Поездка к морю

Ну вот и все. (Остальные дни) **** Почти сразу, как только состав тронулся, набирая обороты, и здание вокзала скрылось за поворотом, Илюха пожалел, что выкинул эту треклятую бумажку с адресом. И что самое обидное, он ведь даже не заглянул в нее, когда Андрюха ее отдал. Сразу убрал в карман. И теперь не знает не только номер дома, но даже примерное название улицы. Но, как говорится: «Поздняк метаться. Поезд ушел». Причем как в прямом, так и в переносном смысле. * В Симферополе, поменяв рубли и купив новую сим-карту для звонков в Россию, он направился к автобусным кассам. Уже сидя на лавочке в парке и закурив, в ожидании своего рейса, Илюха осознал, что купил билет до Феодосии. Тихо матерясь сквозь зубы, зажав в уголке рта дымящуюся сигарету, Илья менял симку в телефоне и спорил сам с собой, ведя бесконечный диалог со своим внутренним голосом. – Зачем, зачем тебе это надо? – насмешливо вопрошал внутренний голос. – Зачем тебе Феодосия? Он сразу же забыл про тебя. Для него это просто дорожное приключение... – Но ведь он рассказал мне про Чечню, про погибших друзей, – возражал Илья. – Никому не рассказывал, а мне рассказал... – Это просто синдром попутчика, – не желал сдавать внутренний голос. – Российский вариант психотерапии. Дешево и сердито. Еще и подрочили для затравки… – Неправда, – кипятился Илья, – вот сейчас сам увидишь, что ошибаешься, – пообещал он неизвестно кому, включая телефон и с замиранием сердца открывая меню, лелея глупую надежду, что Андрей успел забить адрес в блокнот… Но никаких записей там не было. Илюха как-то сразу увял и, неожиданно для себя, успокоился, смирившись. Криво усмехнувшись, щелчком отправил окурок в урну и зло прошептал: – Ну вот и все. Забить и все забыть. **** Отпуск Илья провел, исколесив почти весь Крым. Он старался не думать об Андрее и случившемся между ними, стараясь относиться к произошедшему, как необычному приключению, которое никогда больше не повторится. И лишь временами, любуясь на луну, серебристым шаром висящую над морем, он испытывал какую-то глухую тоску, словно потерял что-то дорогое сердцу и важное для себя. А, однажды, в минуту слабости, желая выкинуть, наконец, из головы все мысли об Андрее и посчитав, что лучшее средство для этого – подцепить какую-нибудь девицу без излишних комплексов – ненавидя и стесняясь сам себя, он пришел на натуристкий пляж в Коктебеле. Немного смущаясь, разделся и, стыдливо прикрывая голый пах, сел на полотенце, приготовившись осуществлять свой план. Но уже минут через десять раздраженно выматерился, поняв, что не обращает на девушек никакого внимания. Что его взгляд равнодушно скользит по стройным телам загорелых красоток, их упругим попам и голым грудям. А разглядывает он парней, отмечая про себя красоту накачанных мускулов, твердых, подтянутых ягодиц и плоских животов. И еще Илюха понял, что всех их сравнивает с Андреем, и хоть он и не видел Андрея полностью раздетым, но он помнил ощущение мускулистого тела под своими руками, и сравнение получалось явно в пользу последнего. Зло скрипнув зубами, Илья быстро поднялся, уже не стесняясь своей наготы, резко дернул полотенце, засыпав при этом песком соседей. Это немного отрезвило его. Извинившись, уже спокойно оделся и, собрав вещи, поплелся с пляжа. Как не крути, а приходилось признать, что Андрей занял большое место в его душе и отнюдь не как просто друг. **** Родной Ч. встретил Илью дождями и прохладой. Но парень был даже рад этому. Он очень надеялся, что скверная погода и слякоть помогут забыть эту поездку в Крым и необычного попутчика, за два дня сумевшего запасть ему в душу и крепко обосноваться в его мыслях. Но постепенно повседневные заботы захлестнули с головой. Рутина крепко засасывала в болото ежедневных дел. И уже через неделю Илье казалось, что отпуск так же далек, как Крымские горы. А Андрей и все, что произошло с ними в дороге, всего лишь сон, начинающий уже забываться и таять, как рыхлый снег под лучами жаркого весеннего солнца. Лишь иногда, по ночам, приходила смутная тоска, приносимая обрывками снов, и сожаление о несбывшемся. * В один из дней, недели через две после приезда, когда Илюха, как белка в колесе, носился по делам, утверждаясь на новой работе, раздался звонок. Номер был незнакомый. Но теперь Илье на сотовый часто звонили клиенты их фирмы, и он, не задумываясь, взял трубку. – Я Вас слушаю, – предельно вежливо, искусно маскируя неуловимую нотку раздражения, ответил Илья. Он уже приготовился к сверхурочной работе и немного жалел о погубленном пятничном вечере, но тут же ошарашено умолк, когда в трубке раздался бодрый, такой знакомый, чуть хрипловатый голос: – Привет, земеля! Ну что, вечером по пиву?.. **** Вместо эпилога. Следующий свой отпуск Илюха провел на берегу Волги, где у Андрея жил дядя. Август-сентябрь 2011 год. P.S. Небольшая зарисовка ни о чём. Без начала и конца. * Они вышли из бара далеко за полночь. Когда усталые официанты собирали последние бокалы с опустевших столиков. Долго, бесцельно – как думалось Илье – брели по освещенному огнями проспекту. Ночь пахла осенним дождем и палой листвой. Свет фонарей размытыми кляксами отражался в мокром асфальте. Редкие машины проносились мимо, шуршанием шин заглушая голос Андрея. Илья молча слушал и только улыбался, мягко и задумчиво. Наверно именно так улыбается человек, чье заветное желание исполнилось вдруг, нежданно-негаданно. Казалось бы, радуйся свалившемуся счастью, но страшно... Страшно проснуться и понять, что это лишь сон. Илюха очнулся от своих мыслей, когда они в очередной раз свернули в какой-то переулок. Поднял голову и удивленно огляделся: – Куда мы идем? – Ко мне. Андрей посмотрел на него недоуменно, словно это было само собой разумеющимся, будто они не раз обговорили все и давно решили, как будут развиваться их отношения. Видя, что Илья не собирается возражать, Андрей продолжил свой рассказ с середины предложения, на котором тот прервал его своим дурацким вопросом. Илюха кивнул и опять молча пошел рядом, словно музыку, не разбирая слов, слушая голос Андрея.