Мой негодяй. Любимый.

Глава7 Не заходя в кабинет, Жданов сразу отправился на производство, да так и остался там - вопросов накопилось уйма, не тащить же их с собой наверх, в кабинет… Здесь решать удобнее, все под рукой, и документы нужные, и люди… Так он убеждал себя, а на самом деле просто не хотел ни с кем встречаться в офисе. Особенно с Малиновским… Придет, как всегда, усядется в кресло напротив, и давай выспрашивать: Что да как …подробностей будет требовать – они же всегда делились впечатлениями… И Киру видеть не хотел… Она или истерику устроит, или наоборот, любовь будет изображать принародно с ласками и поцелуями. А причина и того, и другого одна: почему не приехал к ней ночевать. И ведь ни Роман, ни Кира не поверят, если он скажет им правду, что ночевал он в своей квартире и совершенно один. Хотя намерения, конечно, были совсем другие. Вчера после работы им удалось оторваться от Киры и засесть в баре у Синицкого. Он прислал два билета на презентацию нового стриптиз-шоу в своем клубе, а надо сказать, что Воропаева его ( Синицкого) на дух не переносила. Да и стриптиз тоже. Жданов убедил ее, что пойти обязательно нужно – возможно они договорятся о проведении показа очередной коллекции Зималетто в зале клуба – и если она, Кира, пойти не хочет или не может, то они пойдут с Малиновским. Переговоров с Синицким никаких, конечно же, не вели, а проводили время в компании с прелестными Очаровашками, которых где-то раздобыл Роман. Все было как всегда: дошли до нужной кондиции, путем обмена несложными знаками решили вопрос о разделении на пары для продолжения вечера уже в интимной обстановке. Малиновский повез свою пассию, как всегда домой – «смотреть марки», а Жданов поехал со своей девицей в мотель – тоже как всегда. Так сложилось, что домой он женщин не приводил, якобы потому, что Кира могла нагрянуть в любой момент, а на самом деле, потому что считал свой дом крепостью, в которую нет входа никому временному – там же будет когда-то жить его семья: жена, дети… Девушка ему нравилась, похожа она была на Ларину: те же формы округлые, такое же кукольное личико без малейших признаков мыслительного процесса…Вернее сказать, процесс был, но направлен он был на одно: заполучить этого мужчину. А на какое время – это уж как повезет… Все в ней Андрея устраивало, все сулило получение удовольствия, но…увы! Все произошло должным образом, никакого фиаско с его стороны, и большие навыки со стороны партнерши, а удовольствия не было. По крайней мере, у него. Девушка, скорее всего, получила то, что хотела, поскольку тут же уснула и улыбалась во сне вполне довольно. А он спать не мог. Хмель полностью улетучился и вся ситуация нервировала его. Зачем, почему он здесь, рядом с совершенно не нужным ему человеком, о котором он ничего не хочет знать? Вдруг показалось, что если она повернется и нечаянно коснется его, он испытает отвращение. Непроизвольно он отодвинулся на край постели, а потом и вовсе встал, оделся, оставил на столе записку, что номер оплачен до полудня, и, не попрощавшись, уехал. А рано утром, приехал в офис, и, не заходя в кабинет, спустился на производство. Малиновский все же нашел друга и президента, и, конечно же, учинил ему допрос. - Жданов! Вот ты где прячешься… - Почему прячусь? Я работаю… А вот ты, похоже, еще не начинал работать. - Да в офисе никто не работает, все ищут президента! Машина твоя в гараже, Потапкин тебя видел, и все – как в воду канул. Виктория сказать ничего не может – сама недавно появилась, Кира в бешенстве – ночевать ты не приехал, телефон твой не отвечает. А мне Анжелочка позвонила, говорит, бросил ты ее подругу в номере, ушел неизвестно когда, и по-английски. Что случилось-то? Или…не случилось совсем? - Да нет, с физиологией все в норме. Нервишки шалят. Побоялся, что нагрублю девушке, и ушел. Она же ни в чем не виновата, она старалась… - Фу…Полегчало… А то я было уж испугался за твое здоровье. В прошлый раз Изотову прогнал… - Ты же знаешь Леру! Она прямо в кабинете собиралась соблазнить меня! А мне это надо? - Ну, раньше ты вроде бы доволен бывал… Кабинет тебя устраивал, да и другие места тоже. -Вкусы меняются. Извини… И Лере скажи, чтобы не приближалась ко мне! - Все, все… Успокойся, не кричи. Я понял – у тебя новые вкусы! Очень хорошо! Вот в субботу и опробуем! Меня… Нас пригласили в кафе, на день рождения! - Кто? - Такие девочки! - Модели? - Ни в коем разе! - Профессионалки? - Обижаешь… - Тогда кто? - Сам увидишь. - Нет, так не пойдет. Говори, кто такие, иначе я – пас… - Я скажу, но ты пообещай, что от приглашения не откажешься. - А вдруг там крокодилицы… Нет, я так не могу! -Ты можешь мне поверить на слово, я тебя никогда не разочаровывал - Ну, хорошо, я обещаю не отказываться. Говори, кто такие. - Раечка и Томочка, с производства. Девочки симпатичные, не испорченные – как твоя Пушкарева, только нормального вида. Упоминание о Кате вызвало щемящую грусть и желание окунуться в ту атмосферу. Он согласился. Девочки и вправду были славные. Он выбрал Тому – она так мило смущалась под его взглядом, краснела до корней рыжих, кудрявых волос, так что веснушки-конопушки на носу и скулах становились незаметными, а на глазах появлялись слезы. Наверное, ей наговорили о нем Бог весть что, и она боялась, что он потащит ее прямиком в постель. Потом-то они подружились, душевно так поговорили… Она его пожалела даже. Погладила по волосам и сказала, что он похож на волчонка, потерявшего мать. Надо же, такая молодая, а так точно определила его сущность! Он и вправду будто потерял что-то важное, не знал, как жить без этого, но и что потерял, не догадывался. Ромка с Раечкой уехали «смотреть марки», а они немного погуляли , чтобы последний кусок торта не мешал жить, и он проводил ее, отвез домой, и даже не напросился на чашечку чая – она чистая, непорочная девушка, у нее еще будет такая же чистая и светлая любовь, а он только натопчет в ее душе грязными ботинками… «А Катя? - Вдруг подумал он, - она тоже была светлая и чистая, а он… Какой след он оставил в ее душе»? Раньше он не думал о таких вещах, а теперь… «Что это со мной ? – задал он себе вопрос, но что ответить не знал. Уже дома, ворочаясь на жгучих черных простынях, не дающих уснуть, он принял решение… Прежде чем озвучить свое решение Кире и родителям, он все же позвал в кабинет Малиновского – привычка во всем советоваться с другом еще не изжилась в нем. - Вызывали, господин президент? - Не вызывал, а просил зайти. - Чем обязан? В чем помощь нужна? - Ничем не обязан! И помощь мне не нужна! – Жданов начинал злиться, на себя в первую очередь: зачем советоваться, если уже решил? – Я тебе новость хочу сказать. Первому, заметь! Цени! - Я весь внимание! Слушаю тебя, мой президент! Жданов решил не обращать внимания на шутливый тон друга. Что с него взять? Он же еще не в курсе того, что друг говорит серьезно – раньше-то вместе балагурили… - Я решил жениться! И как можно скорее! - Боюсь спросить… На ком же? - На Кире, конечно, на ком еще я могу жениться. - Так это не новость. Об этом всем известно – у вас свадьба через два месяца. - Ты не понял: я САМ решил жениться! - Хорошо…сам… А что это меняет? Прости, но я не понимаю. - Ну…то есть я не буду больше оттягивать свадьбу, наоборот, постараюсь ускорить процесс. - Что, боишься передумать? – усмехнулся Роман.- Кстати, объясни, почему такие перемены? - Понимаешь, Ромка, мне вдруг стали не интересны все эти модельки, офисные барышни, гламурные девицы, и девочки с производства, кстати, тоже. Думаю, я созрел для семейной жизни. - С Кирой? - А ты знаешь других претенденток? - Я - не знаю. А ты сам уверен, что Кира – это твоя женщина? - Как можно быть уверенным? Какие критерии надо использовать? Ты знаешь? - Откуда мне знать? Предполагаю, что это знание, уверенность в этом дается свыше. - И сколько надо ждать? Всю жизнь? А вдруг, так и не озарит? - Палыч, ты что так кипятишься? Решил, понял, открыласть тебе истина – ради Бога, женись! Кто же возражает? Все рады будут! - И ты? - Я? Мне будет тебя не доставать… Но я буду радоваться! Счастье друга – это святое… - Значит, одобряешь? - Сам решай. Тебе жить с ней. Если что, у тебя есть я, а у меня девочек знакомых много… Разговор с Малиновским Андрею не понравился – не одобряет Роман его решение… Уверенность, видите ли нужна, озарение… А если просто решить? По уму? Как он решил? Тут же начал убеждать себя в правильности решения, плюсы-минусы складывал, дебет-кредит подбивал, что перевесит, хотел знать. Кира красива, элегантна, умна, безупречно одевается, умеет вести себя в обществе – это, несомненно, плюсы! Она любит его… Его или президента?.. Это плюс или минус? А какие же минусы? Он ее не любит безумно и страстно… Вот и все. Один минус, но какой! Разговор с Кирой его удивил – она вовсе не была в восторге от его предложения ускорить регистрацию брака! - Андрюш, зачем же все ломать? Ресторан заказан, приглашения гостям разосланы… До указанного числа осталось два месяца, а у нас еще столько дел…С квартирой надо определиться. Я подобрала варианты, ты должен выбрать. И свадебное путешествие мы еще не обсудили… Куда поедем? И платье мое еще не готово, и тебе еще ничего не покупали. Кира рассуждала на такие приземленные темы, что ему стало не по себе – он принял такое важное решение! Он готовился осчастливить ее! А она и не заметила… Конечно, она же не знала о том, что он не хотел этой свадьбы, что готов был отменить ее, и только вчера пришел к другому решению. Родителям звонить и вовсе не стал.. Сейчас они отдыхают в санатории в Карловых Варах – специально так распланировали, чтобы вернуться к свадьбе. Что же, срывать их? Остается одно – ждать назначенного срока. Ждать и не изменить своего решения! А свой благородный порыв оставить при себе - никому он не нужен… Регистрация брака состоялась в положенное время. И свадьба была такая, что о ней писали все газеты и журналы, связанные с модельным бизнесом, а гламурная тусовка скорбела о потере столь завидного и постоянного своего участника. И все считали это событие своей заслугой! И Кира - она добилась своего, дождалась! И Маргарита – она сумела внушить сыну, что Кира – лучшая пара! И он сам – он не изменил принятого решения! А так хотелось порой… Примерно в это же время, на другом конце Москвы, родился мальчик, которого мама нарекла Андрюшей – другого имени и придумать было нельзя, хотя и не был он как две капли воды похож на своего отца, тоже Андрея. Но она так его любила…