Love, hope, and misery

Джейс держал брата за руку и пытался отвлечь, но из-за накрывающих через руну парабатай боли и паники он с трудом мог говорить. Со слезами на глазах он наблюдал, как его старший брат, его вторая половинка, мечется в оковах. Алек продолжал давиться кровью и пытаться дышать с торчащим из груди ножом. Он был так сильно напуган, в наполненных болью и слезами глазах отражался страх, когда он умолял дорогих ему людей перестать причинять ему страдания. — Пож..алуйста. Перестаньте. Больно. М..гнус, х..ватит. Он не переставал всхлипывать, пока Иззи, проткнув ему кожу иглой, вводила ее на всю длину в легкое. Было так больно. Он просто хотел, чтобы все закончилось. Джейс переместился к изголовью, освобождая Магнусу и Иззи пространство для работы, и постарался придумать что-нибудь, чтобы успокоить Алека. — Алек, мне так жаль. Они делают это, чтобы тебе помочь. Скоро все закончится, обещаю. Просто сосредоточься на моем…угххх, — руну парабатай снова обожгло болью, от чего голос дрогнул, и он застонал одновременно с Алеком. Выдохнув, Джейс попробовал еще раз. — Сосредоточься на моем голосе. Все хорошо. Эй, помнишь, когда мы были маленькими, ты, я и Иззи тайком отправились на охоту за демоном? Нам еще и пятнадцати не было, а уже не терпелось, и мы решили, что сможем сами справиться с отреченным. Мы раз десять чуть не погибли, прежде чем нам, наконец, удалось его одолеть. Иззи плакала, потому что порезала руку прямо поверх одной из рун, а я был таким идиотом, что позволил швырнуть себя в стену. — Я сломал лодыжку, и мы боялись получить выговор. Но ты заверил нас, что все будет в порядке, сказал, что, не смотря ни на что, всегда будешь нас защищать. И нес меня до дома, всю дорогу держа Иззи за руку, хотя у тебя были сломаны ребра. Тебе было все равно, ты игнорировал боль, чтобы нас успокоить. А потом, когда мама начала кричать, ты сказал, что это была твоя идея и тебя наказали. — Все будет в порядке, Алек, потому что мы с Иззи всегда будем тебя защищать. И Магнус тоже. Теперь твоя очередь быть тем, кого спасают, так что постарайся успокоиться. Я знаю, тебе больно, но скоро все пройдет. Алек снова застонал, дернув пальцами в хватке Джейса, а потом опять начал кричать. Голос был слабым и хриплым, но звуки агонии не прекращали рваться с его губ. Иззи потихоньку вытаскивала из его груди нож, стараясь быть как можно осторожнее, а Магнус пытался исцелить все, что было в его силах. — Прости, прости. Еще немного, Алек, обещаю. Только не отключайся! Они действовали слишком медленно, лишь продлевая его боль, но у них не было другого выбора, иначе кровь вытекала из раны. Наконец, нож удалось вытащить, и Алек прекратил всхлипывать, слышны были только его тяжелые, хрипящие вздохи, пока Иззи лихорадочно пыталась восстановить его легкое. — Еще немного, Алек, не теряй сознание! Глаза закрывались, зрение туманилось, подступающая тьма угрожала поглотить его. Изабель прекрасно осознавала опасность своих действий. Сильная боль и тяжелые повреждения, наряду с непрекращающейся кровопотерей, повышали риск инфекции и шока. И если у Алека начнется шок, смерть наступит очень быстро. Но нужно было восстановить его дыхание и остановить кровотечение перед его транспортировкой в Институт для дальнейшего лечения. Нож звякнул, когда она кинула его в лоток с пыточными инструментами, и хотя у нее не было возможности отвлечься, чтобы заглянуть в лицо брата, она понимала, что они его теряют. Едва ей удалось восстановить легкое и откачать из него кровь, как Джейс начал испуганно бормотать. — Нет, нет, нет, Алек. Очнись. Открой глаза! Алек пытался бороться с обступающей его темнотой, но она надвигалась неумолимо, а он так устал, его слишком быстро затягивало в ее объятия. В последний раз он обвел взглядом дорогих ему людей: напряженное, сосредоточенное лицо Иззи, широко раскрытые, влажные от слез глаза Джейса. И Магнус. Магнус как всегда был прекрасен. Его глаза были закрыты, помогая ему сосредоточиться на своей магии. Алек хотел заглянуть напоследок в его красивые глаза, но у него не оставалось сил, чтобы позвать его по имени. Так что он молча попросил у них у всех прощения и погрузился в беспамятство. Иззи отбросила шприц, когда ее взгляд обратился к Алеку. Лицо расслабленное, глаза закатились, мертвенно-бледные губы приоткрыты. Она поднесла испачканную в крови руку к его рту и тут же с проклятиями ее отдернула. — Он не дышит! Магнус, закрой рану, я начинаю массаж сердца! Джейс снова заплакал, когда Изабель, скрестив ладони на груди Алека, начала делать равномерные толчки. — Давай же, Алек. Не смей этого делать, — тонкая грань, что Изабель провела для себя между телом, с которым работала, и человеком, которому оно принадлежало, разрушилась, и, всхлипнув, она прижалась к груди брата, умоляя его начать дышать. Магнус с трудом мог сосредоточиться на исцелении раны, через силу призывая магию, и вовсе не потому, что устал и вымотался, — Алек, его любовь, умирал у него на руках. Они не пробыли вместе и года, а он уже терял его. Вопреки намерениям он открыл глаза и посмотрел на лицо Алека, руки начали трястись, стоило заметить, насколько мертвым тот казался. Джейс бился в истерике, дрожа всем телом, задыхаясь от жуткой боли в руне парабатай. Он чувствовал, как Алек ускользает от него, и его накрывала паника. Иззи выглядела не лучше. Отчаянно прижимаясь к груди брата, она плакала и умоляла его вернуться. Он должен был что-то предпринять, он не мог его потерять. Он отказывался это делать. Собрав воедино все испытываемые эмоции, каждую крупицу охвативших его горя и паники, Магнус направил их в ладони, усиливая магию, подгоняя ее как можно быстрее закончить свою работу. Добавил заклинание на древнем, давно забытом языке, призывая на помощь окружающую его энергию. Ладони наполнились теплом и сиянием силы, и клетки тела Алека постепенно начали срастаться, заживляя рану, останавливая кровотечение, пока не остались лишь пятна крови и розовый шрам. Маг пошатнулся, чувствуя слабость после использования столь большого количества магии, и заглянул в любимое лицо. Иззи продолжала делать компрессии, но ничего не менялось. Джейс сходил с ума, уткнувшись брату в шею и всхлипывая ему в волосы. — Алек, пожалуйста, не бросай меня. Вернись! Все не могло закончиться вот так. Он не мог позволить этому случиться. Призвав оставшуюся силу и оттолкнув руки Изабель, Магнус прижал ладонь к груди Алека. Пустил разряд энергии сквозь его тело и стал ждать. Это было простое заклинание, всего лишь всплеск энергии, подобный дозе кофеина, Магнус надеялся, он даст измученному сердцу Алека достаточно сил, чтобы продолжить биться. После четырех, длившихся целую вечность секунд Алек, наконец, втянул воздух и сильно закашлялся, звуки его затрудненного дыхания были влажными и тяжелыми. Но он дышал, и этого было достаточно. Иззи с Джейсом разом вздохнули от облегчения, а Магнус освободил одно из запястий Алека и прижал к губам его побелевшие костяшки. — Все хорошо, ты поправишься. Маг встретился уставшим взглядом с полными слез глазами Изабель. — Давайте вернем его домой. ...................................................... В Институте разразился настоящий хаос, когда они вчетвером вышли из портала. Голос Иззи звенел по помещению старой церкви, перекрывая шум начавшейся суматохи. Она зажимала ладонями порез на боку Алека, пока Джейс с Магнусом везли каталку в лазарет. — Мне нужна помощь, Алек ранен! Повскакивавшие со своих мест охотники потрясенно охали при виде крови, пятнающей бледную кожу. Алек все еще казался мертвым, хоть и дышал. Молодая охотница по имени Анита запыхавшись подбежала к ним. Она уже работала с Изабель в лазарете в качестве медсестры и была одной из тех немногих людей, кому Иззи доверила бы здоровье брата. — Что от меня требуется? Иззи кивнула ей с благодарностью и начала раздавать указания, продолжая бежать рядом с каталкой, пока та не остановилась в большом белоснежном помещении, полном лекарств и надлежащего медицинского оборудования. — Нужно установить дренажную трубку и капельницу с кровью, а также физраствор и сильное обезболивающее. У него случился коллапс легкого, я его восстановила и очистила, но лучше будет какое-то время держать его под наблюдением. И он потерял слишком много крови. Нужен кислород и теплые одеяла. Несколько минут назад он пережил остановку сердца, не хочу, чтобы начался шок. И мне все еще нужно зашить порез у него на боку. Ничего не было промыто и продезинфицировано. После того как мы остановим кровотечение и избавимся от хрипов в легком, можно будет заняться сломанными ребрами и сотрясением. Натянув перчатки, Анита со знанием дела начала осматривать пациента. — Ты провела дренирование* в полевых условиях? — в ее голосе не было упрека, так уже делали ранее. Иззи кивнула, и Анита начала устанавливать капельницы с кровью и физраствором, после чего добавила в этот коктейль морфин. — Мне пришлось. И я не могла его усыпить, это было… ужасно. Анита надела Алеку на лицо кислородную маску и зажала рану на боку, сменив Иззи, чтобы та смогла помыть руки и надеть перчатки. Она чуть приподняла полотенце, достаточно, чтобы заглянуть под него, и тут же побледнела. — На него напал тот, кто убивает сумеречных охотников? Его руна практически полностью срезана! Иззи кивнула, продолжая скоблить руки, наблюдая, как красные ручейки стекают в сливное отверстие, и игнорируя жжение от дезинфектора. — Да. Это была фэйри, она действовала в одиночку. Она пытала его, — Иззи сжала зубы и задрала подбородок, смаргивая слезы до того, как они успеют пролиться. — Она мертва, — они позаботятся о теле позже, пошлют кого-нибудь убрать беспорядок, который они там устроили. Кивнув, Анита вернулась к работе. Она не осознавала, что Джейс с Магнусом тоже были здесь, пока Джейс не заговорил. Голос его был тихим и слабым. — Он поправится? Вытерев руки и натянув перчатки, Иззи улыбнулась брату. — Теперь у меня есть все необходимое оборудование. Я его подлатаю, будет как новенький. Магнус, знаю, ты хочешь помочь, но ты уже истратил порядочно магии, ничего хорошего не выйдет, если ты упадешь в обморок, — она надела медицинский халат, пряча под ним свою испачканную в крови одежду, а Анита добавила: — Почему бы вам обоим не пойти переодеться и отдохнуть? Мы позовем вас, когда закончим. Кивнув, Джейс вытер глаза и последовал за Магнусом. Никто из них не хотел уходить, но они ничем не могли помочь, а смотреть было невыносимо. Улыбка сползла с лица Изабель, как только они отвернулись. Она волновалась сильнее, чем хотела им показать. Опасность все еще не миновала, и даже если Алек поправится, психологическая травма будет преследовать его всю оставшуюся жизнь. Заметив ее состояние, Анита ободряюще ей улыбнулась. — Ты в этом лучшая, Изабель. С ним все будет в порядке. Кивнув, Иззи приступила к работе. Продезинфицировав и зашив рану, она нанесла новую руну иратце на его руку, чтобы ускорить заживление. Они добавили антибиотики к смеси лекарств в капельнице и установили дренажную трубку. Иззи была в своей стихии, проверяя показания приборов, накладывая повязку на тонкую линию шва. Она снова была уверена в себе, и все было в порядке. Жизненные показатели Алека были в норме, нехватка кислорода восполнена, и болезненные морщинки на его лбу разгладились, не без помощи непрерывно курсирующего по венам морфина. Анита срезала с Алека испачканную одежду и накрыла его одеялами, пока Иззи суетилась над его синяками. — У него сломано три ребра, но думаю большая часть синяков из-за компрессий, так что это нормально. Можешь проверить дренажную трубку? Анита выполнила просьбу, а Иззи наклонилась и, приподняв брату веки, проверила реакцию зрачков, вздохнула с облегчением, когда не обнаружила ничего вызывающего беспокойство. — Легкое сотрясение, но лучше сделать компьютерную томографию на всякий случай. Давай приведем его в порядок, прежде чем размещать в палате. Взяв медицинскую карту, Анита начала записывать показания. — Трубка в порядке. С остальным я справлюсь сама. Если хочешь, можешь пока сходить переодеться. Иззи покачала головой, хотя предложение звучало заманчиво. Кровь на ее одежде, засыхая, заставляла ее стоять колом. Но она не хотела оставлять брата. — Нет, спасибо. Все нормально. Анита в ответ лишь кивнула и, намочив ткань, начала аккуратно вытирать Алеку грудь и руки, осторожно огибая бинты, которые наложила поверх запястий там, где наручники содрали кожу. Взяв ватный тампон, Иззи продезинфицировала ссадины на его щеке и, проведя рукой по его влажным волосам, произнесла: — Теперь ты в безопасности, Алек. Я позабочусь о тебе. Обещаю, никто больше не причинит тебе боль. Мне очень жаль, что пришлось так с тобой поступить, но если тебе станет лучше и ты очнешься, то я придумаю, как загладить свою вину, — она шмыгнула носом, всматриваясь в расслабленное лицо, бледные, испачканные в крови губы. Она больше не могла сдерживать слезы, они хлынули безудержным потоком, который она не в силах была остановить. Она была так близка к тому, чтобы потерять его. Ее братишка выскользнул из ее рук, и лишь благодаря милости ангелов, смог вернуться обратно. Ее плечи тряслись, она спрятала лицо на плече брата и разрыдалась.