Связаны

Эротические сны снились Куроо крайне редко, а уж если они были хоть как-то связаны с событиями реальными, то подобные случаи по пальцам одной руки пересчитать можно. Но сейчас он не знал, стоит ли загибать еще один палец. Происходящее слишком сильно напоминало сладкий и влажный сон, но вопреки всему под ладонями ощущалось реальное тепло, на коже чувствовалось дыхание, да и мысли в голове были на удивление здравыми. Куроо был взволнован, счастлив, но в то же время оставался в здравом рассудке. Его сердце не выдавало обладателя с потрохами и вообще, кажется, у парня проявилось невиданное терпение. Любой нормальный человек поплывет от такой близости со своим возлюбленным, а Куроо умудряется ничем себя не выдать. Настоящий мастер. Возможно, это просто шок, и потом стоит запереться в ванной и попытаться отдышаться, попутно не умерев от сердечного приступа. Ничего подобного Куроо даже не предполагал, тем более не планировал, но на его коленях сидел божественный Акааши Кейджи в одной белоснежной рубашке, немного великоватой и, наверно, намеренно удлиненной, чтоб едва скрывать бедра. Не просто сидел, а прижимался к голому торсу супруга, в то время как ладонь Куроо устроилась на чужой пояснице, плотно прилегая к горячей коже, на пути к которой тонкая ткань даже не была препятствием. Его тело так близко, а он так спокоен, так доверчиво прижимается, еще и просит погладить. Говорит, холодно. Щеку Куроо щекочут завитки черных волос, а сам парень пытается не пялиться на чужие губы. Уж слишком велико искушение. Должно быть, это все пытка какая-то. А началось все еще в тот вечер, когда они вместе ходили на завершение проекта, в котором участвовал Акааши. Ну, сходили и забыли, так предполагалось, но время показало, что Куроо-то вполне был волен забывать что угодно, а вот его заприметили. Вернее их пару, если быть точнее. Через неделю пришло письмо на электронку (и когда Куроо успел ее кому-то дать?!) с приглашением принять участие в еще одном проекте, правда, уже в паре. Куроо сперва удивился и подумал, будто отправитель что-то перепутал, но тщательные последующие рассуждения привели к тому, что все-таки нет. Имя было его, адрес его, а Акааши по-прежнему все еще его супруг. Определенно, письмо было именно для Куроо. После этого осознания парень махнул рукой, ему это не интересно, и предпочел забыть, но вопреки решению мысли настойчиво лезли в голову. Даже если и не интересно, наверняка нужно ответить. А Акааши такое же пришло? Спросить? Можно будет попробовать на себе работенку Акааши да еще и вместе с ним. В конце концов может сам Акааши хочет? Именно этим пришлось себя мотивировать, чтобы спросить напрямую. Конечно, если бы Кейджи был заинтересован, то сам бы без проблем завел разговор, но Куроо не нужна была рушащая все логика. - Это не столько реклама, сколько социальный проект, так что понятно, почему приглашают непрофессионалов. Главное, чтоб были чувства, - пояснил Акааши, отыскав свое письмо. Он его ожидаемо пропустил, тем не менее рядом стояла какая-то неясная для Тетсуро пометка. - Если хочешь, я разузнаю подробнее. Не хотел бы, сразу нашел бы слова сказать «нет». Возможно, Акааши сомневается, а у Куроо все сильнее растет обычное любопытство. - Чтоб были чувства… нас приглашают, как однополую пару? - сделал выводы парень. Может, у него в письме и были ссылки на всю необходимую информацию, но слишком уж лень было по ним переходить и все это читать. Главное, что не в порно зовут и не рекламировать средство от запора. - Ага. Мы же хорошо смотримся рядом. - Кто-то говорит, что все это теперь ни к чему, дескать нас принимают такими какими мы есть, но думая о своей матери, я понимаю, что ничерта это не так, - вспомнил Куроо. Он просто озвучил внезапно ворвавшуюся в голову мысль, но Акааши серьезно кивнул головой и выдал: - Хорошо, отвечу, что мы согласны. Как-то так все и сложилось. Быстро и не очень обдуманно, но в то же время это не должно было принести никаких проблем. Это же просто съемка, что тут плохого? Договаривался обо всем Акааши, и Куроо на него в этом полностью полагался, а на единственный вопрос, насчет свободного времени, ответил «когда угодно». И вот в назначенный день супруги стояли на пороге студии, куда их любезно подкинул менеджер, то и дело бросающий опасливые взгляды на Тетсуро, которого это совсем не смущало. Их радушно встретили, тут же погружаясь в болтовню о деле, которую Куроо слушал вполуха, будучи уверенным, что ничего важного не пропустит. Интереснее было повертеть головой и поразглядывать некоторые декорации. Студия была большой, так что по пути попадалась то одна непонятная конструкция, то другая. - Как мы говорили ранее, у каждой пары свой сценический образ, вместе с ним костюмы и определенная ситуация, которую нужно обыграть. Осталось пять незабитых декораций. Вы можете взглянуть на все и выбрать, но, честно говоря, мне бы хотелось предложить вам свой вариант. Акааши вопросительно взглянул на Куроо, интересуясь его мнением, но тот в ответ только пожал плечами. Он же говорил, что ничего в этом не шарит, так что полностью отдает себя в чужие руки. Они как раз дошли до комнаты переговоров, где парням тут же сунули подготовленные контракты. Акааши пролистал все за две минуты, тут же ставя свою подпись, а Куроо едва ли осилил первую страницу. Все это было слишком скучно, вроде понятно, но в то же время непонятно нихрена. И вообще, стоило в очередной раз задаться вопросом, чем занимается менеджер Акааши, кроме того, что развозит его на машине? - Можешь подписывать, различий с прошлым контрактом нет, так что я объясню все позже, - сказал Акааши, откладывая свою копию в сторону, - или хочешь лишние полчаса тут проторчать? - Нет, спасибо, - тут же согласился Куроо, ставя свою подпись. - Вот и отлично, - с широкой улыбкой произнес их сопровождающий, или как там его назвать, имя-то Тетсуро благополучно прослушал. - В студии все готово, так что вам остается только наложить грим и раздеться. На этой ноте Куроо немножечко офигел, но стойко держал лицо, чтоб не подвести супруга. Впрочем, по его лицу тоже было понятно, что подобных слов он не ожидал. Тем не менее на них уже никто не смотрел, так что немые вопросы остались без каких-либо ответов. А Акааши-то говорил — подписывай, все нормально. - В контракте не сказано, какие именно съемки, - тут же пояснил Кейджи, - если не устроит, попросим другие декорации. Да и никакой порнографии тут быть не может. И Куроо, как дурак, снова поверил. Ему приходилось уже слышать, что девушки в нижнем белье выглядят в разы соблазнительнее, нежели голыми. И работает это не только для девушек, потому что Акааши выглядел просто охрененно соблазнительно. Куроо знал, что и сам был еще тем мачо в одних лишь черных, но фирменных джинсах. Ему даже ремня не дали, чтоб не мешался и не закрывал нашивку. Наверно, у его героя просто на большее денег не хватило. У него же прекрасное телосложение, о чем еще при гримировке повторялось раз десять, наверно, намеренно, чтоб повысить Куроо ЧСВ и вызвать желание всем похвастать своим прессом. Но что говорить про Куроо, когда есть Акааши. Акааши выглядел, как пособие «Как стать фетишистом» с минимумом подручных средств. Можно было бесконечно любоваться выглядывающими из длинноватых рукавов кистями рук, открывшимися из-за незастегнутых пуговиц ключицами, а уж при взгляде на то и дело маячащие то ли при случайном движении, то ли при разыгравшейся фантазии бедра, в голове и вовсе включался красный цвет. А еще у Акааши просто восхитительные ноги, и это давно известный факт. Это слишком. Когда на расстоянии руки перед тобой стоит человек, которого ты хочешь в прикиде аля «возьми меня», очень сложно рассуждать здраво и держать себя в руках. - Ну и как я тебе? - с лукавой улыбкой поинтересовался Акааши, подходя вплотную, и его язычок так быстро проскользнул по губам, слизывая ненавистный бальзам. Его постоянно мажут слишком много, и при съемке губы аж светятся, чего Акааши терпеть не может. Куроо просто повторяет за ним, и на языке остается сладкий привкус клубники. - Смеешься? - уточняет Куроо, снова демонстративно оглядывая супруга. Все очевидно, не стоит и лукавить: - Да тут у любого встанет. - Профессионал должен держать себя в руках, - пожимает плечами Кейджи, тем не менее совсем не сопротивляется, когда Тетсуро притягивает его к себе за пояс. - Но я же совсем не профессионал. - Это хорошо, - шепотом говорит Акааши, прижимаясь еще ближе в объятиях. - Тогда нам не нужно будет через силу изображать те самые чувства. Настоящая страсть выглядит куда соблазнительнее поддельной. Куроо тут с ума сходит, наслаждаясь запретным и сладким видом супруга, а тот лезет обниматься только чтоб сказать что-то без страха быть подслушанным. Абсолютная несправедливость, но почему бы ей не воспользоваться? Куроо это ж без дурных намерений. Все это работа, все для работы. Точно. - Все оборудование будет готово через пять минут, можете занимать позиции. Их «сцена» тоже оказалась черно-белой. Куроо данное сочетание цветов не жаловал, но вылупаться не собирался. Сам согласился. Белая стена, черный да еще и кожаный диван, аксессуары по мелочи, но тоже не выбивающиеся из палитры. А еще в одних штанах было как-то не жарко. Да и сам диван оказался как только из арктики, Акааши предусмотрительно подогнул одну ногу под себя, уменьшая площадь соприкосновения, и все это время будто посмеивался над супругом, потому как едва заметная улыбка его губ никак не покидала. - Добрый день, - от созерцания прекрасного отвлек женский голос, - я знаю, что Акааши-сан профессионал, и возможно мои советы не очень понадобятся, но я буду вам говорить, какие позы лучше принять и какой ракурс для вас более выгоден. - Со стороны всегда виднее, - тут же деловито отозвался Акааши, - будем благодарны за ваши советы. - Хорошо, тогда начнем с… Куроо не удержался, и пока девчонка на мгновение отвернулась, ущипнул Кейджи за бок и тут же получил несильный удар по челюсти, от чего звонко клацнул зубами. Супруг над ним в действительности смеялся, но в то же время прикосновения его пальцев к ладони Куроо успокаивали, говоря, что все нормально и ничего страшного не произойдет. Страшного-то, может, и нет, но ад — это не всегда страх. Это вполне может быть боль, например, от осознания, что губы, которые хочется целовать на расстоянии какого-то ничтожного сантиметра. У Акааши мутный взгляд, опущены веки и ресницы подрагивают. Можно разглядеть четкую тень, что остается после них на светлой коже. Такой контраст вполне подходит для Кейджи, делает его еще красивее что ли, или Куроо совсем с ума сходит. Говорят, что у них отлично получается, запоротых кадров совсем немного. Наверно, правы те люди, что решили взять кого угодно, лишь бы были чувства. Куроо совсем не приходится играть, и при этом все проходит прекрасно. Он уже не понимает, увидеть Акааши таким — это шанс или все-таки проклятие. Когда не получаешь ничего, проще смириться, а когда подарки судьбы сыплются один за другим, хочется все больше и больше. Думаешь, что рад даже маленьким возможностям, на деле только распаляешь желание. Тетсуро ни за что бы не стал просто так целовать Акааши по вполне очевидным причинам, но теперь останавливает не страх испортить отношения и не то, что Бокуто — бро. Просто тут много людей, и не хочется поддаваться своим желаниям у всех на виду. Акааши вполне может подыграть, подумать, что супруг просто сильно вжился в роль, но сам-то Куроо себя не обманет. Им предлагают позы, будто вот-вот сексом займутся. Еще секунда и полетит одежда, но нет. Когда объявляют перерыв, Куроо готов умереть. Акааши говорит, что вторая часть пройдет уже в других декорациях, и что будет лучше отойти в зону для отдыха, но та оказывается ничуть не лучше. Тоже у всех на виду, одежда осталась в гардеробе, а тут даже укрыться нечем. Акааши мигом покрывается мурашками, и решает в конец добить Куроо, потому и садится снова ему на колени. - Я сейчас околею, - полушепотом говорит он, натягивая посильнее рукава, хотя проку от этого никакого. Руки Куроо лезут к чужому телу рефлекторно, он замечает это уже когда супруг оказывается в объятиях, одергивать себя поздно. - У Бокуто случится припадок, когда он это увидит, - со смешком говорит Тетсуро, надеясь, что это немного остудит его пыл, но чертов Акааши стойко намерен убедить его в обратном. - Это работа, если бы все актеры снимались в любовных сценах только с настоящими чувствами, то половины нынешних фильмов бы просто не существовало. - Может, оно и к лучшему… - риторически заметил Куроо, припоминая какие-нибудь «оттенки серого» или «сумерки». Серьезно, кто-то может не согласиться, но мир бы вполне обошелся без этих шедевров. - Я сейчас принесу плед! - внезапно опять огорошила энергичная девица и их личный Сатана в одном лице. Можно было облегченно выдохнуть с мыслью, что Акааши будет во что закутаться, и борьба с самим собой на некоторое время отложится, но время бесконечно тянулось, и ничего не происходило. - Они нас испытывают, - наконец, произнес Акааши прямо в шею Куроо, опаляя своим дыханием. Тут и инфаркт, и инсульт, и хроническая аритмия могут возникнуть, ну нельзя же так издеваться! - То есть? - Они могут использовать любые кадры, сделанные тут. То есть закадровая съемка тоже в их распоряжении. Думаю, им мало обнимашек, иначе давно бы нас отпустили. Сегодняшний день решил Куроо добить. Акааши же все-таки поднял голову с чужого плеча, но лучше не стало, потому что теперь они соприкоснулись лбами, и терпение Тетсуро достигало своего лимита. Красная зона, еще чуточку и стрелка опустится на ноль, а у них еще вторая часть съемок. - Я тебя сейчас поцелую, - ровно и четко говорит он, серьезно глядя прямо в глаза напротив. Почувствуй, блин, угрозу, скажи «нет». Если что и может остудить Тетсуро — так это прямой отказ, а иначе как не старайся — не отцепишь. - Почему бы и нет? - пожимает плечами этот бесстрашный засранец. Акааши же полностью в чужом плену. Почти обнаженный, на коленях Куроо, в его руках, как мотылек в ловушке, попробуй только дернуться, и тиски сомкнутся. Но Акааши либо слепой, либо наоборот все понимает, потому и сидит смирно, ожидая, когда супруг потеряет бдительность. - Ты же знаешь, что я не могу так поступить… Ответа не следует, только опять язычок скользит по губам. Не может быть, чтобы его сейчас соблазняли. Это просто невозможно, нет, нереально! У Акааши есть Бокуто, и… И если бы все актеры целовались только по любви. Это просто работа, думается Куроо. Просто так совпало, что по любви. Куроо умеет скрывать свои чувства, и привык, что о них знает только он. А сейчас все в точности до наоборот. Только Акааши думает, что знает правду и это лишь постановка, а все кругом, что то и дело косятся на их парочку, да и сам Куроо думают, или лучше сказать — знают: это не на камеру, это на самом деле. Плевать, что кто-то забыл вырубить вспышку и получает втык от коллег, Куроо думает только о мягких губах с липким привкусом клубники. Однажды Акааши об этом пожалеет; доведет, и тогда точно пожалеет! А сейчас пусть дальше так нежно отвечает на поцелуй и ладонями касается Куроо.