Убей меня, если сможешь

      Рут уже несколько дней не выходила из гаража. Ну вернее из той его части, которую можно считать гостевым домиком. Аякс не тревожил ее все это время. Он никогда не ходил туда. Рут запретила ему посещать свое убежище еще в самом начале их здесь пребывания. У всех свои загоны на счет личного пространства, поэтому парень не спорил. Шоу несколько раз порывалась пойти к Гроувс, чтобы поговорить, чтобы объяснить все. Но так и не решилась. Она не мастер разговоров, просто не знала, что нужно говорить в таких случаях. Но было то, что она знала точно. Ее тянет к Рут. Той ночи ей мало, нужно еще, нужно что-то гораздо большее, чем просто спонтанный секс. Самин слишком долго противилась этим чувствам и из-за этого все испортила. Теперь ей оставалось только ждать, пока шатенка остынет, чтобы попытаться как-то все исправить.       Спустя еще сутки Аякс не выдержал. Так больше не могло продолжаться. Что за детский сад? Рут не может прятаться в своем домике как улитка. Шоу ничего не рассказывала парню о произошедшем, но это и не требовалось. Звуки, доносившиеся до него с первого этажа в ту ночь, были куда красноречивее любых слов. Входя в жилую часть гаража, Аякс ожидал увидеть Рут всю в слезах или же подавленную. В ее руках должно было находиться ведерко с фисташковым мороженым, а по телевизору должен был идти фильм «Сто первых свиданий», ну или «Дневник памяти». Вот только его взгляду открылась совсем другая картина. Картина, которая заставила его впасть на какое-то время в ступор.       Эта комната была похожа на поле боя. Почти вся мебель была сломана, стены ободраны, кругом валялись непонятные осколки и обрывки бумаги. А посреди этого хаоса сидела Рут. Прямо на столе. В своей излюбленной позе буддистского монаха. Но она не медитировала. Смотрела прямо перед собой, а на лице была непонятная ухмылка. Это было слишком странно даже для нее. — Рут? Ты в порядке? — парень говорил нерешительно, осторожно продвигаясь ближе к шатенке, переступая через вещи, валявшиеся на полу. — Якси, ты знаешь, что у тебя очень мелодичный голос? — она даже не посмотрела на него. Все так же пялясь перед собой. Что-то в ней было не так. Совсем не так. Но парень никак не мог понять, что именно его смущает. — Ты третьи сутки отсюда не выходишь… тебе нужно поесть, — голос парня был робким. Он стоял уже напротив Гроувс, пытаясь поймать ее взгляд на себе. Этот взгляд… что-то не так. Ее эмоции… Все какое-то неправильное. Это не Рут. Словно совсем другой человек. — Все хорошо. Тебе не стоило сюда приходить, — голос был все так же спокоен, проскальзывала даже какая-то странная усмешка. — У меня здесь полно еды, — жестом она указала в сторону небольшой комнаты рядом, которая служила кухней. Кроме этого взмаха рукой она больше вообще не шевелилась, просто смотрела куда-то сквозь парня. И эта ее усмешка на лице. От нее мурашки по спине бежали. — Слушай, Рут, я не знаю, что произошло у вас с Шоу, но она очень переживает из-за этого. Может и не хочет показывать, но я вижу, что переживает. Вам нужно поговорить. Она правда волнуется… как и я, — Аякс изучающе смотрел на шатенку. Услышав о Шоу, она резко изменилась в лице. Вот только эти изменения были не теми, которых ожидал парень. Она не нахмурилась, не разозлилась. Неет. Она улыбнулась так лучезарно, так открыто. И эта невинная смена выражения лица испугала Аякса еще больше. Потом она и вовсе залилась смехом. Веселье длилось недолго. — Ты прав. Просто, знаешь, все так дерьмово, что остается только смеяться над этим. Я так устала, — теперь ее голос звучал так тихо, так болезненно, — как же я устала от всего этого. Все стало слишком сложно, — она слезла со стола, бросив пристальный взгляд на Аякса. Что же не так… что-то упорно не давало парню покоя. — Куда ты? — окликнул шатенку парень. — Пойду прогуляюсь у моря, — рассеяно отозвалась Рут.       Она ушла, а Аякс так и остался стоять посреди этого погрома. Нахрена она разгромила комнату? Что с ней творится? Рут никогда так не делала прежде, ничего подобного с ней не было. Может она и была немного замкнутой последние несколько лет, но она никогда не скрывалась от людей. Никогда не отдалялась так сильно от Аякса. Он единственный, кому она доверяла и рассказывала почти все, о чем думает. А сейчас… это не она. Совсем не она. Ее глаза… Парень начал быстро ходить по комнате, осматриваясь вокруг…       Шоу сидела на кухне, увлеченно уплетая свой поздний завтрак. Еда — единственная вещь, которая радует ее при любых обстоятельствах. — Шоу, у нас невзъебенно какие проблемы, — подобная фраза от Аякса, влетевшего в комнату как пуля, немного напрягала. Он же в курсе, что отвлекать Самин во время еды — плохая идея? Хотя, Шоу и не отвлеклась, предпочтя игнорировать очередную смехотворную тираду парня. Он вечно любил все преувеличить. Однажды он целый день истерил над душой брюнетки, убеждая ту, что в подвале дома прячется отряд агентов ЦРУ. Там оказалась всего лишь гребаная летучая мышь. А шуму от паренька было, словно это птеродактиль. Именно поэтому, зная натуру Аякса, Шоу игнорила его. Но парень был непреклонен в желании донести до нее суть проблемы. — Я ходил, чтобы поговорить с Рут. Она очень странно себя вела, а потом вообще ушла. Ты не подумай, я не из тех, кто любит рыться в чужих вещах. Даже не знаю зачем я это сделал, но то что я нашел… — парень быстро тараторил, нервно ходя по кухне.  — О, Боги, Аякс, — ну вот, теперь она и поесть спокойно уже не может. — Ты нашел у нее нелицензированное ПО или кучу дисков с гейским порно, скаченным с пиратских сайтов? О, подожди-ка, может ты нашел одну из своих компьютерных хреней, которую она стащила? — Шоу явно потешалась над парнем. Ее забавляло происходящее. Кажется, назревала очередная потешная перепалка между сладкой парочкой. Это хорошо. После нее Рут может подобреть. Но все мысли вылетели из головы Самин, стоило ей увидеть, как Аякс достает что-то из кармана и бросает на стол перед ней. Шок. Это именно то, что она испытала сейчас. — Скажи, что ты шутишь, — уже без доли усмешки заговорила Шоу. — А похоже, что я шучу? — точно нет. Таким напряженным и серьезным паренька Самин никогда не видела. — Сама подумай, ведь это все объясняет… ее внезапные исчезновения, странное поведение… — Постой, — прервала его брюнетка, пытаясь уложить в голове все факты. — Черт, Аякс, это же Рут! Ты хочешь сказать, что она наркоманка? — Шоу бросала непонимающие взгляды то на парня, то на пакетик с двумя маленькими таблетками внутри. Самин не дура, она слишком хорошо знала, что это был точно не аспирин. — Я ничего не хочу сказать. Факты сами за себя все говорят… — Аякс сел на стул напротив Шоу, опуская голову на руки. Он тоже в шоке от осознания происходящего. — Ты думаешь, что я бы не заметила этого? Это бред. Этого не может быть, — Самин судорожно перебирала в голове все, что было связано с Рут и ее поведением последний месяц. Ведь не может же быть, чтобы она не заметила, если бы Гроувс сидела на наркоте? Не может такого быть. Черт. Ведь это Рут. Да, она странная и невыносимая, но она не может быть настолько глупой, чтобы подсесть на что-то. Она же выше этого. Ведь она сама как-то говорила, что презирает все, что связано с наркотиками, потому что слишком долго вытаскивала Джессику из этого дерьма. А что теперь? Теперь она сама в нем по уши? — Заметила? — парень снова подскочил с места. — Да ты вспомни, ты же в ее сторону до недавних пор даже не смотрела. И к тому же, если все так, как я думаю, то она умело научилась скрываться. Сама подумай, она же сутками не выходила из своего гаража или пропадала где-то. Дохрена времени, чтобы скрыть возможные следы… ну там красные глаза, неестественные зрачки, странное поведение… Блядь, да она и сейчас обдолбаная. Видела бы ты ее. Ее глаза… — Аякс начинал истерить. — Что мы будем делать? — Где она? — решительно рыкнула Шоу. Сейчас до нее стало доходить понимание правдивости слов парня. Ее мозг начал выдавать обрывки воспоминаний. Взгляд Рут… Ее неестественно расширенные зрачки. Раньше она не придавала этому значения, просто потому что отгоняла любые мысли, связанные с шатенкой. Но сейчас, все начало вставать на свои места. Ее дерганость, резкие перемены в поведении, постоянные отлучки и добровольное затворничество. Блядь, как можно было быть такой слепой и не видеть очевидных вещей? Это же всегда было перед глазами. Они с Аяксом просто забили на нее. Просто занимались каждый своим делом, не обращая внимания на то, что творится прямо у них под носом. — Она ушла к морю, — отозвался парень. — Что ты собралась делать? — голос звучал обеспокоено. — Ничего. Просто поговорю. Сиди здесь и не лезь в это, — Шоу схватила со стола проклятый пакетик с таблетками. В следующую секунду за ней уже захлопывалась входная дверь.       На улице было немного ветрено. Небо было закрыто серыми облаками, через которые едва пробивались лучи солнца. Все вокруг казалось хмурым и тоскливым. Найти Рут оказалось не сложно. Она сидела у самого берега в паре сотне метров в стороне от дома. Шоу старалась идти медленно, не поддаваясь эмоциям. Внутри все еще оставалась надежда на то, что все это недоразумение. Что сейчас Гроувс посмеется над ней и все объяснит, а потом они вместе наваляют Аяксу за то, что устроил панику из ничего. — Я все еще не готова с тобой говорить, — быстро проговорила Рут, как только заметила приближающуюся Шоу. Она лишь на мгновение встретилась с ней взглядами. Самин смотрела изучающе, а в следующую секунду словно вспыхнула. — Что с твоими глазами? — раздраженно спросила она, игнорируя сказанное шатенкой. — Ничего, — голос дрогнул. Рут поняла, что ее зрачки все еще расширены до предела. Она встала, намереваясь уйти подальше, чтобы избежать разговора с Шоу. Но не тут-то было. Самин быстро сократила дистанцию между ними и рывком развернула на себя, пытаясь заглянуть ей в глаза. Шатенка упорно отводила взгляд в сторону. — В глаза мне смотри! — одной рукой Самин удерживала запястье Рут, чтобы та не сбежала, а второй сжала щеки девушки, настолько сильно, что ее губы вытянулись в трубочку. Благодаря своей хватке Шоу удалось заставить Гроувс опустить голову и посмотреть на нее. Все недавние надежды брюнетки тут же рассыпались словно карточный домик. — Отпусти, мне больно, — отстраняясь и отталкивая от себя Шоу, выкрикнула Рут. — Больно тебе? Так на, блядь, таблеточку прими, сразу полегчает, — все внутри Самин бурлило от ярости. Она с ненавистью бросила пакетик с таблетками в Рут. — Откуда это у тебя? — шатенка уставилась на пакетик, отлетевший после удара о ее тело на песок. Самин стояла и сверлила ее взглядом. Незнающий человек мог бы решить, что сейчас Шоу абсолютно спокойна, никаких эмоций, но это не так. Она просто не умеет проявлять то, что сейчас испытывает. Не знает, как выплеснуть всю ту боль, ярость и раздраженность, что разрывают ее изнутри. Поэтому внешне она все та же. Только ее взгляд пылает, а челюсть сжата до боли. — Откуда это у меня? Лучше скажи откуда это у тебя? — Шоу кричала. Злость подпитывала ее. Ей хотелось схватить Рут, ударить ее, оттащить домой, запереть в подвале… Сделать хоть что-то, чтобы привести ее в чувства, чтобы выбить эту дурь из нее. — Ты совсем спятила? Что жизнь спокойная наскучила? Кайфа решила словить? — Это не твое дело! У меня все нормально, — в Рут ярости было не меньше. Она не собиралась отчитываться перед Шоу. Только не перед ней. Шатенка подняла пакетик и пошла в сторону дома. Но Шоу снова дернула ее назад за локоть. — Взгляни на себя! Во что ты превращаешься? С каких пор ты считаешь, что быть нариком - это норма? — Какое тебе дело до того, что я считаю нормальным? Ты же радоваться должна, ведь обдолбанную меня тебе будет куда легче трахать! — Рут срывалась. Слишком долго она сдерживала все внутри. Теперь вся боль рвалась наружу, помимо ее воли. Она говорила, не думая о словах. — Вообще, это все твоя вина! Ты должна была дать мне умереть еще тогда. Сейчас бы не мучалась тут со мной! Ты должна была убить меня, когда у тебя был шанс, — выкрикивая все это она словно горела изнутри. Рут уже не контролировала себя. Еще чуть-чуть и у нее началась бы истерика. Ее слова больно резали слух Шоу, заставляя еще больше вскипать. Фраза о смерти стала последней каплей. Самин схватила девушку в охапку затаскивая в воду по пояс. — Приди, блядь, в себя! Что ты несешь! — резкими движениями Шоу окунала шатенку в воду с головой, ненадолго удерживая ее под водой. Рут пыталась вырваться, но ей давно пора понять, что она стала намного слабее Самин. Вода казалась ледяной. Она заливалась в глаза и уши, попадала в рот. Но зато она отрезвляла разум. Помогала прийти в себя. Спустя несколько минут водных процедур, Шоу вытащила шатенку обратно на берег. Та стоя на шатающихся ногах никак не могла откашляться от воды, попавшей в легкие во время попыток вдохнуть. — Блядь, Шоу, это гребаный ЛСД, а не какой-нибудь героин или что-то вроде него! Ты врач, ты должна знать разницу между психоделиками и наркотой! — немного придя в себя раздраженно заговорила Рут. Если в начале ее голос был яростный и уверенный, то постепенно он становился все тише. — Какое тебе вообще до меня дело? Мне не нужно, чтобы ты помогала мне только из-за жалости. Оставьте меня все в покое. У меня нет зависимости. — Да, именно так и говорят все торчки, — Шоу все еще была на взводе. Рут внимательно посмотрела на нее. Ее взгляд из яростного превращался в обреченный и усталый. — Я не наркоманка, — она сказала это совсем тихо и потерянно. А потом не выдержала. Нужно было выпустить все, что давило изнутри. Упав на колени, она обхватила голову руками и зарыдала. С промокшей одежды и волос стекала вода, а все тело сотрясалось под действием эмоций. Сейчас Рут выглядела такой беззащитной, такой открытой. Сердце Шоу предательски сжалось. Вся злость куда-то испарилась. Она опустилась на колени рядом с шатенкой, прижимая ее к себе. Сначала Рут пыталась оттолкнуть ее, но потом просто прижалась, утыкаясь в шею Самин и позволяя себе не сдерживать слезы. Шоу прижимала ее к себе изо всех сил, боясь, что если хоть на секунду ослабит хватку, то потеряет ее навсегда. Вот так вот сжимая Рут в своих руках, Шоу чувствовала, что нашла то, чего даже никогда и не искала вовсе. Все это было настолько правильно, настолько необходимо, что становилось даже не по себе. Хотелось успокоить ее, согреть, сказать, что все будет хорошо, помочь ей справиться с чем бы то ни было и никогда больше не выпускать из рук, защищая от всего мира. Никогда в жизни Шоу еще не испытывала ничего подобного. Рыдания Рут постепенно стихали. Самин не была тем человеком, кто любил разговоры. Она старалась избегать их, не говоря уже о рассказах о себе и своем прошлом. Но сейчас, она вдруг поняла, что должна что-то сказать. — Когда я училась в университете у меня был лучший друг, — голос Шоу был тихим, но уверенным. Она продолжала сжимать Рут в объятьях. Шатенка же внимательно вслушивалась в каждое слово, не веря своим ушам. Самин никогда ничего не рассказывала о себе. — Его звали Стив. Отличный парень. Всегда такой жизнерадостный, веселый. Даже не знаю, как мы с ним вообще подружились. Он был душой компании и любимчиком почти всех преподов. Глядя на него, я всегда думала, что он самый счастливый человек на земле. И я была так слепа, что не заметила, как он подсел на наркоту. Оказалось, что таким веселым он был только на виду у людей. На самом деле у него была глубочайшая депрессия. Я была такой идиоткой, что верила, когда он говорил, что все хорошо, что просто устает, поэтому пропускает занятия… Когда я поняла в чем дело было слишком поздно. Я нашла его с перерезанными венами в его квартире. В крови обнаружили большую дозу героина. Видимо, под действием наркотиков он решился на этот отчаянный шаг… А, может он решился на него раньше, а наркотиками он наоборот пытался заглушить душевную боль. В любом случае, я не смогла вовремя ему помочь. Я не хочу, чтобы с тобой произошло подобное. Я не прощу себе этого…       Шоу замолчала и между ними снова повисло молчание, разбавляемое шумом моря. Самин не жалела о том, что рассказала Рут. Она впервые кому-то рассказала об этом. Но Гроувс должна знать, чтобы понимать, что Шоу волнуется за нее. — Я понимаю, что после произошедшего между нами, ты, возможно, не хочешь говорить со мной. Но, прошу, не закрывайся в себе. Поговори с Аяксом. Не держи все в себе, — Шоу пыталась говорить, как можно более убедительно и мягко. Рут отстранилась от нее, разрывая объятия и заглядывая в глаза. Казалось, что она смотрит в самую душу. — Это началось, как только мы сюда прилетели, а точнее это не заканчивалось никогда… — неожиданно прервала молчание Рут. Она решила, что скрывать все это больше нет смысла. Шоу должна знать правду, хватит бороться в одиночку.

-! -! -! -! -

      Они были на Кубе уже неделю. Здесь их точно не найдет Управление, поэтому наконец можно было расслабиться. Аякс расслабился, закапываясь в дебри компьютерной техники. Шоу расслабилась, копаясь с оружием и наслаждаясь морем. Рут не могла расслабиться. Все было хорошо, когда она чем-то занималась: донимала Шоу своим флиртом, дурачилась с Аяксом, забывалась радуясь красоте пейзажа…но это длилось недолго. Стоило ей на секунду остановиться, как воспоминания возвращались, вместе с болезненными ощущениями. Впервые это произошло еще в самолете при перелете из Гаваны. Самолет ужасно трясло и все это нервировало. Разумом Рут понимала, что чипа уже нет, но она каждую секунду ждала что он вот-вот снова заработает. Что ее вот-вот снова пронзит боль. Этот страх был так силен, что сам вызывал приступы паники и острые боли в голове. Она надеялась, что это прекратится. День за днем убеждая себя в том, что все это лишь плод ее воображения. Ей больше ничего не угрожает. Но приступы повторялись. Снова и снова… И Рут просто не знала, что с этим делать. Как отвлечься от этого. Как заставить себя перестать бояться. Она ничего не говорила Шоу и Аяксу. Что бы они сделали? Смотрели жалостливыми взглядами, поглаживая по плечику. Рут слишком гордая чтобы позволить кому-то себя жалеть. Тем более Самин. Жалость плохой помощник в игре по соблазнению. Для Шоу она должна была казаться сильной, уверенной в себе, а никак не жалкой и никчемной, скулящей от придуманной ею же боли.       Покупка мотоцикла тоже не особо помогла. Она пыталась отвлечься, гоняя на нем как ненормальная. Но однажды приступ паники и боли нахлынул на нее прямо во время езды, и она чуть не разбилась. Рут уже просто не знала, что делать. Тогда в ход пошел алкоголь. Но от него становилось только хуже. С похмелья болела голова, напоминая о болях из-за чипа, что в свою очередь снова возвращало страх. Замкнутый круг. Самое ужасное, что она понимала, что все дело лишь в ее голове, в ее мыслях. Но тело не подчинялось разуму.       В тот день она была в одном из баров городка. Вокруг было слишком шумно, слишком душно и накурено. От всего этого она начинала нервничать, снова впадая в панику. Она всем нутром чувствовала, будто чип все еще там, будто он вот-вот заработает, вот-вот прикончит ее. Страх заполнил каждую клеточку ее сознания, мешая дышать, не давая нормально думать. — С вами все в порядке? — к ней подошел молодой парень крепкого телосложения. Он говорил по-испански, искренне обеспокоившись состоянием девушки. — Да, спасибо. Просто не могу избавиться от ненужных мыслей, — она пыталась говорить непринужденно, но голос ее выдавал. — Есть надежный способ борьбы с ненужными мыслями, — парень положил перед ней на столик небольшую бумажку размером с марку. Она была ярко розового цвета с оранжевым смеющимся смайликом по центру. Рут даже сказать ничего не успела, парень уже исчез из виду. Шатенка прекрасно знала, что сейчас лежит перед ней. ЛСД… Никогда в жизни она не пробовала запрещенные вещества. Как бы сильно она не отрывалась раньше, она не употребляла ничего тяжелее алкоголя. Она была ярым противником различных психотропных препаратов, не говоря уже о наркотиках. Вот только сейчас это казалось единственным выходом. Она долго не решалась это сделать, но потом все же закинула «марку» на язык. И это помогло. Спустя какое-то время она ощутила невероятное расслабление. Такое необходимое спокойствие, ощущение защищенности. Ее мозг словно прочистился, разложив все мысли по полочкам и выбросив ненужный хлам. Это невероятное ощущение легкости и свободы длилось около десяти часов. А после приступы не возвращались почти два дня. Это было невероятно. Рут уже решила, что все наладилось. Но жизнь та еще сука. Ничего не бывает так просто. Они вернулись. Опять паника, страх, боль. И теперь Рут уже сама нашла того парня. Она стала его постоянным клиентом, покупая ЛСД. Она перешла на таблетки. Их было проще принимать и удобнее хранить. Дилер не продавал в одни руки больше трех таблеток за раз, поэтому ей снова и снова приходилось возвращаться к нему. Плюс ей нужно было скрывать свое новое хобби от Аякса и Шоу. Они могли заметить ее расширенные зрачки, которые не уменьшались иногда даже спустя пятнадцать часов, после приема таблетки и странное поведение. Поэтому она не возвращалась домой или отсиживалась в гараже.       Вы знаете, что такое ЛСД? Странный вопрос, да? Но все же? Это не наркотик. ЛСД — это один из самых известных психоделиков. Да, препарат относится к запрещенным, но многие ученые до сих пор считают, что он весьма полезен в психотерапии. И Рут он действительно отчасти помогал. А еще ЛСД, как это не парадоксально, не вызывает привыкания. От него не бывает физической зависимости как от наркотиков. Но Рут стала зависима. Зависима эмоционально. Она просто не знала другого способа избавиться от приступов и не сойти с ума окончательно. Вернее, он был. Довольно странный способ, которым она точно не могла пользоваться. Способ под названием Самин Шоу. В ее присутствии было до жути спокойно. Вернее, было неспокойно: флирт, злость, усмешки, ссоры, смех — все это заставляло забыться, не чувствовать прошлого. Вот только Шоу не могла похвастаться ярым желанием проводить много времени с Рут. И той постоянно приходилось возвращаться к старому и проверенному методу.       Физиологически ЛСД хорошо переносится организмом, и не существует свидетельств о его долгосрочном влиянии на головной мозг либо другие органы человека, поэтому у Рут не было никаких ломок или чего-то такого. Внешне она выдавала себя только зрачками и несоответствием эмоций действительности. Во время действия препарата будто стирались все границы между ней и окружающим миром. Она чувствовала себя частью огромной вселенной, мир становился ярче, насыщеннее. Иногда она ловила себя на мысли, что является самым счастливым человеком на земле, иногда погружалась в глубокие раздумья над самыми пустяковыми темами. Но рядом не было никого, кто бы это заметил. Возвращаясь домой она снова надевала маску беззаботности. А иногда и правда чувствовала себя так.       За этот месяц она немного похудела и ослабла, стала более рассеянной и дерганой. Рут боялась, что Аякс или Шоу узнают о том, что она принимает ЛСД, но и прекратить делать это не могла. Гребаный замкнутый круг и Гроувс так устала быть в его центре.       После ночи, проведенной с Шоу все стало только хуже. Ее поглотило чувство вины. О да, она винила себя. Ненавидела себя, презирала… за то, что ей понравилось. За то, что теперь не может смотреть на Самин как на игрушку. Не может как прежде ненавидеть ее, злиться на нее. Все стало слишком запутано. Она запуталась в самой себе. Что она чувствует к Шоу? Что с этим делать? Даже если чувствует что-то, Шоу все равно плевать на нее. Мысли разрывали разум. И теперь страх вернулся с двойной силой. Она боялась не только боли физической, но и чувствовала боль моральную. И сорвалась совсем. Предпочла полностью отдаться действию ЛСД. Раствориться в чувстве эйфории и спокойствия. Она даже не замечала, как течет время. Ею овладевали разные эмоции, а она просто следовала их воле. Под их влиянием она разгромила комнату, под их влиянием рыдала на полу почти два часа, под их влиянием танцевала как безумная под музыку, которая звучала только в ее голове.       Сейчас действие принятой таблетки уже почти прекратилось, но сейчас рядом была Шоу. Теперь она знает все. Рут рассказала все в мельчайших деталях, чувствуя, как с каждым словом ей становится легче на душе. Больше никаких тайн. — Ты больше не будешь принимать это дерьмо, — наконец, сказала Шоу, после того, как выслушала историю Рут. — Тебе нужно было раньше все рассказать. Как только это случилось впервые. Я не психиатр, но даже я понимаю, что тебе надо научиться контролировать все это самой. Ты не можешь вечно принимать что-то, однажды это тебя убьет. — Я не уверена, что смогу с этим справиться, — сейчас шатенка сидела чуть поодаль от Самин, опустив голову на поджатые колени. Голос ее был необычайно тихим. — Мы сможем. Рут, ты не одна. Ты можешь ненавидеть меня сколько тебе влезет, но прошу, позволь помочь, — Шоу осторожно коснулась ее плеча. Рут подняла голову и внимательно посмотрела на брюнетку. Ее невозможно прочесть, невозможно понять ее эмоции. Но взгляд Шоу был таким мягким, заботливым. В него хотелось укутаться, позволив оградить от всего мира. Этот взгляд и мягкое прикосновение согревали изнутри, дарили так необходимое чувство спокойствия. И Рут поняла, что ради этого взгляда она готова бороться, готова оставить все в прошлом. Готова начать все с чистого листа.       Они так и продолжали сидеть на берегу в тишине, которая устраивала обеих. Им было комфортно и спокойно. Облака на небе сменило яркое солнце, лучи которого заливали собой весь берег приятно согревая кожу. Все вокруг словно ожило заново, получая шанс на новую жизнь.