***
— Нет. Ей вечером, после того как заявление написала, позвонили, сказали приехать на встречу в какой-то поселок. — Вечером? Одной? В поселок? Хотите сказать, Галя поехала? — поинтересовалась Валя. — Да. Крот, ловушка, смерть ребят, авария, увольнение. Она была в растерянности… Желание разобраться и понять правду отключили здравый смысл, самосохранение, профессиональную чутье… Всё и напрочь. — Что там случилось? — спросил Ваня. 14 Июня 2014 После разговора с Султановым у Галины были непонятные чувства. Хотелось убежать от всего и всех. Этим побегом оказалась поездка в лес, где стало немного легче. По возвращению домой Рогозина пропала почти на три часа. В реальность вернула мысль, что нужно забрать свои вещи. Через час она уже была на парковке около офиса. Правда, нужно было еще набраться сил, чтобы войти в столь родное здание. Она уже собралась выходить. Ее остановил сигнал СМС. Взяв телефон, открыла сообщение. Отправитель неизвестный, содержание показалось странным.«Я всё знаю…»
Заблокировав телефон, он открыла двери, вышла и, поставив машину на сигнализацию, уверенной походкой направилась в офис. Правда, когда двери лифта открылись на нужном этаже, уверенность испарилась. В офисе было невероятно тихо. По коридорам никто не ходил. Зайдя в кабинет, она пыталась найти все своё как можно быстрее. Собрала вещи за пятнадцать минут и решила отнести их в машину. Когда она снова подходила к кабинету, там послышался гул. Заглянув в приоткрытую дверь Рогозина, увидела часть сотрудников, Султанова и замминистра. Минуту подумав, она решительно открыла двери. — Здравия желаю, Олег Иванович, — поздоровалась Галина, отведя взгляд от Султанова. — Здравствуй, Рогозина, — ответил замминистра. — Трое сотрудников убиты. Четверо попало в аварию, двое в реанимации. Что еще тебе надо? — объяснил замминистра. — Как?! В какую аварию? Кто? — прошептала Галина. — Три часа назад, около поселка Овдино. Антонова, Тихонов, Лисицын и Власова, — после первой фамилии в глазах Рогозиной появился ужас и страх. — Валюша… — голос казался еще тише. Она развернулась и ушла из кабинета. ФЭСовские коридоры казались непривычно безвыходным. Поворот. Длинный коридор. Еще поворот. Двери женской раздевалки. Привычный костюм. Пачка сигарет. Она не курит. Почти… Иногда срывается, для того там и лежит пачка «на всякий случай» Пригодилась. Китель душил, стало тяжело дышать, поэтому он быстро был скинут. Потянулась к пачке, достала сигарету. Нужно было придумать план действий. Первая, вторая, третья затяжка… страх и злость начали отступать. За ней пошла вторая сигарета… стало как-то легче. Встала на ноги и взяв пакет пошла обратно. Войдя в помещение, словила на себе недовольные, полные ненависти и злости взгляды. Она маленькими и медленными шагами прошла к своему месту. — Вы вспомнили только о Вале. А остальные шестеро? — тихо спросила Таня. — А ей на них все равно! — хмыкнул Данилов. — А что двумя-четырьмя меньше? Новых возьмет, — продолжила Амелина. — Что не жаль? — спросил Султанов. — А она даже любимую Валю не жалеет. В выходные, в праздники, — ответил Степан. — А она не знает, как это — жалеть. Она у нас стальная леди, — кинула фразу Амелина. Одну из тех, что бьет больнее всех. — И из-за этого графика никакой личной жизни, — произнесла Белая. — Ну да, у нее же нет своей семьи, детей, — добавил Шустов. Еще одна больная тема. — Есть. Только они…была, — эта фраза прозвучала очень тихо. — Что будем делать? — поинтересовался замминистра. — Руководитель вам же нужен. — Руководитель должна понимать и поддерживать, — объяснила Оксана. — Значит, Рогозина в этом статусе вам не нужна? — спросил Султанов. — Нет! — в голос сказало четыре человека. В стороне все время оставался лишь Селиванов. Он молчал, когда говорили остальное. Промолчал на вопрос генерала. — А вы, Борис Селиванов, что скажете? — Не судите человека, не зная, что происходит у него в душе. — Цитатами заговорил. — Вы же не знаете, что у нее происходило в жизни? Что скрывается за безразличием. Ведь после испытания человек может очнуться другим. — А можно короче. — Я ее полностью понимаю. Я не пойду против, — Борис поднял голову на Галину, прочитав буквально по губам тихое «Спасибо». Секунды тишины. Ее прерывает Рогозина: она подходит к столу и забирает ключи. Быстрым шагом уходит назад, остановившись около двери. — До понедельника. Вам придется меня еще потерпеть две недели, — голос звучит уверенно. После исчезла за дверью. Оставляя за собой шлейф из духов с ароматом ванили и стойким ароматом крепкого табака. За ней быстро вышел и Селиванов. — Рогозина курит? — тихий вопрос с нотками удивления, от кого-то из присутствующих. Она быстро покинула кабинет, а затем офис, где-то в душе она ощущала, что навсегда. Спустившись на парковку, она подумала о Вале. Она решила поехать в больницу, только она совершенно не знала куда.***
— Так она всё же сама уволилась? — спросила Таня. — Нет и да одновременно. Ведь её не за что было уволить по какой-то там статье. По собственному было как ультиматум. — А что было дальше? — поинтересовался Иван, заинтересовано смотря на мужчину. — Поездка в больницу и СМС с просьбой приехать и адресом. А что и как было не знаю, — ответил брат. — Что совсем ничего? А где вы ее нашли? — спросила Валя. — Селиванов знает. Он её нашёл и мне позвонил уже из больницы, — ответил Георгий. — Борис? — с удивлением спросил Лисицын.