла сделать ей прическу и макияж, по времени буквально полтора часа. Я взялась — я сделаю. Я взяла телефон и просто выключила его, предварительно написав в нашей рабочей группе, что по всем вопросам обращаться нужно к Алене. Сил писать ему что-то не осталось… Боль так сильно сковала чувства. Никогда не думала, что не смогу ответить… Е… ему. Было столько бессонных ночей, кошмаров, о которых я забыла на время пребывания в Москве, хотя… Боже, мысли, остановитесь. — Помогите! Кто-нибудь, пожалуйста! — меня держали два парня, а впереди… били Егора. Он изнывал от боли, кровь вокруг не пугала меня, я боялась не крови, а потерять Егора, это самое страшное. — Хватит! Прекратите! Хватит! — я чувствую сильное давление на плечи, мутно вижу, и слышу сквозь сон… — Принцесса! — продолжаю умолять людей остановится, пока не начинаю отчетливо слышать свое имя. — Аня! Аня, проснись! Аня! — открываю глаза, видя Егора. Напуганного, держащего меня за плечи, бегающего по мне глазами. — Егор, — шепчу я, видя, что он цел, невредим… рядом. — я… мне… — блондин без слов обнимает меня, мы уснули за фильмом, снова… — пожалуйста, никуда сегодня не уезжай. — прячу лицо у него на груди. — Пожалуйста. — Не уеду, Принцесса, не уеду… Тише, тише. — он медленно гладит меня по спине, крепче обнимая. — Все в порядке, я с тобой. С тобой… — выдыхаю, успокоившись, прижавшись к парню, который ложится, притянув меня к себе. Но кошмары… Настигающие меня здесь, в родном городе… Куда хуже и отвратительнее, настолько пугающие и непонятные, но реалистичные… Они изводили меня несколько ночей подряд. — Егор! — я подбегаю к нему, кинувшись в объятия, плача прижимаясь. Мы в номере, чемоданы, он рядом. Он со мной! Он нашел меня, вернул меня… Я нужна ему, нужна… Как же долго я мечтала коснуться его! Приникнуть к сильному, родному телу… Как же безумно я скучала… — Прости меня, маленькая, прости! — его губы касаются скул, век, лба, губ. — Моя Принцесса, — он держит меня сильнее, грубее… Я чувствую, как лечу на спину… на постель. Егор смотрит сверху, а после… грубо рвет рубашку на моей груди. — Егор, что… — напугано, пораженно, стараюсь спросить я, а он… он стаскивает с моих ног юбку. — Нет! Нет, пожалуйста, Егор! — я ощущаю, как страх сковывает грудную клетку. — Хватит, прошу тебя! Егор, что ты творишь! Постой! Хватит! — я рыдаю, пытаясь вырваться, но он ловит меня. — Хватит! Умоляю, прекрати! — хлесткий удар по щеке. — Закрой свой рот, — он ловит мое лицо рукой, сжав пальцами. — моя, значит будешь целиком моей. И ничьей больше. Никогда. — он заламывает мои руки, ухмыляется, держит насильно, а рыдаю, Глаза… Его глаза точно такие же, как в тот вечер. Я ощущаю запах перегара, которой жжет глаза, болью… душит горло комом, пытаюсь вырваться, дергаться, пока… Пока не лечу на пол, ударившись плечом и бедром. Сжавшись в комочек, я реву, стараясь стереть из памяти навязчивые картины. Стискиваю руки в кулаки, впиваясь ногтями в ладони, испытывая физическую боль, которая даже на процент не заглушила душевную. Сейчас же становилось еще больнее. К ночи, мне часто казалось, что нужно набрать ему, написать, сделать хоть что-то, а если он сделает это сам — ответить тут же, ведь… он мне так нужен. И это действительно так. Егор необходим мне, слишком сильно необходим. Но… но черт! Каждый раз, с утра, вспоминая его пьяный, одурманенный взгляд. Грубость в движениях и голосе. Я испытывала страх, и боль, ноющую внутри. Мне так хотелось закричать, закрыв глаза, чтобы все растворилось… Оказалось кошмаром, галлюцинацией. Но это было правдой, а галлюцинацией, по видимому, мои надуманные ожидания, которые, как будто во сне, каждый раз подтверждал сам Егор. Но, мне казалось… просто казалось. — С чего ты это взяла? — тихонько спрашивает Алена, и я, наконец оторвав взгляд от пола, понимаю, что говорила вслух. — Может, он испытывает к тебе что-то, милая? — я горько усмехаюсь. — Ален, ты себя слышишь? — будто проснувшись, отрезвев, начинаю я. — Я могу ему понравится? Я? Девочка, маленькая, которая вечно приносит проблемы… ластится к нему ночами, и будит криками от кошмаров… приносит кофе, и сутками пропадает с ним на студии… Позволяет обнимать себя, свойски, даже на людях… Господи, Ален… — я сгибаюсь пополам, плача. Девушка подходит ко мне, садясь на корточки. — Может быть стоит ответить? — я напугано мотаю головой, смахивая слезы. — Ну почему? Вы ведь даже не говорили после ночи! А ты всегда, заметь, сама говоришь, что пьяный человек не осознает своих действий… — чем больше говорит Алена, тем сильнее я погружаюсь в свои мысли. — может, все же стоит поговорить с ним? — я смотрю в карие глаза девушки, сглотнув. — Хватит плакать, ну же! — киваю, стараясь успокоить накатывающиеся слезы. — Умница. Подумай над тем, что я сказала, хорошо? — снова кивок, а после… звонок телефона Алены. Через двадцать минут, когда я немного успокоилась, к нам приехали две девушки. Одна из них моя клиентка, вторая — Алены. Я смотрела на блондинку, слушая ее рассказ о том, как сильно она мечтала о макияже, который я пытаюсь сделать. И этот макияж… мой. С выступления… Я помню, как Алена его делала. Тихонько наношу светлый тон, вспоминая тот день. Вообще, если мы оставим так, то будет очень органично смотреться именно с тем, что ты — команда Крида. — я улыбнулась уголком губ, сдерживая себя, чтобы не укусить губу, окрашенную помадой. Алена смотрела на меня так, как будто искала «лишнюю» деталь, а я просто разворачиваюсь, стаскивая со своих плеч бомбер. — Вот! — выдохнула Алена, потирая ладони. — Так и оставим… — он взяла мой телефон. — Ну, я просто уверена, что он оценит! — я слегка покраснела, встав перед ней в более подходящую позу. Медленно открываю консилер, видя красивые, серые глаза, тихонько замазываю веснушки, которые так «не нравится!» клиентке. А они милые… Очень. Беру в руки подводку, восковой карандаш, обвожу глаза снизу, растушевывая в темно-бордовый. Стрелка… вверх, подкрашиваю смоки… Беру в руки помады, очерчиваю губы консилером… готово. — Нашла! — довольно улыбается девушка, протянув мне телефон… на котором я… я вижу себя и… и… Егора. И я в этом макияже, а он… он обнимает меня за талию, целуя в висок. Пока я рассматриваю фото, к нам заходят два парня, с букетами. Они протягивают один мне, а второй Алене. Брюнет берет за руку Сашу, мою клиентку, и обнимает, приятнув к себе. Я отдаю ей телефон, прикрывая слезы букетом, и начинаю погружаться глубоко в свои мысли. — Волнуешься? — я поворачиваюсь к Егору, который подходит ко мне прямо перед тем, как пройти на свое место. Я бегаю глазами по его лицу, стараясь не давать слабины, и просто прижимаюсь, слегка кивнув. — Шикарно выглядишь, — слышу я его шепот у своего уха, вместе с мягким касанием губ. — просто шикарно. — блондин крепко сжимает мое тело, а после отстраняется. — Я рядом с тобой. — блондин подмигивает, уходя. — Рядом со мной… — бурчу я, стараясь как можно сильнее молить бога о том, чтобы все это обошлось мне не самым острым боком. — Спасибо вам большое! — она обнимает меня, крепко-крепко, а потом выходит, прощаясь. — Ты умница, — старается подбодрить меня Алена, а я киваю… через секунду ринувшись к телефону… набирая до боли знакомый номер… — Малышка? — хрипло, словно не веря… отвечает Нюта. — Анют, ты… — я слышу, как у нее наворачиваются слезы. — Ню, — точно так же, хрипло, невнятно начинаю я. — Милая, я… мне… мне так тяжело без тебя. — срываюсь на слезы, Алена, словно понимая все без слов, оставляет ключи на столике, уходя. — Он… Он… — Я знаю, — шепчет она в трубку. — поговори с ним, Ань. Прошу, поговори с ним, или… или хотя бы ответь Ульяне. Ты нужна им в Москве, малыш. — я всхлипываю, стирая слезы. — Не предавай свои мечты из-за этого, слышишь меня? — я мычу, пытаясь успокоится, на фоне… слышу Мишу. — Я тебе перезвоню! Дрожащими пальцами, я разблокирую телефон, чувствуя, как жжет глаза от слез. Хватит. @cherry_princess — Привет, Улечка! Я прошу прощения за такой долгий ответ, если предложение в силе, я буду рада узнать детали.