Love, hope, and misery

— Убирайся. Магнусу было так больно, а Алек снова не знал, как все исправить. Что он за парень вообще после этого? Он хотел вернуться и поговорить, но двери лофта были заперты, и он понимал, что в ближайшее время внутрь его не пустят. Правда, кажется, их мелкая ссора — не единственное, что беспокоило Магнуса. От Алека не укрылось, что тот поднял щиты. Макияж стал ярче, маг носил его и экстравагантные наряды как доспехи. Алек понимал, это реакция на то, что с ним сделал Клэйв, когда он был в теле Валентина, и Магнус не станет обсуждать это, пока не будет готов. Но теперь он, похоже, вообще разговаривать не хотел. Алек вздохнул, он уже начинал по нему скучать. Он размышлял о том, как ему извиниться, когда что-то привлекло его внимание. Инстинкты вопили, что что-то не так, хотя, что именно заставляло чувствовать тревогу, было не ясно. Какое-то движение на периферии зрения. Он не мог точно определить, что это было, но оно заставляло его кожу покрываться мурашками. Не пройдя и квартала от дома Магнуса, он остановился и достал лук. Вложив в него стрелу, начал медленно поворачиваться вокруг, пытаясь выяснить, откуда исходит опасность. Воздух будто вибрировал слегка, сообщая о том, что рядом кто-то есть, но он никого не видел. За спиной послышался шорох, шаги по бетону, очень-очень тихие, едва различимые. Повернувшись, он почувствовал, как кто-то схватил его за шею. Алек охнул, когда игла проткнула кожу, твердая рука отбросила лук в сторону, собственные руки внезапно налились тяжестью, ноги подкосились, и он упал на колени. К нему приближалась темная фигура, но рассмотреть, кто это был, не получалось. Перед глазами плясали черные точки, и он понимал, что нужно сражаться, иначе его похитит срезающий руны убийца нефилимов. Потому что это точно был он. Будучи слишком уверенным в своих действиях, неизвестный подошел слишком близко, достаточно близко, чтобы Алек смог достать его мечом серафима. Лезвие рассекло воздух, вспоров нападавшему рукав, оставляя на его руке ярко-зеленый порез. Зеленый, это было странно. Из-под капюшона донесся возмущенный вскрик, а затем Алека пнули в грудь. В глазах все побелело от боли, он почувствовал, как треснули ребра. Он упал на землю, вытянув руки в попытке защититься от следующего удара, но тут же получил кулаком в лицо — быстро и сильно. Алек больше не мог бороться, тело слабело под действием растекающегося по венам наркотика. Ему требовалась помощь. — Магнус! — он не мог пошевелиться, сознание ускользало, голос был слишком тихим. — Магнус… пожалуйста! — его крик о помощи звучал не громче отчаянного шепота. Нависшая над ним фигура в капюшоне изучающе склонила голову на бок, и перед глазами все окончательно померкло. ........................................... Свет… цепи… холод. Алек зажмурился, пытаясь дышать сквозь туман в голове. На лицо падал яркий свет и, мигая, резал глаза, пока его везли… куда-то. Звенели цепи и капала вода, было холодно, он на чем-то лежал. Он попытался поднять руку к лицу, прикрыть глаза от света, и обнаружил, что связан. И вот тогда его накрыла паника. Он дернул сковывающие его запястья наручники и задохнулся от боли в груди. Точно сломаны. Металлический стол, на котором он лежал, вкатили в какое-то помещение и остановили у лотков с внушающими ужас инструментами. Раздавшийся голос эхом отразился от стен: — Сопротивляйся сколько хочешь, так даже интереснее будет тебя резать. Как насчет той большой руны у тебя на шее? Будет весело. Но грязновато. Пожалуй, лучше оставлю ее напоследок. Не хотелось бы случайно вскрыть тебе сонную артерию, тогда ты слишком быстро истечешь кровью и лишишь меня всего веселья. ........................................... — Просто дай мне список всех, кто у тебя есть, и мы начнем с… — Джейс моргнул и, вздрогнув, прижал ладонь к груди там, где была расположена руна парабатай. Нахмурившись, Изабель схватила его за локоть. — Джейс? Ты в порядке? Ты дрожишь. Он затряс головой, тяжело дыша. — С Алеком что-то не так. Я и раньше чувствовал, как он из-за чего-то волнуется, но просто решил, что у него проблемы с Магнусом из-за необходимости уговорить его пройти ДНК-тест. Но что-то случилось, ему больно и… он напуган до чертиков. Джейс опустил взгляд на покрывшуюся мурашками кожу, его продолжало трясти. — Ему холодно. Иззи едва могла дышать. — А что если его схватил убийца. После разговора с Магнусом, он должен был возвращаться домой один. От этой мысли у Джейса оборвалось сердце. И руна парабатай продолжала болеть. Ради Ангела, похоже, Алек серьезно влип. — Надо найти его. Звони Магнусу, нам понадобится портал, когда мы выследим его местоположение. У нас мало времени, чтобы остановить того, кто его похитил, до того, как… Иззи не стала ждать окончания фразы и, вытащив телефон, уже нетерпеливо постукивала пальцами по задней крышке, ожидая, когда маг возьмет трубку. — Изабель, если ты звонишь, чтобы заступиться за брата… — голос у Магнуса звучал угрюмо, но у Иззи не было времени выяснять почему. — Алек пропал, мы думаем, что его похитил убийца охотников. Нам нужен портал, он в беде, Магнус. Последовала пауза, а затем быстрый ответ и щелчок пальцев. — Уже иду. ........................................... Алек в панике рвался из оков, пока нависающая над ним фигура выбирала себе инструменты. Его тренировали не знать страха в битве, но это было не сражение, его собирались убить, и он ничего не мог с этим поделать. Он умрет здесь, в этой затхлой, темной комнате, и родные найдут его труп в одном из переулков. Иззи будет делать вскрытие, а Джейс почувствует его смерть. Малыш Макс только вернулся домой, чтобы приступить к тренировкам, и Алеку так и не удастся увидеть, как его братишка повзрослеет. У него не будет возможности извиниться перед Магнусом за их ссору, и он никогда и никому больше не скажет “я люблю тебя”. Он умрет в одиночестве от руки какого-то незнакомца. Сердце бешено стучало в груди, он задыхался и продолжал предпринимать бесполезные попытки освободиться. В помещении было темно и слышно, как капает вода. Хотя в данной ситуации это вполне могла быть и кровь. Такое предположение Алека совсем не успокоило. Закутанная в капюшон незнакомка пробежала пальцами по инструментам и, выбрав себе один, со вздохом подняла его, любуясь. Алеку были видны ее длинные волосы и плавный изгиб пальцев, хотя он и так уже понял, что это девушка, по ее нежному голосу — томному, с шипящими нотками. — Этот использовать мне еще не доводилось. Все ждала кого-нибудь особенного, а ты, Алек Лайтвуд, крупная рыбка. Один из лучших бойцов Нью-Йоркского Института. И повержен какой-то фэйри? Вот позор. Клэйв запомнит, насколько сильными и опасными мы способны быть. Нас больше не смогут топтать сапогами, как муравьев. Так она фэйри. Это объясняло, почему кровь была зеленой. Но зачем она хотела, чтобы убийства походили на нападения различных представителей нежити? Для чего ей это? Алек знал, что Джейс должен чувствовать его страх, боль в груди и голове, так что если ему удастся потянуть время, возможно, его успеют спасти. — Зачем ты это делаешь? Это ничего не изменит, все станет только хуже. Брезгливо скривив губы, девушка обернулась и провела кончиком лезвия по его руке, едва касаясь кожи. Не настолько глубоко, чтобы порезать, лишь заставив вздрогнуть от ощущения холодного прикосновения острого металла. — Моего брата убил тот идиотский меч, когда его активировал твой парабатай. Джейс даже наказание не понес, потому что он один из вас, а никому из вас дела нет до кого-то из нас. Но ты его брат, он будет искать твоего убийцу, и когда он придет сюда, я его поймаю и убью. И сделаю это медленно. Презрительная усмешка на ее лице сменилась улыбкой, а по щеке скатилась одинокая слеза. — Что ж, может, приступим? Хочу как следует насладиться. Ухватив его за рубашку, она одним взмахом ее разрезала. Нож был настолько острый, что движение вышло плавным и непрерывным. Алек начал дрожать сильнее, когда его груди коснулся холодный воздух, и снова дернул наручники. Если в ближайшее время он ничего не предпримет, он умрет. — Пожалуйста, не делай этого. Он не хотел, чтобы так вышло, это был несчастный случай. Он думал, что если коснется меча, то уничтожит его. Он пытался спасти вас! Фэйри проигнорировала его протесты и, сделав глубокий вдох, прижала кончик ножа к коже на его боку там, где располагалась руна иратце. Он не знал, специально ли она решила начать с нее, но если она ее срежет, то руна потеряет силу и он не сможет исцелить себя, даже если ему удастся сбежать. У Алека перехватило дыхание. Почувствовав холодное касание ножа, он весь сжался и замер, чтобы не порезаться. Но фэйри сделала это за него, надавив сильнее и погрузив металл в плоть. Алек сжал зубы, стараясь не издать ни звука, не желая доставлять ей такое удовольствие, но она вонзила нож глубже и начала резать, и он уже больше не мог сдерживаться. Из горла вырвался крик, когда разошлась плоть и хлынула кровь, струясь по боку и капая на пол. Он умрет. Но перед этим будет страдать.